home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

12 июня 1992г, Шотландия, Хогвартс-экспресс.

За окном проносились поля и горы, порой мелькали далекие, ухоженные деревушки, и даже слышались резкие отзвуки клаксонов. Но, пожалуй, никто вокруг не замечал, как бы это не было удивительно, несущегося на полной скорости паровоза. Красный пузан чуть лениво и неспешно выплевывал из широкой трубы облачка дыма. Машинист, палочкой подкидывая в топку магический уголь, дернул за веревку и прозвучал длинный, протяжный звук. Герберт вздрогнул и прочертил на схеме длинную кривую линию.

— Задолбал, — прошипел Ланс.

Это был уже третий гудок, значит, оставалось всего два часа пути, а буквально через мгновение они уже пересекут границу с Англией. Но мальчика это мало волновало. Вообще-то, ему бы призадуматься о лете и о семье Уизелов, но парнишка решил отложить это в долгий ящик, буквально закрываясь от нешуточной проблемы. В данный же момент Проныра занимался тем, чем и собирался согласно собственному плану. Он сводил все ниточки воедино. Перед ним, на тетрадном листе открытого дневника, была длинная схема с именами, линиями, идущими одна к другой, знаками ровно и различными множителями. Картина пока вырисовывалась немного странная, и мальчик все никак не мог найти тот кусочек мозаики, который он, судя по всему, упустил.

В купе постучались. Нет, сегодня явно не его день. Дверь медленно отъехала, и на пороге появились те, кого юноша уж точно не ждал увидеть. Здесь стоял Поттер, одетый в магловскую одежду немного лучшего состояния, чем у самого Ланса. А вроде, по словам слизеринцев, Ананасовые-волосы — наследник одной из богатейших и древнейших семей. Эксцентричность из ушей, что ли, прет? Был и Уизли, наследник беднейшей семьи, одетый в очередную хламиду. И Грейнджер, немного запыхавшаяся и так и не лишившаяся за год детской пухлости в районе щек.

— Можно? — спросил Поттер.

— Заходите, раз пришли, — пожал плечами мальчик, ему было все равно. Он со вчерашнего дня ощущал обреченность смертника, бредущего по «Зеленой Миле».

Троица неразлучных друзей плюхнулась перед мальчиком. Теперь их разделял всего метр пространства и откидной столик. Рыжий кинул быстрый взгляд на Ланса, тут же набычился и, что-то пробурчав, отвернулся. Секундой позже он скривился, когда локоть Дэнжер врезался ему под ребра.

— Вы чего-то хотели? — протянул парнишка, вновь уткнувшись в свою схему. — Или мое купе самое свободное?

— Мы хотели извиниться, — спокойно ответил Мальчик-спец-по-Мокрому.

Геб поперхнулся воздухом, потом закашлялся и с силой стукнул себя по груди. Вроде полегчало. Он вновь посмотрел на Золотое Трио. Гермиона и очкарик не отвели взгляд, а вот Рональд смотрел в потолок. Как понял слизеринец — рыжий знал, что это лето, как и следующее, как и многие после, им придется провести под одной крышей.

— Если вам так хочется — извиняйтесь.

— Так ты не обижаешься? — удивился Поттер.

— На что? — Проныра с таким же удивлением ответил вопросом на вопрос.

— За то, что мы обвиняли тебя в пособничестве Снейпу, — чуть тише, чем следовало, произнесла заучка.

— Нет, — покачал головой парнишка, проводя очередную линию. — К тому же, обиды — привилегия девчонок. Парни не обижаются.

Повисла тишина, Герберт чертыхнулся и перечеркнул одну из частей схемы. Все опять пошло под откос. И что же он пропустил?

— Вы чего-то ждете? — поинтересовался Ланс, глядя на застывших однокурсников. — А, сейчас догадаюсь: вы ждете, что и я извинюсь.

— Да, — спокойно ответила Гермиона.

— Долго будете ждать, — вновь пожал плечами парнишка.

— Но ты же побил Рона!

— За дело.

— Неправда! — не успокаивалась заучка. — Если уж на то пошло — это я тебя обвинила в ябиднечистве, а не Рон.

Парнишка скептически оглядел гриффиндорцев. Будь здесь версия Ланса годичной давности, он бы выгнал их взашей, но беседы с Флитвиком потихоньку успокаивали его порой вспыльчивый характер. Да и относиться к человеческой глупости он стал спокойнее.

— Бить леди — поскудное дело, не достойное джентльмена, — Геб процитировал одного из своих любимых литературных героев. — Поттера тоже было нельзя — у него очки, а ну как я его вообще бы этим ударом прикончил или зрения на всю жизнь лишил? Оставался Рональд. Вы же, в конце концов, друзья и гриффиндорцы, типо один за всех и все за одного. Так что накосячила ты — огреб твой друг, равноценный обмен, не находишь?

— Ты невозможен! — вскрикнула девушка, сжимая маленькие кулачки.

— Считай, что я — парадокс, — хмыкнул парнишка. — Это все? А то Рона сейчас вырвет. Ему и так девяносто дней рядом со слизеринцем жить. Дайте пареньку хоть немного свежим воздухом подышать.

