home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 51

7 августа 1995г Бразилия, где-то в джунглях

Герберт, вооруженный мачете, с широкой улыбкой на лице пробивал путь сквозь густые заросли непонятно чего. Не то чтобы юноша не знал, как называется то или иное растение, но он просто забыл название. Вы, конечно же, знакомы с этим ощущением — учил все ночь перед экзаменом, вытянул загаданный билет, шпаришь словно по родной теме, а потом тебе задают элементарный вопрос и «бац»! Наступает ступор. Вот и у Геба было такое же чувство. Он словно знал, как называется растения, трава, листья, деревья, даже местность — но стоило попытаться произнести название и все мигом рассеивалось, становясь новым и неизведанным.

— Эй! — крикнула Изабель.

Проныра обернулся и вновь одернул себя — не время пялиться на ножки. Хотя, почему бы и не поглазеть несколько секунд. Ну или чуть дольше...

— Да? — протянул юноша, чьи глаза бегали то вниз, то вверх.

— Почему бы нам не воспользоваться магией? — недовольно цедила девушка, считавшая что Ланс ей только мешается, да и вообще он мог, по её мнению, катится на все четыре стороны.

— «А почему бы нам не пройтись по долбанным тропинкам?» — мысленно бился головой об ствол Герберт. — «Конечно потому что я хочу потянуть время, чтобы познакомиться с тобой».

Но этого Проныра сказать не мог и поэтому ему срочно нужно было придумать оправдание тому, что он неизвестно откуда достал мачете, и они уже третий день идут через густые заросли. Учитывая, что в полумили в сторону было куда как свободнее, и не попадалось столько змей, тарантулов, ядовитых жаб и прочих обитателей не самых дружелюбных джунглей. И это еще не дошли до магической части!

— Все элементарно, крошка! — вздернул палец парень. — Как думаешь, как тебя смогли выследить?

— Сели на хвост и отеля, — пожала плечами красотка.

— А вот и фиг, — покачал головой Ланс, срубая очередную лиану и, незаметно для спутницы, жестом прося очередную змеи убраться подальше. Та что-то прошипела в ответ (Ланс их языка не знал, так что не разобрал) но все же уползла. Со зверьем Геб всегда ладил. — Помнишь, ты попыталась у меня из штанов кое-что вытянуть?

— Если под «кое-что» ты подразумеваешь карту, то да — помню.

— Можно и так, — хмыкнул слизеринец. — Ну, и тебя ничто не смущает? Ты используешь магию вне стен свой школы в магловском квартале, а спустя пару минут бар начинают штурмовать люди Веласкесса. Кстати, ты мне так и не рассказала, что это за крендель.

Девушка призадумалась, немного сдвинув брови в форме полумесяцев. Ланс аж замлел, когда лицезрел это очаровательное личико. А еще он помнил тот поцелуй в баре (за который его чуть не убили в последствии) и постоянно пытался соблазнить леди или хотя бы заинтересовать, но та была непреступна как кладовая Снейпа — Проныра то знает. Он еще штурмовал не раз, но всегда уходил не с чем. Но парень не отчаивался — если смогли Домащние-Золотые-Ребятки, то сможет и он. Чем он — Геб-Проныра, хуже. В случае с да-Силва все протекало в похожем русле.

Взыграл охотничий азарт — если отказывает, значит обязательно надо заполучить. Это стало идеей факс, каким-то маниакальным влечением.

— Считаешь, что на них работает кто-то из Аврората?

— Какая ты умница, — улыбнулся парень и вернулся к своему занятию — срубанию лиан.

Герберт сожалел только об одном — у него не было матерчатой жилетки, высоких батфорт, степени по археологии и фамилии «Джонс», а то вышла бы очередная история, достойная самого большого экрана кино. Но все и сразу получить нельзя, да и куда там Индиане Джонсу, до вождя «Белое Перо». Ха! Геб заткнет за пояс еще и не такого авантюриста!

Парен, сверкая горделивой улыбкой, продолжал мысленно восхвалять себя, не замечая, что девушка пристально вглядывается в его спину. Изабель казалось, что она уже где-то видела этого нахального англичанина, только не могла вспомнить где.

— А почему не засекли тебя? — смекнула леди и парень мысленно чертыхнулся.

— «Ну что за догадливая девка!» — думал он, мысленно разрабатывая план, как бы сворить Аммортенции и подлить зелья во флягу леди. — «Совсем как я» .

— Так я ж турист, — пожал плечами Ланс, применяя свое излюбленное оружие — полуправду. — Тем, кто пребывает в иную страну сроком, меньше чем на две недели, палочку регистрировать необязательно.

— Так ты же несовершеннолетний, — хмыкнула леди и Ланс, вздрогнув, чуть не рассек вместе с лианой еще и Роджера, который летал в авангарде.

Дракончик, взвизгнув, тут же упорхнул на плечо Изабель. Этот предатель вообще души не чаял в красотке, с кожей цвета какао. А она симпатизировала маленькому засранцу, всячески потакая его капризам и сюсюкаясь с ним, как с пушистым котом. И да — юноше было завидно. Он даже обернулся котом, но леди быстро распознала Анимагию и чуть не зашвырнула попутчика в костер. Больше Ланс так не рисковал, разрабатывая иные планы по осаде данной крепости. У Геба, вообще, в соблазнении было не очень много опыта — обычно хватало его шарма, обаяния и природной красоты. Но тут все три отмычки от пояса верности вдруг дали сбой и вуаля — волшебник остался ни с чем.

— А ты как узнала? — не оборачиваясь поинтересовался Геб.

Он внутренне надеялся, что она признала в нем рокера — это могло бы дать пару очков. Сам юноша хвастаться не хотел, это наоборот — убавило бы и без того скудное количество баллов в его копилке.

— Точно так же, как и ты понял, что я еще учусь в школе Магии.

— «Если я её не соблазню, то придушу!» — Анимаг продолжал свой мысленной поток брани.

Герберт выплескивал раздражение на лианы, всего одним взмахом рассекая их на несколько частей. Леди, идущая позади, явно была из «высшей лиги», но Герберт перестанет уважать себя, если не добьется своего. Да и вообще — как это возможно, чтобы кто-то устоял перед главной несуществующей организации «Власть Мангустам» — нонсенс же!

— Хмм, — протянула Изабель, поглаживая Роджера, который разве что не урчал от удовольствия.

В миг, когда Ланс шикал на очередного представителя ползуче-ядовитой фауны, в спину парню вновь ткнули что-то тупое, похожее на указку. Проныра, не моргнув ни глазом, только устало вздохнул.

— Слушай, чему вас в школе учат? — пыхтел он. — Что за привычка тыкать в людей палочкой?

— Кончай комедию ломать!

— Ты бы знала, — Геб хлопнул себя ладонью по лицу. — Как часто я это слышу.

— Я не куплюсь на твою сказочку, — прошипела леди. — Моя палочка тоже не зарегистрирована у Аврората!

— Ууу. Да ты, оказывается, малолетняя преступница.

— Я просто много путешествовала, — фыркнула Изабель. — Учусь... училась, почти на заочном. Просто еще не успела сходить в Министерство.

— Ну-ну, — промычал парень.

— Забудем про хвост — скажи мне, почему ты не используешь магию и зачем увязался за мной? Чего тебе нужно?!

