home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3. Принцип выбора.


- Еще одна,- Вахтанг посмотрел на Костырева так, что тот невольно поежился.

- Ну и ну,- пробормотал Олег.- Совсем народ рехнулся.

Он был первый день как после отпуска, но о деле Вахтанга уже был наслышан.

- Итого, четверо,- подытожил Вахтанг, протягивая ему конверт из плотной бумаги. Глаза у него были покрасневшие, голос раздраженный. На мгновение в нем даже почудился грузинский акцент. Большую часть ночи Гарибов провел на месте происшествия.

Олег вытряхнул из конверта акт дактилоскопической экспертизы и пачку свежих фотоснимков – зрелище жутковатое.

- Итак,- менторским голосом произнес Вахтанг.- Восемнадцатого мая мая девяносто пятого года в два часа тридцать две минуты ночи дежурным сорок седьмого отделения был получен сигнал от жильца, проживающего по адресу: Казарменный переулок, шестнадцать, квартира двадцать четыре. По словам  очевидца, у соседки сверху раздавались подозрительный шум и еще что-то… Заметь, это "еще что-то" сосед убитой определить не смог. По указанному адресу прибыл наряд милиции. На звонки и устные требования открыть дверь, жилец тридцать первой квартиры Суханова Зоя Николаевна не отреагировала. В связи с чем был поднят комендант дома Шварц Анатолий Генрихович. В присутствии понятых путем подбора ключей и отмычек квартиру вскрыли. После обнаружения трупа Сухановой, наряд сделал сообщение по полной форме. На место происшествия в три пятьдесят четыре прибыла следственно-оперативная бригада, констатировавшая смерть Сухановой З.Н. от колото-резаной раны в области сердца.

- Все это интересно,- Олег выдвинул ящик стола и взял стопку чистой бумаги.- Но…

- К тебе это имеет непосредственное отношение,- Вахтанг скупо улыбнулся.- Воронцов включил тебя в мою группу.

Пока Вахтанг ходил по экспертным отделам, Олег сидел за столом, курил и читал материалы дела. Уже после второго эпизода стало ясно, что это работа серийного убийцы, коих расплодилось в эпоху буржуазных реформаций как червей в нужнике. В жилище жертвы убийца проникал беспрепятственно. По всем признакам на порог дома будущие жертвы впускали его добровольно. Во всех четырех случаях это были женщины пенсионного возраста. Но какой-либо связи, кроме преклонного возраста, между собой они не имели.

Олег нарисовал на листе бумаги окружность, таким образом обозначив город, и отметил места убийств крестиками. Но настроение у него было нерабочее. Он некоторое время пытался заставить себя думать о деле, но вскоре сдался и, глядя на свое художество, принялся насвистывать мотивчик модной песенки, преследовавший его с утра. Лист бумаги с воображаемым ареалом охоты свалившегося на его голову маньяка он в такт мелодии крутил в пальцах. "Целым был",- пол-оборота по часовой стрелке. "И был разбитым",- пол-оборота против часовой стрелки. Что-то ему все это напоминало. В голову некстати полезла разная чепуха, виденная в американских фильмах. Но эти легкие синие полосы ему что-то определенно напоминали…

Он неожиданно вздрогнул и резко выпрямился, положил схему перед собой. Осторожно, словно опасаясь вспугнуть озарение, взял ручку и также осторожно соединил противолежащие крестики.

- М-мать,- пробормотал, глядя на получившийся крест.- Где тут у нас?!- Он бросился к стенному шкафу, взял с верхней полки карту города и развернул ее на столе Вахтанга.

Грифельным карандашом отметил на карте места происшествий. По линейке отчеркнул две еле заметные полоски. Впечатление складывалось такое, словно он смотрел на самый старый район города через призму оптического прицела.

В этот момент в кабинете появился Вахтанг. Лицо у него было напряженное, злое. Олег закурил, присел на краешек стола и похлопал ладонью по карте.

- Что это ты на моем столе делаешь?- Недовольно осведомился Гарибов.

- Нашел.- Олег не спеша затянулся и выпустил несколько колечек дыма.- Кажется, я кое-что понял.


Когда Олег объяснил ему суть, Гарибов недовольно пробурчал, разглядывая пересечение линий на карте:

- Сколько же это квартир получается?

- Много,- лицо у Олега стало задумчивым.- Но скорей всего это не имеет существенного значения.

- Любопытно,- пробормотал Вахтанг.- Но если ты прав, следующая жертва тоже живет в нашем районе.

Принцип выбора, тем временем размышлял Олег, это единственная зацепка. Где и как он охотится? Ведь охота для хищника – всего лишь способ добычи. Интересно, за какими трофеями на самом деле охотится этот зверь?

- По какому принципу он выбирает жертву?- Олег посмотрел на Гарибова.- Этот человек либо живет в пригороде, либо в город переехал совсем недавно.

- Не факт, но я тоже думал об этом,- Вахтанг внимательно изучал карту.- Хотя к определенному выводу так не пришел.- И повторил мысль Олега:- До тех пор, пока мы не поймем схему, по которой он выбирает жертву, мы не вычленим его из толпы.

Олег кивнул в знак согласия. Это дерьмо отдает шизофренией, думал он, стопроцентная кровожадная мания спятившего ублюдка. Убийства произошли в течение последних четырех недель со среды на четверг, по одному эпизоду в неделю… Они могут быть ритуалом. Вполне могут сойти за ритуал...

Вахтанг зарядил кассету в магнитофон и пристально посмотрел на напарника. Кабинет постепенно наполнился звуками мрачной музыки, напоминающей церковные песнопения.

