home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ЛУЧШЕЕ МЕСТО ДЛЯ ОТШЕЛЬНИЧЕСТВА

Чукча может часами говорить о красоте снега и его тысячах оттенков. Для того чтобы его понять – необходимо оказаться в тундре. О прелестях пустынного пейзажа лучше команды EQUITES могут рассказать только местные жители. В разное время ребятам из EQUITES посчастливилось побывать с экспедициями в Аравийской пустыне, Каракумах, пустыне Намиб и Калахари. Вашему вниманию отрывок из интервью проекту Otrok.ua


Рассказывает Голтис


...Это было фантастическое ощущение, не поддающееся осмыслению с человеческой точки зрения. Нас захватывало чувство величия первозданной красоты, и чем дальше мы углублялись в пустыню, тем больше оно переполняло наши сердца.


В пустыне нас поразила красота великого в малом. Там нет привычных нашему глазу красот – растений, гор, водопадов. Но есть какая-то молчаливая, завораживающая красота бесконечности.


Красота гор, моря – красота отвлекающая. Цветы, птицы и даже небеса, украшенные облаками, притягивают взгляд, поражают воображение, концентрируют его на себе. А в пустыне не за что зацепиться глазу, дать пищу для размышлений. В таком месте сам по себе прекращается внутренний диалог – ты открываешься для истин извне. Пустыня – это место понимания первозданности. Здесь мириады песчинок объединяются в единый механизм и напоминают о том, что все мы – люди, растения, животный мир, мир минералов – как эти песчинки, входим в единый организм.


В первые дни перехода я понял, почему отшельники, святые удалялись именно в эту стихию для того, чтобы общаться с Богом. Понял, что это единственное место на планете, где может наиболее полно открыться нам Божественный замысел.


Чем глубже входишь в сердце пустыни, тем глубже и отчетливей чувствуешь пульсацию этого живого существа. Мы ощущали себя его частицей. Мы были как дома, нас переполняло постоянное чувство радости и ликования. Порой даже хотелось остаться там навсегда, но сердце ненавязчиво выводило в мир людей с тем, чтобы поделиться этим открытием.


Я убежден, что Пустыня – это живое существо, которое живет по своим законам, которое может любить и убивать, у которого есть сердце – не материальное, а духовное. Ведь каждая видимая материя – небо, солнце, земля, все, что есть на Земле – имеет свой дух и свой характер. Подойдя к границе пустыни, мы почувствовали, что это – живая пульсирующая оболочка, которая чувствует и решает, кого впустить, а перед кем закрыться.


Мы понимали, что ни в коем случае нельзя войти в пустыню с целью ее покорить. В горы, в море, в лес или в пустыню человек должен приходить, как в гости, познав законы этой сущности, приняв их в сердце и очистившись от негативных помыслов. Только тогда стихия откроет себя для него, впустит к себе и поведает свои сокровенные тайны.


Что это за законы? Это простые каноны взаимоотношений, такие же, как среди людей. Есть разница – приходишь ты, чтобы бросить вызов, покорить, достичь материального блага, или делаешь это во имя благой цели, чтобы познать эту стихию, слиться с ней воедино.


Мы знали, что нам предстоит выдержать серьезное испытание. Пустыня – жесткая стихия, и в этой стихии человеческая воля находится в постоянном напряжении, – стоит на миг потерять контроль над собой, и страх может убить тебя. Поэтому мы готовили к этому путешествию не только тело, но и сердце, очищая его от чувства собственной значимости. Мы убивали в себе страх верой в то, что все мы находимся под Господом, и если на это воля свыше, мы непременно выполним поставленную задачу и поделимся сокровенной радостью первооткрывателей с теми, кто неравнодушен ко всему живому.


Войдя, мы почувствовали, что пустыня может любить. Как? Это – на уровне ощущений – ты всегда чувствуешь, когда тебя любят, где тебе хорошо. Вот и когда входишь в пустыню, хочется петь, прыгать, тебе открываются какие-то вечные, добрые истины.


Рассказывает Константин


Пустыня – один из самых удивительных видов рельефов. На первый взгляд, в пустыне меньше визуальной информации, чем у города, где есть дома, люди и машины, у гор с заснеженными пиками или у леса, где можно часами любоваться игрой света между листьями.


«Пустыня» и «пустой» – однокоренные слова, но это кажущаяся пустота. Через несколько дней пребывания в песках начинаешь замечать много деталей, которые, возможно, не заметил бы в лесу, в горах, среди буйства природы.


Пустыня оживает ночью, когда вся живность, которая днем пряталась от палящего солнца, под покровом тьмы выходит на поверхность. К утру на песке остается множество следов – насекомых, змей, грызунов.


В некоторой части Каракумов есть «такыр» – высохшая, потрескавшаяся земля. Это удивительная живопись, созданная природой. Было очень интересно наблюдать, как меняется ритм орнамента.