— Для начала убери палочку.

— Скажешь уберу.

В тот же самый миг Герберт извернулся ужом, поднырнул за спину да-Силва и ткнул её пальцем в спину — палочку он доставать не успевал, но ощущения то схожи.

— В эту игру можно играть и в дво...

Геб снова не успел договорить, так как в который раз земля поменялась местами с небом и Проныра оказался на спине. Правда в этот раз его кинули аккуратней — спина даже не болела. Неужто он сумел немного растопить ледяное сердце Изабель? А нет, это просто слишком густая трава смягчила падение.

— Тыкать пальцами в девушек неприлично, — фыркнула леди.

Она уселась на грудь Гебу, зажав тому руки коленями. Кончик изящной, не очень длинной палочки с изумрудным отливом смотрел прямо на горло юноши. Тот лишь философски поглядывал в небо, размышляя о бренности жизни в целом и о ситуации в частности. А ситуация, не смотря на все опасность, заставляла ощущать тесноту в штанах. Возможно люди были правы, называя Геба «психом».

— Рассказывай, — приказала Изабель.

— С чего начинать, красотка?

— Еще раз так назовешь — прокляну, — пообещала девушка, откидывая назад свои пышные волосы.

-Туше, — подмигнул Геб.

Изабель никак не могла взять в толк, почему даже в такой ситуации, этот странный человек не как не хочет её боятся. Казалось, что даже отруби ему ноги — он все равно будет шутить и прикалываться. Какой-то псих!

— С чего начинать, конфетка?

Герберт резко отодвинул голову в сторону и желтый луч ударил в землю, выбивая в ней небольшую ямку.

— Мы друг друга понимаем? — прошипела девушка.

— На одном же языке говорим, — продолжал улыбаться Ланс, которого все это немного забавляла. — Кстати, я совсем не сексист — не имею ничего против, когда леди сверху.

Парень снова увернулся от луча, а в темно-карих глазах красотки полыхнула сталь.

— Начни сначала, — сказала леди, и тут же добавила. — И только попробуй задвинуть мне про сотворение мира! Это избитый прикол.

— Как скажешь, — пожал плечами парень (что было несколько проблематично в данной ситуации), а потом, голосом старого рассказчика, произнес. — Жили-были старик со старухой. Вот и говорит старик старухе: «Поди-ка, старуха, по коробу поскреби, по сусеку помети»...

Изабель, сжав губы в тонкую полоску, занесла палочку, но только этого Герберт и ждал. Он напряг мышцы, закаленные в борьбе с медведями, скрипнули сухожилия, скрутившееся тугими канатами после бега наравне с оленями и лесным ветром, и девушка разве что не взлетела в воздух, когда могучие руки приподняли её над землей.

В то же мгновение ситуация приобрела еще более пикантный характер. Геб возвышался над поваленной девушкой. Её руки он вытянул вперед, сцепив запястья правой ладонью. Девушка пыталась вырвать их захвата, но у неё был неудобный угол приложения силы, что заведомо обрубало любые попытки высвободиться. Она пыталась бить коленом по спине юноши, но замерла, когда на ней уставился кончик её же палочки.

— Я же сказал, — тяжело дышал парень — этот финт дался ему нелегко. А если вспомнить, что правая рука была повреждена и только совсем недавно пришла в норму, то — совсем нелегко. — В эти игры можно играть и вдвоем.

Герберт поднялся, отошел в сторону и бросил палочку девушке. Та поймала её на лету и гневно сверкнула глазами. Парень снова пожал плечами и вернулся к своему занятию — срубанию лиан. Он ждал того. что в спину ему прилетит какое-нибудь проклятье, но того все не было. Видимо латинос не била в спину — хоть какие-то плюсы.

— Пока не объяснишься, доверять не буду, — буркнула Изабель.

— Так бы сразу, — выдохнул Ланс. — А то «прокляну, убью, продырявлю», ну мы же цивилизованные люди...

— Не тяни, англичанин.

— Вот, уже расизм подключила, — рядом пролетел луч и Геб замахал руками, показывая, что он готов говорить. — В общем, выложу как на духу. Первого числа я оказался в Рио — не знаю как, потому что накануне ночью я бух... хм, выпивал с друзьями в Вегасе. Ну, очнулся под статуей Христа и пошел в город. Там встретил тебя где ты меня грубо отшила.

Парень машинально, под довольный смешок Изабель, потер место ушиба на спине. Роджер, судя по валящему из ноздрей дыму, веселился до упаду.

— Потом я поселил по городу и попросил меня отвезти на какую-нибудь вечеринку. Дальше ты и сама знаешь.

— А как ты прошел на закрытое мероприятие?

— Стянул пропуск, — в голосе юноши явно слышалось хвастовство.

— Ну-ну, — недоверчиво фыркнула Изабель.

Вместо объяснений, Ланс вытянул вбок левую руку — так, чтобы её видела леди, а потом разжал ладонь. В этот же миг прозвучал мелодичный звон, и на большом пальце юноши натянулась цепочка, на конце которой красовался простенький медальон в виду полной луны.

Изабель охнула, ощупала шею, а потом резко вскинула палочку. Геб, обернувшись, понял, что на этот раз девушка настроена на серьезную драку. На такую, на какую Ланс не мог пойти — с девушкой биться, пусть и магией, по его мнению было самым поскудным делом.

Проныра, показательно мирно и спокойно протянул девушке медальон. Та мигом выхватила его из руки, а потом бережно вернула на шею. Ланс даже не засмотрелся на открывшуюся на миг аккуратную грудь, ему стало несколько неловко. Он нашарил в кармане бабочку — подарок Рози, а потом отвернулся.

— Извини, — сказал он, резко срубая очередную лиану.

— Что? — спросила девушка.

— А? — переспросил парень. — Нет, ничего, тебе послышалось.

— Еще раз прикоснешься к нему — кисть отрежу, — пригрозила леди.

— Между прочим, для мужика правая кисть очень важна!

Даже не оборачиваясь Проныра понял, что спутница покраснела. Не от смущения, нет-нет, её, кажется, вообще было очень сложно смутить, от негодования.

Герберт продолжал прорубать путь, насвистывая свою любимую мелодию. Казалось бы нормальный человек должен нервничать в подобной ситуации, но Проныра был полон предвкушения. Каникулы продолжались очень интересно и, стоило надеяться, что они в таком же ключе и закончатся. Да и к тому же Лансу будет что рассказать по возращению в замок.

Согласитесь, подобные приключения куда круче баек о том, как кто-то за кем-то ухаживал, кто-то с кем-то «сосался», кто-то ходил в какое-то кино или ездил в такую-то страну, где постоянно пребывал на экскурсиях или загорал. Нет, эти каникулы явно были на ином уровне. Да и как мы все помним, Проныра отнюдь не дурак прихвастнуть, если есть достойный повод.

Изабель, идущая позади, все размышляла на отдаленные темы. Конечно она не доверяла странному парню, бывшему ей ровесником. Как мог шестнадцати летний парень оказаться один сперва в Вегасе, а потом в Рио? Конечно, тут возникает резонный вопрос, как во все это ввязалась сама да-Силва, но у неё была своя история. Что же до парня, то, судя по его поведению, манере говорить и том костюме, в котором он заявился на тематическую вечеринку для высшего света — он был мажором. Сыночком богатеньких папеньки с маминькой и вовсе не крал приглашения. Он его банально получил!