— Герберт, а что ты рисуешь? — непосредственность Поттера просто убивала. Он ко всем замковым обращался по имени, исключая Малфоя и Ко.

— Я не рисую, я черчу, — надулся парнишка. — Это мое исследование.

— На тему? — внезапно оживилась Гермиона, Рон все так же безмолвно общался с потолком. В конце концов, они — и потолок, и рыжий, на одинаковом интеллектуальном уровне, видимо, есть о чем перетереть.

— Да вот, — выдохнул парнишка, — пытаюсь разобраться в той «правде», которую всем подсунул Дамблдор. Ой, не делайте такие брови, как говорит профессор Флитвик. Я ж не просто так лучший ученик.

— Лучший, — презрительно фыркнула Грейнджер.

— Ну, уж прости, дорогуша. Не моя вина, что я учусь лучше чем ты.

— Ты нарушаешь режим и занимаешься по ночам! — рявкнула девочка. Как же сильно её задевало, что есть кто-то, кто лучше, чем она.

— Я не просто нарушаю режим, — покачал головой лукаво ухмыляющийся босота. — Я еще и не попадаюсь. Чего нельзя сказать о вас.

— Ты невозможен!

— Повторяешься.

— Герберт, Гермиона, — чуть ли не взмолился Поттер. — Успокойтесь. Вы еще подеритесь из-за оценок.

— Нужно мне об него руки марать, — фыркнула девочка.

— Боже, ты буквально пронзила мое сердце, — ахнул мальчик, прикладывая ладонь к левой стороне груди. — Растоптала мою самооценку этим величайшим оскорблением.

— Позер!

— И не скрываю этого.

— Да успокойтесь вы! — прикрикнул Поттер. Неожиданно. — Герберт, что ты выяснил?

Глаза Ланса тут же зажглись. Каким бы он не был пронырливым проходимцем, но он все же оставался несколько хвастливым, без пары месяцев тринадцатилетним мальчишкой. Его буквально распирало от желания козырнуть свой думалкой.