- Я думаю, что он не только выбирает жертву по определенному принципу,- сказал Олег и слегка поморщился.- Я думаю, что он знакомится с ними при схожих обстоятельствах.

- Эту музыку не смог определить сосед Сухановой,- сказал Вахтанг, глядя в окно.- Его гимны. Видимо, убийца почувствовал опасность и забыл кассету в магнитофоне. Никаких отпечатков! Хитрая сволочь...

- Думаешь, оставил намеренно?- Олег снова вспомнил американские триллеры.

- Может быть,- кивнул Гарибов.- Скоро доиграется...

- Возможно, он познакомился с ними на кладбище,- негромко добавил Олег.- Познакомился на похоронах.

- Верно,- прошептал Вахтанг. Глаза у него мгновенно разгорелись.- Верно, Олег! Место их возможного знакомства – кладбище, похороны. Молодец!

- Просто свежий взгляд на проблему,- спокойно кивнул Костырев.

- Ну-да,- Вахтанг закурил.- Само собой твою версию еще нужно проверить и перепроверить. Но что-то в ней есть. Кто и чем мог заинтересовать их?

- Думай о смерти,- усмехнулся Костырев.

- Что?- Гарибов слегка оторопело посмотрел на него.

- В том смысле, что старики всегда думают о собственных похоронах. Копят деньги, платки и тому подобные вещи… Убийца пользуется их слабостью. Это может быть гробовщик, служитель на кладбище. Предположим, музыкант из оркестра. Хотя я не знаю, хоронят сейчас под духовые оркестры или нет.- Олег закрыл глаза и попытался представить похоронную процессию. Кого-то он выпустил из виду, но не мог сообразить кого.- Этот человек явно внушал им доверие.

Вахтанг уже куда-то названивал.

- Значит так,- сказал он, бросив на рычаг трубку.- Для начала проверим, верна твоя версия или нет?

- Это невозможно, маньяк может вынашивать планы годами. Я бы не стал до такой степени рассчитывать на успех.

- Конечно-конечно, коллега,- Вахтанг усмехнулся.- Я с тобой согласен. Но что бы ты сделал на моем месте?

- Я бы начал с муниципального предприятия "Ритуал" как с самого крупного в городе.


- Ты мне нравишься. По ходу братишка мой,- собеседник был широкоскул, узкоглаз и лысоват.- Если менты загребут, братишка. Что про папу скажешь?..

- Мы о деле будем говорить или как?- Невозмутимо произнес молодой светловолосый парень и посмотрел через дорогу.

Широколицый отхлебнул из пивной кружки, закусил хвостом вяленой рыбы и тоже посмотрел через дорогу. Они сидели в открытом кафе. Перед светловолосым стояла бутылочка минеральной воды.

- Братишка, ты меня не понимаешь.- Широколицый снова приложился к кружке.- По ходу ты не вкурил, чего папа хочет. Если тебя заметут - ты меня не знаешь, ты меня не видел... А тебя за старое мясо заметут...

Вместо ответа светловолосый улыбнулся.

- Это хорошо,- осклабился собеседник.- Завтра как обычно. Береги себя, братишка…

Светловолосый проводил его взглядом. На его сердце стало неспокойно. Неужели что-то пронюхали? Он посмотрел на часы и неожиданно решил, что сейчас это уже не важно. Времени было два часа пополудни. Внизу его живота сладко заныло. Сегодня он встретит ЕЕ. Она будет вот такая и вот такая, думал он. Впрочем, совершенно неважно, какой именно она будет, думал он, и эти мысли его успокаивали. Неважно, какой она будет, потому что люди – всего лишь атрибут, один из составляющих волшебную ночь отданную служению. Все будет так, как и должно быть. Не больше, не меньше. И ему помогут, ведь ему всегда помогали.

Он перешел через дорогу и открыл дверцу "ПАЗика"-катафалка. Сел на водительское место и вытер мгновенно вспотевшие лоб и лицо. Он уже почти не чувствовал своего тела. В салоне и в кабине было очень жарко. Но он с наслаждением вдыхал этот душный сладковатый воздух. Его тело пронизали приятные теплые молнии.

Наконец он решил, что время настало, завел двигатель и поехал навстречу судьбе. Подумал только, что уже ничего нельзя изменить. Абсолютно ничего.


После обеда Олег созвонился с Вахтангом.

- Ты оказался прав,- напористо говорил тот.- Все жертвы за несколько дней до убийства побывали на похоронах. Не могу понять, как это обстоятельство ускользнуло от меня.

- Бывает. Между ними есть еще какая-то связь?

- Есть. На всех похоронах пользовались услугами "Ритуала". Именно то, о чем мы говорили. Как твои дела? Опросил сторожей на кладбище?

- Да. Но на мой взгляд каждый из них вызывает определенные подозрения.

- Ну и ну,- передразнил Олега Вахтанг.- Жду тебя с отчетом. Салют, коллега!

- Салют,- без энтузиазма отозвался Костырев.

Солнце стояло в зените. Было очень жарко. Олег посмотрел на часы. С полминуты размышлял над тем, не съездить ли домой и спокойно пообедать, отдохнуть ото всей этой зловредной суеты. Он потоптался возле телефонной будки. Но так и не решившись на что-то определенное, пошел в сторону автобусной остановки.


В конце дня они вынуждены были признать что единственный положительный результат их сыска – наличие самой версии определившей сыск. Но если у Олега настроение было пораженческое, то Вахтанг излучал оптимизм.

- Это только начало,- уверенно говорил он.- Завтрашний день все решит. Мы на верном пути – это уже хорошо! Круг подозреваемых существенно сузился, не иголка же он в стоге сена!

