home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 34

16 августа 1994г Англия, холмы

— Поторапливайтесь, мы же не хотим опоздать! — прикрикнул Мистер, шедший впереди и о чем-то перетирающий с Биллом на свои темы.

Судя по лицам остальных участников марафона, они были бы не прочь и опоздать. А уж если при этом опоздании им дадут упасть и уснуть, так совсем шикарно и к дьяволу этот клятый финал. Близнецы еще держались, подбадривая друг друга всякими подколками и шуточками, а вот остальные... Дэнжер еще ничего, строила из себя взрослую, готовую хоть по первому свистку подняться, а вот Рыжий и Поттер выглядели непотребно. Судя по их постным рожам и заспанным глазам, они даже не умились и пошли так — нечищеными.

Что же делал Ланс? О, он пристроился в хвост, под отстал, а потом задымил сигареткой. Утро было потрясающее, настроение хорошее, так почему и не покурить. Еще бы кто музыку включил, и можно хоть немедленно женится. На ком? Это уже лирика.

— Амос! Друг мой!

Герберт поперхнулся дымом, мигом огляделся, а потом закинул сигарету в длинный полет. Нет, все конечно знали, что Проныра курит, но вроде делали вид что не одобряют. Так что не стоило нарываться лишний раз.

Впереди показались двое. Взрослый, седеющий мужик в сером костюме и с копией рюкзака Мистера за спиной. Амос Диггори слно изнутри светился позитивом и жизнерадостностью, про таких говорят — «живчик». Его сын был точной копией отца, с шальной улыбкой на губах, приятного внешнего вида и внушающего роста. К тому же — немалого ума и большого, честного сердца. В общем не даром Седрик был одним из самых популярных парней в школе, деля этот пьедестал с Поттером, Лансом, что удивительно — Близнецами, а так же еще пятью старшекурсниками.

— Артур, старина!

Двое мужчин крепко пожали руки и улыбнулись. Было видно, что если они и не друзья, то имеют весьма теплые приятельские отношения.

— Вижу у тебя не все жаворонки, — смешливо прищурился Диггори-старший.

Седрик в это время пожимал руки парням, перекинулся парой фраз с Биллом и подошел к Лансу. Проныра не так уж хорошо знал этого Хаффлпафца, все их общение свелось к паре ничего не значащих минутных диалогов.

— Да уж, это верно, — кивнул Артур.

И пополнившаяся компания двинулась дальше, подходя к склону холма.

— Сердик, — обратился к старосте барсуков Проныра.

— Да?

— Слушай, если тебя когда-нибудь заделают вампиром — стреляйся сразу.

Диггори поперхнулся, сбился с шага, а потом в недоумении посмотрел на прищурившегося Ланса.

— Ты это о чем?

— Да так, — махнул рукой Герберт. — Проехали. Как думаешь, кто победит?

— Ирландия, — пожал плечами Сед.

— Что-то южане нынче не котируются...

Диггори опять тормознул, а потом вдруг протянул:

— А разве Болгария это юг?

Теперь уже в осадок выпал Ланс. Он звонко хлопнул себя по лицу, понимая, что с географией здесь напряженка.

— Приколи — она вообще на берегу Черного Моря.

— Черное море...

— Е...кая сила. Диггори, честное слово, я тебе на новый год глобус подарю.

Седрик пожал плечами и они стали взбираться на холм. Юноша все думали — кто, ну кто в своем уме мог подумать, что болгарин это северянин... Это же вообще уму не постижимо.

Но как бы то ни было, а господа волшебники уже скучковались около портала. В который раз Ланс звучно шлепнул себя рукой по лицу. Нет, ну кто... кто, боги, мог додуматься сделать порталом старый, драный башмак? А если здесь дети какие есть, ведь этот башмак мигом станет для них футбольным мячом. А если зверек какой? Тогда башмак уже будет норкой или даже гнездом для земляной птицы. Что за вопиющая нелогичность.Нет, Ланс бы еще понял если порталами заведовала женщина, тогда да — не продумать мелочи, это в их стиле, но вроде в Министрестве за этим мужик следит... Или это такой же мужик как и Малфой?

— Гарри? — Мистер окликнул застывшего очкарика. — О, вижу ты немного удивлен такому порталу.

— Эээ...да. Мне казалось это будет что-то, хм... более...

— Внушающее? — усмехнулся Диггори-старший. — Так поэтому и делают невзрачным. Ведь кому может понадобиться старый худой башмак?

Все же Ланс хлопнул себя по лицу. Этот волшебный мир, спрятанный за угол портьеры реальности, был настолько не линеен и нелогичен, что так и хотелось крикнуть — «Выключите женскую логику!» . Потому что мозг Ланса то и дело пасовал и вообще отказывался работать в таких условиях. Будь у него (у мозга) возможность, он бы еще и профсоюз обратился. Мол — дайте мне (мозгу) нормального реципиента, желательно не мага и стопроцентно — не студента Хогвартса.

— Пять секунд, приготовились.

Все мигом схватились за бошмак, сгрудившись вокруг него, лежа по-пластунски. Сам этот факт уже раздражал Проныру. Валяться в одежде на земле... Кто ему заплатит если она испортится?!

— Гарри! — воскликнул Мистер.

Очкарик спохватился и успел дотронуться до башмака.

Один портал спустя

Герберт вывалился из складки пространства но не упал, как Трио, включая и Джин, а встал ровно, лишь слегка покачнувшись на пятках. На Ланса посмотрели с прищуром, ведь тот не владел аппарацией, так что тоже должен был валяться на земле. На что Проныра развел рукам и пожал плечами, типо вот такой он эквилибрист.

