home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Новый мир

Нандалее сделала глубокий вдох. За их спинами погас голубоватый свет магических врат. Мир пахнул иначе. По телу эльфийки пробежала дрожь. Ее охватило приятное чувство напряжения. Это было словно на охоте, когда чувствуешь, что ты не единственный, кто крадется за жертвой, где-то неподалеку в холодном тумане прячутся волки.

Они стояли на скалистом склоне. Рядом с ними возвышалась одинокая скала. Пять или шесть шагов высотой. Она отмечала звезду альвов. При этом скала, похоже, была естественного происхождения. Она возвышалась над отшлифованным ветром и дождем камнями. Шип, выросший из костей земли.

— Идем. Возможно, кто-то мог видеть свет от звезды альвов, — произнес Гонвалон. Голос его был спокойным и уверенным. Неужели этот мир совершенно не впечатляет его? Мир, в который еще никогда не ступал ни один эльф?

Конечно, Гонвалон прав, но иногда его сухость и деловитость задевала ее. Он совершенно не такой, когда они одни! У него словно два лица. Вместо размышлений ей нужно просто принять то, что он сказал. Просто разумно. И немного суховато.

Они стояли на восточном склоне. Последние отблески заходящего солнца придавали скалам красноватый оттенок. По лесу, расположенному немного ниже, уже крались тени ночи. Склон был голым, валуны и отдельные пеньки от деревьев давали очень мало возможности укрыться. Если кто-то заметил свет и начал наблюдать за склоном, он увидит их.

Гонвалон просто пошел вперед, молча, не оборачиваясь. Он спустился в лощину, уходившую на юг.

Нандалее последовала за ним. На миг она испытала раздражение. Почему он так изменился? Он не хотел идти сюда. И уж точно не с Бидайн! Неужели приказ перворожденного задушил всю страсть вчерашней ночи? Или она все себе придумала? Эльфийка виновато поглядела на Бидайн. Она еще ни слова не сказала подруге.

— Ты молодец, — несколько смущенно пробормотала она.

Бидайн улыбнулась ей.

— Он лишил меня страха, — восхищенно поделилась она. — Я всегда боялась открывать звезду альвов, потому что знала, что может произойти все, что угодно. Страх искажает узор заклинания. Мы в другом мире. В Нангоге, где не бывал еще ни один эльф. Я еще даже не драконница, а Темный посылает меня на одну из самых важных миссий, для которой когда-либо отбирали эльфов. — Лицо ее сияло.

— Я в таком восторге! — Широко раскрыв глаза, Нандалее смотрела по сторонам. Она казалась совершенно беззаботной. И все раздражение улетучилось. Наконец-то она сбежала из сада Ядэ. От всех правил, от бесконечных тренировок с Нодо- ном. Она свободна! По крайней мере, на пару недель. Наконец- то снова в глуши! Бидайн была права. Их отобрали для невероятного приключения. И Гонвалон снова станет собой. Может быть, когда справится с тем, что он обманывает Золотого, служа другому дракону.

Они втроем молча шли по высохшему руслу ручья, врезавшемуся глубоко в скалу. Выброшенная из воды древесина, бледная, словно кости, теперь висела на ветвях кустов, росших в расщелинах между скалами. Пахло ягодами и поздним летом. Жидкости в ручье осталось совсем мало. Достаточно, чтобы позволить кое-где прорасти мху. По вечернему небу над их головами пролетали последние ласточки с длинными хвостами. В местах повыше, где вода не задерживалась даже после ливней, в прибрежных скалах притаились глиняные гнезда.

Нандалее наблюдала за Гонвалоном. Он шел на несколько шагов впереди. Несмотря на то что рос не в лесной глуши, двигался эльф проворно. Его мягкие сапоги почти не издавали звуков на неплотно прилегающих друг к другу камнях русла ручья. Но вот Бидайн… Ленивая самка мамонта наверняка бы топала потише, подумала Нандалее.

Охотница поправила плечевой ремень меча. Огромное оружие тяжело давило на спину. Нодон принес из Белого чертога Смертоносный и лук со стрелами, по недвусмысленному желанию Нандалее. Что касалось этого двуручника, то здесь Гонвалон и Нодон были едины — но только в этом. Они сочли, что она совсем спятила, раз решила взять это проклятое оружие. Она надеялась, что во время этой миссии станет очевидно, что толку от нее как от мечника нет никакого. Поэтому она поручила Нодону принести из Белого чертога самый большой и громоздкий меч. Смертоносный! Если она провалится в качестве мечника, наставники Белого чертога — если она вернется туда через несколько лун, — возможно, позволят ей пользоваться луком и стрелами.