- Ну-ну,- пробормотал Олег.- Что-то я не чувствую приближение успеха.

- Все еще впереди,- пообещал Вахтанг с таким видом, словно был самим Господом богом.- Мы поймаем его.

- Конечно поймаем,- кивнул Олег,- нам деваться некуда.

Вахтанг посмотрел на него и жизнерадостно рассмеялся:

- И откуда ты такой взялся?! Ладно, идем, пивком тебя угощу! И не забудь супруге от меня кланяться. Как она тебя терпит?..

Было около семи часов вечера. Духота на улице стояла такая, что сразу же захотелось уйти с головой под воду или превратиться в дельфина.

- Это было бы неплохо,- кивнул Вахтанг, когда пена в кружке осела.

- Ну-ну,- Олег отпил примерно половину, поставил кружку на стол и с задумчивым видом закурил.- Так любой балбес себя счастливым почувствует.

- Ты ведь с год, как у нас работаешь?- Спросил его Вахтанг. Олег кивнул.- Пора тебя на серьезную работу ставить. Хватит время на ворованное шмотье тратить.

- Кому-то и шмотье искать нужно,- недовольно пробурчал Олег.- Для кого-то оно – все что у него есть.

Вахтанг разочарованно похмыкал:

- Что-то я не чувствую в тебе благородного честолюбия,- задумчиво изрек он и замолчал.

Костырев был так устроен, что молчание для него не было в тягость. Так и просидели минуты две, не проронив ни слова. И за эти две минуты Олег успел представить жизнь Вахтанга Гарибова, обрусевшего грузина в третьем поколении, который скорей всего и по-грузински уже ни бельмеса не понимал. Но кровь все равно дает о себе знать, с чего бы тогда затевать почти бессмысленный разговор о честолюбии, борьбе за место под солнцем, и прочих глупостях… И в этот момент он неожиданно понял, что именно ускользало от него.

- Какой сегодня день недели?- Спросил он Вахтанга таким голосом, что тот сразу насторожился.

- Вторник. Ты понял кто он?

- Определенно нет. Но ведь у нас есть еще день в запасе.

- Кто он, Олег?

- Водитель катафалка. Один из водителей. У них всегда есть время перекинуться парой слов с провожающими. Он им что-то обещал, и они ему верили.- Олег закурил.- Знакомился с ними во время процессии. Предлагал что-нибудь за копейки. А вечером в среду приходил на дом, приносил ритуальные безделушки. На них потом все равно никто не обратит внимание. У пожилых людей такого добра всегда хватает. Остальное ты знаешь. Если я не ошибаюсь, все убитые были людьми необщительными, без знакомств, в разладе с родными. Он должен быть очень хорошим психологом. Именно таких женщин он выбирал.

Олег глубоко вздохнул и замолчал. Сейчас он не смог бы сказать, как эта цельная картина сложилась в его голове.

- Черт!- Вахтанг выругался вполголоса.- Будем надеяться, что у нас еще есть завтра.

- У кого-то завтрашний день – последний.- Лицо у Олега мгновенно изменилось, стало жестким.- Не опоздать бы нам.


Утро было свежее и прохладное, как это бывает перед очень жарким днем. Дороги блестели. Их недавно полили, и от дорог тоже шла речная свежесть. Постепенно улицы наполнились шумом машин и многоголосым гомоном пешеходов.

Вахтанг с Олегом подъехали в похоронное бюро к открытию. По дороге еще раз обосновали вчерашние выводы. Времени на ошибку у них уже не было.

- Не уйдешь от нас, душегуб!- Приговаривал Вахтанг. Олег отмалчивался и внимательно смотрел по сторонам. В это утро ему было неспокойно.

Контору и гараж открыли одновременно.

- Я займусь документами,- сказал Вахтанг.- Выясню, кто работал на катафалках в те дни. А ты прогуляйся до гаража. Походи, послушай.

Водители и механики без любопытства смотрели на подошедшего Олега.

- Всем привет,- он помахал перед грудью удостоверением.- Отдыхаем?

- Кто как,- угрюмо отозвался один из курильщиков, упитанный дядька лет пятидесяти. Остальные были ему под стать, мордатые неулыбчивые мужики. Олег уже подумал, что все-таки совершил ошибку, и несколько часов теперь потеряны.

Но в этот момент в гараже раздался металлический звон. Олег прислушался и зашел внутрь.

- Эй, начальник, а в чем дело?!- Крикнул ему вслед самый разговорчивый.

В гараже было сумеречно и прохладно, пахло бензином и какой-то сладковатой дрянью. И витало в воздухе еще что-то. Олег прислушался и насторожился. Из глубины гаража доносилась давешняя псевдоцерковная музыка, которой убийца сопровождал ритуалы.

Молодой паренек, ровесник Олега, так увлекся работой, что появление оперативника попросту не заметил. Он копался в двигателе и негромко насвистывал варварскую мелодию, которая медленно растекалась из динамика магнитолы. Олег мгновенно оценил ситуацию. Перед ним стоял тот, кого они искали.

Решение созрело мгновенно. Брать, пока противник не готов к сопротивлению. Олег осторожно вытащил из наплечной кобуры пистолет, снял с предохранителя.

Сопротивление ему не оказали. Олег завернул подозреваемому руку, зашел за спину и ткнул стволом пистолета в подбородок:

- Не дергайся. Веди себя тихо.

- Ты что делаешь, придурок?- Голос у паренька был спокойно-нагловатый.

- Рот закрой!- Неожиданно даже для себя рявкнул Олег.- Пошел к выходу! И без фокусов!