Седрик помог подняться Поттеру, а Рон, стоная словно баба, встал сам, следом подав руку Гермионе. Та только фыркнула и поднялся с земли сама. Ланса порой раздражали такие манеры.

— Отец!

Ланс бы хлопнул себя и третий раз, но ему было жалко свое лицо. К ним спешили два рыжих — одно Геб знал, это был Перси Уизли, дотошный зубрила и бывший староста, выпустившийся вместе с Оливером и остальными. А вот второй был каким-то, как бы это сказать — Иракским наемником что ли. Опасный взгляд прищуренных глаз, шрамы на руках и грубая кожа, волосы ежиком, высокие скулы и четкие очертания строгих мышц, появившихся не после тренировок, а в следствии тяжелой, фактически титанической работы. Это был Чарли Уизли — укротитель драконов. Нет, Ланс совсем не понимал, как в такой семье, где старший сын — разрушитель проклятий, второй — укротитель драконов — третий, умнейший парень (хоть и полный наивняк, тот еще зануда и тупица по жизни) и бывший Староста Школы, когда четвертый и пятый — гениальные изобретатели и приколисты, мог родиться такой индивид как Рональд. Или природа просто взяла отпуск и решила, что хватит одаривать талантами одно семейство?

Далее последовал очередной раунд приветствий. Больше всех досталось Чарли, так как с ним спешили поболтать все присутствующие, в особенности Мистер, который не видел сына почти полтора года. В какой-то момент очередь дошла и до Ланса.

— Незнакомы, — сказал Чарли, протягивая свою мозолистую ладонь.

— Герберт Ланс, — овтет на жест Проныра.

— Чарли Уизли.

На этом все их общение и закончилось. Не то чтобы Чарли был настроен недружелюбно, просто он был абсолютно нейтрален. Ну есть какой-то брюнет, ну и пусть, укротителя драконов это не волновало. Впрочем, его волновал старший брат, так как они тут же начали хлопать друг друга по плечам и на перебой рассказывать какие-то байки и хвастаться различными успехами. В общем, было видно, что эти парни некогда были отличной командой. Наверняка они не раз вместе куковали на отработках и так же вместе куролесили, хоть Чарли был на год младше. В такие моменты Ланс всегда вспоминал о своих братьях и сестре, оставшихся в приюте, но загонял подобные мысли поглубже.

Вновь разросшаяся процессия двинулась ко входу в заповедник, где и был возведен стадион специально для столь масштабного мероприятия. У самого входа, у ограды, народ встретил ... маглов. Их Ланс мог определить сразу. И вовсе не по запаху или внешней факутре, просто Геб уже видел такой взгляд — затуманенный, отрешенный, стеклянный, но еще не мертвый. Словно живые куклы на невидимых ниточках.

Смотритель в форме обвел пустыми глазами разномастную толпу и быстро произнес:

— Двадцать шесть фунтов.

Ланс мигом смекнул, что это по два фунта с человека. Диггори и Артур тут же начали копаться в хрустящих купюрах и монетах, им на выручку поспешили Грейнджер с Поттером. В этот момент они для волшебников были словно всезнающими мудрецами. В итоге выяснилось что денег не хватает. Ланс конечно мог добавить, но ему было любопытно понаблюдать за спектаклем. Ведь и ежу понято, что раз ты заплатил за билет, то за вход в магловский заповедник платить не должен. Но у магов, при столкновении с обычными людскими порядками, обычно начисто отшибало всю критическую логику.

Мистер хотел было протянуть маглу сикли, но тот их отверг. Кажется наступил острый момент, потому что Уизли-старший и Диггори-старший начали как-то странно переглядываться. Но тут на горизонте показался запыхавшийся человек в лиловой мантии. По его обеспокоенному лицу было видно, что он с ног сбился решая какие-то проблемы. Ланс тут же сделал шаг назад. Его нутро сообщило о том, что перед ним ушлый делец, коих юноша повидал немало. А от таких надо держаться подальше, потому что стоит им сесть тебе на уши и пиши пропало, точно на что-нибудь разведут.

Confundus! — выкрикнул этот маг.

Сиреневый луч соскользнул с его палочки и унесся в сторону охранника. Тот слегка встрепенулся, а во взгляде его погасла недавно зародившаяся искорка. Ланс лишь покачал головой. И эти люди еще хают ПС ов. Сами-то недалеко ушли.

— Людо! — обрадованно воскликнул Мистер и тут же пожал руку магу.

Проныра был немного осведомлен о людях в Министерстве, поэтому быстренько смекнул что этот приземистый маг с бегающими глазками — глава департамента магических игр и спорта Людо Бэгмен. Между прочим, не самая маленькая должность. Кстати, по слухам, которые донеслись до Геба, в этом «депе» недавно пропала сотрудница, вроде как ушла в отпуск и не вернулась. Как же её там — Берта... Берта Джоркинс.

— Уже замотался совсем, — оповестил глава игр и спорта. — По пять раз на дню тому память стереть, того законфундить. Нет чтобы бюджет поднять на пару золотых и стажеров нанять. Так нет — маглами обойдемся. Бюрократы чертовы.

— А это не опасно? — Грейнджер озвучила вопрос трех выходцев из мира маглов.

— Не опасно... что? — переспросил Людо Бэгмен, с жаром жмущий руку Поттеру.

— Разве не опасно для маглов так часто подвергаться воздействию на сознание?

Все дружно повернулись к охраннику, который выглядел словно восковая фигура, совершающая механические движения. Проныра весьма скептически отнесся к данному утверждению, но возникать не стал — не его дело. И вообще, хата Геба с такого краю, что до того края шкандыбать и шкандыбать.

