home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

– Вы не из наркомпроса, товарищи? Очень жаль. Тамошнее начальство отличается какойто особенной чиновничьей ленью. Я уже дважды писал им о Шушморе, о том, что нужно переоформить охранный лист, а мне даже не ответили.

Столь ненавидимый Ольгой Зотовой интеллигент в галошах оказался обут в высокие охотничьи сапоги. К сапогам прилагался длинный прорезиненный плащ и английское кепи. Вопреки всем традициям ученый муж не имел ни очков, ни портфеля, росту же оказался саженного, почти на голову выше солдатских «богатырок». Прямотаки не интеллигент, а Дядя Достань Воробышка.

– Соломатин Родион Геннадьевич, сотрудник сектора этнографии малых народов Академии Наук. Очень приятно!

Для того, чтобы пожать руку новым знакомцам, исследователю малых народов довелось согнуться чуть ли не в пояс. Ротный, будучи абсолютно среднего роста, завистливо вздохнул.

– А вы, товарищ Соломатин, на одного полковника похожи, – рассудила кавалеристдевица. – Такой же, извините, гренадер. Взяли его наши под Александровском и на размен определили. Куда же еще его, контру, девать? А полковник заартачился, мол, не пойду, пока последнюю не нальете. Мы ему кружку, а он, кость белая, на котелок кивает. Где котелок, там второй…

Ольга внезапно улыбнулась.

– Наутро, когда очухались, в блиндаже ни полковника, ни наших винтовок. А посреди стола – соленый огурец. Мы на этого беляка даже не обиделись.

Достань Воробышка развел руками.

– Увы, барышня! На такой подвиг я совершенно, органически неспособен. Огурец я бы без сомнения съел, дас.

– Как вы меня назвали? – насторожилась Зотова. – Барышней?!

Потом подумала и махнула рукой.

– Называйте, не жалко. Хорошо хоть, не «мадамой».

Фраучи, терпеливо дождавшись завершения церемонии знакомства, предложил вернуться к хорошо знакомым телегам. На этот раз пришлось ехать без возниц – дядьке Никифору и милиционеру с громкой фамилией доступ на территорию «Сеньгаозера» был закрыт. Обошлись легко, кавалеристдевица мигом поладила с кобылой, пригласив к себе в спутники краснолицего командира, а на второй телеге ко всеобщему удивлению вожжи взял Родион Геннадьевич. Вместо привычного «Нноо!» ученый почемуто скомандовал «Хэш!» Лошадь удивленно заржала, но подчинилась.

Ехали недолго, сначала по знакомой грунтовке, потом свернули на узкую просеку в густом старом березняке. Сразу за перекрестком их встретил часовой, скучавший возле деревянной «рогатки». Семен прикинул, сколько у краснолицего может быть бойцов. Фраучи – командир батальона, и не простого, а учебного. Постарому если, никак не ниже полковника. Значит у него здесь не взвод и даже не рота.

Метрах в ста за «рогаткой» Фраучи, велев остановиться, указал на ведущую прямо в лес дорогу:

– Сюда, товарищи. Прошу!

Теперь шли пешком. Семен шагал вслед за краснолицым, чувствуя себя не самым лучшим образом. Получалось, что не он шел, а его вели. Зотова тоже хмурилась, то и дело поглядывая по сторонам. Родион Геннадьевич, напротив, улыбался и даже пытался шутить. Наконец, дорога уперлась в тяжелые железные ворота. Над широкими створками красовались огромные белые буквы: «Гелиотерапевтический санаторий «Сеньгаозеро» – страж и оплот здоровья трудящихся». Ниже, литерами помельче: «Победа над голодом – победа над смертью!»

Гости молча переглянулись. Владимир Иванович Берг, физик и врач, явно не мелочился.

После таких авансов можно было ожидать любых чудес. Семен Тулак заранее приготовился к чемуто невероятному, даже пугающему, однако за воротами их встретил самый обычный санаторий. Два краснокирпичных корпуса, оставшиеся от стекольного завода, несколько небольших одноэтажных домиков недавней постройки, а за всем этим чтото огромное, напоминающее склад или, скорее, ангар. Ротный мельком удивился. Аэропланы там держали, что ли? Но в целом, ничего интересного. Дорожки в гравии, заброшенные цветочные клумбы, теннисный корт за невысоким забором.

Тихо, пусто, скучно.

Фраучи предложил зайти в любой корпус на выбор. Разницы, по его словам, нет никакой. На первом этаже палаты побольше, на десяток коек, на втором поменьше, для двоихтроих. Всего в санатории числилось не менее сотни больных и до четырех десятков обслуги. Врачи жили здесь же, в маленьких домиках. В том, что посередине, обитал сам товарищ Берг.