Олег осторожно передвигался за подозреваемым. Он не исключал любой возможности. Не исключал и того, что у маньяка мог быть сообщник. Шли они очень медленно.  До ворот оставалось рукой подать, когда в гараже появился третий, узкоглазый, похожий на корейца человек. Ему хватило доли секунды, чтобы оценить ситуацию. В его руке, как у фокусника, появился пистолет.

- Слушай, братан,- прошепелявил узкоглазый.- Отпусти "корешка", перетрем по-тихому.

- Брось пистолет,- хрипло сказал Олег.- Оружие на пол, и лицом к стене!

- "Мусорок", бля!- Ощерился широколицый, его и без того узкие глаза превратились в щелочки. Соображал он мгновенно.- Ну, чё, щуренок?!- Обратился явно не к оперативнику.- Допрыгался?! Папа тебе говорил? Говорил… Но ты, сука, папу не слушал. Не слушал меня…

Факт – терять ему было нечего. Олег это понял сразу. Ничем другим его самоуверенный, накокаиненный голос объяснить нельзя.

Возле курилки послышался быстрый говор Вахтанга, а через секунду он уже держал широколицего на прицеле.

- Пистолет на пол!- Выкрикнул Вахтанг.

И вдруг Олегу показалось, что в гараже стало неправдоподобно тихо. Он и представить не мог, что в этом суетном мире может воцариться такая тишина. Он ясно слышал гул крови в собственных жилах, и слышал, как у задержанного что-то мелодично похрустывает в позвоночнике.

- Ты меня на понтах не разведешь,- шепеляво изрек широколицый.- Сам "волыну" брось. Брось ствол, падло!

Вахтанг ощерился. А широколицый неожиданно улыбнулся Олегу, словно с сожалением пожал плечами и нажал на спусковой крючок…


Иногда он просыпался по ночам от стоявшего в ушах грохота перестрелки и от ощущения отдачи в правой руке. Надо же как быстро их настигло возмездие, думал он. И днями напролет гулял в больничном парке. Изредка вспоминал и о том, что до кого-то в ту ночь убийца не добрался. Пытался представить себе эту женщину. Она была вот такая и вот такая, думал он. И понимал, что думать так – глупо. Выходит, это просто судьба. Значит, ей не суждено было попасть под его нож.

- Надо же,- шептал Олег, разглядывая высокие облака в небе.

Вечером приходила жена, приходили родители, приходила теща. Днем наведывался Вахтанг. После случившегося он стал более нервным, но ему это было к лицу. А Олег смотрел на своих посетителей так же, как он смотрел на облака в небе.

Наверняка в нем что-то переменилось. И наверняка это почувствовали все, кто был с ним рядом. Он же этой перемены не ощутил.

Однажды утром Олег проснулся, и медсестра сказала ему равнодушно:

- Там друга твоего привезли. Можешь проведать.

- Ка… Какого друга?- От неожиданности поперхнулся Олег.

- Разговорчивого грузина.

Олег как смог быстро встал с постели, оделся и вышел в коридор.

- В четырнадцатой палате он,- догнал его голос медсестры.

В четырнадцатой палате стоял возле больного доктор. Он обернулся, когда Олег приоткрыл дверь.

- Можете поговорить, но недолго,- предупредил он посетителя и отошел к окну.

Олег сел на стул. Вахтанг молча смотрел на него. Лицо у него было бледное, а глаза большие и темные. Так они и продолжали молча смотреть друг на друга.

- Ну и ну,- наконец пробормотал излюбленное Олег.- И как ты умудрился повторить мой подвиг?

Вахтанг неожиданно шмыгнул носом и улыбнулся:

- Знаешь, кто меня подстрелил?

- Кто?

Вахтанг показал глазами на полотенце висевшее в изголовье кровати. Олег развернул его и увидел вышитого Дональда Дака, дегенеративную утку из американских мультиков.

- В "Макдоналдсе" брали одного живчика – любителя гастролей,- с каким-то тайным торжеством произнес Вахтанг.- Я сообразить не успел, как эта размалеванная сволочь устроила мне свинцовое отравление…

- Заканчивайте,- недовольно пробурчал доктор.

- Совсем народ рехнулся,- пробормотал Олег.

- Что-то в нас часто стрелять стали,- Вахтанг взял у него полотенце и вытер лицо.- Что ли дураков больше стало?

- Вряд ли,- ответил за Олега доктор.- Вы друг друга все время калечите. На этом все! Еще успеете наговориться.

В этот момент в палате вдруг стало темно. Олег оглянулся на окно. Небо было темным сплошь затянутым грозовой тучей.


В июле, когда висела над городом изнуряющая жара и грохотали буйные грозы, Говорухину присвоили очередное звание капитана милиции, повысили оклад и вскоре перевели в следственный отдел городской прокуратуры. Он расценил это как плату за молчание. При встречах Кашницкий держался с ним как с соратником. Но ни о чувстве локтя, ни о корпоративном духе больше не заговаривал. И это Михаил тоже понимал по-своему: его приняли в стаю. А вот Варламова, в отличие от Михаила, "ушли" на пенсию.

Но скрытое от глаз, вывернувшее душу Говорухина наизнанку, было страшно и неописуемо словами. Он отравил себя ненавистью. Ничего не забыл. И как лики мучеников на иконах, в его душе светились три образа. Михаил и себе не мог объяснить, почему гибель Соболевых так подействовала на него. До этого момента он пережил немало: потерю близких людей, крах семейной жизни, и предательство, и неоднократные покушения. "Почему?"- спрашивал себя и не находил ответ. Потому что они доверились ему? Или оттого, что именно он толкнул Николая на гибельный путь? Он тщетно искал оправдание.