— Да что с ними будет, — махнул рукой Людо. — Итак, господа и... дамы, рад приветствовать вас на сто двадцать седьмом финале Чемпионата Мира по Квиддичу, который проводится раз в четыре года. Надеюсь вам понравиться. Прошу следуйте указателям, ну а мне пора. В пятом секторе американцы дерутся с мексиканцами, а русские снимают это дело на магокамеры. Совсем беда...

И Бэгмен испарился, переходя чуть ли не на космическую скорость. Ланс, отчасти, хорошо знал менталитет славян, поэтому сомневался, что глава «депа» сказал правду. Потому как славяне скорее присоединились бы к мексиканцам, в вопросе битья морд америкосам. Так что Бэгмен скорее всего умчался проворачивать свои махинации и тому подобное.

— Приятно было встретиться Артур, — Дигори-старший пожимал руку Мистеру, а остальные прощались с Седриком, который успел улыбнуться каждому без исключения.

— Увидимся на работе, — кивнул Уизли-старший.

И компания разделилась. У Диггори был билет в западный сектор, так что и двинулись они тоже на запад, ну а Уизли «плюс три» отправились на север. Дул приятный освежающий ветер, на небе плыли скучные, редкие облака, а солнце порой уж больно метко било по глазам. Геб немного надвинул шляпу на лоб, проверяя есть ли пачка в кармане. В тот же миг он вспомнил о визитке, которую ему перед водила Дайтоны почти месяц назад. Юноша залез в задний карман своих джинсовых бриджей и вытащил оттуда старый кошелек. Этот бумажник некогда был из коричневой кожи, но сейчас на нем виднелись белесые потертости, растрескавшиеся полосы и прочие атрибуты ветхой вещицы. Будь он немного подороже и можно было бы назвать винтажным, ну а так... а так это был просто старый кошелек.

Ланс ловким движением пальца открыл его, перелистнул хрустящие купюры фунтов и достал белую визитку. На ней красовался какой-то логотип и имя «Мартин Бёрч», ниже шел телефон. Лансу сперва показалось что он уже слышал где-то эту фамилию, но тут стало не до воспоминаний.

По ушам ударил гам и гвалт, писки искр, гитарные перебои, чириканье десятков говоров, языков и акцентов, а воздух буквально задрожал от волшебства. Всюду, куда падал взгляд, виднелись самые разномастные палатки — от туристических идо огромных шатров выездной ярмарки. На полянах стояли лавки, собравшие огромное количество волшебников всех национальностей и рас, у уже пылающий костров сидели молодые с гитарами и наполненными жестяными чашам. В воздухе летали дети на метлах с ограничением высоты и скорости, где-то взрывались шутихи и то и дело раздавались отзвуки труб и барабанов.

На Геба это зрелище произвело сильное впечатление, но куда меньшее, нежели на Дэнжер или Поттера, которые не бывали в Мемфисе. Судя по их глазам на выкате и чуть приоткрытых ртах, они даже не подозревали что магов в мире так много. Проныра лишь усмехнулся — голубой шарик не ограничивается одним лишь Туманным Альбионом. Герберт сказал бы даже больше — Британия лишь жалкий мазок на карте, лишь незаметное пятнышко по сравнению с бескрайними просторами Земли.

Найдя стоянку Мистер скинул свой огромный, на сто двадцать литров рюкзак, щелкнул по нему палочкой и тот мигом стал разворачиваться в обычную двуместную зеленую холщовую палатку. Герберт мигом сообразил что внутри она будет куда как больше, и не ошибся в своих предположениях. Лишь отодвинув полог, Проныра все же немного ошалел, когда перед ним открылись пространства обычного домика тур.базы прошлого века. Под тряпичным потолком висела масляная лампа, виднелась жестяная топилка и топчаны грубой работы. В общем палатка фирмы «Волшебник-Турист» была явно прошлого десятилетия, да еще и бюджетной модели.

Правда на Поттера и Грейндежр и это произвело сокрушительное впечатление. Они, застыв сперва, синхронно стали заходить и выходить из палатки, а потом Дэнжер объяснила своему товарищу в чем тут прикол. Уже через пару минут все стали располагаться, а кто и расходиться по своим делам. Так Близнецы отправились делать ставки, а Геб, взяв гитару, вышел вон.

Ланс недолго искал место куда приткнуться, первая же группа молодых, кучкующихся вокруг пламени, приметила его дружным кличем:

— Гитарист? — спросили они на не самом лучшем английском.

— Есть такое, — кивнул юноша.

— Тогда присоединяйся.

И Ланс присоединился. Ему тут же выдали жестяную чашку, с опаленным днищем. В ней плескалась прозрачная жидкость без запаха. Ланс скептически взглянул на эту компанию веселящихся, а потом на жидкость. Вряд ли водой будут угощать.

— Водка? — спросил он.

— Да, — кивнула девушка, сидевшая рядом.

Причем если большинство таких групп расположилось на стульях или странсфгурированных табуртах, то эти господа уселись на бревна, в одном из которых торчали два вбитых топора. Девушка, кстати, была очень мила и приятна на вид, как и четыре других. Парни были высоки, и немного простоваты, но очень добродушны. Ланс мигом смекнул что к чему.

— Россия? — спросил он на ломанном русском с дичайщим акцентом.

— Опа-на! — крикнул высоки парень, видимо только он здесь мог шпрехать на английском без дубоватости в языке. — Вот это поворот.

Все вокруг засмеялись, а одна из девушек все настраивала свою шестиструнку, которая выглядела столь же бывалой, как и Малышка Геба.

— За дружбу народів! — поднял жестянку этот парень, выдывая фразу на языке, который был с одной стороны и знаком Гебу, а с другой и нет.

— За дружбу народів! — гаркнули остальные и опрокинули в себя жидкость.