Несмотря на ожоги на лице Гонвалона, она увидела, как побледнел эльф, когда Нодон принес это оружие. Он не захотел говорить об этом. Возможно, все дело в Талинвин, его последней ученице. Ее имя было последним на медной табличке под мечом. Может быть, то, что она взяла Смертоносный, Гонвалон считает дурным знаком? Может быть, поэтому он стал таким молчаливым и отстраненным? Эльфийка улыбнулась. Он беспокоится о ней!

Гонвалон жестом подозвал ее к себе. Там, где он стоял, отвесный берег ручья обвалился, и взгляду открывался головокружительный вид. Перед ними простиралась узкая долина, по которой вился широкий поток. Вокруг, у горных склонов, поднимались узкие скалистые иглы. На берегу паслось стадо кабанов с молодняком. Нандалее прикинула, сколько она уже не видела диких свиней. Здесь им не придется страдать от голода, а опасностей, относительно которых предупреждал их Темный, она пока что не видела.

Все втроем продолжали идти по сухому руслу ручья. Заря давно погасла, они шли среди теней. При свете звезд и двух узких лунных серпов едва можно было разглядеть в темноте дорогу. Нандалее была напряжена. Но было что-то еще… Чего- то не хватало. Она внимательно поглядела на кромку скал, старательно прислушалась. Гонвалон стал идти медленнее и осторожнее. Нандалее подошла ближе к нему. Он остановился и указал на русло реки. Невдалеке под деревьями можно было разглядеть костры.

Крик ночной птицы отразился от скал. Нандалее вздрогнула. И в тот же миг осознала, что изменилось. Бидайн! Звуки, сопровождающие ночной марш, исчезли! Причем некоторое время назад. Нандалее испуганно обернулась. Подруга стояла прямо за ее спиной. Казалось, она улыбалась — насколько это можно было разглядеть в темноте. Затем она подняла ногу и топнула. Ни звука.

— Это еще что такое? — проворчал Гонвалон. — Заклинание?

Наверное, Бидайн ответила ему, поскольку ее губы шевельнулись, но ни единого слова нельзя было разобрать.

— Прекрати! — зашипел Гонвалон. — Ты что, забыла обо всем? Нангог другой! Если ты плетешь здесь заклинание — это все равно что разжигать сигнальный огонь, чтобы нас как можно скорее обнаружили!

Ее подруга скривилась и сделала мимолетный жест рукой. Ее губы по-прежнему шевелились.

— …врата на тропе альвов тоже видел. Это должен был быть настоящий маяк!

— Тем важнее нам вести себя незаметно, — упорствовал Гонвалон.

— А от кого мы вообще прячемся? — спросила Нандалее, рассерженная этой таинственностью. — От тех, кто внизу?

— Им лучше тоже спрятаться, — холодно ответил Гонвалон. — Я не могу объяснить тебе того, что сам не понимаю. Могу только посоветовать вам обеим быть как можно осторожнее.

Нангог — это мир, созданный не для нас, не для эльфов. Нам здесь не место. И я совершенно уверен, что нам здесь не рады. Поэтому осторожнее! Теперь что касается тебя, Бидайн. Всяко лучше топать, словно пьяный кобольд, чем колдовать здесь. Придерживайся этого правила, — и с этими словами он отвернулся и пошел дальше по руслу ручья.

Нандалее бросила на Бидайн быстрый извиняющийся взгляд, и подруга улыбнулась ей. Ничего, казалось, говорили ее глаза, но Нандалее была по-прежнему поражена. Гонвалона было просто не узнать. Она с болью вспомнила о скалах над садом Ядэ, их произносимые шепотом уверения в любви, его страсть. Казалось, все это просто улетучилось. Она спросила себя, что ему известно. Что такого опасного в этом мире? И почему он не хочет об этом говорить?

Она немного отстала и пошла рядом с Бидайн.

— Магическая сеть здесь иная, — прошептала ее подруга через некоторое время, когда они продолжали идти по руслу ручья. — Она очень волнующая. Плести заклинания проще. Узоры светящихся нитей сложнее и гуще. Кажется, здесь все сплетено еще сильнее, чем в Альвенмарке! Ты только посмотри! Это просто невероятно и прекрасно!

