home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава одиннадцатая

В начала ноября стряслась очередная фигня.

Фигня случается, есть у нее такое свойство.

Чаще всего фигня случается с вами, когда вы этого совершенно не ждете, но даже если вы будете ждать ее каждый день, она случится все равно. Предсказать, с какой стороны она на вас свалится, практически невозможно, увернуться от очередной ее порции никакой удачи не хватит. Если уж фигня решила случиться, то сделает это обязательно.

Ибо фигня неумолима, неотвратима и беспощадна.

В шесть утра, когда Гусев уже собирался выходить на участок, ему прислали черную метку.

Телефон в кармане завибрировал, сообщая о полученном сообщении, Гусев взял его в руки и увидел абсолютно черный экран. На нажатия экран никак не реагировал. Гусев даже подумал, что телефон наконец-то сломался, когда на черном фоне стал проявляться рисунок. Неторопливо и неотвратимо.

Череп и скрещенные под ним кости.

Тогда Гусев подумал, что это какой-то вирус. Он еще раз, ни на что особо не надеясь, стукнул пальцем по экрану и картинка сменилась текстом.


«Поздравляем.

Ваш номер выпал в Черной Лотерее, и вы получаете «черную метку». Начиная с этого момента, у вас есть два часа на подготовку.

После этого начнется игра. Через сорок восемь часов она закончится.

Желаем удачи»


Гусев снова подумал и решил, что стал жертвой розыгрыша. Потом он еще подумал, и, помня, что от дивных новых времен можно ожидать любых пакостей, залез в интернет.

И обалдел.

Черная Лотерея на самом деле существовала, розыгрыши проводились раз в год и в них участвовали идентификационные номера всех официально зарегистрированных владельцев оружия. Но когда в ней выпадал ваш номер, это никоим образом нельзя было назвать удачей. Скорее, наоборот.

Счастливчик, получивший черную метку, на сорок восемь часов становился законной добычей любого из зарегистрированных на сайте лотереи охотников. Полиция не была обязана его защищать, врачи не были обязаны его лечить, его гарантированные законом права урезались чуть ли не вполовину, и главным правом, которое у него оставалось, было право на самооборону.

Он был волен идти, куда хочет и делать, что хочет. Но теперь его в любой момент могли пристрелить.

Или зарезать, тут уж кому как нравится. Несмотря на то, что в игре принимали участие только владельцы стрелкового оружия, никаких ограничений на применение ножей, топоров и мечей не существовало. Можно было даже убить объект охоты голыми руками, коли у охотника присутствовало такое желание и была возможность.

Игра заканчивалась либо смертью жертвы, либо по таймеру. Если жертве удавалось продержаться сорок восемь часов, государство выплачивало ей премию в размере ста тысяч рублей, плюс пятитысячный бонус за каждого убитого охотника. Охотники же в случае удачи получали по двадцать тысяч, но Гусев почему-то подумал, что большинство из них участвует в игре не ради денег.

Хотя и деньги неплохие, за несколько часов-то…

В верхнем правом углу смартфона сам по себе появился таймер, отсчитывающий время до начала игры. Гусев отошел от двери, сел в кресло и принялся читать правила, благо, их было не так уж много.

Не опасаясь уголовного преследования отмеченного может пристрелить только охотник, заранее зарегистрированный на сайте и попавший заявку на участие в игре. Увидев такого охотника, отмеченный может стрелять первым. Отмеченному никто не обязан помогать, и если кто-то решит оказать ему поддержку, он делает это на свой страх и риск. Охотники могут стрелять в помощников только после того, как те продемонстрируют свои агрессивные намерения.

Любой побочный ущерб, нанесенный не участвующим в игре гражданам, должен быть возмещен согласно действующему законодательству. Любые побочные жертвы станут поводом для уголовного преследования.

Затем Гусев посмотрел статистику. Средняя охота продолжалась от трех до семи часов. Продержаться все сорок восемь часов удавалось лишь пяти процентам отмеченных. Общей стратегии, приводящей к выигрышу, не существовало.