И все это время незаметно прощупывал окружение Самохина, пытаясь определить хозяина холодного, насмешливого голоса, под чьи напутствия убивали Соболевых и едва не погубили его. Но сколько раз в приступе бешеной ярости он жалел, что не умер тем мартовским утром.

В конце того же июля розыскники Северо-Западного района вышли на след банды Карася. Дерзкие, беспощадные, хладнокровные преступники, жертвами которых становились дельцы средней руки, попали под подозрение оперативников случайно. Так получилось, что это дело оказалось первым делом Говорухина уже в качестве следователя прокуратуры.

На встречу с оперативниками из уголовного розыска Михаил приехал ближе к вечеру. После краткого представления устроились за столом. Старшему среди них, майору Сарычеву, было пятьдесят два года; младшему, лейтенанту Костыреву, недавно исполнилось двадцать пять.

- Тот самый Олег Костырев?- Переспросил Михаил, с интересом разглядывая высокого светловолосого парня.

- Что значит тот самый?- Уточнил молодой оперативник.

- Да ты, брат, явно недооцениваешь себя,- улыбнулся Михаил.- Для ловли такого зверя чутье должно быть особенное. И оно у тебя есть.

- Не захвали нашего Олега!- Со смехом отозвался один из товарищей Костырева.

- Вахтанг,- погрозил ему пальцем Михаил,- в свое время Варламов не сумел переманить тебя! Но не расслабляйся, нам талантливые ребята тоже нужны.- Михаил поздоровался за руку с невысоким темноволосым крепышом. Говорухин и Гарибов знали друг друга еще со времен обучения в школе милиции.

- Товарищи,- вмешался в их разговор Сарычев,- давайте ближе к делу.

Костырев в словесной перепалке участия не принял и к посулам Говорухина остался безучастен.

- Хорошо,- кивнул Михаил,- в таком случае приступим к делу.

Вахтанг Гарибов передал ему папку с материалами дела.

- Со стороны они производят впечатление добропорядочных граждан. Я бы даже сказал: безупречное впечатление. В наше поле зрения попали случайно. Почти все держат фотосалоны. В свете открывшихся обстоятельств – для отвода глаз. Именно заведение одного из них… Да, вот этого,- Гарибов нашел нужную фотографию,- Бельцова Александра Павловича ограбили. И мы об этом не узнали бы. Но обнаружившая следы взлома продавщица проявила инициативу - сообщила об ограблении в милицию. Бельцов налетчиков вычислил без труда. Вот только перестарался с наказанием: одного забил до смерти, второй находится в критическом состоянии.

Михаил внимательно разглядывал снимки предполагаемых членов банды Карася.

- Очень хорошо,- подытожил он.- Они много крови пролили. Значит так, проявим корпоративный дух. Отморозков брать только с поличным! Обо всех изменениях по ходу дела сообщать мне. Вообще, постоянно держите меня в курсе происходящего.

- Теперь придется долго ждать подходящий случай,- Костырев отодвинул пепельницу в сторону.- Судя по всему, недавно они получили крупную сумму денег от некоего гражданина Горбова. Взятого нами на заметку из-за махинаций со спиртом и фальсифицированной водкой.

- Это не показатель,- усмехнулся Михаил.- Все их поступки говорят о фантастической жадности. Отслеживая каждого из этой группы, мы обязательно возьмем всю банду с поличным. Всех разом.


Вахтанг Гарибов остановился возле витрины одного из торговых павильонов остановочного комплекса. Ими начали заменять разношерстные ларьки и киоски, разросшиеся как грибы в людных местах. Их витрины как визитная карточка отражали пристрастия в середине девяностых. Большая часть полок была заставлена водкой в стеклянных бутылках и в алюминиевых банках, сигаретами. На видном месте красовалась стопочка видеокассет. Остальное занимали сладости в разноцветной упаковке, газированные напитки и бутылочное пиво. Эра пластиковой тары еще не наступила.

Вахтанг побарабанил по прилавку. Но продавец не появился, хотя отчетливо были слышны звуки передвигаемого товара. Гарибов обогнул торгово-розничный комплекс. Возле павильона Николаева стоял "Москвич" - "каблучок", а сам Николаев сосредоточенно перелистывал записную книжку, перед открытыми дверьми служебного входа. Было в нем почти два метра роста, да чуть не метр в плечах. Вахтанг хмыкнул и подумал о том, что Карась выбрал себе подходящую жертву. Наверняка уже куражиться начинает зверье, друг другу доказывают свои исключительные возможности.

- Сергей Вадимович, здравствуйте.

Николаев недружелюбно посмотрел на него и снова углубился в изучение записной книжки.

- Могу я с вами поговорить?

- А нам есть о чем говорить?- Сквозь зубы пробурчал Николаев.

- Я, Гарибов Вахтанг…

- Я вас знаю,- все также сквозь зубы процедил Николаев.- Встречались…

- Это упрощает дело,- кивнул Вахтанг, хотя он не помнил случая, когда сталкивался с Николаевым даже случайно.- Вы уже понимаете, о чем пойдет речь?

- Люда!- Вместо ответа гаркнул Николаев.- Сигареты забирай!

- Здрас-те,- явно подражая хозяину, сквозь зубы поздоровалась с Гарибовым молоденькая продавщица.

- И Светку предупреди!- Грозно пробурчал Николаев, отдав ей несколько блоков американских сигарет.- Если она еще раз так сделает…

Девица демонстративно застыла в дверях, задрав безразличные глаза в синее небо.