Нандалее не испытывала ни малейшего искушения поглядеть на Нангог с помощью своего Незримого ока. Несмотря на то что она делала большие успехи в искусстве плетения чар, ей никогда не испытать такого восхищения, как Бидайн. Нандалее постоянно вспоминала несчастный случай с Сайном. Если это был несчастный случай…

Бидайн не замечала ее настроения и продолжала болтать.

— Это заклинание, поглощающее все звуки. Я просто подумала, чего хочу добиться, и все получилось. Это… Как будто кто-то помогает.

Нандалее снова показалось, что за ними кто-то наблюдает. Она резко обернулась. Не мелькнула ли только что тень на краю обрыва или ее глаза показывают ей то, чего нет?

— Тебе известны истории о Нангоге? — прошептала Бидайн.

— Что за истории? — раздраженно спросила Нандалее. Она размышляла над тем, не перебраться ли через край обрыва, чтобы удостовериться, что там никого нет.

— На самом деле это просто сказки… Будто бы альвы и девантары создали вместе мир из тела спящей великанши.

— Это действительно похоже на сказку.

— Ты спрашивала, — голос Бидайн звучал обиженно.

Они молча пошли дальше за Гонвалоном. Наконец-то они покинули пересохшее русло ручья и стали пробираться сквозь густой хвойный лес. Они шли по толстому слою иголок, и теперь бесшумно шагала даже Бидайн.

Продвигались они вперед медленно. Один раз вдалеке они услышали громкий шум. Дикие кабаны, роющие бивнями землю, подумала Нандалее. В этом новом мире она не чувствовала себя чужой. Ей нравился Нангог.

Лес поредел. Ноги гладили высокие, до бедер, папоротники. Где-то, невидимый под зеленью, бросился прочь какой-то маленький вспугнутый ими зверек. Белые стволы берез светились в темноте. Нандалее услышала реку. Негромкий шепот воды на гальке.

Они достигли пологого возвышения, окруженного кольцом деревьев. Отсюда можно было хорошо оглядеть широкий поток. На другом берегу виднелись матовые отблески догорающих костров.

— Здесь встанем лагерем, — решил Гонвалон. — Костер не разводить! И будем нести стражу. Я дежурю первым, Нандалее — второй. Бидайн будет дежурить от рассвета до полудня. Будем наблюдать за детьми человеческими.

Нандалее ничего не сказала, хотя происходящее на другом берегу казалось ей очевидным. Она отчетливо видела стволы деревьев, лежащие на прибрежной гальке. Девушка полагала, что они обнаружили лагерь лесорубов. Там наверняка особо не на что смотреть. Дети человеческие встанут, поедят, а затем займутся своими делами. Впрочем, Нандалее было интересно, как выглядят люди. Она знала очень мало о народе, подчинявшемся девантарам. Наверное, они неловкие, воинственные и уродливые, как кобольды, — а воняет от них хуже, чем от маленького народца.

— Разве не нужно разведать, сколько их там? — Нандалее не чувствовала усталости, Гонвалон, наверное, тоже. Наверное, решение встать лагерем он принял из-за Бидайн.

— Мы останемся здесь, — коротко приказал он. — И поскольку этот мир полон неведомых опасностей, ни одна из вас не покинет свой пост, пока остальные двое спят.

Нандалее почувствовала себя застигнутой врасплох — он слишком хорошо знал ее. Самые могущественные маги Альвен- марка не могут читать ее мысли, а он может. Совершенно без использования магии. Для этого ему достаточно мельком взглянуть на ее лицо. Он просто знал, о чем она думает.

Темный поведал ей, что сделала с ее возлюбленным Махта Нат. Сам Гонвалон ни словом об этом не обмолвился. Нандалее хотелось, чтобы он был таким же открытым по отношению к ней, как она. Разве для любящих это не само собой разумеется?

Подняв глаза, эльфийка встретилась с его насмешливой улыбкой. Он точно знал, что прав в своем предположении. Иногда он бывает слишком высокомерным.

— Я доверяю вам, — примирительным тоном произнес он. — Найдите себе хорошее место для сна. Еще будет время понаблюдать за детьми человеческими. И, поверь мне, Нандалее, они — не какой-то особый вид дичи. Скоро они покажутся тебе неприятными и скучными.