Таймер показал, что до начала игры осталось полтора часа.

Гусев влез на сайт Черной Лотереи. Кроме него, сегодня были отмечены еще девять человек. Пятеро мужчин, пятеро женщин. Москвичей было четвероЮ, включая Гусева, остальные были разбросаны по стране без особого порядка. На главной странице сайта висели их фотографии, адреса и ссылки на их личные страницы в социальной сети.

Чуть ниже проводилось голосование на предмет того, кого охотники предпочтут пристрелить первым. Разумеется, Гусев лидировал в этом списке с подавляющим отрывом. Такова была цена его популярности.

Гусев достал из кобуры свою «беретту», повертел в руках. Двадцать патронов в магазине, две запасные обоймы. С одной стороны, неплохо, с другой — у охотников может быть что угодно, начиная от автоматов и заканчивая снайперскими винтовками. И вполне возможно, что кто-то из снайперов уже занимает позицию на крыше соседнего дома. Полчаса, прошедшие с момента объявления целей, вполне достаточный срок, чтобы приехать по нужном адресу.

— Чтоб вы сдохли, — сказал Гусев, и тут зазвонил телефон.

— Привет, — сказал Макс. — Видел новости, сочувствую.

— Угу.

— Как сам?

— А как ты думаешь?

— Думаю, хреново, — сказал Макс. — Это ж надо, чтобы так не повезло. Сколько у тебя пистолет-то по времени? И полгода не прошло. А ты уже в Лотерею угодил…

— Да это мне всегда так везет, — сказал Гусев. — Помочь как-нибудь можешь?

— Разве что советом, — сказал Макс.

— И?

— Во-первых, тебя будут отслеживать по джи-пи-эс и глонасс датчикам, размещенным в твоем телефоне, так что аппарат лучше оставь дома. Надо будет позвонить, возьми у кого-нибудь или пользуйся стационарным.

— До этого я уже и сам допер, — сказал Гусев.

— Во-вторых, тебе нужны очки с функцией распознавания лиц. Все охотники зарегистрированы на сайте, и очки смогут предупредить тебя об их появлении в пределах видимости. Ну, это надо еще головой крутить, конечно.

— А они без сети работают?

— Да, главное, базы данных заранее вкачать.

— Где их взять?

— Очки и базы у меня есть, — сказал Макс. — Но я боюсь, что за оставшееся время ты до меня добраться не успеешь. Назови место, я пошлю какого-нибудь мальчика, чтобы он их тебе передал. А лучше — чтобы он их тебе где-нибудь оставил. Ну, сам понимаешь, рядом с тобой сейчас находиться небезопасно.

Это да, подумал Гусев. И именно этими соображениями ты и руководствуешься, когда не хочешь, чтобы я приехал за очками к тебе. Потому что по времени-то я еще вполне успеваю, но впритык. И если игра начнется в тот самый момент, когда я буду у тебя, ты тоже можешь оказаться под ударом. Охотники, без сомнения, будут очень аккуратны, сидеть за убийство никто из них не хочет, но шальные пули еще никто не отменял.

— Ладно, — сказал Гусев и назвал место.

— Через два часа будут там.

— Сколько с меня?

— Нисколько, — сказал Макс. — Подарок от фирмы. Что я, по-твоему, за человек, если в такой ситуации деньги драть буду?

— Спасибо, — искренне сказал Гусев.

— Очки только потом вернешь, — сказал Макс. — Если будет, что возвращать.

— И если будет, кому.

— Да фигня, — сказал Макс. — Я в тебя верю. Удачи.

Едва Гусев закончил этот разговор, как ему позвонил Кац. Он, разумеется, тоже все знал, и сразу перешел с места в карьер.

— Послушайте, Антон, я знаю, как неохотно вы принимаете нашу помощь, но мне кажется, что это особый случай, и отказываться вам не стоит, — сказал он.