- Иди торговать, чего встала как вкопанная?!- Насупился Николаев, глядя, как она неторопливо, раскачивая худыми бедрами, удаляется вглубь павильона.- А вам-то что от меня нужно?- Он перевел взгляд на Вахтанга.- Ограбили кого-то?

- Пока что нет. Но ограбят или убьют.

- Люда, закрывай двери!- Николаев прижал стальную дверь носком ботинка.- Садитесь в машину. Там поговорим.

Вахтанг устроился на пассажирском сидении и осмотрелся:

- У вас не машина, а рабочий кабинет.

- Что вам нужно?- Николаев каким-то образом уместился на водительской половине.

- Давайте, не будем ходить вокруг да около. У вас вымогают деньги?

- Нет.

- Сергей Вадимович, это очень опасные люди. Не играйте с огнем. На встречу с вами они придут вооруженными до зубов. И добром эта встреча не закончится, потому что у них тормозов нет. Их учителя – американские бандиты с видеокассет из вашего магазинчика.

- Знаешь,- не изменяя своей привычке, сквозь зубы процедил Николаев.- Я – мужик. Свои проблемы я решаю сам.- Он посмотрел на Гарибова.- Когда на меня "наедет" какая-то сука, я за помощью к тебе не побегу. Я им сам бошки поотрываю! Не о чем нам с тобой разговаривать. Все, некогда мне!

- Хорошо,- кивнул Вахтанг.- Но вы можете помочь нам. Можете... Я не прощаюсь, потому что очень скоро мы снова встретимся. Вот только при каких обстоятельствах?..

- До свидания,- пробурчал Николаев, наблюдая, как Гарибов выбирается из машины.


К среде выяснилось, что "стрелку" карасевцам "забили" на вечер пятницы. Михаил собрал оперативников в своем кабинете. За оставшееся время предстояло выяснить, в каком именно месте произойдет встреча, чтобы успеть подготовиться к захвату банды и подключить к операции ОМОН.

Михаил два дня безрезультатно обрабатывал господина Горбова – последнюю и пока что единственную из известных жертв банды Карася. Вымогатели запугивали людей до такой степени, что и по прошествии времени потерпевшие предпочитали помалкивать. И Горбов молчал, только в глазах его  плавился безотчетный животный ужас. Михаил заклинал его, пугал статьей о недонесении, пытался убедить. Но все было напрасно.

- И что же мы имеем?- Подвел он в среду неутешительный итог.- У нас нет ничего кроме информации о том, что Карасев вымогает деньги у Николаева. И мы знаем, что эту проблему Николаев попытается решить самостоятельно вечером в пятницу… Что мы можем сделать в отсутствие достоверных доказательств и свидетелей против Карасева и членов его банды?.. Ничего. На какое-то время они залягут на дно. И через какое-то время вся банда или переквалифицируется  на другой преступный промысел, или же мы столкнемся с еще более изощренными случаями вымогательства. Какие будут предложения?

- Остается только следить за Николаевым,- Вахтанг пододвинул к себе пепельницу и закурил.- Уж он-то точно придет на встречу в пятницу.

- Я считаю,- кивнул Сарычев,- что следует установить наблюдение, предположим за тремя членами банды Карасева. И в случае необходимости действовать как можно оперативней.

- А твое мнение, Олег?- Говорухин перевел взгляд на Костырева.

- Я бы проявил осторожность. Если наши фигуранты договорятся, что не исключено; мы упустим и то малое, чем располагаем против Карасева. Придется снова ждать. А в том случае, если они не договорятся, мы рискуем попасть под перекрестный огонь. Я считаю оптимальным вариантом брать Карасева сейчас.

- Согласен,- кивнул Михаил.- Осторожность не повредит. Возможен и такой вариант: на очной ставке Горбов опознает Карасева и начнет давать против него показания. Еще лучше, если Николаев тоже даст против него показания. Но допустить кровопролитие мы не можем. Об этом речи не может быть. Сейчас я возьму у прокурора санкцию на арест Карасева и членов его банды. Брать будем всех. Вас прошу подготовиться к захвату членов преступной группировки. По средам, то есть и сегодня, они собираются на квартире одного из бандитов, играют в карты, обсуждают дальнейшие действия. Эта информация достоверная и проверена лично мной. Все свободны до 20:00.

Когда оперативники разошлись, Михаил откинулся на спинку кресла и утомленно закрыл глаза. То, что он чувствовал в это мгновение было странной и почти непередаваемой словами смесью из ощущений человека балансирующего на грани помешательства. Он чувствовал себя хищником, который наблюдает за очередной жертвой и которого одновременно выслеживают несколько беспощадных и опытных охотников.

Михаил сидел с закрытыми глазами так долго, что казался спящим. Его мысли и ощущения в этот момент были настолько многослойны, что он сам не был в состоянии контролировать их. Он думал о нескольких вещах сразу, а перед его глазами тем временем мелькали обрывки ярких картин, не имевшие к его мыслям абсолютно никакого отношения. И вдруг его ум успокоился. Где-то далеко-далеко рявкнул раскатистый гром. Михаил открыл глаза и вдохнул полной грудью. Из сонма беспорядочных мыслей и чувств осталась только ненависть к Самохину и желание воздать выродку по заслугам.

Он вышел из-за стола и остановился напротив окна. С запада наползла на город необъятная свинцово-черная туча. Она клубилась над далекими башнями и шпилями, разряжая в пространство яростные вспышки молний. Она казалась далекими темными небесами. Городские кварталы возле прокуратуры еще были залиты ослепительным солнечным светом.

