home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Тайги

   Джессика вытерла слезы и погладила кота, свернувшегося рядом в клубок.

   - Идем, малыш, поймаем автобус, - Джессика поднялась на ноги, подхватила переноску и поставила ее перед котом.

   Дэниел забрался внутрь переноски. Джессика взяла переноску в руку и двинулась к обочине.

   - А вот и сумочка, - девушка поставила переноску на землю, взяла в руки сумочку и открыла ее. - Надеюсь, деньги у меня есть, иначе, Мью, придется нам добираться домой пешком. Хотя можно было бы позвонить маме и она бы нас забрала, но не хочу чтобы она знала о том, что мы с Энтони разошлись. Позже скажу ей, сейчас не хочу. А это что? - Джессика достала из сумки высохший бутон белой розы. - Я и забыла про тебя.

   Девушка опустилась на обочину рядом с переноской. Проехала машина, за ней еще одна. Джессика проводила машины взглядом и снова посмотрела на бутон в руке.

   - Дэниел, - прошептала девушка. - Существуешь ли ты или ты всего лишь чья-то глупая шутка? Ты писал, что любишь меня, но если это так, тогда почему ты не покажешься? Наверное, ты действительно всего лишь чья-то дурацкая шутка.

   Дэниел, услышав слова девушки, мяукнул, протестуя, ударил лапой по стенке переноски, посмотрел по сторонам и снова ударил.

   - Сейчас поедем, Мью, - сказала Джесика, ложа руку на переноску. - Потерпи немножко.

   Но Дэниел не унимался. Вонзив когти в тряпки, устилавшие дно переноски, он принялся рвать их с таким неистовством, будто они посягнули на его жизнь.

   - Я здесь, Джесси! - закричал Дэниел, бросился на дверцу переноски и ударил ее плечом. - И всегда был здесь! Я люблю тебя, люблю, люблю.

   Кошачий крик всколыхнул тишину этого места, взмыл вверх и расстворился в звуках окружающего мира.

   - Мью, уймись! - прикрикнула на кота Джессика.

   - Да не Мью я! Не Мью! - закричал Дэниел, вмиг возненавидев и переноску и свое кошачье тело. - Я Дэниел! Дэниел!!! И это я тебе писал... я принес тебе бутон! Я ненавижу это кошачье тело! Ненавижу!!!

   Переноска заходила ходуном.

   - Да что с тобой, Мью! - воскликнула Джессика и хлопнула ладошкой по переноске. - Уймись! Слышишь меня?!

   Дэниел не слышал. Он снова и снова атаковал дверцу переноски, пока обессиленный не рухнул на изодранные его когтями тряпки.

   - Прости меня принцесса, - Дэниел вздохнул и закрыл глаза. - Прости за то, что полюбил тебя. Это было ошибкой. Все было ошибкой. Вся моя жизнь после встречи с тобой тогда, в Стерлинге, стала одной большой ошибкой... Было бы лучше, если бы с тобой никогда не встречались... Будто проклятие какое, обречен любить человека, хотя сам являюсь котом... Что же это за любовь такая? От нее больше боли, чем счастья, больше страданий, чем радости... Джесси, я не могу тебя любить, - кошачьи глаза увлажнились, словно земля после дождя. - Это не любовь... это проклятие... это ад на земле... Прости меня, прости и отпусти. Я убегу в горы и мы никогда больше не увидимся... так будет лучше. Для меня уж точно... Надеюсь, долго я там не проживу. Постараюсь не прожить... Без тебя, без твоей улыбки и запаха твоего божественного тела я не хочу жить... Никогда не смогу тебя забыть... ты мое проклятье... мое желанное проклятье. Если бы только существовала малейшая возможность вернуть тело... ах, если бы... тогда все было бы иначе... но я даже не знаю, могу ли я когда-нибудь вернуть свое тело... я хочу умереть, - Дэниел уткнулся мордой в тряпки. - Я устал любить... устал страдать... устал жить. Я хочу умереть... всего лишь умереть. Жизнь, я устал от тебя. Сжалься, пошли мне смерть и избавь меня от мук. Разве я прошу многого? Прошу тебя... - словно вняв мольбам Дэниела сознание Дэниела померкло, но это была не смерть, только сон, младший брат смерти. Теплым ветерком и нежной музыкой пробрался он в сознание кота, закружил его, встряхнул, и поволок домой, в далекую страну сновидений.