Детали, которые замечаешь в пустыне – это не только следы на песке. В пустыне гораздо больше красок. Там нет облаков – слишком жарко, нет испарений – чистейшее небо. Ночью видно гораздо больше звезд, чем на нашем небе, и оно гораздо прозрачнее. В полнолуние бывало настолько светло от месяца и звезд, что можно было читать.


В пустыне очень красивые закаты. Если в определенное время лечь на землю, можно несколько минут наблюдать небо со спектром от почти черного на востоке до огненного или золотого на западе, а цветов и оттенков, кажется, гораздо больше, и они гораздо выразительнее виденного мною на небе за всю мою жизнь.


В пустыне обилие запахов. На третий-четвертый день, когда меняется ветер, начинаешь это отчетливо ощущать. В поселках, конечно, пахнет животными, навозом, дымом. А запахи пустыни можно только условно сравнивать с известными тебе запахами.


Миражей я не видел, но в пустыне обостряется нюх и слух, и начинают сниться необычные сны – спишь и чувствуешь что-то из мира пустыни, что нельзя почувствовать ни в городе, ни в лесу, ни в горах. Через несколько – даже не дней, а часов – ты забываешь обо всех привычных ассоциациях, начинаешь чувствовать и думать по-другому.


Пустыня – лучшее место для отшельничества. Нет ничего – только небо и песок. Теряются ориентиры – нет точек отсчета, особенно если быть одному, без привычных привязок, ты даже не осознаешь размера, если только не смотришь в масштабе на человека или джип. Такие походы в пустыню – лучшее упражнение по измерению рамок сознания.


Жители пустыни – совершенно особый народ. Может потому, что они лишены городской суеты, не знакомы с понятием толпы, и их не коснулась городская «обезличка», тут всякий новый человек – это целый мир. Люди пустыни очень гостеприимны. Когда в поселке вдруг появляются незнакомые люди, совершенно на них не похожие, не говорящие даже на их языке, их, тем не менее, принимают, приводят в дом, поят водой, которая на вес золота, кормят. У людей пустыни естественные представления о том, что люди должны друг другу. Если ты странник, тебя накормят. Если ты что-нибудь принес – подношения примут с радостью.


Рассказывает Голтис


В пустыне Калахари мы встретили двух бушменов. Эти охотники всю жизнь прожили в буше. Мы были первыми белыми людьми, которых они видели в своей жизни. Но тем не менее, оказалось, они знают, что есть мир, где в изобилии есть вода, богатейшая растительность и много животных, где живут белые люди. Они знают многое – например, что Земля – это всего лишь маленькая планета в огромной Вселенной.


Мы с детства получаем свои знания из книг и телевизора. Им знания дает сама пустыня. Я спросил их, не хотели бы они жить в мире, где все необходимое есть в изобилии, где нет нужды каждый день с трудом добывать пропитание. Они сказали: нет. Пустыня говорит с нами; все, что нужно, мы берем от нее.


Пустыня Калахари, 1998 год.


Путешествие - это прежде всего состояние души, особое, внутреннее познание мира. Если хотите, это особая философия и религия...


То, что мы с Игорем Портным совершили в Африке, а мы прошли 8 тысяч километров, было попыткой синтезирования определенных мировоззренческих категорий с опытом нетрадиционной народной медицины. Мы выявили скрытые возможности человеческого организма. Ведь с точки зрения современной медицины то, что мы сделали - просто невозможно. Мы с Игорем хотели доказать, что человек гибнет в пустыне не от нехватки воды или пищи, а прежде всего от страха и неверия в себя.


Хотя, пешком Калахари в самом деле наверно не пройти. Поэтому мы двинули через нее на горных велосипедах, широкие шины которых не вязнут в песке. И все равно нам то и дело приходилось спешиваться...


Считается, что в условиях пустыни человеку ежедневно необходимо для выживания 8-12 литров воды и 1,5-2 кг высококалорийной пищи. Мы вошли в Калахари - одну из самых страшных пустынь планеты, имея при себе 14 литров воды и 5 кг пищи на двоих. На этом запасе мы спокойно продержались три недели. За первые дни прохождения через пустыню я похудел на 6 кг, но потом стал поправляться и даже набрал 2 кг. Питание у нас было очень разнообразным: мы ели мед, цветочную пыльцу (1 ст. ложку), сухие овсяные хлопья (2 ст. ложки), курагу (7-8 штук в день). Из трав готовили чай. Воды вечером выпивали примерно пол-литра, днем не пили вообще, утром - граммов 50. За три дня до финиша вода закончилась… Температура днем +54 градуса (ночью +7). Так три дня и шли - без единой капли и крошки во рту.


Правда, перед тем как войти в пустыню, мы два месяца вегетарианствовали, занимались дыхательной гимнастикой, приучали наши тела к палящему солнцу. Последние девять дней - строгое сухое голодание и… молитвы. Чтобы иметь шанс выжить в пустыне, организм должен быть очищен, а душа - спокойна.


