home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 9

— Он говорит, — тихо ответил на вопрос своего бывшего командира Аналитик, — что испытывает глубокое горе, видя мёртвое тело девушки, так похожей на его любимую жену.

— Которую звали Айша! — многозначительно подтвердила Снежная Королева, морщась от боли в плече, которое взялся перевязывать Полковник.

— Но если в жилах Мари текла и арабская кровь, то почему же она… — Аналитик не договорил, посмотрев вместо этого на лужи слизи — всё, что осталось от Профессора, его подручного и Берии.

— Потому что была мертва! — вмешался Учёный. — Посмотрите на этих двух! — он показал на неподвижные, но абсолютно целые тела ещё двух террористов. — Их клеточный материал перестал реагировать на протеин N, как только исчезли электромагнитные поля, обычно сопровождающие живого человека. А ведь именно они представляют собой основной катализатор для срабатывания заложенной в эликсир генетической программы!

Тем временем Бородач не терял времени. Он быстро раздел по-прежнему неподвижного Учителя, а затем и Мари. Тела обоих были изуродованы пулями. Из ран более не сочилась кровь. Положив их рядом, пожилой араб запустил руку в кожаный мешок и достал из него древнюю медную лампу. Из лампы, в свою очередь, он вытряхнул большой жёлтый бриллиант. Бородач огляделся и увидел остов разбитого стрельбой стеклянного бака с остатками янтарной жидкости внутри. Он поспешил к нему и зачерпнул жидкости лампой.

— А почему он не боится протеина N? — шёпотом спросил Учёного Полковник.

— Не думаю, что он жив в обычном понимании смысла этого слова! — так же шёпотом ответил тот. Полковник кивнул, полностью удовлетворённый этим абсолютно невероятным объяснением.

Подойдя к Учителю, Бородач взял в одну руку алмаз и поднёс его к полуоткрытым губам трупа. Другой рукой он стал медленно вливать янтарного цвета жидкость в рот убитого таким образом, чтобы та стекала с драгоценного камня. Через секунду тоненькая струйка начала светиться как будто изнутри, свечение становилось всё ярче и ярче, пока не превратилось в столб сверкающих лучей, вертикально пронизывающий не только помещение Центра и голову Учителя, но и, казалось, всю Вселенную. Как выяснилось позже, столб этот увидели многие тысячи людей, в том числе и далеко за пределами Британских островов. Его зафиксировали сотни спутников, в том числе и космический телескоп «Хаббл». Благодаря ему несколько самолётов, потерявшихся над Лондоном после выхода из строя приборов, смогли избегнуть столкновения друг с другом.

В этот момент Председатель банка, организовавший убийство Учителя, в одиночестве праздновал устранение смутьяна с помощью двенадцатилетнего виски, дорогой сигары и ещё более дорогой проститутки. Все указанные удовольствия жизни он получал одновременно. От этого приятного занятия его не могли отвлечь даже сверкающие с вечера молнии невиданной силы. Лишь когда появился светящийся столб, Председатель оттолкнул отрабатывавшую свой гонорар девушку и, как был, голым подошёл к огромному окну кабинета. В ту секунду, когда он хмуро разглядывал природный феномен и говорил: «Какого чёрта!», небоскрёб банка вдруг треснул пополам. Огромная трещина прошла как раз под яхтсменом, одна рука которого была по-прежнему занята стаканом, а другая похожей на торпеду «кохибой». Он с удивлением посмотрел вниз и, уже падая, в последние секунды жизни увидел горящие внизу топки. Летя в бездну, он поразился тому, что в такую позднюю пору кто-то ещё сжигал бумажный мусор в инсенираторе здания. Ещё раз Председатель успел удивиться, когда наконец разглядел кочегаров. У тех почему-то были хвосты, рога и кривые козлиные ноги. Он всё понял, выронил сигару и закричал жутким нечеловеческим голосом, который на Земле никто уже не услышал.

В то же мгновение тело Учителя в лаборатории генетики Центра конвульсивно дёрнулось. В солнечном столбе, проходящем через его рот, замелькали образы людей, невиданных животных, сцены битв прошлого и войн будущего. Как потом выяснилось, некоторые из них каким-то чудом спроецировались на осветившиеся грозовые облака. Увидевшие эти картины люди потом рассказывали о сошедшихся в последней схватке легионах ангелов и полчищах нечисти. А обитатели Международной Космической станции смогли в ужасе наблюдать трёх всадников Апокалипсиса, а также огромных размеров белый дирижабль с надписью, гласившей: «С нами Бог!». Каждый, сумевший прочитать сию надпись, впоследствии уверял, что она была начертана на его родном языке.