— В чем суть предложения?

— Приезжайте к нам, — сказал Кац. — Мы вас защитим.

— Каким образом?

— В нашей корпорации есть собственная служба безопасности. И у нее есть свой собственный спецназ. Штурмовать наше здание, да еще в центре города, ни один охотник не рискнет.

— А так разве можно?

— Можно, — сказал Кац. — Добровольную помощь может оказать кто угодно, хоть один человек, хоть крупная организация.

— И ваш спецназ полезет за меня под пули?

— Да не будет никаких пуль, — сказал Кац. — Не рискнут они. А даже если рискнут… Сами подумайте, какие шансы могут быть у группы любителей против команды профессионалов.

Заманчивое предложение. Просидеть двое суток под охраной корпоративного спецназа, остаться в живых, получить деньги… И вроде даже подвоха никакого нет. Корпорации надо, чтобы Гусев оставался в живых. В рекламных целях. Гусеву тоже хотелось задержаться на этом свете, и тут его стремления с целями корпорации совпадали. Добраться за час с небольшим до центра города? Вообще не вопрос.

Гусев прикидывал плюсы и по привычке искал минусы, но Кац истолковал его молчание иначе.

— Если вы не хотите добираться самостоятельно, я могу прислать за вами машину, — сказал Кац. — Бронированную, с охраной внутри.

— А чего не вертолет?

— Так полеты над Москвой запрещены. Пока разрешение получим, пока… А, вы, верно, шутите.

— Да, — сказал Гусев. — Шучу.

— Так я высылаю машину? Вы же дома сейчас?

— Дома, — сказал Гусев. — Высылайте.

— Будет у вас через полчаса, — сказал Кац. — Далеко от телефона не отходите, ладно? Я перезвоню.

— Да, спасибо, — сказал Гусев.

Все складывалось очень даже неплохо. Он даже испугаться толком не успел, как ему предложили решение проблемы. Не идеальное, потому что он снова окажется в долгу в корпорации, но идеальных решений в таких случаях, наверное, и вовсе не бывает.

Гусев подошел к окну и выглянул на улицу. У подъезда, как обычно и бывает рано утром, было припарковано множество машин. Только, в отличие от обычной утренней картины, машины эти не пустовали. В нескольких из них сидели люди. Еще пара человек курили, облокотившись на капоты и поглядывая в сторону Гусевского подъезда.

Оперативно работают, гады.

Второй выход тоже скорее всего перекрыт, но его из окна гусевской квартиры видно не было. Ничего, парни, вас ожидает большой сюрприз. Большой бронированный сюрприз с охраной внутри.

Гусев закурил сигарету, рассеянно стряхивая пепел в пепельницу.

Телефон снова зазвонил, хотя никакого броневика у подъезда не наблюдалось. Да и номер был незнакомый.

— Слушаю.

— Жить хочешь, Гусев? — голос был низкий, хриплый.

— Допустим.

— Тогда слушайся меня, и все будет нормально.

— А ты вообще кто такой?

— Я — Тунец. И я сейчас твой самый лучший друг.

— С чего бы?

— У парадного входа тебя ждут шестнадцать человек, — сказал Тунец. — Девять у черного. Как только часики пробьют девять, часть из них отправится на твой этаж. Думаю, не надо объяснять, зачем.

— Ты мне лучше другое объясни, — сказал Гусев. — Ты вообще откуда такой красивый нарисовался и чего тебе надо?

— Можешь считать меня добрым самаритянином, — сказал Тунец. — Хотя я, вообще-то, довольно злой самаритянин. В играх участвую постоянно, но не стремайся, я не охотник, а наоборот. Я помочь тебе хочу.

— Зачем?

— За деньги, — сказал Тунец. — Сто тысяч по-любому твои, а вот бонусы за отстрел охотников мне отдашь. С твоей-то популярностью там куда больше двадцатки выйдет.

— Сколько вас? — поинтересовался Гусев.

