home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 48

Коекто хочет, чтобы мы стали кормом для пожирателей падали…

Олитунг

Вивьен, наконец, вернулась домой. Водная гладь,  растворившая ее тело, оказалась пронизана  неземным умиротворением. Казалось, ни время, ни пространство не властны над  безмятежным уголком мироздания, затерявшимся в  сказочных далях. В таком месте можно до конца своих дней бездумно качаться на волнах блаженного покоя, будучи убаюканной ласковым шепотом волн, омывающих прибрежный песок.

Жизнь это сон. Прекрасный и удивительный. Такой где нет места страданиям, боли и лжи. Даже смерть здесь не страшна. Короткое пробуждение и все возвращается на круги своя, туда где…

Большая белая птица, появившаяся из ниоткуда, громко захлопав крыльями, приземлилась на  водную гладь, подняв кучу брызг. Своим неожиданным вторжением  она распугала мелкую живность, населявшую окрестности небольшого озера.

Расслабляешься? Черный, похожий на бусину глаз смотрел не на воду,  а в какуюто запредельную даль.

Да,   она и не думала отрицать очевидного.

Пора возвращаться. Времени нет.

Конец времени означает конец мира, нараспев протянула Вивьен. Если нет времени,  нет НИЧЕГО,  последнее слово она произнесла по слогам.

И что дальше?

НИЧЕГО. 

Казалось, ей, словно маленькому ребенку, доставляет удовольствие забавляться, играя в непонятные, лишенные всякого смысла фразы.

Ты знаешь, кто я? – оставив без внимания расплывчатый ответ, спросила птица.

Конечно...

Она выдержала долгую паузу, и лишь затем ответила.   Ты посланник.

Хорошо.

Голова птицы повернулась так, что стало видно второй глаз не черный, а бордовый.

Помнишь, кто ты?

Теперь да.

Значит, мне не нужно объяснять чего я хочу.

НИЧЕГО не нужно объяснять, нараспев протянула она.

Ты расслабилась.

НИЧЕГО подобного, маленькая девочка невнимательно слушает докучливых родителей, объясняющих как нужно правильно жить.

Легкий взмах крыла и по поверхности воды растекается маслянистое пятно.

Жизнь это сон. Но даже во сне порой бывает нестерпимо страшно. Грязное пятно – не просто пленка на воде, а трупный яд, убивающий все, к чему прикоснется.

Я…

Ты расслабилась.

Да, взбалмошная девочка уступила место покорной рабыне. Я исправлюсь! Обязательно!

Не сомневаюсь.

Чего… Что… от былой уверенности в себе не осталось следа. Нужно сделать?

Вернуться, чтобы сообщить им о третьей переменной.

Когда? – ей отчаянно не хотелось покидать тихое место.

Сейчас,  птица сделала неуловимое движение, и в ее клюве оказалась трепещущая рыба.

Сделаешь все как надо, и я выполню обещание.

Какое? – чуть было не спросила Вивьен.

То самое, прочитав ее мысли, ответил посланник.

Простые слова, произвели  столь сильное впечатление, что она закричала. И продолжала кричать до тех пор, пока глубоко внутри не оборвалась тонкая нить, связывающая мир сна и реальности.

Прощай, – с запозданием отозвалось далекое эхо.

И это было последнее, что Вивьен запомнила перед пробуждением.

Когда прощаются, не надеются встретиться вновь … 

Таскен помощник, скончавшегося  Свенсона, был поражен,  услышав сигнал приборов, свидетельствующих об изменении состояния пациентки. А когда, обернувшись на звук, увидел, что она открыла глаза, впал в ступор. Происходящее не укладывалось в сознании. После чудовищной дозы психотропных препаратов,  введенных пациентке безумным экспериментатором, она должна была умереть, не приходя в сознание.

Должна, но почемуто не стала.

На глазах пораженного доктора девушка сорвала  датчики, облепившие  обнаженное тело,  и прежде чем подняться спросила: Сигареты есть?

Что?!

Ты куришь? – избавившись от проводов, Вивьен, наконец встала.

Д… да…

Угостишь  сигаретой?

К… ко… нечно…, дрожащая от волнения рука потянулась в карман за пачкой.

И зажигалку, пожалуйста.

Не… пррр… еменно.

Таскен не мог избавиться от стойкого ощущения, что стал участником какогото фантастического эксперимента. 

Спасибо.

Сделав пару глубоких затяжек, Вивьен, вспомнила о наготе. Простреленная грудь – не к лицу порядочной девушке. Что скажешь?

Да, врачу, наконец,  удалось взять себя в руки, перестав заикаться.

Не одолжишь мне одежду?

Одолжу, сбросив оцепенение, Таскен подошел к служебному шкафу с бельем, достав с полки герметично запакованный комплект. – Тебе, наверное, будет велико…

Для начала сойдет, она быстро оделась. 

Ну, а теперь, затушив докуренную до фильтра сигарету, улыбнулась Вивьен: Мне нужно поговорить с твоим боссом.

Так он же…

Не погибшим, а самым главным. Тот, что жаждет услышать ответы. Настало время прояснить ситуацию. Я готова ответить на все вопросы. И даже более того сообщить нечто важное.

То до чего не смог докопаться твой шеф, она приложила два пальцами к своему лбу. Несмотря на то, что ОЧЕНЬ старался.


Глава 47 | Тридцать второй. Дилогия | Глава 49