Тут в голове леди щелкнуло, и она наконец поймала воспоминание «за хвост». Когда она прокралась в мазей волшебного квартала Рио, чтобы выкрасть древний свиток, на поверку оказавшийся картой к Золотому Городу (а не старой легендой — первым письменным свидетельством, как думали те, кто писали табличку к нему) , то ей пришлось некоторое время просидеть в кладовке — дожидаясь пока охрана сменится. Там она в щёлочку подглядывала за смотрителем, а у того на макровизире шла трансляция концерта «Ведьминых сестричек»! Именно там она и видела этого парня!

Да, теперь все встало на свои места! Конечно же он был мажором, ведь как иначе мог стать приглашенным гостем у группы, которая никогда и никого не брала ни на разогрев, ни в качестве гостей. Изабель тогда даже усомнилась в своих любимых музыкантах — по её мнению, они продались за презренный желтый метал.

Да, теперь встало на свои места. Это просто очередной выскочка, считающий, что весь мир принадлежит ему только потому, что у его родителей есть деньги. Изабель мысленно сплюнула и пообещала себе избавиться от этого прилипалы при первой удачной возможности.

— «Хмм» — мысленно протянул Ланс, изредка поглядывая на задумчивое лицо леди. — «Кажется я начинаю ей нравится!»

Ближе к ночи

Весь день парочка следовала по карте, даже не прерываясь на привал. Это даже стало походить на нелепое соревнование — у каждого болели ноги, ныла спина, слипшиеся от пота волосы кололи шею, зудели колени и голени, но ни один не просил привала. Каждый шел, сцепив зубы так сильно, что порой можно было расслышать их скрип. В ярко-голубых и темно-карих глазах сверкала решимость выиграть в этом нелепом испытании.

Герберт наивно полагал, что его организм банально сильнее женского, а Изабель столь же наивно считала, что изнеженный мажор выдохнется первым. Её дамская логика, что, по сути, является способностью головы думать жопой, напрочь отсекала воспоминание о том, что Герберт устроил на шоссе.

В общем, возникла патовая ситуация, в которой никто не хотел признавать эту самую «патовость». Солнце уже спускалось за горы, заливая чернеющее небо кровавыми отсветами. На востоке поднималась луна, закаляя звезды своим серебряным светом. На джунгли спускалась ночь.

Ланс, по книгам, знал, что после наступления темноты, джунгли из просто опасных, становятся смертельно опасными. Её здравый смысл вопил о надобности объявить привал и найти укрытие, но глупая мужская гордость не позволяла «сдаться» раньше девушки. Парень был уверен в том, что Изабель первая решит остановиться. Но там все никак не хотела произнести заветной фразы.

Герберт, для которого путешествия по лесу всегда были приятным развлечением, начинал потихоньку сдавать. Видимо сказывалось ноющее, побаливающее правое плечо, недовольное испытаниями, выпавшими на его долю. Так себя истязать не позволяли даже мышцы лишь наполовину-человека.

— Стой, — хором выпалили парень с девушкой.

Они посмотрели друг на друга, а потом синхронно обнажили палочки. Это было вовсе не просьба привала, скорее — объявление тревоги.

Не сговариваясь, маги встали спиной к спине, рассеивая сгущающуюся темноту Люмосами. Ночь на джунгли спускается так быстро, что порой можно подумать, что где есть переключатель, меняющий свет на мрак. И сидит за ним явно ехидная зараза, так как ночь всегда наступает в самый неожиданный и неблагоприятный момент.

Во мраке показались два зеленых огоньки, рассечённых вертикальными полосками.

— Не двигайся, — прошептала Изабель.

В тот же миг вместо ведьмы рядом с юношей возникла пантера. Она была не самых крупных размеров. А учитывая то, что форма Анимага обычно больше подлинного зверя, то можно сказать — маленькой. Но все же от неё исходили те же волны, что и от пятнистого ягуара, показавшегося из зарослей. Два хищника смотрели друг на друга.

Но если пантера, так же бывшая ягуаром, рычала и скалилась, обнажая роскошные клыки, то ягуар, склонив голову набок, смотрел куда-то ей за спину. Туда, где стоял человек, которого защищала хищница.

Весь вид зверя словно говорил — «Привет. А что это с ней?» .

Ланс развел руками и покрутил пальцем у виска, мол — «Хелоу. Сам не знаю — не в себе она» .

Хищник показал клыки, и пантера, по ошибке приняв это за жест нападения громко рыкнула, издав привычный ей крик, разносящийся на мили вокруг. Вот только жест этот значил вовсе не нападение, а предложение помощи.

Геб отрицательно покачал головой, показывая, что с ним все в порядке. Ягуар в ответ повел мордой и исчез в тени, словно говоря «Удачной охоты» . Пантера еще немного порычала, а потом снова обернулась ведьмой-красоткой.

— Трус! — крикнула Изабель в пустоту.

Ланс лишь закатил глаза. Вот потому многие звери и считают двуногих полными идиотами. Именно из-за таких вот Анимагов, которые нихрена не понимают в «лесной» жизни.

— Давай устраиваться на ночлег, — махнул рукой Ланс.

Девушка лишь ехидно заулабалсь — в глазах её сверкало превосходство. Типо и форма у неё круче, и на привал не она первой сдалась. Ланс лишь пожал плечами. Он никоим образом не сдался, просто после подобной заминки не имеет смысла продолжать идти — и шаг сбился, и настрой уже не тот.

Проныра взмахнул палочкой и к нему слетелись сухие палки. Изабель уже на ставила на груду палочку, но Проныра накрыл её кончик своей рукой.

— Не колдуй, — только и произнес он.

— Но ты-то колдуешь! — не унималась девушка. — Ты чего-то не договариваешь...

— Я все договариваю, — Ланс никогда не врал прямо, но ничто не мешало ему пользоваться полуправдой. Или говорить так, чтобы люди слышали именно то, что хотят услышать. — Просто я не местный, больше шансов что не засекут. Да и волшебный огонь привлекает внимание самих волшебников и магических тварей. Так что лучше «по-нашему».

Проныра нагнулся, щелкнул Зиппо и начал шаманить. Изабель, глядя на нелепые попытки зажечь пламя, закатила глаза, на миг отвлекшись от процесса. В тот же самый миг Геб глянул на огонек и тот вспыхнул, мигом охватывая ветки, сложенные шалашиком.

— Вуаля! — хлопнул по коленям Ланс.

Он достал из нагрудного кармана пачку сигарет, и как опытный турист прикурил об маленькую палочку, на кончике которой плясал небольшой лепесток пламени. Сняв Малышку с плеча (а она все это время покоилась за спиной. И даже не спрашивайте каких трудов Гебу стоило сохранить её целой в те моменты, когда Изабель кидала его через бердо) Ланс погладил струны и пристроил инструмент к дереву. Сам он разлегся на траве, раскинув руки в стороны.

— Городской, — фыркнула Изабель, забиравшаяся на какой-то сук. — Удивляюсь, как тебя еще не погрызли, не укусили, не отравили или не съели.

— «Потому что для джунглей я свой, а ты гринго» ­ — мысленно потешался парень.