— Пока я один, ты ж еще не согласился. А как черканем договор, так я всю группу подтяну. Двенадцать человек, все военные. В отставке, разумеется.

— И как ты один собираешься меня из дома вытаскивать? — поинтересовался Гусев.

— У меня свои способы. Так что, согласен?

— Спасибо за предложение, — сказал Гусев. — Но у меня тоже свои способы. И свои планы.

— Так ты суицидник, что ли?

— Не дождетесь, — сказал Гусев.

— Ладно, я еще побуду неподалеку, — сказал Тунец. — Передумаешь — звони.

Гусев продолжил изыскания в сети. Ничего уникального в предложении Тунца не обнаружилось, это был отлаженный бизнес. Примерно каждый пятый отмеченный пользовался услугами такой группы прикрытия, и у некоторых даже получалось дожить до конца охоты. Предложение Каца, конечно, выглядело куда симпатичнее, но вот если бы его не было, Тунец пришелся бы кстати.

Таймер показал, что до начала игры осталось меньше часа.

Гусев серфил.

Черную Лотерею правительство придумало для того, чтобы жизнь владельцам оружия медом не казалась. Опасность стать жертвой масштабной охоты должна была несколько снизить количество желающих обзавестись стволом. Плюс кто-то что-то там нес про большую ответственность, осознанный выбор и все в этом же роде.

Насчет осознанного выбора ребята явно погорячились. Когда Гусев получал разрешение на пистолет, никто его не предупредил, что его данные автоматически заносятся в базу Черной Лотереи. Сам виноват. Потому что надо законы читать и тщательнее такие вопросы прорабатывать.

Хотя… вряд ли бы это знание его тогда остановило. Шансы на то, чтобы быть отмеченным, были довольно малы. Примерно как и в любой другой лотерее. Десять человек в год в целом по стране… А оружием-то владеют десятки миллионов.

Очередной телефонный звонок.

— Машина чуть задерживается, — сказал Кац. — Но не волнуйтесь.

— Сорок минут осталось.

— Они успевают, — сказал Кац.

— Меня у подъезда уже ждут, — сказал Гусев.

— Понятно, — сказал Кац. — Сейчас вам перезвонит наш специалист, ему вес и расскажете.

Специалист перезвонил моментально.

— Васильев, — представился он. — Какова диспозиция?

Гусев изложил то, что услышал от Тунца.

— Рабочая ситуация, — сказал Васильев. — Но нам прорываться все равно не придется, мы уже в двадцати минутах.

— А что за задержка была? — поинтересовался Гусев. — Колесо меняли?

— Типа того, — сказал Васильев. — Подбором снаряжения занимались.

Гусев понадеялся, что они успеют до начала. Или на то, что их внушительный вид отсудит современных охотников за головами, и в бой они не полезут. Потому что если полезут, то это именно бой и будет. Слишком уж много народу собралось поучаствовать, чтобы называть это дело обычной перестрелкой.

Машин у подъезда стало больше. Местные торопливо сваливали подальше от потенциального театра военных действий, а охотники продолжали прибывать.

Сидение на месте начало Гусева нервировать. Он еще раз проверил свой пистолет, сунул в кобуру, рассовал по карманам запасные обоймы. Так, что еще? Бронежилет бы не помешал, так где его взять-то?

— Ваш номер прослушивают, — сообщил Гусеву Васильев при очередном звонке. — Нам преградили дорогу.

— Проблемы?

— Пока не стреляют, проблем нет, — сказал Васильев. — Есть мелкие неприятности. Мои ребята сейчас расчищают путь.

— Чем преградили-то?

— Мусорный бак, пара машин, — сказал Васильев. — Думаю, что объезжать нет смысла — там тоже будут баррикады. Прорвемся здесь.

— Угу, — сказал Гусев.

Становилось все тревожнее. Судя по всему, взялись за него достаточно серьезно. Телефон отслеживают, номер прослушивают, дороги перегораживают… Почему же людям спокойно жить не хочется?