Семен слушал не слишком внимательно. В том ли доме, в этом, велика ли разница? Он уже успел заметить, что стекол в окнах корпусов нет. Не выбиты, а извлечены аккуратно для дальнейшего употребления. Экономные люди здесь работали! Но раз стекла вынули, то чего еще искать? Небось, и пол подмели, и хлоркой для верности посыпали. Если и водились здесь красные амебы с ложноножками, то след их давно простыл. Была гелеотерапевтика да вся вышла.

– Так куда направимся?

Фраучи улыбнулся, взглянул выжидательно. Тулак дернул губами в ответ и вдруг представил, что именно ему поручили эвакуировать санаторий. Нет, воинскую часть! На что он первым делом будет смотреть? Ясное дело, оружие, огнеприпасы, личный состав, секретные бумаги… Амебы, само собой.

Ротный сделал строгое лицо, покосился на кавалеристдевицу.

– А на кухню!

Если краснолицый и удивился, то виду не подал. Быстро осмотрелся, указал на левый корпус.

– Там. В подвале.

* * *

Гостей встретила ложка, лежавшая прямо на пороге. По бедняжке от души потоптались чьито сапоги, превратив в безнадежную калеку. Еще одна, только целая, лежала чуть дальше, возле стены.

Ротный еле сдержал усмешку. На чтото подобное он и рассчитывал. Никогда на кухне порядка нет! Между тем, Зотова подняла ложкукалеку, повертела в руках, протянула Фраучи. Тот брать не стал, пожал широкими плечами.

– Три наряда вне очереди!

– Позвольте?

Ученый муж Достань Воробышка явно заинтересовался находкой. Поскреб пальцем по металлу, поднес к глазам, подумал немного, вернул.

– Благодарю, барышня!

– De rien.[10]

Семен не поверил своим ушам. Не тому, что гимназистка седьмого класса ответила пофранцузски. Голос! Ни тебе хрипа, ни баса. Чудеса!

– А там, кажется, чтото есть!

Фраучи быстро прошел вперед, к огромной кирпичной печке. В ней самой не было ничего необычного, зато рядом, прямо на кафельном полу, стояли два больших котла: один помят, второй изрядно грязен.

– Пять нарядов, – прокомментировал военный не без брезгливости.

Семен подошел ближе, пригляделся, для верности ткнул пальцем. Металл был холодным и липким, захотелось сразу же помыть руки, желательно с мылом.

– Никак нет, товарищ батальонный. Это уже сразу на трибунал тянет.

– Что за кровожадность, товарищи? – подивился Родион Геннадьевич, подходя к брошенной утвари. – Обратимся к вопросу с научной точки зрения. Прежде всего перед нами предметы, имеющие отношения к изготовлению пищи. Выполнены из алюминия…

Внезапно он умолк, недоуменно покрутил головой.

Обернулся.

– Алюминий? Позвольте, сколько же это должно стоить?

Семен усмехнулся:

– На буржуйском Западе – не так и много. Только вот беда, в России такое не производят. Выходит, изза границы везли? И котлы и ложки? Богато живут «мыльные» товарищи, не бедствуют.

Именно производству алюминия было посвящено одно из «вермишельных» писем, читанных им буквально накануне. Некий инженерпартиец жаловался на бюрократов в ВСНХ, не желающих финансировать работы по внедрению в СССР метода Холла – Эру, позволяющего получать алюминий электролизом глинозема. Бдительный автор бил тревогу и намекал на саботаж.

– Насколько я понимаю, коекто из присутствующих приехал сюда не только ради тайн научных, – голос Фраучи стал резок и строг. – Поэтому подойдем к вопросу иначе. Приказ нарушать я не буду, но охотно помогу в пределах возможного. Поделюсь некоторыми наблюдениями. Здесь много алюминия. В кладовке осталось несколько больших бидонов, в мастерской – какието крупные сборные детали, стойки с поперечинами, профили. Можно только представить, сколько было увезено. Затем – электрические розетки. Почти все они сняты, но в одном из корпусов остались три штуки. Таких я еще не видел. Форма, размер, а главное, материа – не металл, не дерево, чтото твердое и очень легкое. Можете смело докладывать, что в «Сеньгаозере» творились странные вещи. Точнее, творятся.

Краснолицый немного подумал, кивнул.

– Пустить вас на главный пост не имею права. Но подпустить могу. Пойдемте!


предыдущая глава | Око силы. Трилогия | cледующая глава