Учитель закашлялся, застонал, как будто от ночного кошмара и, очнувшись, сел. Оглядевшись, бывший плотник увидел окружавший его разгром, замерших в немом восхищении людей и пса, в удивлении повернувшего набок свою кудлатую голову. Назаретянин застеснялся и сказал:

— Добрые люди! У вас найдётся глоток воды и одежда?

Полковник молча протянул ему бутылку с водой, а Учёный предложил лабораторный костюм голубоватого цвета. Когда Учитель облачился в него, он обратил внимание на манипуляции с камнем и эликсиром бессмертия, которые совершал над телом своей мёртвой правнучки Бородач. Возможно, Аналитику и показалось, но когда взор вновь воскресшего пророка упал на прекрасное тело Мари, он глубоко, до корней волос, покраснел и отвёл глаза. Картина с солнечным столбом повторилась и также завершилась воскрешением, а присутствующие издали ещё один вздох облегчения и радости. Правнучка Бородача огляделась, осознала свою наготу, стыдливо улыбнулась Аналитику и инстинктивно прижала колени к груди, охватив их руками. Учёный помог и ей надеть голубоватый костюм лаборанта. В этот момент в коридоре, нарастая, раздался стук когтей, и в дверях показался бегущий крыс Альфред во главе целого полчища выпущенных им из клеток подопытных животных.

— Спасайтесь! — в панике крикнул он. — Сейчас сюда пожалуют посланницы Ада!

Вслед за ним в огромном помещении лаборатории появились Брюнет, Десантник и Детектив, тащившие на себе Хлорофоса.

— Нам понадобятся распятие и святая вода! — коротко проинформировал Полковника его верный помощник. — Впрочем, пулемёт тоже не помешает!

Когда живая волна освобождённых псов, крыс, мышей, морских свинок, кроликов и прочих мучеников современной науки разбежалась или попряталась, а остававшиеся в лаборатории люди сбились в круг и приготовились к самому страшному, из коридора повеяло пронизывающим холодом.

— Молитесь! — крикнул пришедший в себя Детектив, прячась за Учителя.

Аналитик закрыл собою Мари, а Полковник Снежную Королеву. Крыс Альфред по привычке забрался в карман Учёного и, в ужасе попискивая, то прятался в нём, то опять высовывал пятнистую усатую морду. Бородач нахмурился, вновь засунул руку в мешок и достал оттуда потёртые кожаные ножны. Из ножен, в свою очередь, он извлёк огненный меч. Полковник в восхищении посмотрел на светящееся холодной плазмой оружие, а потом с сомнением на свой автомат. Учитель обернулся к Детективу и осторожно вытащил из его рук массивное распятие из похожего на титан металла. Когда он принял боевую стойку, все присутствовавшие одновременно подумали, что распятый раввин много чего повидал до и после своей смерти на кресте. И вот настал решающий момент. Стены лаборатории словно ожили, когда из их ослепительно белой поверхности полезли такие персонажи, что не снились ни Гоголю, ни Эдгару По, ни художнику Гойе. В течение нескольких секунд в комнате оказались превратившийся в огромного вампира Уриэль и его элефантийцы с полуразложившимися лицами и густыми бородами. Вслед за ними появились страшные твари, в которых с трудом можно было узнать членов ангольской кошачьей колонии. Все они чудовищно выросли в размерах и теперь напоминали скорее огромных саблезубых тигров, чем измученных скудной африканской диетой несчастных зверьков. Когда воинство Ада построилось в боевые порядки, наступила небольшая пауза. Её нарушали лишь всхлипывания Мари, раскаты грома и периодические звуки отваливающейся от потревоженных стен кафельной плитки.

— Ты, я смотрю, опять ожил, Назаретянин! — с ехидством обратился, роняя слизь с клыков, Уриэль к пружинящему с одной ноги на другую в ожидании схватки Учителю. — Если ты мазохист, нужно проситься к Князю Тьмы: у него ты бы умирал и воскресал по сто раз на день!

— К Сатане надо попроситься тебе, предатель, — спокойно ответил Учитель, — и сделать это надо было давным-давно!

— Ты совершенно прав, плотник! — уже без ухмылки ответил ужасный упырь, облизывая мертвенно-бледные губы синеватым раздвоенным языком. — Надо было это сделать гораздо раньше! Но лучше позже, чем никогда! Тем более что сейчас я смогу не только вернуться к своему настоящему господину, но и принести ему нечто ценное! Да, плюгавый? — Теперь Уриэль обратился к Учёному, который едва стоял на подгибающихся от страха ногах.