— Слушайте, — мальчик вертанул в пальцах карандаш, который частенько использовал вместо пера, и начал читать. — Первое и самое важное мое решение — философский камень был спрятан в Хогвартсе. На эту мысль меня натолкнула статья, где рассказывалось об открытии Дамблдором двенадцати способов применения драконьей крови. Вернее, не сама статья, а рецензия его «близкого и драгоценного друга — Николаса Фламеля». Фламель — битый жизнью кекс, он, видать, поехал на своей паранойе, и попросил давнего подельника заныкать камешек. Видимо, и паранойя иногда бывает полезна. Когда Грингонттс поставили на копье камня там уже не было. Судя по всему, о том, что философский камень был вывезен из банка, знало не только два старика, но еще и несколько бюрократов. Из-за утечки документов об этом узнал и Квирелл. И вот тут начинается самое интересное. Профессор оказался старым пособником хунты Змеемордого и задумал недоброе. Он устроился в школу, желая убить двух зайцев. Первую попытку убийства одного из зайцев он предпринял на матче — тогда он задумал завалить тебя, Поттер. Но что-то, хотя я склонен заметить — кто-то, ему помешал. И ты выжил. После этого профессор поумерил свой пыл, резонно полагая, что за ним теперь будут следить. И, вероятно, за ним действительно кто-то следил, в данном случае я склонен заметить, что это был Снейп. У него, в конце концов, карт-бланш в замке, все очкуют косо смотреть на Мыша. Далее была предпринята попытка увести внимание в сторону — кажется, тролля в замок Квирелл привел лично. Как это возможно? Я слышал, что существуют маги, умеющие от рождения говорить с разными животными. Змеями, кошками, собаками, гиппогрифами, драконами, русалками и прочее и прочее. С вероятностью десять к одному, препод мог шпрехать на тролльском. Скорее всего, эта часть плана завершилась частичным успехом. Профессор узнал, что камень находится в Запретном Коридоре. Оставалось малое — проникнуть под задницу пушка. Сперва я полагал, что люк скрывает навозную яму псины, но потом понял что это обычная череда ловушек — традиционный финт всех магов прошлого века. В том числе и уважаемого Дамблдора. Квирелл предпринял несколько попыток пройти через Пушка, но вскоре понял, что шкура Цербера из той же породы, что тролля и дракона. Заклятья её не брали. Но не существует совершенной защиты, от каждой есть свой ключик. И тут в игру вступает Хагрид. Квирелл напоил его, потом задарил яйцо с драконом и все же выяснил способ, как угомонить зверя, правда, я не знаю, какой. Здесь, кстати, я снимаю шляпу перед профессором. Он собирался, видимо, устроить отложенную бомбу, так сказать. Когда дракон бы подрос, в школе начался бы Хаос, пресса бы понаехала, разборки пошли и прочее. Под этот шумок камень было бы проще простого тиснуть. Но тут вмешались вы, ребятки, и вновь запороли злодею план. Потом был инцидент в лесу, основываясь на собственных догадках, рискну предположить, что очко у меня сжалось до точки, когда поехавший террорист решил мочкануть единорожку, чтобы сцедить его крови — вот тут у меня первый косяк. Но едем дальше. После этого инцидента он понял, что дело пахнет жареным и пришло время форсировать события. Квирелл, видимо имевший контакт среди бюрократов, инсценирует ложный вызов Дамблдора в Министерство, а сам лезет под задницу Пушку. Вот тут начинается форменный спектакаль. Преподы не пальцем деланы, и многое понимают в людях. Например, вы знали, что девяносто процентов магов в возрасте старше сорока, не могут применить обычную Левиосу? Не потому, что сил нема, а просто слабенькие и простейшие заклинания, как и незначительные знания, выветрились из их голов, будучи вытесненными хитромудрой магией. Вот профессоры, судя по всему, и поставили фактически детские ловушки, которые, если я не ошибся, неплохо поднапрягли Квирелла. И тут вмешиваетесь вы. Я без понятия, как вы все это выяснили и почему вам взбрело в голову лезть в пасть дракона самим, но факт остается фактом. Вы, господа, метнулись следом. Далее у меня вырисовывается следующая картина. Если верить обмолвкам в гостиных и улыбающимся мордам старост, то многие из них, в качестве домашнего проекта, сами того не зная, помогали сооружать эти ловушки. Судя по обмолвке Перси Уизли на прощальном пиру, то каждый из профессоров, имеющих прикладную часть своей науки, поставил ловушки. Смею предположить, первой была ловушка от Спраут. Не знаю, какой-нибудь забойный цветок посадила, чтобы он жрал всех, кого не попади. Следом были чары Флитвика, думаю, что-то основанное на той самой Левиосе. В конце концов, Мастер Чар обожает тонкий юморок. Хы. Далее — волшебные шахматы от МакГонагалл. Потом, по идее, должна быть ловушка от Квирелла, но не думаю, что ему доверяли, и, скорее всего, в качестве препятствия поставили того самого тролля. Напоследок выпендрился Снейп. Уж не знаю, чего он там колданул, но это явно было нечто внушающее страх и трепет, и в то же время, — доказывающее, что все вокруг тупицы и не могут решить простейшую задачу. Снейп любит доказывать, что он гений, а все говно. Но Квирелл, видимо, прошел это препятствие на одной магии, а вот Грейнджер реально щелкнула задачку. И наконец — финальное испытание, поставленное самим Дамблдором. И я просто поддоном чую — он как-то связал с ним зеркало Еиналеж. Собственно, это зеркало и стало камнем преткновения. Что было дальше — я не знаю. Я уверен, что Поттер дошел до конца один, а вы, крольчата, остались на линии в бессознанке. Остаются последние вопросы — зачем Квиреллу была нужна кровь единорога и философский камень? Ну на хрена ему эти вещи? Желал собственного бессмертия? Не, слишком он уж двинут был, судя по всему, на служении Волан-де-Морту. Поттер, а чего эти двое затряслись? Впрочем, не важно. И тут у меня есть лишь одна, самая безумная и чумовая догадка. А что если Темный Лорд жив, знаю, звучит бредово, но вдруг этот кекс витает где-нибудь в виде призрака какого, а Квирелл решил воскресить хозяина или чего-нибудь в этом роде. Вот, собственно и все. Ну как, попал хоть рядом с яблочком?

Герберт отдышался, отпил воды прямо из графина и облизнул обсохшие губы. Такую длинную речь он не задвигал вот уже... да никогда. Всегда любил говорить кратко и быстро, не тратя время на демагогию. А тут как прорвало.

— Воу, вы чего зависли? — мальчик помахал рукой перед застывшими детьми.

Троица сидела с остекленевшими взглядами, выкатив глаза и поджав губы.

— Ланс, ты кто такой? — прохрипела Гермиона.

Парнишку осенило.

— Это я чо? В самое яблочко попал? — тут мальчик рассмеялся, поразив этим присутствующих. Парнишка смеялся долго и заливисто, и у Трио, против их воли, подрагивали уголки губ. Слыша это журчание весенней капели, было практически нереально не подхватить смешинку. — Ладно, даю зуб, что ничего никому не расскажу. А Герберт Ланс ценит свой зуб. Вот только с Лордом не все ясно. Ну не может же он и вправду быть жив или полужив.

— Конечно, не может! — тут же крикнула Гермиона, чуть криво улыбаясь. — Квирелл просто сошел с ума.

— Вот и я тоже так думаю, — выдохнул мальчик. — Хорошо хоть перо мне подарил, псих конченный.

— Перо? — кажется, дети немного испугались.

— Да, — отмахнулся мальчик. — В последний день, как раз перед смертью, профессор сам не свой был. Даже не заикался.

Золотое Трио вздрогнула, Поттер побледнел.

— Ты разговаривал с ним? — спросил Ананасовые волосы.

— Ну да, — кивнул парнишка. — Разговаривал с Квиреллом, а что здесь такого? Так вот, на экзамене мы с ним немного поспорили, и Квирелл вызвал меня на пари. Я его обыграл и в качестве приза профессор задарил мне Самопишущее перо.