Вновь послышался глухой, отдаленный рокот – ворчание могучего небесного зверя с длинными огненными клыками. Михаил закурил и прижался лбом к оконному стеклу. На душе у него вновь стало тягостно и беспросветно. И вдруг во вспышках молний и громовых раскатах он увидел грядущий конец своего врага. Этот город давно стал для него родным домом. Михаил вспомнил строчку из Данте: "Я сделал дом свой местом казни". И улыбнулся страшной улыбкой.

Солнечный свет стремительно ушел в зенит, и навалилась на город грохочущая, темноглазая стихия. Михаил смотрел ей в лицо, улыбаясь страшной, отталкивающей улыбкой, и лик его казался разукрашенной маской паяца. На другой стороне улицы спасались от непогоды прохожие, прятались под крышами остановок и в магазинах. По подоконнику гулко застучали первые крупные капли. А через мгновение яростно и туго хлестнула молния, впилась в темную, штормовую массу разбитого неподалеку сквера, и ударил басистый гром, словно сам Рок хохотнул, пугая мир живых опасной близостью. Михаил улыбался и жадно курил, глядя на буйство стихии.


Жара, к которой уже успели привыкнуть, вечером спала. Все говорило о скорой перемене погоды. Оперативники собрались в кабинете Говорухина в половине восьмого вечера.

- Спецназ прибудет на место к 21:00. Их командира я проинструктировал. Впрочем, в подобных ситуациях они действуют отработанными методами. Квартира находится на третьем этаже. Блокируем подъезд и лестничные марши. Надеюсь, что с оружием и экипировкой у вас полный боевой порядок. Нужно быть готовыми к любым неожиданностям. Опасного зверя брать будем. Давайте обсудим все возможные варианты развития событий…

К девяти часам они подъехали к назначенному месту. В глухом безлюдном переулке уже стоял омоновский "ПАЗик". Михаил приветствовал бойцов, пожал руку их командиру.

- Ваша задача предельно сжата. Квартира на третьем этаже, номер девяносто четыре. Из квартиры никого не выпускать. При оказании сопротивления применять методы адекватного противодействия. Не мне вас учить. Водитель пусть держится за моим автомобилем на некотором отдалении.

- Понятно,- кивнул омоновец.- Действовать быстро и жестко.

- Раздайте фотографии,- Говорухин передал ему пачку фотоснимков.

Вернувшись в машину, он позвонил на квартиру, в которой собралась банда. Трубку снял ребенок.

- Папка дома?- Без обиняков спросил Михаил.

- Да. Позвать?

- Нет, ты лучше дядю Колю позови. Он пришел?

- Да…


Когда Ася, дочка Семена Ермакова, позвала Карася к телефону, он почувствовал легкий укол в сердце. А это всегда предвещало неприятности. Затаив дыхание, он несколько секунд вслушивался в длинный гудок, раздававшийся в телефонной трубке.

Карасев, высокий, жилистый человек, с уже появившейся проседью в коротко стриженой шевелюре, отличался поистине звериным чутьем. Если он чувствовал, что силы и время будут потрачены впустую, без колебаний бросал очередную затею. Некоторые подельники втайне даже считали его трусоватым. Но на самом деле каждый из них боялся Карася. Его исключительная физическая сила и беспощадность наводили ужас не только на потерпевших, но и на подельников. Хотя верно и то, что Карась ради забавы, либо поддержания авторитета никогда не демонстрировал ни того, ни другого. И все же такого бешеного и кровожадного зверя еще нужно было поискать.

В девяносто пятом году ему исполнилось сорок два года. К тридцати трем, когда в СССР началась перестройка, он уже был обременен большой семьей. В восемьдесят пятом году супруга подарила ему третьего ребенка. В то время он работал охранником  в системе сопровождения ценных грузов МПС. В лихие и вероломные годы реформаций Карасев даже не думал начать собственное дело. На жизнь ему хватало с небольших махинаций на железной дороге. Человек практичный, расчетливый, он  довольствовался тем что имеет.

Но жизнь не стояла на месте, что еще вчера считалось достатком и благополучием, завтра оказывалось существованием за чертой бедности. С годами Карасев из человека сильного и умного с чувством собственного достоинства превратился в алчную тварь, в хитроумную бестию, жаждавшую только одного: не знать отказа ни в чем. И незаметно сговорившись с несколькими товарищами по работе такими же любителями легкой наживы, он выработал свою тактику и линию поведения. А в начале девяносто третьего года они "выдавили" деньги из первой жертвы.

Они не собирались давать кому-то "крышу", "защищать" или "помогать" в решении проблем. Их интересовали только деньги: неплохие деньги, хорошие деньги, ради которых стоило рисковать. А когда их пытались утихомирить блатные и воровские авторитеты, Карась, нагло улыбаясь, вламывался в дом посягнувших на него людей, и после пяти минут исключительно дружеской беседы, редко кто не понимал, что тягаться с этим отморозком не просто опасно, а смертельно опасно. Карась так умело балансировал между рискованным и недозволенным, что вскоре на него перестали обращать внимание. Иногда дешевле и разумней откупиться, как когда-то русские откупались от лихих татар данью, чем ввязываться в бессмысленную мясорубку. Карасев был странным хищником похожим на леопарда. Хищником понимающим порядок вещей.

- А я говорю, что это лажа! Они сначала договариваются, а потом на ринг выходят!..- Доносились из гостиной громкие уверенные голоса подельников. Они яростно, не уступая друг другу даже в малом, спорили об идущих по кабельным каналам боям рукопашников.

- Да ну на фиг!!! Японцы не продаются!..

- Да ты чё?! Да за такие "бобосы" я бы тоже дурака на ринге валял!