— Уйди, шайтан, — вмешался в разговор Бородач, — уйди по-хорошему! Скажи своему хозяину, что ты опоздал и что ему пора залезть обратно в свою вонючую нору!

Раздалось жуткое рычание. Подобный тигру суперкот Малюта обнажил гигантские клыки, узнав Детектива. Из кармана Учёного послышался панический писк.

— А-а! — Бывший ангел обратил внимание на пожилого мулата. — Это ты, стражник! Что, соскучился по мне и моим котятам?

Детектива затрясло от ужаса. Такого, как он когда-то испытал, впервые встретившись с Уриэлем в ангольском морге. Он машинально полез в карман и достал немалых размеров коричневую склянку с каплями корня валерианы. При её виде Малюта тревожно рыкнул и отступил на полшага назад. Уриэль с недовольством и недоумением посмотрел на него и зашипел от злости, роняя слюни с клыков. И тут Детектива осенило. Не отрывая глаз от натужно завывшего Малюты, он, бормоча про себя молитву, открыл бутылочку и, щедро плеснув на пластиковый пол ароматной жидкостью, прошептал:

— Кис-кис-кис, мои крошки! Идите ко мне, ласковые котятки!

Как и когда-то на улице Луанды, «ласковых котяток» не пришлось долго упрашивать. Один за другим, приволакивая лапы, мяукая, рыча и отталкивая друг друга, тигрообразные чудища принялись слизывать с пола сладкий наркотик. Учитель и Бородач переглянулись, сбившиеся в кучу люди приободрились, из кармана Учёного вновь показалась усатая крысиная морда. Уриэль, со злобным удивлением наблюдавший весь этот маскарад, зарычал глухим голосом, обращаясь к Малюте:

— Образумь своих тварей, бесхвостый!

Но страшный зверь лишь с беспомощным отчаянием посмотрел на упыря. Затем он затряс башкой размером с полковую кастрюлю, защёлкал аршинными клыками и задёргался всем телом. Оставляя на пластиковом полу глубокие следы от когтей, зверь завыл страшным голосом тоскующего наркомана и пополз на роковой запах. Уриэль мог только шипеть от злости и переминаться на страшных лапах, по-прежнему обутых в солдатские ботинки с высоким голенищем. Его передовую когорту за какую-то минуту полностью вывели из строя.

— Детектив, — сказал Полковник, придя в себя от очередного увиденного сегодня чуда, — а у вас есть что-нибудь для этого урода и его тухлого воинства?

Уриэль захрипел от злости, уронил с клыков очередную порцию слизи и кинулся на Учителя. За ним пошли в атаку элефантийцы. Крыс Альфред, всегда тонко чувствовавший момент, покинул карман Учёного и мгновенно забрался под стол. Бородач закричал: «Аллах Акбар!» — и приготовился встретить неприятеля. Учитель откликнулся: «Воистину Акбар!» — и смёл титановым крестом первого нападавшего. Тем временем Полковник, оставивший Снежную Королеву, надел на себя окровавленную рубаху Учителя и, похожий теперь на монаха-крестоносца, взял в руки два ножа — свой и обсидиановый, ранее принадлежавший Профессору. Когда один из элефантийцев приблизился к нему, Полковник издал свой знаменитый боевой клич рассерженного ниндзи. У элефантийца отвалились гнилые уши, но сам он при этом лишь усмехнулся бородатой рожей с испорченными зубами. Незаметно выдвинув вперёд правую ногу, бывший наёмник Филиппа Македонского внезапно перенёс на неё центр тяжести, поднырнул под левую руку Полковника и оказался за его спиной. Оба профессионала одновременно нанесли удары. Потерявший уши элефантиец попробовал воткнуть короткий кривой меч под мышку российского разведчика, но обильно политая кровью рубаха Учителя неожиданно для обоих оказалась крепче брони, и Полковник лишь получил сильный кровоподтёк. Пока помощник Уриэля удивлялся, почему его коронный приём не достиг цели, военный разведчик снёс ему голову одновременным ударом двух кинжалов. Голова шмякнулась на пластиковый пол полуразложившимися тканями, и изнутри показалось туловище огромной жирной пиявки. В следующую секунду верхом на гнусной твари оказался крыс Альфред, впившись в её конвульсивно заметавшееся тело острыми зубами. Раздались пшикающий звук и яркая вспышка. Пиявка, голова и тело воина Ада превратились в кучки чёрного пепла.

