home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


26. День двадцать второй. Беатрис

Любовь бывает настоящая, а бывает — не бывает. Эта банальная истина известна каждому, но иногда она открывается совершенно явственно. То есть, ты как бы всегда это знала, но по-настоящему поняла вот только сейчас — вдруг, необъяснимо и в самый неожиданный момент.

Те чувства, которые она испытывала к Ллойду, были необычны. Эта была не первая любовь Беатрис, поэтому некоторый опыт в определении своих чувств у неё имелся. То, что она чувствовала к Ллойду несомненно было любовью, но... Но как-то уж очень быстро и нехарактерно всё произошло... Может быть, это и не любовь вовсе? Одиночество перед страхом смерти, тоска по жизни, попытка возместить что-то, чего раньше не было, а теперь уже никогда и не будет?

Никогда... Какое ужасное слово! В нём — бездна, безвременье, безнадежность, пустота...

Она подошла к зеркалу. Поправила причёску, осмотрела своё осунувшееся бледное лицо.

Это совсем не Беатрис. Боже, боже, это совсем не та Беатрис, которую она знала! Эта немолодая, измученная женщина с застывшим взглядом и...

- Мой бог! Опять целая прядь волос! - произнесла она со слезами в голосе, стряхивая с пальцев безжизненную прядку. - У меня выпадают волосы! Кошмар!

«И я устала. О, господи, как же я устала! И эти два дня возле Гленды — это какой-то ужас!.. Бедная девочка... У неё что-то серьёзное, очевидно. И она вся такая возбуждённая, говорливая... а в глазах — пустота. Как бывает перед... Ох, нет! Не надо таких мыслей... Мамочка, но я же так совсем облысею!»

Она перешла из своего чулана в пустующую гостиную, обессиленно упала на диван.

Ллойд, наверное, ещё спит. Бедный мальчик! Такая тяжёлая жизнь (да какая там жизнь — покачивание на канате, натянутом между жизнью и смертью!) совсем не для него. Он с каждым днём всё больше и больше уходит в себя, и Беатрис ничего не может с этим поделать. Вот-вот она его совсем потеряет — любимый уйдёт, окончательно скроется во мраке своей второй половины, свой обратной тёмной стороны. Что она тогда будет делать?

Лунный человек. Где-то она читала или слышала, что так их называют, людей с раздвоением личности. Но у него не раздвоение личности, у него что-то другое...

- Беатрис, ты здесь, - в комнату вошла Гленда.

Бледная, исхудалая, с посеревшим лицом она едва держалась на ногах. Но на губах её застыла подрагивающая улыбка, глаза тлели сухим и тусклым огнём, а потрескивающий голос неестественно оживлён. Вот это, натянутое на лицо мумии, оживление пугало больше всего.

- Гленда! Зачем же вы поднялись?!

Она помогла девушке дойти до дивана и полуприлечь на нём.

- О, господи, – обессиленно простонала Гленда. - Как я устала. И сделала-то несколько шагов.

- Вам не следовала вставать, дорогая. Что же вы делаете с собой, Гленда!

- Ничего, ничего, - слабо улыбнулась та. - Просто в комнате так... так одиноко и уныло. И пахнет этой... химией. Всё в доме пропахло ею! Просто невозможно дышать.

- Если вы не думаете о себе, подумайте о ребёнке! - увещевала Беатрис.

Гленда с улыбкой положила руку на живот.

- Ах, Беатрис, я только о нём и думаю! Но... в последнее время мне кажется, что... Ох! Не надо так думать! Но понимаете, Беатрис, раньше я его чувствовала. Слышала, как он живёт во мне. А теперь... О, боже, мне страшно! Раньше он всегда отвечал мне, когда я с ним разговаривала. А теперь его голоса совсем не слышно. Наверное, ему очень плохо. Бедный, бедный!..

- Перестаньте, Гленда, не смейте думать ни о чём таком! - Беатрис обняла девушку, прижала её голову к своей груди. - Всё будет хорошо, я знаю, - говорила она, гладя притихшую Гленду по голове. - У вас родится чудесный мальчик. Вы же помните, что сказала Джайя? Первое время придётся немного помучиться, вы же знаете, как бывает с младенцами... Но ничего, вы справитесь. Вы будете замечательной мамочкой.

- Надеюсь, - отозвалась Гленда. - Надеюсь, что я ею буду.

- Будете, будете.