Очень важный факт прохождения пустыни, это осознание того, что пустыня - живое существо, живущее по своим законам. И прежде, чем туда войти, нужно преклониться перед ним с любовью и смирением принять в сердце законы, по которым живет эта сущность. И только тогда, отказавшись от желания покорять, можно прийти в гости.


Многие гималайские экспедиции потерпели поражение при восхождении на Эверест, вследствие того, что они не считались с законами, по которым живет вершина. Они пришли покорять. А нужно всегда помнить, что мы всего лишь маленькие люди со своими амбициями, чувством собственной важности и тщеславием. Слабые, беспомощные живые существа перед огромной и могучей стихией.


Философия безмолвия открывает свои тайны на телепатическом уровне. Это единственное место на Земле, где в полной мере можно ощутить Божественный замысел. Намного сильнее, чем в горах, где отвлекают красоты и изобилие.


Пустыня - это место, где замолкает внутренний диалог, подавляется ЭГО и на тебя снисходит энергия абсолютного Знания. Заметьте, Христос удалился на 40 дней для общения с Отцом именно в пустыню.


В пустыню мы шли с ощущением радости и полным отсутствием страха. Когда человек попадает в экстремальные ситуации, то его убивает прежде всего энергия страха, разрушающая важные жизненные субстанции, парализующие мысли и движения. Очень важный момент прохождения пустыни - уничтожить страх. Мы достигали этого молитвами, целеустремленностью и отсутствием желания покорять. Мы не бросали пустыне вызов, мы пришли в гости. Нашей целью было соединиться с этой сущностью.


Но пустыня - это не только пески. Мы были органичной частью природы в этом раскаленном мире и все эти тушканчики, ящерицы, пауки, змеи воспринимали нас как своих. Хотя был один случай - меня укусила змея, одна из самых ядовитых в мире. После ее укуса человек не живет и получаса. Но в происшедшем виноват только я сам. Когда я увидел змею, из глубин подсознания вырвалось чувство страха. И в этот момент змея совершила бросок...


Почему я выжил? За несколько дней до этого инцидента, во сне мне было знамение - меня укусит змея. После укуса моя нога превратилась в настоящую колоду! Все лимфатические узлы напухли. Но я знал, что не умру, поскольку был готов и успел сделать необходимые процедуры. Я испытывал настоящую радость от того, что все произошло так, как было указано свыше. Утром мы продолжили путь. И такие знамения сопровождали нас на протяжении всего пути. Нам покровительствовал Бог.


В последние два дня перехода через пустыню вдруг поднялся ветер, а на небе появилось одно-единственное облако. И как бы мы ни меняли направление движения, ветер постоянно дул нам в спину, а облако создавало тень. Должен сказать вам, что облаков в этих местах не бывает десятилетиями.


На краю пустыни мы совершенно случайно встретили двух аборигенов - бушменов. То были дивной душевной красоты люди: простые, доверчивые, как дети. В глазах у них светилась мудрость - казалось, что о мире они знают ничуть не меньше современных ученых. А общались мы без слов, угадывая мысли друг друга. Поразительно: в безмолвии пустыни открываются тайны телепатического общения!


Что же касается хищников, то мы встречались в Африке со львами, гепардами, не менее опасными бегемотами. Однажды на берегу реки Лимпопо хотели погладить плескавшихся детенышей гиппопотама, но вдруг из-под воды вынырнула громадная мамаша и на огромной скорости погналась за нами. Спасло толстое одинокое дерево, что росло неподалеку.


Наиболее опасными в тех местах считаются "кошки". Звери и змеи нападают, когда чувствуют человеческий страх, поэтому главное - совладать с энергией страха. На крайний случай мог пригодиться и утробный "крик дикого слона": на несколько секунд он парализует противника, будь то человек или животное. А несколько секунд в таких ситуациях - это очень много. Это - спасение.


Правда, на "крик слона" не реагируют крокодилы. Когда мы, изнывая от жары, хотели окунуться в реке, то киснувших в воде крокодилов приходилось не пугать, а увлекать за собой метров на двести вверх по течению, а потом что есть духу мчаться назад, пока не вернулись хозяева. Мы сидели в воде до последнего - бывало так, что выскакиваешь на берег, а за пятками щелкают челюсти крокодила.


Но с реальной угрозой мы столкнулись не в джунглях, и не в пустыне, а в "цивилизации". Об этом в другой раз...



ГОЛТИС ЗАПУСТИЛ ИМПУЛЬС | Тексты | Интервью Людмилы Щербань с «всадниками», фрагменты которого я Вам предлагаю, вышло в апреле 2001 года в еженедельнике "ЗЕРКАЛО НЕДЕЛИ", когда команда «Equites» готовилас