   Дэниел приближался к городу, а точнее небольшому городку над которым будто Иисус над Рио высился монумент Уоллеса. Дэниел знал этот городок, да и как он мог его не знать, когда вся его жизнь прошла здесь, на берегу Форта в центральном Лоулендсе, среди желтых полей, зеленых лугов и пустошей, усыпавших склоны ближайших холмов, словно ржавчина железо.

   Дэниел спустился с холма и двинулся по знакомой улице к дому. Знакомый двор встретил его тишиной и пустотой. Вдова Дженкинс, любившая проводить время во дворе или на балконе в окружении своих любимиц и та куда-то пропала. Дэниел поднялся на свой этаж, приблизился к двери и взялся за дверную ручку. Странное дело, входная дверь оказалась открыта. Запах пыли ударил в нос, едва Дэниел переступил порог и вошел в квартиру.

   - Мам, - позвал Дэниел.

   Даже эхо не посчитало нужным ему ответить. В квартире было тихо, только муха где-то билась об оконное стекло, снова и снова, будто намеревалась своим дохлым тельцем разбить прочное стекло и вырваться на свободу. Дэниел посетил кухню, из кухни перешел в гостинную, затем в спальню родителей. Дома никого не было и, судя по слою пыли, устилавшему пол, уже долгое время.

   Дэниел вышел из спальни и остановился у двери, за которой пряталась его комната, обернулся и взглянул на цепочку следов, следовавшую за ним из помещения в помещение с упрямством кролика, решившего поживиться морковкой из чужого огорода. Дэниел чувствовал, как одиночество на пару со страхом охватывают его сознание. Почему здесь так тихо и безлюдно? Где мама? А отец? И куда подевался Тайги? Где ВСЕ? Почему он один, словно затерянный на просторах бескрайнего океана необитаемый остров?

   Дэниел приблизился к собственной комнате и замер перед дверью, вытянул руку и коснулся указательным пальцем поверхности двери. Поднесся палец к глазам, Дэниел увидел на его кончике островок пыли. Дэниел подул на палец, песчинки пыли, будто стая потревоженных ворон взмыла в воздух, зависли на секунду и, танцуя, устремились к полу.

   Дэниел положил ладонь на рукоятку двери и замер, руки затряслись, сердце сильнее погнало кровь по телу. Два чувства, страх и любопытство, схлестнулись в поединке за обладание его сознанием. Страх требовал уходить, но любопытство просило задержаться, хотя бы ненамного, открыть дверь и взглянуть что там в комнате.

   Дэниел легким усилием толкнул дверь. Громкий скрип, будто ругань древней старухи, наполнил квартиру, даже муха, недавно бившаяся о стекло, притихла, застыла. Дэниел посмотрел в образовавшийся дверной проем и вздрогнул. Посреди комнаты стоял... Дэниел закрыл глаза и тряхнул головой. Открыл глаза. Ничего не изменилось - ни обстановка в комнате, ни человек, стоявший перед ним. Человек этот был точной его копией. Дэниел как будто смотрел в зеркало и видел себя, свое отражение. Единственная разница между двумя Дэниелами заключалась во внешнем виде. Дэниел, который стоял в комнате, казалось, давно забыл, что такое бритвенный станок, расческа, ножницы и чистая одежда. Перед Дэниелом стояло существо больше похожее на пещерного человека, чем на жителя XXI века - с взлохмаченной шевелюрой на голове, бородой, усами, длинными ногтями, в изорванном грязном спортивном костюме. Не хотел бы Дэниел встретить это существо ночью в темном переулке.

   Какое-то время они стояли и разглядывали друг друга. Затем второй Дэниел сделал то, что Дэниел наименьше ожидал от него. Он вытянул вперед руку и ткнул пальцем по направлению к Дэниелу.

   - Ты, - тишину комнаты потревожил голос.

   Дэниел готов был поклясться, что это был его голос, но говорил не он.

   - И я, - второй Дэниел указал на себя. - Мы дома. МЫ ДОМА.

   Второй Дэниел хотел еще что-то сказать, но вдруг согнулся как от удара, упал на колени и... замяукал. Тело его выгнулось радугой, прогнулось. Из горла вырвалось шипение. Второй Дэниел оскалил зубы, оторвал взгляд от пола и... исчез.


   Дэниел судорожно вздохнул и открыл глаза.