— Самопишущее перо?! — воскликнул Уизли. — Оно же безумно дорогое.

— Вот именно! — мальчик вздернул указательный палец. — После того инцидента я решил, что в нем препод заключил какую-нибудь темную хрень. Отнес Флитвику. Тот его дней пять мурыжил, но вердикт — самое обычное, высококачественное, Самопишущее перо последней модели. Стоимость в сто сорок галеонов. Я чуть не обос... девушка все же рядом... я чуть в обморок не упал, когда узнал, какое сокровище выиграл.

— И ты хочешь оставить его себе? — вскинулся Поттер. — Подарок убийцы?

— Да хоть маньяка-каннибала, — фыркнул Ланс. — Когда я выиграл перо в честном пари, оно стало моим. И плевать, кто был прошлым хозяином. Теперь оно мое и я никому его не отдам.

Тут Ланс решил сделать то, что задумывал. Он уже собирался хорошенько вмазать Поттеру, чтобы проверить его реакцию, но вдруг натолкнулся на эти зеленые глаза. Нет, это были не глаза убийцы, а просто мальчишки, даже не дворового десятка. Самые обычные, наивные, пацанские гляделки. А Герберт все еще помнил взгляды убийц, бродивших по Скэри-скверу, они будто смотрели сквозь тебя, таким пронизывающим взглядом, от которого хотелось спрятаться. Так смотрел и Флитвик, и Снейп, и Дамблдор и большинство профессоров в Хоге. Все они участвовали в войне и убивали. И их взгляд было легко опознать. Но у Поттера... нет, у него были самые обычные зыркала.

— Ты не убивал его, — на выдохе прошептал Ланс, Трио снова вздрогнуло. В глазах Грейнджер заплескалось беспокйоство. — Дьявол! Откуси мне что-нибудь грифон, ты не убивал его!

— О чем ты? — чуть ли не заикаясь, спросил Поттер.

— Не валяй дурку! — рявкнул Ланс и тут же начал яростно зачеркивать свою схему, чуть ли не разрывая тетрадный лист. — Это все не верно, в корне не верно. Нет, может саму суть я поймал, но вот корень проблемы не нашел. Дьявол... Дьявол. Дьявол! Да что ж вы, маги, за люди такие?! Все у вас с тройным дном, бога душу мать!

— Эээ, Ланс... — кажется, даже Уизли разволновался, глядя на не на шутку разбушевавшегося паренька.

— Все! — вдруг рявкнул Герберт, застывая на месте. Он выдернул пару листов из тетради, разорвал их на мелкие кусочки, а потом открыл окно и вышвырнул. Белые бумажки тут же скрылись из виду, паря на ветру. — Играйте в свои тайны, интриги и расследования сами. Мне на это дело отныне — натуральным образом посрать. Пардон, Гермиона, — вырвалось. Вы как хотите, а я спать!

С этими словами, под взором ничего не понимающих гриффиндорцев, парнишка растянулся на диванчике и прикрыл глаза, понимая, что за этот год он неплохо вырос, так как ноги совсем скоро будут упираться в противоположную стенку.

Пару часов спустя, Англия, вокзал Кингс-Кросс, платформа 9 и 3/4.

Поезд резко затормозил, и Герберт ощутимо стукнулся головой о стену. Он уже хотел было нелицеприятно высказаться, но заметил, что в купе все еще находятся алые, среди которых есть и представительница прекрасной половины человечества. Шипя сквозь зубы и мысленно бранясь, парнишка приподнялся и взмахнул палочкой, сей же момент сундук с его вещами воспарил над полкой.

— Герберт! — воскликнула Грейнджер. И когда они на имена перешли? — Нам нельзя пользоваться магией на каникулах!

— Читай законы внимательней, — огрызнулся мальчик и вылетел вон из купе, сундук летел следом.

Настроение было препаршивым. Во-первых, парнишка осознал, что он все еще ни хрена не знает о Волшебной Британии, но, что самое страшное, — близилось, вернее, приблизилось лето с рыжим семейством. Мерлин, лучше бы он действительно у Тома перекантовался. Так было бы проще для всех. Но, может, Дамблдор решил над ним подшутить? Это было бы в стиле директора, а если это действительно так — одним горячим шоколадом дедан не отделается. Герберт раскулачит его на все запасы долек, а потом будет показательно их грызть на каждой трапезе, и пусть доброхот заливается горькими слезами, видя как вожделенное угощение пропадает во рту ученика.

Но, увидев на платформе Уизли, которые в свою очередь увидели слизеринца и нерешительно ему замахали, Ланс осознал, что он действительно попал. Мальчик тяжко вздохнул, собирая волю в кулак, все же он не какой-то там орган с горы, он Геб-проныра, вождь Белое Перо, глава несуществующей организации «Власть Мангустам» и ниже по списку. Так просто он не сдастся. Распрямив спину и поправив бандану, мальчик поплелся по коридору.