Да-Силва (такая фамилия у леди была) приходилось каждую ночь как-то пристраиваться на дереве, при этом постоянно просыпаясь из страха, что нападут обезьяны, а Геб дрых как младенец. Ему ничто не мешало — мошкара его как всегда облетала стороной, а иные обитатели его не трогали. Некоторые даже пытались пристроиться рядышком, но Ланс их отгонял, не желая «палиться» перед спутницей. Вот и выходила, что латинос считала, будто от ней скрывают какой-то секрет, лишь глубже убеждаясь в испорченности мажорчика.

— Что, не боишься, что снова ягуар нападет? — ядовито спросила леди.

— Не боюсь, — горделиво вскинулся парень. — Герберт заговоренный, Герберта зверь не трогает.

Изабель лишь фыркнула, а потом как бы невзначай обронила:

— Да они подавятся твоими похабными песенками.

— Эй! — возмутился Геб, расслышавший оскорбление. — Я же ничего не говорю про твою заколку!

— А что не так с моей заколкой?

— Она тебе идет как балерине шайба.

— Чего? — Изабель от такой глупости чуть с ветки не свалилась.

— Вот и я о том же, — кивнул Проныра. — Эти понятия, как и в твоем случае, просто несовместимы.

— Да иди ты...

— Как некультурно. И, между прочим, — буркнул слизеринец, начавший привычно надуваться и недовольно бурчать, становясь похожим на кота, которого только что лишили сметаны. — У меня совсем не похабные песни.

— Ну-ну.

— Если ты такая ханжа, то я не виноват.

— Ханжа... спасибо что не в девственности обвинил.

— А я разборчивый, — Гебу хотелось показать язык в сторону ветки, расположившейся прямо над его головой, но он ведь уже вырос из таких жестов.

— Все равно непотребщина, — да-Силва, поняв, что задела парня за живое, продолжала беспощадно давить.

По её мнению подобные люди — разбрасывающиеся деньгами родителей и пользующиеся их же влиянием, не были достойны ни малейшей капли уважения.

Не то чтобы у девушки был бзик, но с такой внешностью она всякого натерпелась и всякого повидала. Ведь не даром же она решила обучаться боевым искусствам, порой магии не хватает, чтобы постоять за себя. Особенно в том случае, когда «лезет» магл.

— Да ты... да я... да тут... — Герберт аж задыхаться начал от возмущения.

Парень вскочил на ноги, буквально подлетел к дереву и схватил гитару. Он уселся, положив талию базы на бедро, а потом пробежался по струнам. Музыкант задумался, а потом сверкнул пиратским оскалом:

— Экспромт, детка.

(п.а. Геб играет Elton John — The Trail With Blaze — перевод — http://www.amalgama-lab.com/songs/e/elton_john/the_trail_we_blaze.html )

Изабель, сама того не замечая, с наслаждением слушала своего спутника. У него был, без малого — прекрасный голос и на гитаре Герберт играл так, словно они родились вместе. И сложно было сказать, кто вышел из утробы первым — инструмент или музыкант.

Само собой веки леди чуть прикрылись, её сердце смягчилось, а на устах засияла теплая улыбка. Увы, этого Геб не видел, он просто продолжал играть, как всегда полностью отдаваясь песни. Для юноши не было разницы перед кем играть. Перед мышкой, помогшей освоить ему Анимагию, перед студентами Хогвартса, перед многотысячной толпой или перед самой потрясающей девушкой, которую он когда-либо встречал. Герберт всегда целиком и полностью посвящал себя композиции, вкладываясь в неё душой и разумом.

Изабель чувствовала это. Её затуманенное песней сознание никак не могло сопоставить сложившийся и укрепившийся образ мажора, вместе с человеком, который может так играть. В какой-то момент девушка убедилась в том, что он действительно был другом и гостем «Ведьминых сестричек», но все же красотка не смогла принять этот факт. Ох уж эта женская натура...

Девушка, прикрывшая глаза, не видела, как вокруг оживали спящие джунгли. Подтягивались змеи, шурша в траве своими скользкими телами. Распускались цветы, обычно просыпающиеся лишь в полдень. Бежали по паутинкам пауки. Спешили птицы, звери, даже мошкара пристроилась где-то поблизости.

Все они, ведомые зовом крови, спешили засвидетельствовать появление живого пламени. Все они помнили о том, как некогда по этим землям ходили существа, согревающие собой все вокруг, давая деревьям и природе жизненное тепло. И пусть тот, кто играл на гитаре, распространяя, по округе волны того самого тепла. Был лишь наполовину огнем, но этого хватало, чтобы природа, соскучивавшаяся за тысячи лет разлуки, потянулась к нему как к родному.

Вскоре Герберт закончил играть, и все мигом рассеялось — природа, перестав видеть перед собой живой пламень, «ушла», а звери отправились по своим, звериным делам.

— И как? — спросил довольный парень, и без тог знавший, что девушке понравилось.

— Пф, — фыркнула Изабель. Она не могла признаться в том, что ей понравилось.

Трещало пламя, танцевали лепестки огня, иногда отправляя к небу небольшие лоскуты пепла, истлевающие и меркнувшие на фоне мерцающих звезд. Герберт, смотря на небо, частенько рисовал в уме ненавистные ему карты «Астрономии». По этому предмету парень лишь чудом получал «П». Почему-то юноше никогда не нравились эти бесстрастные, надменные звездные светила. Он смотрел на них и словно видел чужие лица, словно говорившие ему — «Ты и сам здесь чужой!» . Но, как бы то ни было, звездам и Лансу раз за разом приходилось встречаться каждую ночь, дабы снова объявить о своей взаимной неприязни.

Похожее происходило и с леди, сидевшей сейчас на дереве. Безусловно внешне парень был весьма и весьма привлекателен, но что-то в нем было не так. Что-то, отталкивающее Изабель, заставляющее её настороженно относиться к своему спутнику, с подозрением вглядываясь в каждый его жест, в каждый шаг. Она просыпалась вовсе не из-за обезьян, а из-за него — для девушки Герберт был безусловной опасностью.

Герберт же, смотря на верх, переводил взгляд с ветки на звезды. Находя леди и далекие сгустки вечно пылающего газа очень похожими. Такая же далекая, такая же яркая, и очень необычная. Как уже было сказано выше — подобных ей Проныра еще не встречал. А уж он повидал немало женщин и девушек.

— Эй, на верху, — улыбнулся Геб. — Земля вызывает Изабель. Раз-раз. Прием. Как слышно?

— Чего тебе надо? — устало спросила леди.

Ланс перевел взгляд на пламя. Оно было намного ближе, роднее, и никогда не обжигало юношу, как бы он близко к нему не подходил. Чего нельзя было сказать обо всем другом.

— Тут вопрос в другом — зачем тебе это все надо?

— Ты о чем? — Изабель сделала вид, что не поняла, о чем её спрашивает парень.

— «Смышленый гринго» — подумала она, придерживая палочку у груди. Все же ночные джунгли были не очень гостеприимным местом.

— Как вы мне все любите говорить — не ломай комедию, — Проныра кинул отломленную от куста палу в костер, а ты сгорела даже не долетев. От пламени словно отделилась тонкая нить, обхватила палочку и мигом её спалила. Зачем это сделал Герберт? Ну вы же знаете, что на этот вопрос не существует ответа. — Тебе явно нужно не золото Эльдорадо и точно не какие-то мифические артефакты.