   - Это был сон, - подумал Дэниел. - Волноваться не обязательно. Интересно этот сон что-то значит? Это первый сон о доме с тех пор как я ушел из Стерлинга, - Дэниел попытался выловить из памяти обрывки сна все еще гнездившиеся в его голове. - Я знаю, что он значит! - Дэниел вскочил так живо, что ударился спиной о верхнюю стенку переноски, припал к полу и вцепился когтями в тряпки, будто боялся, что его сейчас потянут за хвост, чтобы вытащить из переноски. - Я должен вернуться домой. Этот сон - это знак. Точно! Знак! Я должен вернуться в Стерлинг, ведь именно там все и произошло. Там же и Тайги в моем теле. Домой! - Дэниел выполз из переноски. Плотным кольцом его окружила тьма и тишина. Сквозь окно лился лунный свет, заставляя мерцать тюль.

   Дэниел узнал комнату Джессики. Как же долго он спал! Дэниел огляделся. Было темно хоть глаз выколи, но для кошачьего зрения Дэниела темнота не была препятствием, в темноте он видел даже лучше чем днем. Переноска стояла на столе, возле монитора компьютера. Похоже, Джессика не захотела будить кота, оставила переноску на столе, не забыв открыть дверцу переноски на случай возвращения кота из страны снов.

   Внимания Дэниела привлек свет. Нет, не лунный. Небольшое пятнышко света в противоположной стороне от окна, прямо на кровати у Джессики. Дэниел узнал горящий экран мобильного телефона. Джессика не спала, щелкала по клавишам телефона и вглядывалась в экран.

   Дэниел спрыгнул со стола и запрыгнул к Джессике на кровать.

   - Привет, малыш, - прошептала Джессика, заметив кота, словно привидение появившегося из темноты. - Долго же ты спал. Я уже успела и домой приехать, и покушать, и с мамой поговорить. А ты все спишь и спишь, - Джессика направила на кота свет от экрана телефона, желая лучше его рассмотреть.

   Дэниел опустил глаза, спасаясь от яркого, больно резавшего глаза, света.

   - А я в телефонной книжке копаюсь, - девушка повернула мобильник экраном к себе, положила руку на кота и погладила по голове. - Представь, у меня нет ни одного знакомого с именем "Дэниел". Забавно, но этот Дэниел у меня с головы никак не выходит. Целый вечер только о нем и думала. Чертовщина какая-то. Не знаю существует ли он на самом деле, а уже думаю о нем, - Джессика захихикала, притянула кота к себе и уложила рядом с собой. - Может я с ума сошла? Ты как думаешь, Мью? Наверное, все же сошла, если с котом разговариваю, - Джессика поперхнулась от тихого смеха, закашлялась, бросила подушку на быльце кровати и оперлась об нее поясницей. - Ведь если так подумать, то этот Дэниел не больше чем иллюзия. Никогда не видела, никогда не слышала. Слова "Я тебя люблю" на листе бумаги и розовый бутон не в счет. Их мог мне кто угодно подкинуть, правда, из тех, кто живет в этом доме. Только вот загвоздка в том, что в этом доме нет никого с именем Дэниел. Знаешь, Мью, я все же думаю, что это проделки Кэр. Мама и папа такими глупостями заниматься не будут, а миссис Макфери тем более. Остается Кэр, чтобы она не говорила. Только вот зачем ей это? Не понимаю, - Джессика положила руку на тело кота и принялась играться волосками шерсти. - Кстати, я заметила Мью, что с тех пор как я показала Кэр те листки бумаги, никто мне больше ничего не пишет. Никаких больше упоминаний о Дэниеле. Только тот бутон розы, но он же был не подписан, откуда мне знать, что он от Дэниела? Нет, это все проделки Кэр. Теперь я в этот сто процентов убеждена... Как жаль, - тихо выдохнула девушка, положила мобильник на пол и легла удобнее.

   - Хотела бы я, чтобы меня кто-то любил... всегда, а еще ценил и уважал, - будто шелест листьев прокатился по комнате, так тихо говорила Джессика, глядя в темноту ночи. - Разве я многого прошу? Мне больше ничего не надо, только немножко вечной любви и искреннего уважения. Ни звезд с неба, ни принцев на белых лошадях и с кучей денег... ничего... лишь чуточку вечной любви, нежного слова, ласкового взгляда, теплой заботы... - Джессика всхлипнула, легла на бок и положила руку на голову кота. - Мью, скажи мне, почему парней интересует только внешность девушки, красота ее лица и тела. Неужели парни - это всего лишь самцы, которые живут примитивными животными потребностями? Но это же неправильно. Так же не должно быть. Мы же люди. Мы уже не те животные, которыми были когда-то. Тогда почему парни продолжают вести себя так будто самая большая их потребность раздвинуть ноги очередной девушке и удовлетворить свое эго? А как же тот мир, что находится внутри каждой девушки? Неужели это только придаток к телу? Если это так, тогда... тогда я ненавижу свое тело, - Джессика зарылась головой в подушку и зарыдала. - Я не хочу, чтобы меня любили только за тело и лицо!