— Что, Ланс, лето с Уизли? — выплюнула Гринграсс. Рядом с ней стояла Блейз, да и вообще весь, теперь уже почти второй, курс Слизерина.

— Отвали, лохматая.

Дафна тут же повернулась к зеркалу, а потом зашипела, стискивая палочку.

— Я вот думаю, — протянул Малфой. — Что хуже — быть грязнокровкой или жить в том сарае, который Уизли называют домом?

Сзади послышалось какое-то оживленное шевеление. Ланс развернулся и увидел, как Поттер и Грейнджер сдерживают не вовремя вышедшего из купе Рона. Тот, кажется, собирался объяснить Драко всю степень неправоты поганого слизня. И сделать это он намеревался посредством приложения кулака о лицо ненавистного блондинчика. Герберт даже и не собирался ему мешать, но уж слишком хватки Гарри с Гермионой.

— Отвяньте, а, — устало произнес Проныра. — Драко, перспективы хуже, чем быть тобой, просто не существует.

— Осторожней, Ланс, — усмехнулся немаленький Нотт, покачивая палочкой. — Мы не в школе, Снейпа рядом нет.

На эти слова Ланс лишь потащил заклинанием свой сундук, который стал кружить между двумя группами учеников.

— Никто не хочет познакомиться с моим другом Сундучищем? Уверяю вас, в обращении он немного груб, но все же — миляга парень. Совсем как я.

Слизеринцы, как один, достали палочки и ткнули ими в сторону парнишки. Судя по их взглядам, они ждали этого момента целый год. Дождались, чтоб их подкинуло, да гепнуло. Один против восьмерых Геб точно невдюжет. А Трио в расчет можно не принимать, у них только Поттер на что-то годен, да и то, только если раскачается. А раскачивать его пару минут нужно, к этому времени от Ланса ни рожек ни ножек не останется. Занавес, господа — конец истории. Лето будет проведено не у Уизли, а в Мунго.

— Братец Джордж.

— Да, братец Фред.

Как из ниоткуда, за спинами слизней возникли внушительные фигуры Близнецов, возвышающиеся над вчерашними второкурсниками на несколько голов.

— Кажется на нашем коллеге...

— ... мистере Проныре, том самом Проныре...

— ... который устроил Слизерину Великую Скорбную Неделю...

— ... который помог неким Близнецам проникнуть в...

— ... Братец Фред!

— ... прости, братец Джордж, чуть не проговорился...

— ... так вот...

— ... мистер Проныра...

— ... как вы смотрите...

— ... на то, чтобы мы присоединились...

— ... к вашей веселой вечеринке?

— А на чьей стороне?

— Как можно, Проныра! — воскликнул один из рыжих шутников.

— Мы не можем оставить коллегу по цеху... — вторил ему второй.

— ... в беде! — в привычной манере закончил первый.

Ланс улыбнулся, близнецы всегда относились к нему нормально. Да и, к тому же, он им немало подсобил, снабжая сведениями об Анжелине и Алисии, в которых парни были разве что не влюблены. А может и влюблены, только шифровали сей факт достаточно ловко.

— Тогда подобьем, — фыркнул парнишка. — У нас — Лучший ученик, мокрушник Поттер, Уизли, Дэнжер, и двое будущих четверокурсников, прославившихся своими великолепными шуточками.

— Мы польщены! — близнецы синхронно козырнули ему палочками.

— Будет желание поспорить? — ехидно улыбнулся Ланс.

Слизерницы не были бы слизеринцами, если бы не смекнули, что в этот раз расклад не в их пользу.

— Мы еще сочтемся, Ланс, — прорычала Гринграсс.

Герберт только пожал плечами. Это, конечно, не пустая угроза, но мальчик был уверен, что как всегда сможет вывернуться. Ему не привыкать. Одногруппники, так же поднявшие вещи с помощью магии, вылетели в тамбур и вскоре уже вышли на перрон. На некоторое время в коридоре повисла тишина. Близнецы внимательно смотрели на Ланса, тот смотрел на них. Кажется, шел молчаливый диалог.

— Спасибо, — кивнул Герберт.

— Если ты будешь продолжать...

— ... вести себя как нормальный парень...

-... у нас с тобой...

— ... и у тебя с нами...

— ... не будет проблем.

— Заметано.

Фред с Джорджем вновь синхронно кивнули и направились к Трио, помогать им нести сундуки. Ланс же все еще левитировал торбу, не испытывая с этим никаких проблем. Парнишка выскользнул на перрон и подошел к семье Уизли. Молли потрепала его по... бандане, не сразу сообразив, что волосы сокрыты. Мистер Уизли крепко сжал плечо и кивнул. Мальчик не сделал ничего, абсолютно. Ему было несколько неприятно, что перечисление из фонда пойдут на счет Уизли. Ему было неприятно, что придется жить в окружении незнакомых и неизвестных людей. Ему было неприятно, что кто-то будет иметь какие-то там права на него. Ему было неприятно, что все это решили за его спиной, хоть и согласно букве закона. Ему было еще много чего неприятно, но он понимал, что в данном случае любая агрессия только усугубит ситуацию. Потерпеть лето с Уизли? Пускай. Если нужно и это пережить, для того чтобы в будущем помочь своей семье, то он справиться. Он просто не может не справиться. Это его долг. А, как вы уже знаете, Герберт Ланс из Скэри-скера, никогда не забывает долгов.