— Ты прав — у меня свой интерес.

— Расскажи.

— С какой стати?

— С такой, что если я захочу, ты никогда туда не попадешь. Даже если потратишь на это всю свою жизнь.

Изабель как-то сразу поверила своему спутнику, не сомневаясь в подлинности столь громких слов. Правда разум связал это изречение вовсе не с магией или чем-то подобным, с влиянием все тех же богатеньких папеньки с маменькой.

— Из-за отца, — произнесла девушка. — Он был волшебником и археологом, мы с ним много путешествовали. И пару лет назад отца позвали на раскопки новой усыпальницы в Долине Царей. Это такое место в...

— Египте, я знаю, — кивнул Проныра. — Я там был.

— Да? Ну ладно. В общем, мы остановились в гостинице Мемфиса, где отец случайно перепутал сой саквояж с другим — похожим. Он вообще был рассеянный, порой даже забывал сменить одежду с рабочей, на повседневную Так и ходил в униформе археолога.

Девушка сжала медальон и продолжила рассказ:

— В том саквояже лежали какие-то записи. Отец потратил почти год на их расшифровку, а потом словно сошел сума. Он все время бредил этим Эльдорадо, говорил, что знает, как отыскать путь к нему. Носился с этой идеей, ничего не замечая вокруг. В итоге он обратился к людям, к которым не стоит обращаться ни с каким просьбами.

— Веласкесс, — догадался парень.

— Да. Они снарядили экспедицию в джунгли — никто не вернулся. В том числе и мой отец. Только через три месяца выяснилось, что все до единого погибли. У них были выжжены глаза и вырваны сердца...

— И это убедило мафиози в существовании Эльдарадо...

— Именно, — Изабель снова прикрыла глаза. — Вот только Веласкесс решил, что «долг» отца должна выплачивать его дочь. Он предложил мне два варианта...

— Один из которых даже не рассматривает приличная девушка.

Герберт знал о таких предложениях — подобного хватало в Скэри-сквере. Правда у маглов все проще — даже если девушка пойдет по второму пути и все же отдаст долг, то её все равно ждет «программа первого варианта». Через наркотики или другую форму шантажа, но все заканчивается одним. У волшебников, видимо, с этим обстояло немного по-другому. Ведь каждый маг «вооружен и потенциально опасен».

— Смотрю ты не глупый, — немного грустно «подколола» леди.

— Есть такое, — пожал плечами парень. — И теперь ты винишь в смерти отца Веласкесса и хочешь заманить его в западню, чтобы отомстить.

— А нет, — покачала головой леди, на этот раз смеясь в голос. — Видимо не умный. В смерти отца некого винить, кроме его самого и разве что научного сообщества. Именно из-за них он обратился к мафии, и именно они высмеивали его «находку». Так что я хочу всем доказать, что мой отец был прав. Что он не сошел сума, что Эльдорадо действительно существует, и он его нашел.

Продолжало трещать пламя, все так же сияли звезды, все так же задумчиво выглядел Ланс. Находил ли он в этой истории что-то общее со своей? Пожалуй, лишь какие-то отдаленные нотки, но история леди в корни отличалась от его собственной.

— А что по этому поводу говорит твоя мать?

— Она умерла при родах.

— Бывает, — только и сказал Геб.

Он считал большим лицемерием говорить в подобных ситуациях «мне жаль» или «прости». Это все было избитым клише, ведь Ланс не ощутил после ответа не сожаления, ни необходимости извинится. Правда, скорее всего, такая позиция подходила только для таких людей, как Проныра. Для таких людей, которые большую часть жизни прожили среди детей, у которых никогда и не было этих самых «родителей».

— Значит за нами тогда гнался именно Веласкесс.

— Да.

— Сильная у него банда — двое достаточно сильны для Авад.

Тут Изабель вдруг поняла, что сильно ошиблась — парень действительно был умен.

— Вообще-то, — сказала она. — Только один — правая рука главаря — Жоакин.

— И кто же тогда второй? — насторожился Геб.

— Тут самое интересное. Пару месяцев назад в банду затесался новый член, к которому Веласкесс относится как к гостю. Он всегда ходит в черном балахоне и довольно часто о чем-то втайне беседует с главой и Жоакином.

Проныра мысленно чертыхнулся и грязно выругался.

— Ты знаешь, — резко произнес он. — Когда в подобных уравнениях появляются такие неизвестные, дело начинает пахнуть жаренным.

— О чем ты? — не поняла леди.

— Об этой твоей экспедиции! Чтобы снарядить волшебную эскападу, нужно обладать гигантскими ресурсами. И ни одна организация никогда не возьмет все расходы на себя.

— Отец тоже вложился, — заметила Изабель.

— Не сомневаюсь, — кивнул парень. — Но этого все равно бы не хватило. Значит мафиози воспользовались услугами иной заинтересованной организации. А я, как раз, знаю одну такую хунту, лидер которой не откажется поучаствовать в поисках Эльдорадо.

— Деньги?

— Нет, — хмыкнул парень. — Желание найти другого человека через этого мифический город.

— Не вижу ничего такого, — девушка повела плечиками, словно показывая, что такие мелочи её волнуют.

— Не видит она... — буркнул парень. — Красотка, такой расклад означает одно — среди наших преследователей есть сильный, опытный Темный Маг с маниакальными наклонностями. Он не раздумывая применит такие проклятья, после которых смерть станет желанным продолжением банкета.

— Это ты о ком?

— О ком-угодно из Старших Пожирателей.

— Пожирателей чего? — Изабель никак не могла понять, о чем ей говорит спутник.

— А, не важно — отмахнулся Ланс, понимая, что дольше будет объяснять. — Ты понимаешь, что отправилась в путешествие, сопряженное со смертельной опасность. Или даже с такой, которая будет пострашнее смерти.

— Если боишься, можешь проваливать, — фыркнула леди.

Нет, Герберт как раз был готов сразиться, но у него были свои резоны — ему просто хотелось оттянуться и попробовать себя в настоящем деле. Но вот позиция леди его немного волновала.

— Твой отец не хотел бы, чтобы ты погибла по глупости.

— Ты не знаешь, чего он хотел бы и не хотел! — крикнула Изабель.

— Справедливо, — кивнул парень. — Но я всегда считал, что отцовское наследие не должно влиять на детей.

— Да что ты можешь об этом знать?! — не унималась леди. — Изнеженный, рафинированный мажор! Если папенька с маменькой тебя всегда прикроют и пристроят, это не значит, что и у остальных жизнь такая же! Да что ты знаешь о наследии? Что вообще знаешь о нормальной жизни?!

На миг могло показаться, что Герберт разразиться ответной тирадой, но на его лице показалась улыбка.

— А ты мне расскажи, — ответил он. — про эту «нормальную жизнь».

Inferno com, gringo, — сплюнула Изабель.

Мерно трещало пламя, танцевали лепестки, а Герберт, подкрутив колки на Малышке, подложил руки под голову и закрыл глаза.

— «Нормальная жизнь, да?» — подумал он, перед тем как окончательно заснуть.