Что совсем странно — девушки явно пили не водку. Под конец все обернулись к Лансу, который все так же держал жестянку. Проныра резко выдохнул, а потом залпом осушил емкость, ощущая как лава струиться по его горлу, немедленно отправляясь в желудок. В голове сразу то ли помутнело, то ли посветлело.

Гебу протянули какой-то огурец, который почему-то был слишком уж мутно-зеленым, мягким, мокрым и отдающим солью. Юноша отрицательно покачал головой.

— Могешь, — хмыкнул парень. — Мы не Россия. Мы — Україна. — потом полиглот повернулся к леди с гитарой и сказал. — Люда, заспівай нашу, — а Лансу перевел. — Подхватывай.

И девушка запела своим тягучим, надрывным, но мелодичным, сладким голоском:

Що ж це я Що ж це я не зумів Зупинитися вчасно Все ясно Зі мною тепер і назавжди

Ланс подхватил мелодию, но подпевать не стал, желая в полной мере впитать в себя новый язык. Люди все веселились, попивая водку из жестянок и сидя на срубленных бревнах. А вокруг... а что было вокруг, Геба уже не волновало.

Пара по сто и несколько песен спустя

Обнявшись со всеми своими новыми знакомыми, пожав руки парням и в последний раз поцеловав певшую леди, Ланс, помахав весельчакам рукой, заспешил к Уизли и Ко. Гереберт, проведя весь день, до самой темноты, когда уже все потянулись к огромному стадиону, так и не понял, чем отличается Русский от Украинца. Проныра не знал, как они сами делят себя, но со стороны — и с микроскопом не отличишь. Все та же жизнерадостность, безоговорочная дружелюбность и по-настоящему широкая душа. Геб провел пальцами по губам и чуть улыбнулся. Одно он сегодня выяснил точно — губы русских и украинских девушек были самыми вкусными из всех, что когда-либо пробовал юноша.

— Где ты был? — спросила Дэнжер, когда вся честная кампания двинула к отдельному входу, который вел к сектору с ложами, где и располагалась самая главная — Министерская.

— Мир захватывал, — пожал плечами Ланс.

Грейнджер тут же заткнулась и ошалела.

— Как видишь — не вышло.

Геб уже давно понял, что эта гривастый затыкает любую бочку, и чтобы заткнуть её саму, нужно мгновенно разрывать шаблон, иначе вам грозит какая-нибудь страшная лекция. Причем данную леди совсем не волновало интересно ли её мнение окружающим. Она априори видела себя самой старшей, самой умной ну и просто — самой-самой. Раньше Геба это бесило, теперь забавляло. Все равно что смотреть на мартышку в зоопарке — ну пусть себе беснуется и задницу чешет, зато смешливо.

— Хамло, — прошипела заучка.

Геб подозрительно глянул на эту гриффиндорку, но все же не обнаружил родственного сходство Снейпом. Хотя нет, одно было — они оба когда-то раздражали, а теперь смешили Проныру. Странно, но Геб почему-то ощущал себя старше (не в прямом смысле слова) этих двух, словно знал какую-то такую определяющую мудрость, которая начисто отрезала его от Зельевара и Ходячей Энциклопедии. Да и от большинства живущих в замке студентов и некоторых преподавателей. Что это было? Геб не знал, но догадывался, что если покопаться, то это можно найти в его нотной тетради, исписанной ровным, мелким забористым почерком.

— Мне тебя жаль девочка, — пожал плечами Ланс, и, поправив футляр гитары, (что уже вошло в привычку) зашагал быстрее.

Поднявшись по винтовой лестнице, Геб оказался на самой вершине стадиона. Сколько он вмещал себя людей? Говорят на этот матч было продано сто семьдесят тысяч билетов. Маги со всего мира съехались на финал любимого вида спорта, да и просто решили выбратсья из захолустных домов и собраться «большой компанией». В общем, не удивительно что стадион был построен таким образом, что несколько его ярусов было над землей, но основные — под. Самые нижние места, были самыми дешевыми, стоимостью около двух трех сиклей. Оно и понятно — все действо происходит на уровне колец, плюс минус пять метров. Чтобы попасть на верхний ярус, вам пришлось бы отвалить до десяти галеонов. Вы только подумайте — две штуки фунтов. Ну аж про ложи и говорить нечего — от пятидесяти и выше. Так что можно сказать Уизли вытащили счастливый билет.

Министерская ложа была довольно объемной, рассчитанной на семьдесят человек. Правда и здесь было ранжирование — кто ближе к бортику у того кровь и голубее. Что иронично — Рыжие «плюс три» уселись на втором ряду. Фактчиески — ближе некуда, потому как первый для гостей .

— Ланс? — послышался ошарашенный голос.

Ланс мигом его узнал по писклявости и голубоватости иного плана. Проныра обернулся, зная кого он там увидит. Так оно и было — чета Малфой в полном составе. Отец, напыщенный, лоснящийся глист, сынок — копия папашки, и его маман — женщина потрясающей красоты. Юноша, будучи весьма жизненно осведомленным, приметил как Малфой-старший поглядывает на какого-то юношу из соседней ложи. Так что можно было смело предположить, что красоты этой леди использовалась в супружеской постели лишь раз — когда зачали сынка. Ну а потом... блин, Геб даже боялся представить себе габариты рогов Люциаса.

— Здарово, — только и ответил Геб.

Драко наверняка хотел сказать что-то обидное, но Проныре было уже плевать. Он, можно сказать, вышел из того возраста, когда беспорядочные оскорбления какой-то глисты могут задеть. Чего нельзя было сказать о Мистере и Золотом Трио, которые мигом сцепились языками каждый со своим противником в весовой категории.