   При виде слез, бегущих из глаз девушки, в груди у Дэниела защемило. Дэниел поднялся, приблизился к Джессике и коснулся головой ее головы. Передняя лапа поднялась и легла на плечо девушки. Почувствовав прикосновение, Джессика подняла голову.

   - Мью, ты единственный кто меня понимает, - Джессика обняла кота и прижала к груди. - В тебе больше человеческого, чем в самих людях. Тебе стоило родиться человеком, а не животным, хоть и таким миленьким, - Девушка смахнула слезы с глаза и поцеловала кота в нос. - Если бы каждый из нас, людей, имел хоть чуточку доброты, присущей многим из животных, мир был бы другим. Мы бы больше думали друг о друге, больше чувствовали друг друга, меньше страдали, крепче любили. Каким прекрасным был бы тогда мир. Но это все фантазии, - вздохнула Джессика, положила руку под голову и закрыла глаза. - Если бы, да кабы, то и желания были бы не нужны... Ладно, пора спать Мью. Ты, конечно, уже выспался, а вот я, - девушка вытерла слезы, - поспала бы часик-другой. Спокойной ночи, Мью. Пусть тебе приснятся красивые кошачьи сны, - Джессика устроилась поудобнее и замерла.

   Вскоре Джессика уже спала. Грудь ее медленно поднималась и опускалась, следуя спокойному, равномерному дыханию. На лице девушки играла улыбка, нежная как весеннее солнце и добрая как любящее сердце. Дэниел долго любовался спящим лицом Джессики, затем выбрался из-под ее руки и спрыгнул на пол. Пора было приниматься за дело. Пока Джессика изливала душу, Дэниелу пришла на ум неплохая мыслишка, он решил во что бы то ни стало снова напомнить девушке о загадочном Дэниеле, да и время было подходящее, он возвращался домой. Как ни хотелось Дэниелу покидать Джессику, как ни была сильна его любовь к ней, он знал, что должен вернуться домой, если хочет и дальше быть с Джессикой, только теперь уже не в кошачьем теле, а в своем, человеческом. Дэниел жил иллюзией, надеждой, у него не было никаких гарантий, что вернувшись домой он обретет то, что давно стало для него миражем в пустыне, призрачной иллюзией, поддерживаемой тонкой порослью надежды. Как обреченному на смертную казнь нечего терять, так и Дэниелу нечего было терять. Если даже он не вернет человеческое тело, тогда в любой миг сможет вернуться к Джессике. Но Дэниел не хотел даже думать о том, что его настоящее тело потеряно для него навсегда. Чудеса в жизни случаются. Он в этом уже успел убедиться. Так почему бы чуду не случиться снова, особенно сейчас, когда в сердце Дэниела жила любовь. Ведь известно, любовь единственая сила в мире, что способна творить волшебство.

   Дэниел забрался на стол, нашел кусок чистого листа, маркер, устроился на полу и принялся писать. Работа была трудной, писать пришлось много. Но Дэниел не спешил, у него вся ночь была впереди. Тихо посапывая от напряжения, Дэниел трудился над листом бумаги, старательно выводил буквы и запятые с точками. Наконец, два или три часа спустя, когда мир был скован сном крепче бамбука, Дэниел опустился на лапы и с чувством полного удовлетворения принялся созерцать результаты своего кропотливого труда. На листе бумаги было написано следующее:



 Пока на небе сияет луна,


 Пока мягкий свет излучает она,


 Пока мое сердце в груди будет жить,


 Дотоле тебя, Джесси, буду любить.


 Дэниел


   Написанное показалось Дэниелу наивным, но разве любовь не наивна?

   Оставив исписанный лист на полу, там, где его обязательно заметит Джессика, когда проснется утром, Дэниел запрыгнул на подоконник и устремил взгляд на улицу, в тишину ночи. Завтра, как только солнце коснется края горизонта, он покинет поместье Нэвилов и отправится домой. Но он непременно вернется, ведь здесь остается его любовь, остается та, что пленила его сердце. Отныне для Дэниела жизнь без Джессики все равно что жизнь без сердца. Разве можно прожить без сердца? Ни дня, ни минуты, ни мгновения.