9 августа 1995г Бразилия, где-то в джунглях

Герберт все так же нещадно рубил лианы, а девушка молча шла сзади. За эти два дня не было обронено ни слова. Вернее — ни слова не обронила Изабель, а вот Геб старался разрядить обстановку как только мог. Он постоянно шутил, подкалывал спутницу, травил всевозможные байки, некоторые из которых были попросту придуманными на ходу — даже пел! Но ничего не помогало. Леди сохраняла молчание, а на любые попытки приближения, отвечала взятием на болевой или вскинутой волшебной палочкой. Один раз даже попробовала обезоружить парня, но не смогла — любой посторонний прикоснувшись к вишневой палочке, сильно обжигался. Впрчоем, несмотря на все это, Герберт не отчаивался.

Не только потому, что Герберт в принципе не знал, что такое «отчаяние», а просто такая у него была натура. Он сам не умел обижаться и грустить и не понимал, когда этому поддавался кто рядом. Вот Геб всеми силами и пытался растопить только наросший в их отношениях лед, но каждый раз натыкался на очередные иголки и нервное шипение.

Будь Герберт бо льшим реалистом, он решил бы, что окончательно потерял любые шансы на какие-либо отношения, помимо сложившихся. Но Проныра был человеком, для которого слово «поражение» изначально ровно то же, что и «отчаяние», а именно — абсолютно ничего.

Ланс вдруг замер и жестом остановил Изабель.

— Если это очередная шутка, — цедила леди. — Я тебя...

— Ого! — воскликнул Ланс, улыбаясь до ушей. — Она говорящая!

Изабель покраснела и занесла палочку.

— Спокойствие, — произнес Ланс. — Без резких движений, а то постигнет участь отца.

На лице леди отразился испуг и непонимание.

— Видишь ли, — Геб явно наслаждался тем, что он знает то, чего не знает спутница. — Я просил не пользоваться магией по одной причине — человеческая магия и Ифриты это несколько несовместимые понятия. И мы с тобой только что дошли до завесы.

— Которая, как я понимаю, отделяет вотчину Фейри от остального мира.

— Ну какая умница, — умилился парень.

Изабель подошла поближе, и уже хотела протянуть руку, но её удержал Ланс, аккуратно схватив за запястье. Впрочем он тут же разжал пальцы, не желая вновь врезаться спиной в землю.

— Но как нам её преодолеть? — шептала Изабель. — Я даже ничего не вижу.

— А чувствуешь?

Сам Геб ощущал нечто такое, будто впереди был поток жаркого воздуха, или просто невидимое пламя.

— Нет, — покачала головой леди. — Совсем ничего.

— Хмм, — задумался Ланс.

Он прокрутил в голове несколько десятков различных вариантов. Пока не махнул на это дело рукой. Здесь было только одно решение — рискнуть жизнью.

— Помнишь курс начинающего пилота?

С этими словами Геб обхватил талию девушки, а потом с криком бросился вперед. Его лицо словно обласкало пламя, чуть не сдув шляпу, чем вызвав возмущение Роджера. Через мгновение перемещение свершилось и Ланс открыл глаза, с наслаждением потягиваясь.

Это было явно приятней чем порталом. Проныра словно прошел в открытую дверь и это ощущение ему нравилось.

— Намного лучше порталов! — радостно воскликнул Геб.

С чем явно была не согласна ведьма. Она согнулась пополам и, схватившись за живот, пыталась сдержать рвотный позыв и одновременно с этим вздохнуть. При переходе её словно все скрутило, расщепило, а потом заново собрало — это было намного хуже порталов. Намного хуже! Что Изабель незамедлительно донесла до спутника в грубо-вербальной форме.

— Фи, — скривился Ланс. — Впрочем, детка, вместо того, чтобы сквернословить, лучше — оглянииись!!

Ланс прокричал это и, разведя руки, обернулся к долине. Перед магами, стоявшими на обрыве рядом с водопадом, раскинулась равнина, в которой трава больше напомнила зеленая волны моря, поднимаемы разгульным, игривым ветром. Там, среди бескрайних просторов, возвышалась гора, видимая даже отсюда. И на ней, далеким, почти потусторонним бликом сияла древних город. Сейчас были видны лишь его очертания и купола, но уже можно было сказать — это он, Золотого Город Эльдорадо, столица Фейри огня Ифритов.

Наверно я должен сказать, что Ланс впервые за всю жизнь почувствовал, что вернулся домой, но это была бы грубая и наглая ложь. Нет-нет, Герберт выглядел просто заинтересованным, он испытывал те же ощущения, что и при осмотре любой иной достопримечательности. Нет, дом Ифритов не был домом для Геба-Проныры, ведь он не был Ифритом...

— Какая красота, — произнес мужской голос.

Голос, не принадлежащий Герберту Лансу...

Изабель ничего не успела сделать, как у неё вырвали палочку и скрутили веревками Инкарнацео. Вокруг стали появляться люди Веласкассе, во главе с ним самим и Жоакином. Последним, тринадцатом по счету, из пустоты возник тот самый человек, в черном балахоне.

Леди повернулась к Лансу, но тот даже не вытащил палочку. Он стоял, склонив голову на бок и с интересом поглядывая на происходящее. Девушка хотела ему что-то крикнуть, но оказалась, что на неё наложили Силенцио, а когда леди попыталась отодвинуться, то горлом наткнулась на чужую палочку — поэтому её спутник и бездействовал.

— Мистер Гринго, — улыбнулся Веласкесс, растягивая свой шрам, оставшийся после заживления кроличьей губа.

Мафиози был маглорожденным и поэтому губу зашивали в детстве, оставив в наследие неприятную белесую полоску.

— Ты мне не особо интересен, — отмахнулся Герберт.

Жоакин вскинул палочку, но его остановил Темный Маг, наставивший свое оружие на самого Жоакина.

— Одно неосторожное движение и ты труп, — прошипел он.

— Кин, — улыбался главарь «семьи». — Спокойней, не забывай о сделке. Для нас город и девка, для уважаемых иностранцев то, что они хотят.

— Malditos gringos, — сплюнул правая рука босса.

— Я вижу ты не удивлен нашему появлению, — маг в балахоне, лицо которого скрывала тень, обернулся к Герберту.

— Это было весьма предсказуемо, — пожал плечами парень. — Мы украли у вас карту, копий не осталось — я проверил эту в одну свободную ночку, как раз перед тем, как вы разнесли бар и пол квартала. Следовательно, чтобы попасть в Эльдорадо, вам нужно было проследить за нами. Именно поэтому никто не нападал на нас в джунглях. И мы без проблем добрались до цели.

— Умно, — уважительно кивнул Веласкесс. — Тогда возникает вопрос...

— А не предупредил я девушку потому, что лишнее движение могло спугнуть вас, — на лице парня вдруг заплясала странная улыбка, больше похожая на пиратский оскал. — Вернее на вас-то мне плевать, мне он был нужен.

Англичанин ткнул пальцем в балахонщика. Тот сперва стоял, а потом рассмеялся и в этом смехе слышались безумные нотки.

— Узнал, значит? — спросил он, откидывая капюшон и позволяя всем присутствующим рассмотреть лицо.

— Я же обещал тогда, на Чемпионате по Квиддичу, что не забуду тебя.

Изабель окончательно потеряла нить с реальностью, не понимая, что здесь происходит. И кто за кем охотился в итоге.

