home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Голубая звезда

Нандалее наблюдала за облачками дыхания над своими губами. С каждым выдохом они становились меньше. По крайней мере, ей так казалось.

Она уже не чувствовала боли. Только холод. Она знала, что нужно выбраться из воды. Нужно снять мокрую одежду! Вот только воля ее окоченела и превратилась в лед, перестала повиноваться ей. Снег прекратился, но по цвету неба она догадывалась, что зимняя ночь лишь переводит дух. Скоро из бесконечной тьмы снова посыплется снег. Очень много снега. Вероятно, она будет уже мертва. Когда мягкие хлопья будут ласкать ее щеки, и, если немного повезет, снег скроет ее тело, и тролли останутся без добычи. При мысли об этом она улыбнулась. В каком-то смысле она все же ушла от них. И пусть судьбе было угодно поглотить ее. Интересно, насколько далеко унес ее ручей? Где-то слева от нее виднелся свет. Она видела его отсветы на снегу, но у эльфийки не осталось ни сил, ни желания поворачивать голову. По щеке катилась одна-единственная слеза. Она была такой приятно теплой. Но прежде чем она докатилась до уголка губ, Нандалее перестала чувствовать ее. Интересно, она уйдет в Лунный свет? Исполнилась ли ее судьба здесь, на обледенелом берегу?

Где-то высоко над ней звучала музыка. Она узнала мелодию. Кто-то пел без слов. Эта песня касалась непосредственно ее души в обход разума. Голубая звезда. Всего один раз она видела, как она летит по небу. Звезда Певца. Тогда песня тоже тронула ее до слез. Теперь же она придала ей сил повернуть голову. Звезда, подумалось эльфийке, должна стать последним, что она увидит в жизни. Она сияла насыщенным темно-синим светом, казалось, будто звезда летит по воле ветра, прямо под снеговыми облаками. Семь зубцов различной величины гармонично соединялись друг с другом. В самом начале времен эта звезда уже ходила по небу, ее чтили даже радужные змеи. Говорили, что со звездой путешествует один из альвов. Один из творцов мира. Он был певцом, песню которого она слышала сейчас. И поговаривали, будто каждые сто лет он выбирает одного эльфа для службы в своей лейб-гвардии. Ни Рин из клана Волчьих зубов была первой из тех, кого он избрал. На своем ледяном паруснике она ринулась через спину радужного змея к сиявшей в небе Голубой звезде. Ее мужество и ловкость произвели на Певца настолько сильное впечатление, что он разрешил ей остаться. Рассказывали, что тот, кто на своем ледяном паруснике сможет добраться до конца радуги, туда, где хвосты могучих драконов касаются льда, станет таким, как она.

Нандалее улыбнулась. Холода она уже не ощущала. Эльфийка умирала. Осталось уже недолго. Взгляд ее снова устремился к звезде. Ребенком Нандалее любила историю о Ни Рин. Она стала охотницей, как и та. Ее клан называли лесными бродягами, потому что их охотники свободно ходили в самые дальние дали, подобно ветру, признававшему в качестве цели только горизонт. Бесчисленное множество раз гонялась она за радугой на своем ледяном паруснике, когда в летнее время из Земель Ветров прилетал теплый южный ветер. Она уже давно стала опытной охотницей, когда, наконец, смогла принять правду. Никто не может поймать радугу, никто не поднимается к небу на спине радужного змея. Единственно истинной в истории о Ни Рин была Голубая звезда. Звезда Певца.

Нандалее судорожно сглотнула, и очарование момента ушло. Там, наверху, нет Ни Рин. Может быть, и альва нет. Но тогда кто же там есть, спросила она себя, Певец? Тот, кто выбрал в лице Ни Рин охотницу из клана Волчьих зубов. Дикарку! Волк был их тотемом, и, как и волки, они жили в безыскусных скальных пещерах, едва ли лучше троллей. Разве альв сделал бы такой выбор? Если Певец действительно выбрал себе эльфийку в спутницы, то наверняка из Бродяг ветра. Их тотемом был олень и…

