home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Одержима

Нандалее совершенно ушла в себя и почти не замечала, когда товарищи заговаривали с ней. Этот светящийся зеленый туман был внутри нее. Она одержима! И понятия не имела, что будет с ней дальше. А еще она боялась сказать об этом своим спутникам, отчаянно размышляя над тем, как избавиться от этого духа или чем бы оно там ни было.

Его не было в ее мыслях. Он ничего не сообщал ей. Но иногда она поворачивала голову, хотя не хотела делать этого, или пристально смотрела на вещи, которым обычно не уделила бы никакого внимания. Вот сейчас, например, она смотрела на камень у дороги, на котором виднелись размытые контуры, нарисованные зеленым мелом. На камне было насыпано несколько зернышек риса. Что в этом такого интересного?

Каждый миг Нандалее опасалась, что ее товарищи что-нибудь заметят. Что они тогда с ней сделают? Она не могла себе этого представить, но, возможно, они не возьмут ее с собой обратно в Альвенмарк. Нет, она не может открыться им. Но разве она может допустить, чтобы это попало через нее в Альвенмарк? Ничто из того, чему ее учили, не готовило ее к подобному происшествию. Предвидел ли Темный, что произойдет? Может быть, ее поэтому выбрали для этой миссии? Учеников на миссии не посылают. Ни Бидайн, ни ее здесь быть не должно. Небесным змеям служат наставники!

Но что, спросила она себя, происходит в этом мире? Люди настолько сильно разрушали его, что она была шокирована, а Зеленый дух, похоже, хотел, чтобы она внимательно все изучила. Он заставлял ее, заставлял смотреть на то, что хотел видеть он. Бидайн что-то заметила. Она то и дело оборачивалась к ней, и эльфийка чувствовала, что подруга хочет поговорить с ней. Зато Гонвалон был холоден. Вчера вечером у костра она была сама не своя. Она должна была вернуться, чтобы они вдвоем не пошли в лес искать ее, но больше всего ей хотелось спрятаться. Она с тоской посмотрела в спину Гонвалону. Она не хотела вести себя холодно по отношению к нему. Ей не хватало его. Его мимолетных прикосновений. Затаенных взглядов. Иногда, когда Бидайн не могла их видеть, они украдкой целовались. На это Нандалее уже не осмеливалась. Может ли этот зеленый свет перейти в тело мастера меча во время страстного поцелуя? Гонвалон заметил ее сдержанность. Утром он пытался заговорить с ней по поводу ее отстраненности, но она повела себя резко и неприветливо. С тех пор он избегал ее. Это в буквальном смысле слова разрывало ей сердце, когда она смотрела на него. Ей так его не хватало. Но она не имеет права подвергать его опасности из-за своего поведения. Если она не избавится от этой штуки, то не должна возвращаться на родину! Может быть, ей стоит расстаться с товарищами в этом грязном городе? Тогда ей никогда больше не увидеть Гонвалона. Нет, подумала она, может быть, еще есть надежда. До сих пор существо внутри нее вело себя мирно. Но Нандалее хорошо сознавала, что больше не хозяйка собственному телу. Существо могло заставить ее выхватить охотничий нож и заколоть Бидайн. С другой стороны…

Эльфийка негромко выругалась. Выхода нет!

Вопреки желанию она ускорила шаг. Протолкалась между двумя вонючими детьми человеческими. От них воняло дерьмом и мочой. Потом, дымом и прогорклым жиром, жареным луком и дешевым кислым вином. Каким же слабым должно быть их чувство обоняния, что они постоянно живут так близко друг к другу?

Нандалее ненавидела этот город. Все здесь было совершенно противоестественным. Природы больше не существовало. Дети человеческие все вырубили в скале. Они не умели приспосабливаться. Явившись сюда, они принялись подчинять себе мир. Темный прав — нужно следить за детьми человеческими и что- то предпринять против них. Нангог был для них под запретом. Сколько потребуется времени, чтобы они пришли в Альвенмарк? Нет, лучше будет победить их прямо здесь.

Она ткнула локтем одетого в голубые одежды человека, подошедшего к ней в толпе слишком близко, сильнее, чем было необходимо, чтобы разойтись с ним. Мужчина запыхтел. Выругался на своем гортанном, непонятном языке.

Нандалее просто продолжала идти дальше, когда ее внезапно схватили на плащ и рванули назад. Она едва не споткнулась и не упала в уличную грязь. Обернулась. Ее рука лежала на рукояти кинжала.

Толстяк стоял напротив нее и ругался. Его массивная, блестящая от масла и сильно воняющая розовым маслом борода тряслась от гнева. На груди у него висел странный большой амулет — почти квадратный, украшенный бирюзой. Его длинный плащ небесно-голубого цвета был до смешного похожим на платье, а на кончике его странной остроконечной шапки из накрахмаленной материи торчало черное птичье крыло. Глаза толстяк подвел сажей, чтобы они казались больше и страшнее.

Рядом с крикуном, словно из ниоткуда, появился высокий мускулистый парень, державший в руках оббитую латунными гвоздями дубинку.

Толстяк выкрикнул что-то звучным голосом. Стоявшие вокруг дети человеческие расступились, и на многолюдной улице вдруг образовался круг, в центре которого стояла Нандалее. Все смотрели на нее. Все зеваки, как на подбор, были бородатыми мужчинами различного возраста. Большинство из них были плохо одеты. Почти у всех на шее или на запястьях на кожаных ремешках висели амулеты. Камни с дырками, перья, звериные лапы или покрытые красным лаком кусочки дерева. Толстый снова повысил голос. Он пренебрежительно смотрел на Нандалее. Когда он кричал на нее, изо рта у него летела слюна.

— На колени, немедленно, — шепнул ей подбежавший Гонвалон. — Что ты наделала! — мастер меча бросился на колени и поклонился настолько низко, что его лоб едва не коснулся свежего конского яблока. При этом он издавал непонятное бормотание на человеческом языке.

— Скорее рыбы научатся ходить, чем я встану перед ним на колени, — проворчала Нандалее. Она потянулась за висевшим у нее на спине мечом, но ухватилась лишь за тонкие ветки. Оружие, как и колчан со стрелами, было замаскировано под огромные вязанки хвороста. Гонвалон настоял на маскировке, поскольку женщины Лувии никогда не ходили с оружием.

Бидайн тоже униженно рухнула в уличную грязь. Среди зевак появилась группа вооруженных людей, бронзовые шлемы которых венчали венки из топорщащегося конского волоса. Их доспехи были сделаны из сотен наложенных друг поверх друга металлических чешуек, из-за чего воины немного походили на больших двуногих золотых рыбок.

Нандалее судорожно сглотнула. Поглядела в лицо толстяка. Отчетливо увидела каждую пору на его коже, слегка расплывшуюся сажу под глазами, короткие седые волоски в его бороде, свидетельствовавшие о том, что он выдергивал этих предвестников старости, когда у него оставалось на это время, — и опустилась на колени. Вопреки своему желанию! Она никогда еще не подчинялась, никогда! Но опустилась на колени не она. Она пыталась бороться. От ярости на глаза у нее выступили слезы, но она не смогла помешать себе поклониться, как Гонвалон. Она поползла к одетому в голубое мужчине и поцеловала его вонючие сандалии. Она по-прежнему неестественно отчетливо видела каждую деталь. Расплывшуюся сажу, грязь и красно-коричневое дерьмо. Кожа сандалий была грубой. Она почувствовала грязь на губах, и ее язык вдруг начал складывать слова, которые не понимал ее разум.


Сопротивление | Логово дракона. Обретенная сила | Отмеченные