Она спросила себя, откуда он так хорошо знает людей. Может быть, часто бывал в их мире? Там то же самое, что здесь, или все по-другому?

Девушка отстегнула массивный двуручник и прислонила его к дереву рядом с луком. В полном молчании они поели немного сыра с хлебом. Иногда она бросала взгляды на Гонвалона. Она тосковала по нему, но они договорились вести себя сдержанно в присутствии Бидайн. Глупый договор, как казалось ей теперь. Бидайн все равно знает, что они — пара. Но Гонвалон по-прежнему хотел держать их связь в тайне, как это было и в Белом чертоге. Похоже, он не чувствовал никакого противоречия в том, чтобы иметь два лица. Днем он был для нее строгим, неприступным наставником, чтобы ночью превращаться в пылкого любовника. Иногда она задавалась вопросом, каково его истинное лицо. Если бы они были здесь без Бидайн! Провести наедине с ним пару недель, без необходимости притворяться. Будет ли у них когда-либо такая возможность?

Нандалее вздохнула. Темный послал с ними Бидайн наверняка исключительно для того, чтобы кто-то мог открыть им путь в Золотую сеть. Когда речь заходила о плетении чар, дракон ей не доверял; а вот Бидайн была талантлива и еще не выбрала себе дракона. Может быть, перворожденный подумывает о том, чтобы завоевать расположение Бидайн уже теперь? Для нее долгий переход наверняка сплошное мучение. Насколько Нандалее было известно, ее подруга никогда не проводила в глуши более двух дней. Бидайн будет задерживать их с Гонвалоном.

Нандалее еще раз бросила взгляд на своего возлюбленного. На миг задумалась о том, не встать ли просто и не сесть ли с ним рядом. Но знала, что он не потерпит этого. Не тогда, когда он стоит на страже, и не тогда, когда рядом одна из учениц Белого чертога, которая может наблюдать за ними. Нандалее вздохнула и завернулась в плащ. Спать не хотелось, и она наблюдала за пляшущими над папоротником светлячками. Они сияли матовым желто-зеленым светом. Если прикрыть глаза, то казалось, словно они рисуют на фоне ночи светящиеся линии.

Бидайн долго выбирала себе место для сна. Что-то негромко бормотала себе под нос, тихонько ругаясь из-за грязи и камней и грубой одежды, которую приходилось носить. Темный придавал большое значение тому, чтобы их одежда не привлекла внимания детей человеческих. Поэтому они оделись в грубую шерсть и плохо обработанную кожу. Ножны мечей были обернуты кожей. Рукояти вымазаны грязью и сажей. И только если они обнажат мечи, с маскарадом будет покончено. Люди человеческие наверняка никогда не видели оружия, даже похожего на драконье.

Нандалее полностью закрыла глаза, открыла душу и стала впитывать в себя лесные запахи. Аромат влажных листьев папоротника, кисловатый запах прошлогодней прелой березовой листвы. Один раз она услышала донесшийся с противоположного берега громкий смех. Нандалее вспоминались долгие охотничьи вылазки в Карандамоне. Ее клан, в котором она чувствовала себя чужой. Может быть, она не создана для того, чтобы быть в обществе? Одинокая охотница, которой суждено умереть где-нибудь в лесу. И в конечном итоге ее тело станет поживой для диких зверей, на которых она охотилась на протяжении всей своей жизни. Эта мысль не показалась ей непривлекательной. Так замкнется круг. Хороший конец.

Наконец она уснула. Во сне на нее шла охота. Она бежала по лесу. За ней гналось что-то большое и бесформенное. И, несмотря на то что оно было близко, ей никак не удавалось увидеть его. Оно было так близко! Она проснулась, резко села. Рука ее лежала на рукояти охотничьего ножа.

— Спокойно!

Тень над ней отпрянула.

— Спокойно, это я. Я как раз собирался будить тебя. У тебя очень легкий сон.

Эльфийка откашлялась. Как неловко. Она не могла подобрать слов. Извиняться не хотелось. Да и зачем! Пусть не подкрадывается, когда она спит!

— Я пойду, посплю немного. Ты останешься возле лагеря?

Она кивнула.

— Возле нашего лагеря.