Тотем! В самом начале времен каждый эльфийский клан Карандамона выбрал себе тотемный знак. Чаще всего это было животное, обладавшее качеством, совпадавшим с выдающейся способностью клана. Олень был неустанным путешественником и храбрым воином. В стилизованной форме его использовали в качестве украшений. Кнопки ее жилета были сделаны из оленьих рогов, рукоять ее ножа — из пантов. И то, и другое не давало однозначного указания на ее клан. Многие охотники использовали оленьи рога подобным образом. Поэтому Дуадан с ней об этом не говорил. Но было и кое-что еще. Кое-что, о чем не знал старший. Совершенно особенное украшение, полученное в подарок от мауравана, с которым она целое лето ходила на охоту. Она глубоко вздохнула и задумалась над тем, как убрать последний, самый нестираемый след. Тот, который должен был навеки стать с ней единым целым. Если тролли найдут ее, то этот подарок выдаст им, откуда она пришла, даже после того, как ледяная вода сотрет все запахи. Веки потяжелели, мир вокруг нее поплыл. Думай, Нандалее, думай!

То, что тролли хотели большего, чем просто получить ее, было для Нандалее очевидно. Ни на кого не охотятся целым войском! Это военный поход, и она подвергнет опасности весь клан, если ей не удастся уничтожить подарок мауравана.

И в этот миг она очнулась от оцепенения. Тревога заставила ее сердце забиться быстрее, она сжала руки в кулаки, затем разжала онемевшие пальцы. Поддаться усталости, закрыть сейчас глаза — значит предать все, что она любила. Охота еще не закончилась!

Когда руки снова обрели способность чувствовать, она ухватилась за корень и вылезла из воды. Мучительно медленно выбиралась эльфийка из темного ручья. Длинные волосы примерзли к лицу, пропитавшаяся водой одежда похрустывала при каждом движении. Похожий на белый мох иней рос на оленьей коже ее штанов, плащ тяжелым свинцом давил на плечи. Все ее движения были замедлены, отвоеваны у смерти, которая была так близко, что она затылком чувствовала ее дыхание. Эльфийка поглядела на красноватый отблеск, сверкавший за деревьями. Большой костер, у которого тролли зажигали факелы. Он сотрет все следы. Действительно все! Нужно просто набраться смелости.

На негнущихся ногах она пошла между деревьями. Повсюду снег был истоптан, но троллей не было видно. Они поднялись за ней по крутому склону. Скоро они начнут искать ее вдоль ручья и найдут ее след.

Под одной из сосен она замерла и принялась наблюдать за поляной, на которой горел костер. Он уже наполовину осел, но по-прежнему был велик. Его разожгли не с помощью веток, а с помощью расколотых стволов деревьев.

Нандалее хотелось тепла. Она дрожала от холода. Искра жизни внутри нее почти угасла. Ей нужно к огню!

Совсем рядом с ветки упал снег, и эльфийка вздрогнула. Ничто не шевелилось. Тетива сорвалась с ее лука, и она не сможет натянуть новую. Даже потеряв сознание, она не выпустила оружие из рук.

Выше по склону она увидела факелы. Большинство из них собралось вдоль течения ручья. Дольше ждать нельзя. Нандалее вышла на поляну. Она была готова услышать рев тролля, спрятавшегося среди деревьев. В воздухе кружились одинокие снежинки. Все было спокойно.

Приятно было чувствовать на лице жар от огня. Пока что она находилась на расстоянии шагов десяти, но тепло ощущала уже сейчас. Снег растаял, образовав большой круг на земле, пожухлая бурая трава освободилась от зимнего савана, ноги троллей истоптали землю, превратив ее в грязь, в небо взлетали искры. Холод шипами вцепился в ее тело, все болело, но жара так манила, обещая покончить с болью. Нандалее подошла ближе. Отчаянно вздохнув, она швырнула в огонь лук, столько лет сопровождавший ее на охоте.

Пальцы по-прежнему отказывались повиноваться ей. Несмотря на то что ей удавалось сжать их, движение оставалось неловким. Она перерезала ремешок колчана и тоже швырнула его в огонь. Со шнуровкой своего жилета она возиться не стала, просто вспорола его и сбросила на землю. Полоса одежды между сапогами и брюками затвердела от тающего льда. И снова на помощь пришел нож.

Разрез, еще разрез, перемежаемый неловкими попытками что-либо стянуть с себя, она освободилась от одежды и швырнула все в огонь. Из раны на бедре сочилась слабая струйка крови, но боли она не чувствовала. Нога онемела от холода, словно уже и не принадлежала ей. Эльфийка безучастно наблюдала за тем, как по обнаженной ноге текла кровь. По татуировке на икре и бедре. По стилизованному оленю в прыжке. Дар мауравана, которого она выбрала себе в качестве спутника на одно лето. Он был искусным художником. Эльфийка вздохнула. Этот след стереть невозможно. Она была Бегущей с ветром, до мозга костей. Тролли сумели бы выяснить это. Если только…

Она поглядела на огонь. Из огня торчали наполовину обуглившиеся стволы деревьев. Огонь медленно утихал, но жара была по-прежнему сильной. В сердце костра наверняка все еще можно плавить металл. Более чем достаточно для того, чтобы покончить со всеми ее тревогами.