Гленда притихла на минуту. Потом, вдруг, выбралась из объятий Беатрис. Глаза её загорелись, лихорадочная улыбка трепетала на губах.

- А давайте устроим вам свадьбу!

- Что? - опешила Беатрис.

- Ну да, а почему нет, - продолжала девушка. - Ведь вы же любите друг друга. Ллойд от вас без ума... Ой, простите...

- Ну что вы, Гленда! - горько усмехнулась Беатрис. - Какая странная идея!..

- И нисколько не странная, - возразила Гленда, мотая головой, отметая любые возражения. - Я буду подружкой невесты. Липси — другом жениха. Деллахи — священником. Он справится, я уверена.

- Ой, да что ж вы такое выдумали, Гленда! - рассмеялась Беатрис. - Как вам такое в голову могло прийти!

- Но ведь правда, почему нет, - настаивала девушка. - Маклахен будет свидетелем и сделает в своей книге запись. Чтобы всё по закону.

- Гленда, Гленда... ой, не могу, - смеялась Беатрис. - Какая вы смешная!

- И не думайте отнекиваться! Всё решено. Завтра же сыграем свадьбу. У вас есть белое платье? На худой конец сойдёт и какое-нибудь вечернее. Я видела у вас, то, такое серое, с декольте и... Если у Ллойда не найдётся подходящего костюма, возьмём у Деллахи. Они примерно одной комплекции.

- Гленда...

- Стол, конечно, будет не очень богат, - грустно улыбнулась девушка, не позволяя себя перебить. - Но ведь главное в свадьбе не стол, правда? Интересно, вино у хозяина найдётся? Наверняка должно быть.

Дверь скрипнула. В гостиную вошёл, щурясь в полумрак, потенциальный жених.

- Милый! - улыбнулась Беатрис. - Наконец-то ты выспался.

- Я давно проснулся, - неуверенно произнёс Ллойд. - И мне стало скучно без тебя.

- Во-от, вот и повеселимся, - вставила Гленда.

- Повеселимся? - оживился Ллойд. - Как?

- Пустяки, милый, - улыбнулась Беатрис. - Гленда, она... она решила устроить нам свадьбу.

- Да, да! - воскликнула девушка. - Ллойд, немедленно делайте Беатрис предложение! Сейчас же!

- Свадьбу? - оторопел тот. - Свадьбу...

- Уж не испугались ли вы, Ллойд? - подзуживала Гленда. - А ну-ка сейчас же падайте на колени и просите Беатрис стать вашей женой!.. Да нет, что там, не просите — требуйте!

- Гленда, перестаньте! - смутилась Беатрис.

- Гленда, вы это серьёзно? - спросил Ллойд.

- А разве женитьба не входит в ваши планы? - притворно нахмурилась Гленда.

- Да, - кивнул Ллойд.

- Да? - подняла брови Гленда.

- Нет? - Беатрис бросила на любимого удивлённый взгляд.

- Входит, - торопливо пояснил тот. - Конечно входит.

- Так давайте же, не теряйте времени! - поторопила Гленда. - Куйте железо, пока горячо!

Любимый подошёл к Беатрис и опустился перед ней на колени.

Это было так... Так неожиданно, сладко, волнующе, и... и невообразимо тревожно!

- Беатрис! - произнёс Ллойд, и голос его сорвался. Он кашлянул, помотал головой, словно разгоняя остатки сомнения. Милый, милый! - Беатрис, я люблю тебя. Будь моей женой!

Гленда радостно захлопала в ладоши.

- Здорово, здорово! Свадьба, свадьба, свадьба! У нас будет свадьба!

Дверь хлопнула, будто налетевший ураган хотел сорвать её с петель. В гостиную буквально ворвался Липси.

Бедняга Липси тоже сильно сдал за последние дни. Лысина его, кажется, стала ещё больше, но она теперь не блестит, как раньше, а как будто покрыта каким-то серым налётом. И болячками. Конечно, воды давно нет, а те немногие запасы, что есть у хозяина, они используют только для питья. Немудрено тут покрыться болячками и — о, боже, только не это! - насекомыми.

- Липси! - воскликнула Гленда. - Как вы вовремя! Поздравьте Беатрис и...

Липси не дослушал. Трясущимися губами он произнёс:

- Маклахен повесился!

- Что? - прошептала Беатрис.

- Повесился?! - Гленда прижала руки к лицу, готовая расплакаться.