Ланс только спрятал лицо в ладонь, надеясь, что никто не догадается что он вместе с этой кучкой джентльменов, которые порой не очень-то на этих джентльменов похожи. И почему у волшебников дуэли запретили? А все было бы так просто — если что не по нраву, кидая перчатку в харю, а не брызжи слюной, разбрасывая свое ДНК на пару метров вокруг. Нет, вроде и сейчас можно забить стрелку, но там все чинно и благородно. Пишешь заявку в Дуэльную Лигу, они рассматривают её, потом тестируют тебя на пригодность, а уже после этого, выделив своих секундантов, разрешают вам смахнуться, но смерти там не допускаются. В общем — цивилизованность.

Спорящих остановило только появление Фаджа, который шел вместе с каким-то афро...африканцем, или как там это у полит корректных будет звучать? В общем, два Министра шли рядом, а Английский все пытался изъясниться с помощью жестов и интернациональных слов. Получалось плохо. Даже Людо Бэгмен, шедший рядом не мог им помочь. Вроде они еще сетовали что нету Барти Крауча, который шпрехает вообще на любом языке. Ну, тоже бывает — если есть те кто с животными базарит, почему не может быть того, кто родился со знанием всех языков? Ведь люди они тоже ... того — звери короче. А некоторые еще и монстры, но это вновь лирика.

А еще, благодаря Грейнджер, все обратили внимания на существо в первом ряду. Это было мелкое, морщинистое создание с ушами слоненка Дамбо и глазами героя японской мультипликации. Сам Проныра не смотрел, но говорят — у них они действительно не реально большие. Почему Ланс её не смотрел? Потому что — Дисней, Дримворкс и Пиксар. Этим все было сказано.

Тем не менее юноша ощутил укол жалости к этому созданию, но вскоре отмахнулся. У юноши было достаточно собственных проблем, чтобы растрачивать себя на чужие. Каждый живет так, как может и заслуживает. Хочешь лучше — рви задницу, работая над собой и своей реальностью... не можешь? Значит не хочешь. Если не способен уяснить столь простую мудрость, сними квартиру в Скэри и поживи там месяцок. Выживешь — осознаешь.

Sonorus! — произнес Людо, когда прозвенел третий звонок, а все вокруг было утоплено в людях, плакатах и выкрывающих что-то шляпах.

Конечно шляпа Ланса молчала, но он её любил и такой — простой и молчащей. Юноша приготовился зажать уши, но почему-то чары усиления голоса не распространялись на ложу, с трибуны которой и вещал Бэгмен.

— Леди и джентльмены! — воскликнул Людо. — Рад приветствовать вас на сто двадцать седьмом финале Чемпионата мира по Квиддичу!

Толпа закричала, загудела, поддерживая комментатора. В ложе сперва начали хлопать Уизли, но тут же стушевались под взглядами тех, кто сидел так, словно дерьма навернул. Но эти господа не учли одного — с ними был Геб-Проныра. Ланс вскочил на ноги, сложив пальце ко рту пронзительно засвистел, а потом захлопал что было мочи. Его уже мало волновали взгляды — шоу начиналось.

— Двести двадцать четыре команды начали свое состязание за право претендовать на кубок! Две дошли до сегодняшнего вечера! Вечера, в котором определиться новый чемпион! Ни каких вторых и третьих мест, только один сегодня поднимет над собой кубок! Дамы и господа, давайте же поприветствуем наших первых претендентов! С заливных холмов и широких равнин, наши вечно зеленые гладиаторы метла и мяча — Сборная Ирландии и их талисманы — лепреконы!

В воздухе вдруг заискрило зеленым, и тут, внезапно, над стадионом выплыли белые, плотные кучевые облачка. Они кружились, исполняя какой-то безумный хоровод, а потом из них ударили радужные мосты. Да-да, словно молнии они жадно впились в своих пушистых соседей, а по этим цветастым мостам, заливаясь хохотом, заскользили маленькие существа. У каждого был костюм двойка и огромная шляпа — зеленый цилиндр. Словно на водных горках они спускались все ниже и ниже, пока не попали в огромнейший котел целиком набитый золотом. Лепреконы переглянулись и стали отбивать на золоте джигу. И с каждым ударом их башмачков, из котлы вылетали звонкие монеты, дождем осыпаясь на трибуны. Народ закричал, захлопал, и стал ловить деньги. Даже в Министерской Ложе нашлись те, кто повелся на приманку — особо усердствовал Рональд. Ланс же, покачав головой, взял одну монетку — в качестве сувенира, ведь все равно вскоре это золото превратиться в красивые речные камни.

— Спасибо Ирландии их талисман, а теперь встречайте команду! Загонщики — Маллет, Дрой, Моран! Загонщики — Конноли и Куигли! Вратарь, а так же капитан сборной— Бари Райан, Ловец — Эээээээйдан Лииииинч!

Толпа взорвалась аплодисментами, а команда, совершив круг вокруг трибун, остановилась у своих — западных колец.

— А теперь наши вторые претенденты. С далеких земель у теплого моря — сборная Болгарии и их талисманы — вей...

Но Людо замер на полуслове, под очаровательную, затягивающую музыку вышли самые прелестные женщины. Которых когда-либо видел Ланс. Кожа их светилась лунным оттенком, золотые волосы расплескались на ветру, а глаза необъятной глубины туманили сознание. Впрочем, Геб двинул себя в скулу и наваждение тут же спало, а Проныра, ощущая стеснения в штанах, стал смотреть за танцем леди модельной внешности.