Она сделала шаг к огню. Тепло так манило ее обнаженное тело. Но только в первый миг. В оттаивающих конечностях проснулась замороженная холодом боль. Нандалее закрыла глаза и пошла дальше, к куче углей. Она защитит свой клан. Ее след оборвется здесь. Тролли никогда не узнают, откуда она пришла!

— Довольно недостойный конец столь замечательного побега.

Голос раздался у нее за спиной. Теперь Нандалее стояла настолько близко к огню, что кожа ее начала краснеть. Она озадаченно обернулась. На краю поляны стоял эльф и приветливо махал ей рукой.

— Могу я предложить тебе сделать несколько шагов в мою сторону, прежде чем ты окончательно выберешь свою судьбу? Если ты позволишь, я останусь на месте, чтобы все это впоследствии не было расценено как неуклюжая попытка приблизиться к весьма привлекательной и к тому же неодетой даме. Язычок у моей спутницы иногда подобен обоюдоострому кинжалу.

Нандалее была настолько смущена, что застыла на месте, во все глаза глядя на собеседника. На эльфе был легкий, покрытый белым лаком кожаный доспех, две перевязи перекрещивались на его груди. Он нагло улыбался, совершенно неприкрыто разглядывая ее. Нандалее с неприязнью осознала собственную наготу, но подавила в себе рефлекс прикрыть срамное место, из опасения показаться незнакомцу еще более смешной. Спутницы, о которой он говорил, Нандалее не увидела. Откуда он? Она слишком устала, чтобы ясно мыслить. Может быть, ее чувства обманывают ее и никакого незнакомца не существует? Нет, наверняка нет. В час собственной смерти она наверняка не станет думать о бесстыжем бродяге, пользующемся ее положением!

Эльф отвесил ей подчеркнуто преувеличенный поклон и протянул руку, словно приглашая на танец.

— Прошу, драгоценная моя, отойди немного от огня. Жар пожирает твои волосы. Пройдет не одна луна, прежде чем этот ущерб будет возмещен.

Нандалее чувствовала запах. Ее волосы! Эльфийка отпрянула от огня, но прямо к незнакомцу не пошла. Она уже догадывалась, кем он может оказаться. Его одежда под кожаным доспехом была чересчур легкой. На нем был длинный шелковый плащ со стоячим воротничком и просторные белые брюки. Плюс еще это высокомерие… Он безродный! Один из тех, кто посвятил себя драконам.

Низкий рокочущий звук покончил со всеми ее размышлениями. Из темноты леса вышли два тролля. Нандалее немного отвернулась, чтобы они не видели татуировку. Огромные воины были вооружены копьями, древка которых были толщиной в руку. Острия они закалили в огне. Примитивное оружие, но в руках троллей — смертоносное.

Чужак приветливо обратился к ним обоим. Он владеет их языком! Значит, драконники водятся и с троллями! Это вполне вписывалось в те истории, которые ей доводилось слышать о безродных!

Казалось, оба тролля были столь же удивлены, как и сама Нандалее. Они замерли, нерешительно глядя на эльфа. Интересно, что сказал им драконник? Нандалее крепче обхватила нож, которым резала замерзшую одежду, и отошла назад. Оружие не поможет ей, она это знала. С тем же успехом она могла выйти против тролльских воинов с голубиным пером в руке.

Один из троллей что-то пролаял. Из леса ответили голоса, послышался звук ломающихся веток, от реки стали приближаться факелы. Там тоже слышались крики.

— Похоже, твои дипломатические ухищрения не приносят плодов, Гонвалон, — в тени сосны показалась стройная темноволосая эльфийка. Источая самоуверенное спокойствие, она пошла навстречу троллям. У нее не было оружия, и ее шаги не оставляли следов на снегу. Она казалась хрупкой, как кристаллик льда. И такой же холодной. Пугающей.

Нандалее содрогнулась. Предчувствие скорой беды захлестнуло ее. Эльфийка не удостоила ее даже взглядом. Она опустилась на землю между ней и троллями, как будто занимала место в палатке, где всегда была желанным гостем.