- Да ну на фиг…

Карась осторожно положил трубку на рычаг и, стараясь не шуметь, вышел на лестничную площадку. Сердце в его груди стучало гулко и часто. Он проверил пистолет за поясом и бесшумно поднялся на три марша вверх. В это время возле подъезда притормозил омоновский "ПАЗик". Карась в окно увидел бойцов в масках и бронежилетах, оскалился и бросился на пятый этаж. По лестнице поднимался тяжелый топот и гул от подкованных каблуков.

Карась замер на чердаке. Ему повезло – люк в этот день не был заперт. На чердаке пахло какой-то затхлой дрянью, перепревшей бумагой и расплавленным гудроном. Карась бросился к дальнему от себя чердачному люку, но тот оказался закрыт. Они все оказались заперты, кроме соседнего.

Карасев метался как птаха в клетке до тех пор, пока не замер возле открытого люка. Деваться ему было некуда. Он откинул люк и сосредоточился, сжав зубы. Пистолетный ствол блеснул вороненой сталью. Непонятно было то ли он молится, то ли просто гонит прочь бесполезные сейчас мысли.

И почти прыгнул вниз, едва держась за перекладины. Бросился вниз по лестничным маршам. А навстречу ему неспешно поднимался грузный майор Сарычев. Они увидели друг друга одновременно, но через мгновение Карась уже нажал на спусковой крючок. А Сарычеву этого мгновения не хватило.

Услышав пистолетный выстрел, Говорухин замер и тоже бросился вниз по лестнице.

А в девяносто четвертой квартире омоновцы ломали мебель и руки. Кричали от ужаса перепуганные женщины. Бандиты лежали на полу с перекошенными от бешенства лицами.

- Лежать на полу! На пол, я сказал!..

- Ах ты, сука! Бля…

- Лежать...

Михаил выскочил из подъезда, заметил убегавшего человека с пистолетом в руке, и бросился вдогонку.

…Когда бежишь изо всех сил, кажется, что сама жизнь остается за плечами. Дыхание уже не вылетает из легких – ноги выбивают воздух из тела…

Они выбежали на проезжую часть. Машины сигналили и резко притормаживали, стараясь не сбить петляющих среди них людей. Карась перебежал через дорогу и перемахнул дощатый забор, огораживающий строительство многоэтажки.

Это длилось долю секунды. Карась завис над забором, перекидывая в акробатическом прыжке жилистое тело. И Михаил увидел его глаза, его напряженное лицо. И Карась тоже увидел его. Михаил на бегу вскинул пистолет и несколько раз выстрелил. Тоже прыгнул на забор, но замешкался, у него не получилось так ловко преодолеть заграждение.

А Карась уже огибал недостроенное здание. Его легкие работали как кузнечные меха. И он уже не оглядывался, спиной чувствуя, что ушел от погони.

Михаил выбежал на пустырь позади новостройки, увидел технику, поддоны с кирпичом и бетономешалки, увидел вышедшего из вагончика пожилого сторожа.

- Где он?!

- Кто?- Опешил тот.

- Ушел,- пробормотал Михаил.- Ушел, сволочь…- Он выхватил из кармана телефон, набрал номер дежурной части.- Говорит следователь Говорухин. В районе улицы Белинского от преследования скрылся особо опасный преступник - Карасев Николай Иванович. Срочно передать это сообщение всем городским патрулям и экипажам ГАИ. Приметы преступника: высокий, худощавый, славянской наружности, одет в брюки темного цвета и серую футболку. Вооружен и очень опасен. При задержании Карасев оказал вооруженное сопротивление. Все понятно?!

- Понял! Сообщение передам немедленно!


В конце того же жаркого июля пропал Иван Сапегин – помощник шефа  безопасности Олега Самохина. Сначала решили, что у человека появились неотложные дела, о которых он не хотел распространяться. Но когда Сапегин не появился и через три дня, приехали к его сожительнице.

- Не знаю я где он!- Отрезала та.- Когда хочет – приходит, когда хочет – уходит. Откуда я могу знать, где?! Каждую неделю новую блядь находит! О сыне бы лучше подумал!

Этот разговор происходил на даче Сапегина. Гражданская жена Ивана миловидная полная шатенка лет тридцати была не в духе. В траве возле ее ног играл двухлетний малыш.

- Как появится, пусть сразу же едет на "фирму",- напоследок предупредили ее.

Но Сапегин не появился.

Нашли его в начале августа в лесу. Труп опознали спустя несколько дней. В распухшем, почерневшем висельнике трудно было узнать уверенного в своих силах, решительного и насмешливого человека. Хорошо знавшие Сапегина люди в его самоубийство не поверили сразу. К тому же судмедэксперт сделал однозначный вывод – покойному не только помогли умереть – сделали это намерено небрежно. Кто-то давал понять что Сапегин – начало в веренице убийств и террора.

Выразить соболезнование сожительнице Сапегина Самохин приехал лично. Со стороны он выглядел театрально, но даже посторонним хватило одного взгляда, чтобы понять: наигрышем здесь не пахнет. Самохин знал, от проявленного им уважения к усопшему и близким, преданность людей становится сродни самурайской.

Из открытого окна дачного домика доносился холодный насмешливый голос, женский смех и радостный визг ребенка. Там крутили видеозаписи покойного.

- "А вот я тебя сейчас за руки - за ноги,- со смехом говорил мужчина с телеэкрана, прижимая к себе верещавшего от удовольствия темноволосого мальчугана.- За руки - за ноги и из окна…"



2. Стая. | Могилы героев. Книга первая | 4. Демоны.