Когда до начала охоты осталось пятнадцать минут, позвонил Тунец.

— Не передумал еще?

— Минут через пятнадцать спроси, — сказал Гусев. Отказываться от запасного плана в такой ситуации было бы неразумно. — Тогда и скажу.

— Ну и дурак, — сказал Тунец. — Вижу я твои методы, сидишь, ничего не делаешь. Тебя же прямо в квартире возьмут, тепленьким. Охотнички-то зашевелились, кстати. Ты что, подкрепления ждешь?

Гусев выглянуло в окно. Охотники перегораживали двор своими машинами, затрудняя доступ к подъезду. А если точнее, то напрочь его перекрывая. Нет, определенно, надо было вертолет заказывать.

Боевой.

«Черную акулу».

Две.


За пять минут до начала охоты во двор въехал черный микроавтобус без опознавательных знаков. Гусев было воспрянул духом, но машина спецназа тут же уперлась в припаркованные посреди дороги автомобили. Расчистить дорогу они уже явно не успеют.

Из микроавтобуса на асфальт бодро выпрыгнули шесть фигурок в городском камуфляже. Насколько Гусев мог судить с высоты своего этажа, они носили каски, бронежилеты и вооружены были весьма основательно.

Но их было слишком мало, чтобы внушать противнику страх и ужас. Охотников-то набралось уже три десятка.

— Мы рядом, — сообщил Гусеву Васильев.

— Я вижу.

— Не ожидали такого уровня противодействия, — признал спецназовец. — Но вы не волнуйтесь, подкрепление уже в пути.

— Угу, — сказал Гусев.

Спецназовцы корпорации бодро пересекли двор и оказались у подъезда. На таймере истекала предпоследняя минута, так что пробиваться обратно к микроавтобусу им придется под огнем.

У входа в подъезд дорогу бойцам преградили охотники.

На экране высветился звонок от Тунца, но отвечать Гусев не стал. Сначала надо посмотреть, что у этих выйдет…

Вышло, надо признать, так себе.

После непродолжительного диалога кто-то из спецназовцев двинул в челюсть кому-то из охотников прикладом автомата и группа рванула к подъезду. Стрельбы пока не было — все ждали официального начала охоты, снимающего уголовное преследование за убийство.

Спецназовцы вошли в подъезд.

Гусев прикинул, что лифты уже заблокированы на верхних этажах, и это значит, что до начала охоты бойцы сюда никак не успеют. В часть охотников наверняка уже здесь…

Дурак, дурак, дурак.

Нельзя было полагаться на слова Каца и тупо сидеть дома. Надо было что-то делать, куда-то уходить. Правда, охотники, в этом Гусев был уверен, так просто бы его не отпустили. Уходить из дома надо было сразу, как только получил метку. И телефон тут же выбрасывать. Тогда хоть какие-то шансы…

Теперь же оставалось надеяться только на хлипкую железную дверь и собственное умение стрелять. Ни то ни другое не давало хороших шансов на выживание даже в совокупности.

Снова зазвонил телефон. Гусев включил внешний динамик и оставил аппарат валяться на столе.

— Серьезно за тебя взялись, — сказал Тунец. — Основательно.

— Есть предложения, или просто поговорить хочется?

— Валить из дома уже поздно, да и твои ребята на подходе, — сказал Тунец. — Могу пособить продержаться до их прихода, цена прежняя.

— Как?

— Забейся в какой-нибудь угол, — сказал Тунец. — Только сначала занавески у окна полностью раздерни.

Гусев занавески раздергивать не стал, просто содрал их к чертовой матери, а потом последовал совету Тунца и забился в угол, выставив перед собой пистолет и держа вход в комнату под прицелом.

Таймер показал ноль, телефон пропищал какую-то бодрую и незнакомую Гусеву мелодию и начал новый обратный отсчет. Теперь уже от сорока восьми часов.

Охота началась.


Глава десятая | Цивилизация страуса | Глава двенадцатая