— Но как ты понял, что это буду именно я?

— Элементарно, — снова пожал плечами Герберт. — Зачем Аврор убил Пожирателя Смерти, который мог стать единственным «языком» в самом крупном деле за последние десять лет? Можно многое нафантазировать, но объективная причина лишь одна — он убрал того, кто мог рассказать о планах известной группировки. Зачем? Потому что он сам является её членом. Не ошибусь, если скажу что ты сын каких-нибудь других Пожирателей, который стал «спящим» агентом, внедренным в Аврорат.

— И когда же ты это понял?

— Сразу.

— Но почему не сказал Светлым? — удивился внедренный агент.

— Моя добыча, это только моя добыча.

Темный снова засмеялся, а Герберт был спокоен как мамонт. Только пиратский оскал не исчезал с его лица.

— И как же ты понял, что именно я прибыл в Бразилию?

— Увидел тебя на той вечеринке.

— О как! — кажется, маг был ошарашен. — А я-то думал, что ты приметил эту красотку.

— Нет-нет, — покачал головой Ланс. — Я двигался строго к тебе, это эта парочка поднырнула под руку. И все, что произошло потом, это просто обычная случайность.

Маг вновь засмеялся, впрочем, подобное действительно было если не смешным, то ироничным.

— Позволь мне уточнить лишь одно, — видимо пришёл черед Герберту задавать вопросы. — Как вы миновали завесу.

— Кровь, — хмыкнул маг. — Кровь, твоего папашки. Он отдал немного Лорду, на случай если тот натолкнется на подобную преграду.

— Весьма предусмотрительно с его стороны, — кивнул Герберт.

— Итак, — хищно улыбнулся иностранец. — Что же ты намереваешься делать? Убьешь меня? Хотя нет, как ты там говорил? «Герберт Ланс не убивает! ».

В тот же миг в голове Изабель что-то щелкнуло, и она тут же начала убеждать себя в том, что это нелепое совпадение. Нет, этот изнеженный мажорчик, никак не может быть Гербертом Лансом из Хогвартса — Чемпионом и Победителем Турнира Лучших! Но все просто кричало об обратном и леди не смогла сопротивляться здравому смыслу и логике.

Потом она вспомнила все, что наговорила спутнику и все, что про него написали в журнале. В том числе и краткую биографию... Изабель извиняло лишь одно — ни в одном репортаже не было нормальной фотографии Герберта. То он был в водолазном костюме, то в бинтах, то со спины, то в образе кота, и ни разу — так чтобы лицом и крупным планом. А то, что она не узнала его в форме кота — так кто ж тут разберет! Кот то обычно дворовой породы!

— Или ты думаешь, что раз победил в каком-то турнирчике, сможешь справиться со мной не убивая?

Герберт молчал.

— Вижу ты опять не удивлен, — немного разочарованно произнес маг. Люди Веласкесса и сам он, что удивительно, с интересом слушали диалог. В их представлениях он проходил в лучших традициях «мафиозных терок». — Хотя за Кубок вы с Поттером хватались разом.

— Я ему предварительно руку пожал, — хмыкнул парень.

— И?

— А на моей руке был специальный гель, в котором вымазался Поттер и это блокировало его прикосновение. Просто небольшой трюк.

— Но как тогда он перенесся на ... О-о-о-о. Вот оно как...

— Вижу ты понял, — глаза Герберта сверкнули и тут же погасли. — Но хватит разговоров, люди устали нас слушать.

— И что же ты сделаешь? — издевался маг. — Все же попытаешься убить?

— Нет. Тебя убью не я.

Avada Kedavra!

Аврор-предатель и шпион Пожирателей рухнул на землю сломанной куклой. Его палочка покатилась к водопаду, а глаза сверкали стеклянной пустотой. Он был, без сомнения мертв. На кончике палочки Веласкесса догорал зеленый огонек — свидетельство того, что заклинание нашло свою цель.

— Как ты понял, что я его убью? — спросил мафиози.

— По твоей губе, — тут же ответил Герберт, словно ожидая этого вопроса. — Еще на вечеринке, по шраму я определил, что ты маглорожденный. Значит — для тебя сотрудничество с подобной организацией весьма неприятно. А уж делиться с ними ты явно не захочешь.

— Все верно, — рассмеялся Веласскес, а потом с силой и с явным наслаждением пнул труп. — Ненавижу фашистов. А ты, я вижу, умный парнишка. Сделал всех под чистую.

— Просто пока вы тут играли в блекджек, — пожал плечами Проныра. — Я рубился в покер.

— Осталась лишь небольшая проблемка, — как-то гаденько усмехнулся мафиози, и банда вдруг заржала. — Нам лишний попутчик не нужен. Так что давай сыграем в игру?

— О, я люблю игры. Какие правила?

— Очень простые, — все так же ухмылялся. — Если ты попытаешься напасть на нас, мы убьем и тебя и Изабель. Если ты побежишь, убьем сначала Изабель, а потом догоним и убьем тебя.

— Какие-то фиговые правила, — скривился Ланс.

— Для тебя — да. Но ты не дослушал условие. Если прыгнешь с утеса, мы пощадим Изабель. И не станем тебя искать. Все равно шансов выжить почти нет. Так что надейся на «почти».

Веласкесс счел это удачной шуткой и натуральным образом заржал. Банда вскоре подхватила этот смех.

Проныра стоял и смотрел на девушку, стоявшую на коленях и глазами сигнализирующую ему бежать. Она была безумно храброй леди. Но что думал сам Герберт? Принц в нем жаждал немедленной битвы, он пылал лютой яростью, пламенем разливающейся по венам. Уродец требовал скорейшего побега, аргументируя это тем, что, Изабель для него ничего не значит — просто симпатичное личико и интересный характер. И не более. Обычный попутчик, такой же, как и все остальные постороннее люди. Совсем не друг, для которого нужно рискнуть жизнью.

Но Ланс не слушал их. Впервые в жизни он решил обратиться к самому себе — к Герберту Лансу, человеку, которого Проныра создал сам . «Чужое» имя, «придуманная» фамилия, но все же — настоящий человек. И только он отныне был вправе принимать какие-либо решение. Не Принц, не Уродец, а он сам — он вполне это заслужил, пройдя, без преуменьшение, огонь, воду и Зельеварение со Снейпом.

— Третий вариант.

— Благородно.

Герберт повернулся к утесу и сделал несколько шагов вперед, постепенно его начал оглушать шум падающей воды, до этого приглушенный. Видимо здесь были какие-то чары...

— Э-э-э, — расслышал Проныра и обернулся. Веласкесс и вся банда держали его на прицеле. — Палочку выбрось. Умник.

— Глазастый какой, — буркнул парень.

Он вытащил из за пояса палочку и бросил её мафиози. Тот поймал артефакт на лету, покрутил в руках, а потом разломал на две части, ударив о калено. Изабель выглядела пораженной и удивленной, но даже захоти она — ничего не смогла бы произнести.

Проныра сделал еще шажок назад, встав прямо у обрыва, но взгляд его был спокоен и неотрывно смотрел на Веласкесса.

— Поклянись, что отпустишь её, — резко произнес Ланс, словно это и не он вовсе говорил.

— Хорошо.

— Поклянись.