Следом из поезда выскользнули нагруженные Фред с Джорджем, мигом попавшие в тесные объятия матери. Которая уже через пару мгновений начала песочить улыбающихся детей на тему взорванных унитазов и чего-то в таком духе. Потом появился и недовольный Рональд, Ланс мог его понять, ему и самому не нравилась перспектива жить в одном доме с этим гамадрилом.

— А где Гарри? — поинтересовалась какая-то маленькая, рыжая девочка, которую Ланс сразу и не заметил.

Девочка была по-своему мила, но явно не во вкусе Герберта. Он никогда не любил таких, как бы это выразиться — заинтересованных леди. В карих глазах маленькой девчушки будто читалось, что этого самого Гарри, она просто обожает.

— Привет, Джин, — тут же повеселел Рональд. Кажись, любил свою сестренку. — Они с Гермионой вышли в хвосте. Им так удобнее добираться к своим автогоблинам.

— Автомобилям, — машинально поправил Ланс.

Девочка тут же развернулась на каблуках и посмотрела на высокого мальчишку. Ланса это раздражало. Он не любил, когда на него вот так изучающее глазеют, будто на какую-нибудь картину или на скульптуру.

— Я о тебе знаю, — спокойно произнесла девочка. Видимо, так сильно поехала на своем Поттере, что даже не краснеет про Лансе. Ну, хоть один плюс. — Ты Герберт Ланс. Рон писал, что ты жуткий выскочка.

— Джиневра! — воскликнула миссис Уизли.

— А еще позер, — подмигнул парнишка. — И балагур, и прохиндей, да и кликуха у меня — Проныра.

— Герберт! — теперь уже на мальчика прикрикнула полная женщина.

Мальчик незаметно опустил сундук на общую тележку, выпрямился и положил левую руку на сердце.

— Говорю правду, правду и только правду!

— О боже, — выдохнула мать семейства, — близнецов не хватало...

Фред с Джорджем переглянулись и показали Лансу большой палец, тот им подмигнул. В этот момент к довольно большой компании прорвался тот самый плечистый рыжий мужчина. Да уж, на фоне медноволосого семейства сам Герберт выглядел, как, в данном случае, черная ворона.

— Я достал нам портал, — кажись, мистер Уизли неплохо так запыхался, пока доставил этот самый портал.

— Портал? — просипел Герберт.

Как же он много читал об этих загагулинах, правда, только в магловской литературе. Так, а где собственно, сверкающая дыра в пространстве? Где спецэффекты и прочее?

— Ах, Герберт, ты наверно никогда не пользовался порталами, — всплеснула руками импульсивная миссис.

— Ну как то в приютах с порталами напряженка, — покивал мальчик.

На него тут же сурово посмотрели взрослые. Небось, подумали, что он хамит, или как там это называется. Да, это будет непростое лето.

— У меня просто такая манера речи, — вздохнул мальчик.

— Мы понимаем, но... нам с этим немного сложно.

— Я тоже не зефирку лопаю.

— В общем, — мигом сориентировался мужчина и достал из кармана мантии длинную деревянную полоску. — Мы все схватимся за вот эту линейку, и я произнесу специальный ключ.

— Круто, — кивнул мальчик.

Сразу после этого начались приготовления. Вещи скинули на огромную, плоскую тележку, в которой, видимо, перевозят металлические плиты для строительных работ. Миссис взяла за руку Джиневру, а потом грозно зыркнула на близнецов и на Рона, те чуть покраснели. Ритуал у них тут, что ли, такой?

— Герберт, а гитару не хочешь снять? — спросил Мистер.

— Стремаюсь, — повел плечами парнишка, но потом опомнился. — То есть — мне спокойней с ней, чем без нее.

— Любовь! — хором выкрикнули близнецы.

— До гроба, — поддакнул им Геб.

Миссис закатила глаза.

— Так, все, — обрубила она. — Хватайтесь за линейку. Герберт, ощущения в первый раз могут быть не самыми приятными.

— В первый раз всегда неприятно, — вновь пожал плечами парнишка, но потом снова опомнился, когда наткнулся на шокированные лица людей. — То есть, ээээ, ну, как бы...

— Мы поняли, — тяжко вздохнул Мистер. — У тебя такая манера речи, но постарайся, пожалуйста, её хоть чуть-чуть фильтровать. Тут все же дети.

— Я не деть! — вскинулась Джиневра.

— Несомненно, — кивнул Герберт и рассмеялся. Это было забавно.

Поправив футляр, парнишка с легкой опаской посмотрел на свой сундук, в котором хранились все его сокровища, а потом схватился за линейку, где практически не было свободного места — столько рук за неё схватилось.

— Приготовились, — резко произнес Мистер. — Portus Нора.