Тем временем бывший охранник Ворот Ада, а ныне павший ангел и жаждущий крови и высокой должности вампир Уриэль, паря на перепончатых крыльях, пытался поразить Бородача сверкающим огненным мечом. Тот, несмотря на почтенный возраст, был в прекрасной форме и, молниеносно передвигаясь между участниками столкновения, наносил удары и опешившим от подобного мастерства элефантийцам, и самому упырю. Одним из них он распорол крыло чудовища, и Уриэль тяжело рухнул на пол. Он не успел приподняться, когда огромный титановый крест Учителя вонзился в его грудь и пригвоздил летающего урода к полу. Упырь умер не сразу, обрадовался этому факту и даже позволил себе иронично прошипеть:

— Да ты, раввин, толком и убить-то не можешь! Сейчас я вытащу из себя этот крест и…

Должно быть, посланец Сатаны несколько поторопился с выводом, поскольку в этот момент его страшный рот захлебнулся собственной чёрной кровью, хлынувшей изнутри. Он с отрешённым удивлением посмотрел на своё туловище, которое вдруг стало прямо на глазах превращаться в пепел. Через несколько мгновений от предателя, как и от уничтоженного Полковником элефантийца, осталась лишь кучка жирной золы.

— Нельзя недооценивать рассерженного интеллигента! — вместо эпитафии сказал Учитель и, вновь взяв в руки крест, присоединился к своим соратникам.

В какой-то момент схватки Аналитик оказался один против двух элефантийцев, решивших, что этот парень не станет большим препятствием на пути к Мари и Учёному. Честно говоря, то же самое подумалось и нашему герою, когда он увидел двух облачённых в древние доспехи зомби, неторопливо приближавшихся к замершим в ужасе жертвам. Из ступора его вывел лишь крик Мари:

— Вспомни о своей силе, любимый!

И Аналитик вспомнил. В то мгновение, когда элефантийцы, прикрывшись кожаными щитами, пошли вперёд, безусловно намереваясь разрезать его на куски короткими, но острыми как бритвы мечами, он, примериваясь, пошевелил пальцами правой руки. Потом взмахнул кистью и послал в одного из атакующих ослепительную молнию. Страшный по силе разряд святой энергии попал тому прямо в бородатое лицо. Бывший охранник Филиппа не успел даже зарычать и тут же рассыпался кучей чёрного пепла. Оставшийся на ногах единственный элефантиец остановился, осмотрелся по сторонам и прикинул шансы победить в дальнейшем противостоянии. Они были невысоки: с нескольких сторон к нему приближались Бородач с огненным мечом, Учитель с титановым крестом наперевес, Полковник с двумя кинжалами в руках и Аналитик, явно способный метнуть ещё не одну шаровую молнию. Несмотря на две с лишним тысячи лет, проведённых по ту сторону смерти, элефантиец не забыл об обычаях античной древности. Засмеявшись в лицо врагам, он приставил меч к стыку между бронзовыми пластинами панциря. А потом упал на лезвие, которое погрузилось внутрь туловища по самую рукоять. Через мгновение и от него осталась лишь кучка зловонной золы.

Осмотревшись вокруг, Учитель опустил крест на покрытый кровью, слизью и пеплом пластиковый пол и неожиданно улыбнулся.

— Брат мой, — обратился он к Учёному, — знаешь ли ты, кто мы, пришедшие сюда?

Учёный более не имел никаких сомнений насчёт того, кем на самом деле являлись только что воскресший хиппи и бородатый араб с пульсирующей жилой на лбу. Он молча кивнул, не в силах произнести ни слова.

— Нам нужна твоя помощь, наш мудрый друг! — продолжал Учитель мягким и ободряющим голосом. — Ты ведь понимаешь какая?

Учёный вспомнил о протеине N и его уникальном свойстве становиться то сывороткой бессмертия, то самым страшным ядом. Он опять утвердительно кивнул. За стенами лаборатории раздался очередной, ещё более страшный раскат грома. Все присутствующие вздрогнули. Было похоже на то, что гроза и не думала прекращаться. Наоборот, она стремительно превращалась в стихийное бедствие.

— Что это? Отголосок битвы небесной? — подал голос Детектив, лицо которого ещё до начала схватки приобрело необычный серый цвет. — Небесный Чертог в опасности?

— Да, мой друг, — ответил Учитель, — иногда и небесам нужна помощь землян!

— Я могу, — наконец вновь обрёл дар речи Учёный, — синтезировать то, что вам нужно. Скажите только, кто должен умереть и кто должен стать бессмертным?


* * * | Mon AGENT или История забывшего прошлое шпиона | Глава 10



Loading...