— Клянусь, что отпущу, — отмахнулся мафиози, словно это было само собой разумеющимся.

Лицо Герберта изгладилось и на лице вновь замаячила улыбка, даже не оскал, а его привычная, детская улыбка.

— Тогда, полагаю, осталось сказать только одно.

Распахнув руки, словно пародируя знаменитую статую Рио, Герберт спиной рухнул в пропасть.

— Джеронимоооо! — раздался крик.

Гангстеры переглянулись.

— Ну что за дурак, — покачал головой Веласкесс.

Он посмотрел на девушку, глаза которой словно говорили : «Ты же поклялся» .

Мафиози наотмашь ударил леди и ту упала, потеряв сознание, из разбитой губы побежала струйка крови.

— Я солгал, — сверкнул своими белыми зубами преступник.

Говорят, маги, после смерти, оказываются в месте, с которым связано больше всего счастливых воспоминаний. И в этот самом месте, они выбирают куда им идти — вперед, в неизвестность или вернуться назад, став приведением.

Герберт сидел на своей кровати в комнате номер «15» в приюте «св.Фредерика». Он водил рукой по простыне и смотрел на пустые койки, стоявшие рядом. А так же на пустой шкаф...

— Дебил!

Именно с этим криком кто-то от души припечатал Геба кулаком в скулу. Видимо у этого кого-то была весьма широкая душа, так как парень аж подлетел, а потом снес собой многокилограмовый шкаф, разбив его в щепки.

Герберт, мотнув головой, приложил ладонь к челюсти, и все же сумел поднять взгляд. Над ним возвышалось какое-то существо. Было видно что это какой-то мужик, но вот только лицо его было не похоже на человеческое, в нем явно проступали четкие звериные черты, будто тот был барсом или рысью.

Узкие глаза искрили своей животной изумрудностью и расширенным, но все же узким зрачком. Тело, слишком нечеловеческое тело, закованное в броню узловатых мышц и жил, натянутых как стальные канаты. А волосы, волосы этого мужчины были не рыжими, а ярко-красными, как недавно расцветший цветок пламени.

— Батя? — растерянно спросил Ланс.

— Именно что батя! — Фауст нагнулся и одним рывком поставил на ноги Геба. — Ты что ж меня так позоришь, малявка?! Боже, какой позор. О, нет, когда вернусь, надо мной все потешаться будут!

— Чего?

— Того! Уже вижу, как остальные там мне будут говорить — «Смотрите, это Фауст, батяня шнура, который не смог охмурить какую-то девку» . Какой позор!

Фауст картинно прикрыл лицо лапой и театрально шмыгнул носом.

— Эмм...

— Не «эмкай» мне тут! Выпороть бы тебя, да времени нет!.. Как и пояса нет, что жаль... Маму твою не сильно обогнал, сейчас и она спуститься. В общем, слушай сюда сынулька, буду тебя учить секретному мастерству соблазнения любой леди.

Фауст схватил Геба левой рукой за плечи, прижимая к чуть ниже к полу. Ифрит нагнулся к уху сына, огляделся, словно боялся что их могут услышать, а потом зашептал:

— Слушай меня, чтобы соблазнить любую леди, нужно...

Герберт внимательно слушал отцовский шепот, он кивал, что-то лихорадочно записывая в неизвестно откуда взявшемся блокноте.

— Фауст! Чему ты учишь нашего сына?

Два мужика тот час выпрямились, вытягиваясь по струнке, Перед ними стояла прекрасная леди, упершая руки в бока. У неё были тонкие, идеальные черты лица, точеный нос и скулам; идеальный разрез глубоких, ярко-голубых глаз и густые, но изящные брови в разлет. Пышные, черные волосы, которые могли поспорить в своем цвете с безлунной ночью.

Проныра даже невольно потянулся к бесконечному теплу, которая источала эта прекраснейшая из женщин. Это была мама Герберта.

— А мы тут... это... ну... — замялся Фауст.

Он, улыбаясь и почесывая затылок, скривился губами и произнес на ухо сыну:

— Мелкий, придумай что-нибудь.

Герберт, даже не понимая этого, полностью скопировал позу отца и с точно такой же физиономией парировал:

— Ты накосячил, ты и исправляй.

Фауст незаметно пнул сына, Герберт ответил тычком под ребра, Ифрит придушил сына намекая, что будет, если подобные выяснения продолжаться.

Все это было якобы сокрыто от глаз Элизабет, которая пыталась не улыбнуться, глядя на «своих мальчиков».

Герберт все же пришлось признать поражение:

— А мы тут... это... ну... — Герберт так и не мог найти подходящих слов.

Фауст звучно хлопнул себя ладонью по лицу.

— Ладно, — скривился он, махнув на это дело рукой и плюхнувшись на кровать. — Обнимайтесь уже.

Проныра буквально подлетел к матери, обнял ту и закружил по комнате. Он кружил её, целуя в щеки, а та смеялась и смех тот был похож на журчание весенней капели.

— Юноша, поставьте мать на место, — смеялась девушка.

Она осталась все такой же молодой, может всего на пару лет постарше собственного сына. Герберт выполнил просьбу, и вся семья уселась на койке.

— Неплохая комнатка, — протянул Фауст. — Я и в более поганых местах жил.

— Не учи ребенка плохому!

— Эй! — возмутился Проныра. — Я не ребенок! И я сам кого хочешь плохому научу.

— А то мы не знаем! — хором произнесли родители.

— Оу, — Герберт отвернулся и засвистел. Мол и не он это вообще был.

Дальше семья о чем-то болтала, смеялась, подшучивала друг на другом. А Ланс, сам того не замечая, качал ногами, как когда-то в одном просторном кабинете.

Время шло и становилось понятно, что всем нужно расходится. Родителям — дальше, а Герберту — обратно.

— Маам, — протянул юноша.

— Да?

— Я помню, что ты пела мне. Но не помню мелодию, постоянно пытаюсь вспомнить и не могу — сыграешь?

Элизабет улыбнулась и кивнула.

— Вот, держи, — Герберт протянул матери Малышку.

(п.а. Элизабет исполняет — Maggie Siff — Lullaby for a soldier)

Та беспрепятственно взяла её и заиграла. У прекрасной девушки был красивый голос и тонкий слух. Герберт прикрыл глаза и слушал колыбельную, сам не заметив, как совсем скоро уснул и все вокруг исчезло.

Первым на поверхности показалась гитара, а потом и сам Проныра вынырнул в гроте. Он недовольно фырчал, вылезая на каменный уступ — его опять закинули в воду... А коты не любят воды!

Герберт достал из-за пояса вишневую палочку, с орнаментом в виде лепестков пламени, сплетавшихся в узор Ленточного Дракона, и зажег Дюмос на её кончике. Из темноты показались очертания пещеры, продолжающейся длинным тоннелем.

— Палочку ему отдай... — бурчал Ланс, идя вперед. — Еще чего. Может с тобой и шоколадными печенками поделится?! Совсем народ оборзел.

(п.а. Всем лучей добра, счастья и позитива. Так же на «правах саморекламы» я начал новый проект — http://samlib.ru/k/kirill_sergeewich/ash1.shtml можно зайти, посмотреть, поддержать, узнать главного героя...

Всем хороших праздников!)


Глава 50 | Фанфик Не имея звезды | Глава 52