Сей же момент Герберта крюком за пупок подцепили и потащили через трубу. Все его тело сжалось до размера точки, а потом вдруг взорвалось, как резиновый мячик, который до этого долгое время сжимали стальными тисками. Парнишка упал на колени и судорожно втягивал воздух носом. Но сколько бы он не пытался вздохнуть, воздух будто плавно обтекал его. Стоило только мальчику запаниковать, что он вот-вот задохнется, как Ланс понял, что уже довольно долго дышит вполне нормально. Мир вокруг перестал танцевать безумную джигу, и стало возможно различить небо и землю.

— Ну ни ... — Ланс осекся, посмотрев на уже начавшие вылезать из орбит, глаза Мистера и Миссис. Дети же, подхватив чемоданы, заспешили в сторону дома. — Я хотел сказать — превосходный способ путешествовать. Если ты мазохист, конечно.

Проныра нашел себя стоящим на небольшом холме, с которого открывался вид на долину. По центру, между лесом и шумящим вдалеке шоссе, находился весьма сюрреалистичный дом. Некогда это была обычная одноэтажная хижина, но, видимо, с прибавлением семейства, к дому достраивали все новые и новые комнаты. В итоге обитель (вот привязалось же, задери Барона Пивз) стала выглядеть как неправильно собранный конструктор. Создавалось впечатление, что вот-вот, еще чуть-чуть, и дом развалится на части, но нет. Видимо, не обошлось без магии и каких-нибудь волшебных хитростей.

Рядом со зданием виднелся довольно большой сад, чуть дальше — огород и пруд, внушительных размеров гараж и небольшая пристройка к нему, скорее всего — сарай. В принципе, после приюта, любое здание без вывески с надписью «св. Фредерик» казалось Лансу чуть ли не дворцом. Так что его мнение было таково — где угодно, лишь бы не в цугундере или приюте.

— Ну, пойдем, — Мистер снова сжал плечо мальчику.

Дети впереди уже почти добрались до декоративной калитки столь же декоративного забора. От воров точно не защитит. Хотя Лансу что-то подсказывало, что, видимо, на заборе есть какие-то охранные чары или что-нибудь в этом роде.

— Мистер и миссис Уизли, — остановил взрослых мальчик. — Хочу сразу вас предупредить — я буду колдовать.

— Но колдовать на каникулах запрещено! — вскинулась Миссис. — Министерство за этим внимательно следит.

— Мэм, я не знаю в курсе ли вы — но я вроде как Лучший ученик. А это значит, что имею в своей тыкве как минимум немного серенького вещества. В общем, и ежу понятно, что в Министерстве должны сидеть боги, чтобы следить за каждой палочкой отдельно. Так что приглядывают они сразу за местностью. А в этой самой местности живут взрослые маги. Аж две штуки, и...

— Мы тебя поняли, — перебил парнишку Мистер. — Возможно, нам стоило бы запретить тебе это, но, думаю, это вызовет слишком много проблем. Давай договоримся так — ты не рассказываешь о своем открытии детям и не колдуешь ничего опасного.

— Без проблем, — кивнул парнишка.

— Это все или будет еще что-то? — со смешинкой в голосе поинтересовался мужчина.

— Пока да, а потом по обстоятельствам.

— Какой деловой, — хмыкнула Миссис.

— Без этого никак, — пожал плечами мальчик и под беззлобные смешки взрослых потащил свой чемодан к зданию.

Ланс открыл калитку и прочапал по садовой дорожке. На миг ему показалось, что из многочисленных норок на него таращатся какие-то гуманоидные существа, с десяток сантиметров величиной, но, скорее всего, сказывалось не самое радужное портальное перемещение. И почему фантасты никогда не пишут, о том, что так хреново прорываться сквозь прорехи мироздания? Или они не знают? Так надо бы просветить, чтобы народ не обнадеживали, а рубили все как на духу.

Толкнув дверь, парень слегка обмер, потом сделал шаг назад, потом шаг вперед, снова назад и снова вперед. Что-то не складывалось. Внутри помещение была раза в три больше, чем снаружи. Вот это загогулина. Флитвик что-то упоминал о чарах расширения пространства, но парнишка даже и не подозревал, что их можно наложить на целый дом.

Мальчик оказался в гостиной, совмещенной с кухней. Здесь было несколько больших удобных диванов, парочка кресел и внушительного размера камин. Как уже знал парнишка, через камины тоже можно путешествовать. Санта-Клаусы чокнутые, закуси ими дракон. Из других вещей здесь находилось мирно потрескивающее волшебное радио и старенький маговизор, больше смахивающий на телевизор середины века. На стене тикали странные часы, вместо цифр там были такие значения как: «дом», «школа», «тюрьма», «работа», «путешествие», «потерялся», «больница», «тюрьма», «смертельная опасность», а стрелок целых девять и все с фотографиями членов семьи. На кухне, кстати, летали поварешки, и стучали ножи о доски. Ланс присвистнул — это были продвинутые бытовые чары, на такие нужно иметь определенные способности. Правда, сам парень не собирался когда-либо изучать следующий уровень. В конце концов, если чары кипения еще как-то могли пригодиться мужику, то вот замагичивание ножа на резку доски — пустая трата времени. Конечно, вы скажете, что если нож может резать хлеб, то может и человека. Но фишка в том, что, применив бытовое заклинание, вы заставите нож резать именно хлеб и ничего более. На булку нужно другое, на мясо третье и так далее. А вот чтобы резал человека, тут нужна Темная Магия. Так что не все так просто.