Чего не скажешь об остальных, за исключением Малфоев конечно. Вон Поттер и Рональд чуть вообще из ложи не выпрыгнули. Очкарик так и вовсе ногу уже занес и остановился только после выкрика Грейнджер. Нет, Геб всегда подозревал что в тихом омуте, но то что Шрамоголового мог так сильно припечь спермотоксикоз это уже что-то с чем-то. Даже рыжий лишь вцепился в бортик руками. Вскоре музыка замолкла, а кого-то стали вытягивать с поля обратно на трибуны.

— Эммм, в общем спасибо за это! Кому надо поменять штаны — делайте это на месте...кхм... А теперь встречайте команду! Охотники — Димитров, первый капитан женщина, приведший команду к финалу — Иванова, а так же — Левски! Загонщики — Волчанов и Волков! Вратарь — Лев Зогров. А теперь Ловец — Виииииктор Крааааам!

— Это он! Это он! — запищал Рональд, прижимая омноколь к глазам.

Это было что-то вроде бинокля, но с разными волшебными наворотами и режимами просмотра замедленной записи. Ланс себе такой не купил, потому что был уверен на все сто в своих гляделках. Во-первых он был зорок, не как сокол конечно, но как кот — точно. А во-вторых был уверен в своей реакции и скорости восприятия.

Тут вылетели Болгары и Ланс даже успел оценить этого Крама. В общем, ничего такой — обычный южанин. Резкие черты лица, нос с легкой горбинкой, густая черная растительность на лице, сияющим вечной щетиной и мускулистая фигура. Но это были именно что накачанные мышцы, а такие может себе сделать почти каждый, если будет усерден и потратит несколько лет.

— Итак, счет ноль-ноль и мы начинаем игру!

Тут же началось то, что можно назвать скоростными полетами на метлах.

— Димитров к Ивановой! Рывок, проход! Перехват! Моран-Дрой-Маллет! Классическая лесенка! И это гол! Счет открывает Ирландия! Проход, горка, твист и перехват! Левски на Димитрова, бросок — счет сравнялся!

На этом игру можно было сразу закончить, потому что далее последовало избиение ворот Болгарии. Вратарь у них был то ли слепой, то ли бухой, то ли инвалид, то ли домашний эльф под оборотным зельем. Ланс, подбере подобородок, с закаченными глазами наблюдал за этой... херней. Он даже приметил фиугры Оливера и Флинта, которые держали плакат Ирландии, но радости на их лицах замечено не было. А вот болельщики бесновались. Вообще можно было наблюдать за игрой Ловцов но в их маневрах Ланс ни хрена не понимал.

Забавно было когда разок Линч царапнул землю, пытаясь сровнять с Крамом в искусстве полета. Эйдан свалился с метлы, к нему заспешили медики, но тот как истинный Ирландец и настоящий мужик, послал их на несколько букв, показал неприличный жест гогочущим вейлам и взмыл в небо.

Игра продолжилась. Ланс скучал, но тут произошло то, что заставило юношу разве что язык не прикусить.

— Итак, счет сто шестьдесят — десять, в пользу Ирландии! Крам гонится за снитчем, они в пике с Линчем! Квофл у Дроя, что же он будет делать, он в вертикали у пятиметровой! Это будет ничья, господа, победа у Болгарии в руках! Ведь при поимке снитча, победа у того, у кого золотой мяч! Но что это? Дрой вскакивает на метлу! Он несется стоя на ней к воротам Болгарии! Метр до снитча, Крам на полкорпуса впереди! Мерлин, снитч у самой земли! Мордред и Моргана! Дрой отрывается от метлы в неверотяном прыжке! Он летит к кольцам и... Крам ловит снитч! Звучит свисток! Линч разбивается о землю, спешат медики... Но что это?! Не верю своим глазам... Наш судья из Египта говорит что Дрой сумел забросить квофл.... Показывают запись, да... Господа, Дрой вырывает победу из рук Крама. Со счетом сто семьдесят — сто шестьдесят Ирландия забирает этот кубок!

Стадион взорвался аплодисментами, а Дрой все надрывался, крича чтобы его кто-нибудь снял с кольца. Это выглядело несколько комично.

— Кстати, хочу напомнить, что это был финт Ланса, открытый всего пару лет назад! Так же этот финт, по версии журнала «Квиддич сегодня» занимает шестую позицию в рейтинге самых опасныхза всю историю спорта!

Что думал об этом матче Ланс? То что это был самый охрененный матч в его жизни, потому что его финт выиграл Финал. Его. Финт. Выиграл. Финал. Что еще надо охотнику факультетской сборной от этой жизни?

Одно празднование спустя

Ланс, с бутылкой в руке, качаясь, шел распевая какие-то ирландские песни. Порой он пританцовывал джигу, но получалось у него это плохо. С распухшими от поцелуев губами, со счастливыми до одури глазами, со светящимся лицом и радостными настроением, Герберт шефствовал через плотно набитый лагерь. Этой ночью никто не снимался с места — половина, болевшая за Ирландию праздновала, вторая половина, топившая за болгар — заливала горе. Проныра не болел ни за кого, но был на седьмом небе от того что для начала победу оформили его финтом, а во-вторых — его фамилия прозвучала на весь мир, быть может это немного поможет в битве за корону Рока. Но сейчас Ланса волновали лишь поцелуи ирландских девушек, танцы и музыка, и все эти образы так и смешались в воспоминаниях юноши. Прекрасные леди вдруг превращались в журчание шампанского, оно, в свою очередь, в восхитительные танцы до последнего дыхания.

— Мы танцуем, мы поем, мы лишь этим и живем. В радостях моменты, жизнью без... — Ланс все никак не мог подобрать рифму для последней строки его новой песни.