Ллойд только дёрнул головой и неуверенно улыбнулся, подозревая, наверное, что Липси неудачно пошутил.

- Маклахен повесился, - повторил Липси. - У себя в комнате. На простыне. Вот... Вот, записка была на столе.

Он протянул им смятый обрывок бумаги.

- Какой ужас! - простонала Гленда.

- Что там? - одними губами спросила Беатрис.

Она не могла поверить. Маклахен, этот ужасный человек... Кто бы мог подумать! Он был бы последним изо всей компании, кто, по мнению Беатрис, согласился бы покончить со своей жизнью.

- Липси, поздравьте меня, я женюсь! - улыбнулся Ллойд.

- «Живите, как знаете. Вам недолго осталось. Аминь», - прочитал Липси.

- Аминь, - поддержал Ллойд. - Липси, я только что сделал предложение...

- Его Деллахи нашёл, - продолжал Липси, не слушая. - Заходит к нему, а там... он... вот.

- Да он же его и повесил, - вставил Ллойд. - Деллахи. Я давно говорил, что...

- Перестаньте, Ллойд! - перебила Гленда. - Какой вы, право, бываете несносный тип!.. Ой... Простите, Беатрис.

Беатрис пожала плечами:

- Ну-у-у...

- Хозяин из-за жены повесился, я знаю, - продолжала Гленда. - Он ведь любил её. Очень любил. Только это такой человек был... Из тех, что никогда и ни за что не покажут свои истинные чувства.

- Милая, милая Гленда! - сочувственно улыбнулся Липси. - Какое же вы ещё дитя!

Девушка тяжело, с одышкой закашлялась.

- Я знаю, - попыталась она улыбнуться. - И она... без него... не могла жить.

- Любовь спасёт мир! - усмехнулся Липси.

- Да! - горячо подтвердила Гленда. - Да, мистер Липси, и напрасно вы смеётесь! Я... я была лучшего мнения о вас.

В дверях показался Деллахи. Он простукал протезом к столу, тяжело опустился на ближайший стул.

- Я у-утащил его в сарай, - произнёс он, отдышавшись. - П-потом надо б-будет п-пэ-э-похоронить.

- Я не буду читать по нему молитву! - испуганно и капризно изрёк возлюбленный. - По самоубийцам не положено.

- Успокойся, милый, - устало произнесла Беатрис. - Ты не будешь читать молитву.

Ну вот, у милого опять началось... Любой удар, любая неожиданность, всё, что может испугать и встревожить его, всё это немедленно делит его мозг пополам и накрывает пеленой потерянности.

- Н-надо резать к-кэ-э-корову, - сказал Деллахи. - Ключ от к-кэ-э-коровника я нашёл. Кто мне п-поможет?

- Нет! - воскликнул Ллойд. - Ни за что!

- Тише, - Беатрис успокоительно погладила его по голове. - Тише, милый, не кричи. Ты чего сегодня такой?

- Я не буду резать! Нет! - не унимался любимый.

- Нет, нет, мой хороший. Конечно нет. Мистер Липси поможет господину Деллахи.

- А? - Липси вздрогнул, удивлённо посмотрел на неё. - Я? Но-о...

- Может быть, вы хотите, чтобы мы — женщины — помогали убить корову? - Беатрис удивлённо подняла брови.

- Но-о... - промямлил Липси. - Я никогда не...

- Я т-тоже! - с неожиданной яростью произнёс Деллахи. - Только людей!

- Деллахи! - испугалась Гленда. - Зачем вы так?

- П-простите, Гленда.

- Но ведь там будет кровь! - простонал Липси. - Много крови...

- Молчите, Липси! - вскричал Ллойд хватаясь, за голову. - Не говорите так страшно! Я не терплю крови. Не говорите про кровь! Я не могу слушать!

Беатрис порывисто обняла его, чуть не плача.

- Ш-ш-ш! Тише, мой милый, тише... - прошептала она. - Пойдём домой. Пойдём?

- Да! Да! Идём. Я не хочу быть здесь.

Он порывисто поднялся и, испуганно поглядывая на Деллахи, обходя его, направился к двери. Беатрис догнала его, взяла под руку. Взглянула на солдата, словно извиняясь, пожала плечами, грустно улыбнулась. Деллахи ободряюще кивнул.


25. День двадцать первый. Шон Деллахи | Пепельные цветы | 27. День двадцать второй. Гленда