— Пойдем, — окликнул парнишку Мистер. — Покажу тебе твою комнату.

— У меня будет своя комната? — удивился Ланс.

Глава рыжего семейства немного стушевался.

— Вы с Роном не очень ладите, — как это он ловко срезал углы. Да тут у них уже почти вооруженный конфликт, а не «не ладите». — И мы подумали, что не стоит вас селить в одной комнате. Но... это, в общем, не совсем комната. Хотя пойдем — увидишь.

Мистер попытался взять у паренька сундук, но тот не считал себя изнеженной немощью и резко отстранился, показывая, что и сам справиться. Двое людей поднялись по скрипучей лестнице, и парнишка насчитал в общей сложности шесть комнат. Одну приметил еще на первом этаже. Она была заклеена какими-то странными красными полосками, и на ней крупными буквами было написано «Джинни». На втором спален было целых три. Одна с надписью «Не входить без стука. Перси», другая — «Родители» и третья — «Рон». Был и третий этаж, здесь было всего две комнаты, одна явно заброшенная с тяжелым амбарным замком и без какой-либо надписи. А вторая был раскрашена в режущие глаза цвета. На ней светилась алым цветом такая надпись — «Дред и Фордж. Заходите, не бойтесь».

— А что з...

— Там когда-то жил Билл, — тут же сориентировался мужчина. — Это наш старший сын, он работает в Грингонттсе разрушителем проклятий.

Ланс присвистнул. А этот Билл не из робкого десятка. Разрушитель проклятий — это все равно, что Индиана Джонс магического мира.

— Уезжая, он повесил замок на комнату и попросил никого туда не входить. Ну и сам понимаешь — не хочется выяснять, что оставил дома такой маг как Билл. Остается надеяться, что ничего опасного.

— А вы разве не спрашивали?

— Спрашивали, конечно. Но он молчит и не говорит. А ссориться лишний раз никто не хочет. Мы, кстати, пришли.

Мальчик повертел головой, но ничего, кроме тупика не увидел. Тут Мистер поднял руку и потянул за веревку. Вниз тут же съехала длинная лестница, ведущая на чердак. Ланс поднялся первым и был приятно удивлен. Это было небольшое помещение с косыми стенами. На полу лежал ворсистый ковер с изображением прикорнувшего волка. Огромное окно выходило на лес и из него можно было выбраться прямиком на стену. В комнате находился старенький пустой шкаф, аккуратно прибитая к стене полка с потрескавшимся лаком. Некрупный письменный стол, не перекрывающий путь к окну, и застланная кровать. Да, здесь было теснее даже чем в общей спальне Гриффиндора, и уж куда как меньше пространства чем в Берлоге, и все же здесь было нормально. В конце концов, впервые в жизни у Ланса был свой уголок.

— Тут когда-то жил упырь.

— Да, — кивнул мальчик, втягивая носом уже почти выветрившийся неприятный запах, схожий с тем, как пахнут зелья и привидения. — Я чувствую.

— Чувствуешь? Впрочем, не важно. Так вот. Упыря мы выгнали, ну и переделали здесь кое-что. Но если тебе не нравится, то завтра вызовем Билла, пускай открывает свою пещеру.

— О, нет-нет-нет, — замотал головой мальчик. — Я готов остается здесь даже ради одного окна.

Мистер улыбнулся и снова сжал плечо.

— Профессор Дамблдор и профессор Флитвик так и сказали — «Ланс останется из-за окна».

— А они были здесь? — удивился парнишка.

— Конечно. Если честно — они здесь все и обустраивали.

— Вот жуки, — процедил мальчик.

— Герберт, не стоит так говорить о взрослых, — покачал головой Мистер. — Надеюсь, ты на них не в обиде.

— Да нет, — отмахнулся мальчик. — Обиды не для парней. Неприятно, конечно, что у меня мнения не спросили. Но, небось, хотели приятный сюрприз сварганить. Но я им, конечно же, еще покажу. Думаю, Флитвик переживет полгода без своих жевательных перьев, а Дамблдор без лимонных долек.

— Ты весьма коварен, Герберт, — продолжал улыбаться Мистер. — Ладно, ты обустраивайся и спускайся — будем обедать.

Рыжий мужчина приподнял крышку люка и спустился по съехавшей лестнице, которая потом втянулась обратно. Парнишка уселся на подоконник и посмотрел на качающийся вдалеке, словно дышащий и живой, лес. Возможно, это будут совсем непростые девяносто дней, но он не имеет права не справиться. Геб все выдержит, ведь он же Герберт Ланс — глава самой молодой банды Скэри-сквера, а значит — обречен на победу.


Глава 9 | Фанфик Не имея звезды | Глава 11