Эта композиция должна была стать воплощением всего того, что так любил слизеринец — веселье, людей, звонкий смех, музыку, танцы и красивых девушек. Некоторые говорят — нет некрасивых леди, есть мало виски, но Ланс считал иначе. Он считал, что нет некрасивых, есть плохое настроение, потому как когда настроение на высоте, то и все вокруг становиться прекрасным.

Тут вдруг зазвучали взрывы, крики и в воздух взлетели всполохи зеленого пламени.

— Вот ведь ирландосы, никак не угомоняться, — с хмельной, счастливой улыбкой заявил Проныра.

Тут рядом просвистело что-то и бутылка взорвалась в руках юноши. В тот же миг парень отрезвел. Это была его особенность — в минуты опасности Уродец настолько активно прочищал сознание, что мог хоть и мертвым поднять. Так что Ланс никогда не боялся что его застанут врасплох.

Из за вмиг сгоревшей палатки, показался некто. Судя по запаху это был мужчина, мужчина, одетый в черный балахон, с остроконечным колпаком, но больше всего пугала маска. Она была выполнена ф форме искаженного гримасой боли лица. Серебряная, играющая в отсветах пожара и всполохов заклятий, она внушала только страх. Но если от смерти всегда спасал Уродец, то никакой страх не мог устоять перед звериной, испепеляющей яростью Принца.

— Прекрасному празднику не хватало только отличной драки, — по-пиратски оскалился юноша, выхватывая свою алую боевую подругу. Осколок бутылки он зажал в левой руке, собираясь использовать его как оружие любой барной потасовки.

— Сдохни грязнокровка, — прозвучал измененный голос.

Мужчина был высоко и широкоплеч и Ланс даже не понял, как тот догадался, но потом посмотрел на свой прикид и понял что да — он выглядит как самый обычный магл. Но сейчас было не до самоиронии.

Пес вычертил что-то в воздухе и толкнул это к Проныре. Тот мигом опознал проклятье, заставляющее гнить кишечник. Вонь Черной магии чуть не задушила юношу, но тот мигом её заглушил. В последнее время управлять запахами становилось все проще.

Ланс, все еще ухмыляясь, скороговоркой выплюнул невербальную формулу, с немыслимой скоростью вычертил руны и призвал своего второго Пламенного Зверя.

Ignis Bestia: Lion!

Из палочки Ланса вырывался сверкающий ярко-красным пламенем самый настоящий лев. Вот только он был почти полтора-метра в холке, а пастью вполне мог проглатывать гоблинов не жуя. Лев взревел, оглушая своим утробным рычанием, а потом взвился в прыжке и проглотил мутноватое облачко. На хвосте повелителя зверей загорелся огонек.

«Нужно еще два» — подумал Ланс.

И Пес не заставил себя ждать. Он вновь замахал палочкой и в этот раз в юношу полетел сиреневый дымок, создающий в легких жуков, поедающих плоть. Еще одно отродье Черной магии, не заслуживающей того, чтобы называться волшебством. От этого заклятья Прышлось пришлось уворачиваться, задержав дыхание, так как оно вполне спокойно прошло себе сквозь льва. Это, кажется, навело нападающего на мысль о том, что чары Ланса вовсе не были атакающими. И, дьявол, он был чертовски прав.

— Свинцом тебе в брюхо! — выкрикнул Ланс.

Он стал из за спины льва посылать в Пса маленькие огненные шарики. Они были личной разработкой Геба — мелкие, быстрые, но почти безвредные, зато не требующие вербальной составляющей и сложных взмахов. Назывались — «Ignis bullet » полностью отвечая данному наименованию.

Черный маг тут же создал вокруг себя пленку из воды, которая успешно поглощала все «пули». Тактика ведения боя Ланса не была построена на прямых безвкусных ударах, поэтому он стал выжидать, посыпая противника градом из «свинца».

Наконец Пес собрался с духом и с громким выкриком:

Lightomorte! — отправил в юношу очередной выхлоп Черной магии.

Вонь от неё была столь высока, что юноша даже не успел заглушить её, но вовремя среагировал лев. Он взмыл в воздух, хватая зубами черную молнию. Попади та в юношу, и его бы, в прямом смысле слова, вывернуло бы наизнанку. На хвосте зверя загорелся второй огонек. Не хватало только одного.

— И это все на что способны пи...ры Змеемордого?! — взревел Проныра.

Это был блеф, потом как лев смертельное бы не поглотил, но юноша рассчитывал, что у противника банального не хватит на него сил. И слава богу так и вышло. Пожиратель что-то выкрикнул и отправил в юношу гниение плоти. Это были лучевые чары, с которыми зверь, сотканный из нитей пламени, справился в два счета. Третий огонек запылал на хвосте. Чары были готовы. Флитвик не даром объединил изобретения Геба в одну систему, так как все они были связаны между собой. Ланс мысленно произнес формулу, вычертил руну и выкрикнул:

Switch: Falcon!

Лев мигом уменьшился в размерах, но немыслимо уплотнился, превращаясь в сгусток ярко-рыжего огня. В нем вдруг прорезались крылья, клюв и даже когтистые лапы. Дрогнула рука юноши, и Пламенный Сокол качнулся в такт палочке. Это было управляемое заклинание имеющее слабую пробиваемость, но немыслимую скорость атаки.

Ланс, словно дирижёр, вздернул рукой и сокол, издавая хищный писк, взмыл в воздух, а потом камнем рухнул за водную преграду. В этот раз раздался мужской вскрик, когда упала на землю отсеченная рука, все еще сжимающая палочку. Крылья и клюв сокола не прижигали — они резали с прытью хирургического скальпеля.

Юноша щелкнул палочкой и сокол завис, взмахивая крыльями.

— Ты официально уделан, — хмыкнул парень, который в данный момент выглядел как истинный флибустьер.