— Да! — Его недоверие злило. В раздражении она спустилась с холма и отыскала себе скрытое кустами место на берегу. Оттуда открывался хороший обзор лагеря детей человеческих. От ее взгляда ничего не ускользнет! На ее чувства можно положиться. К ней не подберется незаметно даже дикая кошка. К долгим одиноким бдениям она привыкла еще тогда, когда была охотницей. Пусть Гонвалон не сомневается!

В лагере на противоположном берегу царила тишина. Ночью было свежо, но прохлада была приятной. Нандалее чувствовала запах потухшего костра и конского навоза. Эльфийка стала единым целым с шорохами леса, негромким шепотом листьев, скрипом качающихся ветвей, шуршанием мышей и других грызунов, шнырявших в сухой листве. Она слышала, как охотится сова и как плещется в реке карп. Внезапно эльфийка испуганно вскочила. Ей вспомнились слова Парящего наставника. Это тоже своего рода магия, хоть она этого и не осознает. Ее связь с природой многократно превосходила то, что позволяли видеть и слышать органы чувств.

Она виновато огляделась по сторонам. Что-то текло между деревьями на том берегу, какой-то зеленый свет. Может быть, стайка светляков?

Она бесшумно встала и прошла несколько шагов за светом, но затем остановилась. Она не должна покидать свой пост! Может быть, это попытка выманить ее из лагеря?

Внезапно Нандалее стало холодно. Она потерла обнаженные плечи, а затем поднялась наверх, к лагерю, где спали двое ее товарищей. Гонвалон моргнул — у него тоже был легкий сон. Только он гораздо сдержаннее, с горечью подумала она. Приходилось признать, что ее наставник, вероятно, так же хорошо умеет вести себя в лесной глуши, как и она, несмотря на то что он не охотник.

Бидайн спала крепким глубоким сном. Лоб ее был нахмурен, словно она даже во сне злилась из-за того, что постелью ей стала влажная листва.

Нандалее оглянулась назад. Зеленое свечение исчезло. Может быть, она приманила его? Став единым целым с лесом? Из-за сплетенного ею заклинания? Она решила больше не выходить за пределы кольца деревьев, защищавшего лагерь. Гонвалон прав — есть здесь что-то очень чужое. И у нее снова возникло чувство, что за ней что-то наблюдает. Что-то таящееся за пределами ее поля зрения и мастерски умеющее полностью исчезать, как только она поворачивает голову.

На другом берегу заржала лошадь. Звук был пугающим. Затем Нандалее услышала стук подков. Над рекой дул ледяной ветер. Из-за внезапного изменения температуры затрещали ветки, а ее дыхание превратилось в облачка. От лесного грунта стал подниматься бледный туман, словно земля тоже дышит. Бидайн тревожно перевернулась во сне и пробормотала что-то невнятное.

Зеленый свет вернулся! Теперь он плыл по лесу на другом берегу. Там, где находился лагерь детей человеческих. И он изменился. Теперь он напоминал зеленый туман, поднимающийся из земли. Туман, светящийся изнутри.

В лагере детей человеческих не было слышно ни звука. Они ведь тоже наверняка расставили часовых! Если бы туман был опасен, там наверняка поднялся бы переполох! Но все было тихо. Даже лошади перестали ржать. Погасли матовые отблески костров. В этом тоже не было ничего необычного. Лагерные костры наверняка просто догорели. И тем не менее… Что-то там произошло! Она чувствовала это каждой клеточкой своего тела!

Нандалее опустилась на колени рядом с Гонвалоном. Когда она мягко коснулась его, он тут же проснулся. Она рассказала о тумане. Всего один удар сердца — и ее возлюбленный вскочил на ноги. Другой берег поглотила тьма. Зеленый свет исчез. Она выставила себя дурочкой!

— Завтра пойдем туда. Обойдем по дуге, найдем брод и будем наблюдать за детьми человеческими. Может быть, это они создали свет? Не исключено, что и они умеют плести заклинания? Продолжай наблюдать за их лагерем, — он поглядел на спящую Бидайн, затем наклонился к Нандалее и поцеловал. Это был долгий, страстный поцелуй. — Я скучаю по тебе, — прошептал он. — Жаль, что мы не одни, — он еще раз улыбнулся ей, а затем вернулся на свое спальное место.

Да, жаль, подумала она.


Удержать счастье | Логово дракона. Обретенная сила | Другой берег