   Дэниел вытянулся на подоконнике. На душе было грустно. Как же ему не хотелось покидать Джессику, его принцессу. Дэниел чувствовал себя опустошенным, словно у него насильно забирали частичку его тела, притом самую важную, самую ценную, а вернее бесценную. Кто не знал - не узнает, кто не терял - не потеряет.

   Взгляд Дэниела блуждал по небу, опаленному чернотой, как сердце тревогой, видел звезды, но не замечал их сияния, возносился ввысь, легко преодолевая земное притяжение, падал вниз, будто придавленный им. Так пролежал Дэниел до самого рассвета. Когда же небо на востоке окрасилось в желто-красные тона, а звезды начали блекнуть и таять, он спрыгнул с подоконника, приблизился к балконной двери и обернулся, чтобы напоследок взглянуть на спящую Джессику. Девушка спала, свернувшись калачиком и натянув одеяло под шею.

   Дэниел вздохнул. Сердце зачастило в груди, задрожало. Кто-кто, а вот оно совершенно не желало мириться с предстоящей разлукой. Но Дэниел чувствовал, что ему не просто надо вернуться домой, он должен это сделать. Хотя бы ради того чтобы убедиться в истинности или ложности своих ощущений.

   - Пора, - пронеслось в голове Дэниела. - Раньше отправлюсь, раньше вернусь домой.

   Дэниел вытянул лапу, подцепил когтями балконную дверь, в надежде, что Джессика не закрыла ее на защелку, и потянул дверь на себя. Та не издав ни звука скользнула назад. Дэниел довольно кивнул, затем протиснулся в образовавшуюся щель и выбрался на балкон. Некоторое время он стоял на балконе просунув морду между железными прутьями балконной ограды, наслаждаясь первыми порывами раннего ветра, слушая тишину спящего города и вдыхая чистый и свежий утренний воздух.

   Когда солнце скользнуло выше по небесной лестнице, Дэниел спрыгнул с балкона на землю и побежал по мягкой траве к забору. Не успев осилить и половину пути до цели Дэниел остановился. Движение по ту сторону забора привлекло его внимание. Кто-то двигался за зеленой стеной плюща, обвившего небольшую часть ограды. Дэниел не сомневался что это человек, так как даже с этого расстояния его глаза могли разглядеть синеву спортивного костюма, в который был одет неизвестный. Странная манера передвижения незнакомца пробудила к жизни недоумение на морде Дэниела. Незнакомец передвигался большей частью на четвереньках, часто озирался по сторонам, будто не желал быть застигнутым врасплох, припадал к земле, садился на корточки, вытягивал шею и принюхивался.

   - У него явно проблемы с головой, - мелькнула в голове Дэниела мысль.

   Нормальный человек так не мог двигаться. И именно эта ненормальность заставила Дэниела подойти к незнакомцу ближе. Тот как раз сидел у забора и нюхал воздух. Вдруг незнакомец наклонился и просунул руку сквозь прутья ограды поместья Нэвилов. За рукой попыталась последовать голова, но с таким же успехом он мог просунуть мизинец в игольное ушко. Расстояние между прутьями ограды было слишком узким, чтобы в проем мог протиснуться человек. Странный незнакомец извивался как пьявка, кривил бородатое лицо и издавал какие-то звуки, но ему никак не удавалось очутиться по эту сторону поместья. Дэниел готов был расфыркаться от смеха. Уж очень забавным выглядел незнакомец, забавным и... страшным.

   Дэниел остановился недалеко от незнакомца и начал его рассматривать. Борода и усы, не слишком большие, прятали лицо незнакомца от окружающего мира. Голова была заросшей, видно было, что незнакомец давно не стригся. Незнакомец был бос и, как уже успел заметить Дэниел, одет в синий спортивный костюм, который вдоль и поперек светил дырами, грязными пятнами и полосами неизвестного происхождения. Незнакомец был похож на бомжа и несло от него как от бомжа, даже хуже, как из общественного туалета. Дэниел скривился и собрался было двинуть своей дорогой, когда взгляд, брошенный на глаза незнакомца, заставил его кровь быстрее побежать по венам. Глаза незнакомца показались Дэниелу знакомыми, очень знакомыми, настолько, что Дэниела прошиб холодный пот, когда он понял, кто перед ним.