Пес рухнул на землю, скуля и практически рыдая, он придерживал рукой фонтан крови бьющий из плеча. Рука же лежала перед ним и все еще конвульсивно подрагивала. Ланс не боялся крови, но никогда её не любил. Он уже подумывал наложить на поверженного противника шину и взывать гребанных Авроров, как тут произошло то, чего нельзя было ожидать.

Avada Kedavra!

Зеленый луч ударил в спину проигравшему схватку Псу . Безвольной куклой он свалился лицом вперед. И это падение словно врывало юношу из прострации. Он вдруг понял, что стоит на выжженной поляне, что вокруг только пустота и Аврор, стоявший перед ним. Сам не зная зачем, Ланс поднял голову и увидел, как над ним в среди черных облаков, сияет зеленый туманный череп, пожирающий змею. Черная Метка, вот что это было.

— Бросьте палочку, — спокойно произнес Аврор, зачем-то показывая пальцем на свой жетон.

— Никогда! — прорычал Геб. Сокол опасно запищал, а Ланс направил оружие на копа. — Гнилье, — сплюнул юноша.

— Бросьте палочку или я буду вынужден атаковать.

— Меня ты в спину не убьешь фара, — Принц внутри Ланса рвал и метал, зверея он желал только одного — сжигать, в прах, дотла.

Expeli...

— Убе...

Договорить оба так и не успели, вокруг раздались хлопки аппарации и на поле появились и другие Авроры. За спиной послышались шаги бегущих людей и юноша различил запахи Трио, к которым примешалась, почему-то, вонь дерьма.

— Десять фараонов на одного меня... — все еще по-пиратски улыбался Ланс, чей сокол оглашал окрестности боевым кличем и нещадно опалял землю, оставляя на ней выжженную траву. — Я в игре господа! Кто первый на очередь к праотцам?

— Стойте! — вдруг раздался знакомый голос и на свет появился Мистер, за которым следовали сам Министр, Бэгмен и тот самый полиглот — Барти Крауч. — там мой сын и подопечный!

Геб только сейчас обернулся и увидел, что за его спиной действительно стоят Поттер, Грейнджер и Уизли номер шесть. От которого, кстати, попахивало дерьмом, но не из зоны штанов, а от ботинок.

— Что это? — спросил Поттер, показывая на небо.

— Черная метка, — прошептала Дэнжер. — Знак того-кого-нельзя-называть.

— Малевка Змеемордого, — сплюнул Ланс, все еще держа толпу на прицеле.

— И мы нашли того, кто её наколдовал, — чуть ли не завизжал Фадж, указывая пальцем на Ланса.

— Не говорите глупости Министр, — неожиданно для всех, заявил Мистер, да таким тоном, что примолкли все.

В этот миг Проныра на все сто поверил, что такой мужик, как Уизли-старший воевал, да не отсиживался в штабах. Теперь было понятно, почему у него такие дети (не считая Рона конечно).

— Это вы убили Пожирателя? — спросил один из Авроров.

— Герберт Ланс не убивает, — сквозь зубы цедил Ланс, чей сокол так и грозился взвиться в полет. — Герберт Ланс только побеждает.

— Тогда кто?

— Я! — с гордостью отозвался убийца, мимоходом пнув тело, с которого скатилась маска.

И Геб увидел лицо, он уже видел и раньше такие, их было много на Скэри. Обычная физиономия того, кто решил идти по жизни через боль других, кто выбрал своей спутницей смерть. Ланс ненавидел подобных, но никогда бы не стал убивать в спину, тем более — чужого противника, тем более — если он уже повержен.

— Молодец! — послышалась похвальба.

— Шакалы, — цедил Ланс. — Ну, фары, кто первый?!

— Герберт! — строго произнес Мистер, его голос словно облили каленой сталью. — Немедленно отзови чары.

— Но...

— Герберт!!!

Ланс повернулся к Аврорам, особенном к тому, который выпустил смертельное.

— Мое слово, фара*, я тебя запомнил, — с этими словами Ланс отпустил сокола и тот рассеялся, истончаясь как разведенная в воде краска.

(п.а. *сокращение от фараон)

— Звезду тебе на грудь, босота, — с презрением фыркнул Аврора.

Только то что Мистер с невероятной силой сжал плечо Ланса, не позволило тому мигом разобраться с гнильем в красной мантии. Да, сейчас уже больше никто не мог определить в юноше бывшего бандита и «разбойника», никто, кроме полицаев. Они как волки, нюхом чуяли в нем Уродца и босоту.

Дальше что-то происходило. Вроде проверяли палочку, которая обожгла кому-то руку, потом появился эльф Винки с палочкой и вообще начался полный хаос. Кто-то что кричал, кого-то в чем-то обвиняла Грейнджер, слышались чьи-то всхлипы, но Ланс не обращал на это внимания. Он лишь пристально вглядывался в лицо фары, выжигая в своей памяти каждую черточку его лица, каждый мелкий штришок внешности. Зачем? Потому что он — Герберт Артур Ланс, однажды найдет этого «героя» убившего поверженного врага в спину.

— Помни, гниль, помни меня, — рычал юноша, под смех людей, завернутых в алые мантии.

И они с Мистером и остальными ушли с поляны. Геб все еще сжимал свою палчоку, на которой почему-то плясали жгучие огоньки. Он был так погружен в свою звериную ярость Принца, и черное желание крови Уродца, что никак не мог расслышать как кто-то сказал:

— Это был ученик Филиуса Флитвика.

Смех тут же смолк. Финал Кубка Мира по Квиддичу был закончен.

(п.а. в эти холодные вечера, автор как никогда раньше нуждается в растопке печи фанфика коментами.)


Глава 33 | Фанфик Не имея звезды | Глава 35