   - Тайги? - сердце Дэниела застучало как ненормальное. - Неужели это ты? Не может быть! Нет! Нет! - Дэниел с недоверием смотрел на изломанные ногти, царапины и ссадины на руках. Сердце его обливалось кровью каждый раз, как он замечал новую царапину или синяк на коже.

    - Тайги, что же ты сделал с моим телом?

   Тихий как писк мыши и жалобный как скулеж волченка, попавшего в капкан, стон вырвался из груди Дэниела и потревожил сонное поместье.

   Дэниел приблизился к знакомому незнакомцу и вгляделся тому в лицо. Ни борода, ни усы, ни застрявшие в бороде комки грязи, - ничто не могло скрыть от кошачьих глаз Дэниела очертаний его родного лица. Сомнений у Дэниела больше не осталось. Перед ним был Тайги.

   Тайги, как только заметил поблизости кошачье тело, прекратил бессмысленные попытки протиснуться на территорию поместья Нэвилов, замер и устремил взгляд на кота.

   - Черт бы тебя побрал, Тайги. Что ты здесь делаешь? - Дэниел с легкостью протиснулся через прутья ограды и оказался на тротуаре по ту сторону поместья Нэвилов, оглянулся по сторонам и вздохнул с облегчением, никого не заметив. Уж очень ему не хотелось, чтобы кто-нибудь видел его человеческое тело в таком состоянии.

   - Как хорошо, что Джесси не видит этого кошмара. Как хорошо, что она спит. Если бы она это видела, я бы умер от стыда, - подумал Дэниел и бросил испуганный взгляд на балкон девушки. Нет ли ее там? Не наблюдает ли за котом и этим странным человеком с повадками неразумного животного? Но нет, балкон был пуст.

   Дэниел посмотрел на притихшего Тайги.

   - И все же, что он тут делает? Тайги, что ты делаешь у поместья Нэ...? - догадка стрижем пронеслась в сознании Дэниела. - Джессика говорила, что потеряла Мьюриэля, когда была в Стерлинге. Это произошло в то же время, когда у нас появился Тайги. Теперь Тайги пришел сюда, к поместью Нэвилов, пришел домой, туда, где его любили и не обижали. О, Тайги! Вернее, Мьюриэль, - Дэниел возрился на Тайги с таким видом, будто впервые его видел.

   - Что же мне теперь с тобой делать, Тайги? Не брать же тебя с собой в... Стоп! Почему не брать? Конечно же, брать. Без Тайги я не смогу вернуть свое тело... Надо бы увести тебя отсюда, - Дэниел взглянул на Тайги. Тот казался немного расстерянным. Глаза пристально смотрели на кота рядом, крылья человеческого носа двигались.

   Тайги припал к земле, осторожно придвинулся к коту и потянул носом.

   - Что? Знакомое тело? - Дэниел фыркнул, улыбка так и просилась на морду. - Знаешь, друг, я совершенно не против тебе его вернуть. Готов хоть сейчас. Ты мне должен еще спасибо сказать за его сохранность. Глянь, - Дэниел повернулся к Тайги боком, - твое тело даже в лучшем состоянии, чем было раньше. Не то, что мое, - Дэниел вновь взгрустнул. - Ну да ладно. Изменить я пока ничего не могу... Как же тебя повести за собой? Не привязывать же бумажку к нитке?

   Дэниел сел на асфальт и задумался. Тайги сидел рядом и продолжал обнюхивать родное тело. Расстерянность на его человеческом лице сменилась неким подобием удовлетворения. Это не укрылось от внимания Дэниела.

   - А если бумажкой на веревке будет твое тело, побежишь за ним?

   Дэниелу пришла в голову идея. Он взглянул на Тайги, перевел взгляд на свое кошачье тело, затем поднялся на лапы, отбежал в сторону, остановился и принялся ждать действий со стороны Тайги. Какое-то время Тайги смотрел на Дэниела, затем посмотрел за забор, на дом Нэвилов, внось устремил взгляд на Дэниела. Дэниел отбежал еще на несколько метров и остановился.

   - Давай, малыш, если у нас все получится, обещаю, ты окажешься в том доме, в котором хочешь оказаться.

   Тайги приподнялся, бросил взгляд за забор, повернул голову к Дэниелу, жалобно мяукнул и медленно поплелся к нему. Дэниел снова отбежал, обернулся, Тайги двигался следом.

   - Ну что, малыш, теперь мы готовы с тобой идти в Стерлинг, - Дэниел улыбнулся и повел Тайги прочь от поместья Нэвилов.




Слезы Джессики | Перевоплощение | Дом, милый дом



Loading...