В тот же миг эльф, которого черноволосая назвала Гонвалоном, отбросил в сторону свое жеманное манерничанье и побежал к Нандалее. Не заботясь больше об этикете, он схватил ее.

— Беги! Там есть и другие. Нам нельзя терять времени!

Нандалее не могла отвести взгляд от воительницы. Ее платье было белым, как свежевыпавший снег. Оно облегало ее тело, словно вторая кожа. Длинную шею эльфийки скрывал высокий стоячий воротник. В свете звезд сверкала серебряная вышивка.

— Да идем же скорее! — Гонвалон потянул ее за собой. Она уступила, не сводя взгляда с воительницы. Темноволосая сидела на снегу, словно собираясь медитировать — руки на коленях, спина прямая, шея вытянута. Ветер трепал ее распущенные волосы.

— Она чародейка?

— Нет, это Айлин, — ответил Гонвалон, как будто этим все было сказано. Они ступили под тень деревьев. Где-то впереди фыркнула лошадь.

— Что она делает?

— Дает этим двоим возможность не нападать на нее.

— Что? Это же полное…

— Со зверями у нее получается поразительно хорошо.

— Но это же тролли! Ты ведь не хочешь сказать, что она сумеет справиться с двумя…

Гонвалон пожал плечами.

— Думаю, сейчас она впервые пробует этот трюк с троллями.

Нандалее вырвалась.

— Мы должны вернуться и помочь ей! — Теперь оба тролля стояли прямо перед эльфийкой. Они тоже казались удивленными. Один ткнул ее, словно решив удостовериться, что она на самом деле существует. Торс эльфийки покачнулся.

Второй тролль зарычал на нее. Низкий звук проник в самое нутро Нандалее.

— Она делает это ради тебя, и ты не станешь все портить, возвращаясь обратно!

Кричавший тролль плюнул эльфийке в лицо.

Перед ними в лесу послышался глухой стук подков. Лошади? Какая глупость! В глубоком снегу они слишком медлительны. Может быть, пару часов они выиграют, но тролли нагонят их.

Тролль, кричавший на черноволосую эльфийку, теперь поднес к ее лицу острие своего массивного копья и ткнул им ей в лоб. Эльфийка снова слегка отклонилась назад. Нандалее видела, что теперь у нее шла кровь. Тролль рассмеялся, схватил оружие обеими руками и размахнулся, чтобы могучим движением насадить эльфийку на копье.

Черноволосая сделала перекат назад. Нога с такой силой ударила острие копья, что оно ушло вверх. Плавным движением она вскочила на ноги, схватила нижний конец копья и рванула его на себя, нацелив острие в шею тролля. Один шаг — и оружие с такой силой прошло сквозь горло воина, что зачерненное в огне острие вышло с другой стороны шеи.

И прежде чем великан рухнул мертвым на снег, эльфийка снова заняла свою позицию. Ее руки спокойно лежали на коленях ладонями вверх. Она казалась совершенно спокойной, словно ничего не произошло.

Второй тролль схватил свое копье, как булаву, и попытался снести ей голову с плеч. Эльфийка сильно наклонилась вперед. Удар пронесся на волосок от нее. Великан стоял перед ней, широко расставив ноги, и Нандалее с ужасом увидела, что на поляну устремились новые воины.

Сопение заставило Нандалее обернуться. Перед ней стояла не лошадь, как она предполагала, а пегас. Огромный крылатый вороной.

— Садись! — приказал Гонвалон.

Она поглядела на жеребца, не зная даже, как к нему подойти. Из боков пегаса росли крепкие черные крылья.

Гонвалон разочарованно покачал головой, а затем запрыгнул на круп жеребца. Там, где у других лошадей обычно пристегнуто седло, лежал широкий кусок плотной кожи, к которому были пришиты несколько регулируемых с помощью пряжек петель. Гонвалон просунул ноги в две петли и взял в руки длинные, увешанные серебряными амулетами поводья. Эльф протянул ей руку.

— Давай, запрыгивай!

Нандалее повиновалась. Слегка покачнувшись, она приземлилась на седло.

— Просовывай ноги в петли! — крикнул Гонвалон, в то время как вороной перешел на легкую рысь. — И обхвати меня руками за бедра!

Пегас выскочил на поляну и расправил крылья. Они с силой опускались и поднимались, а крылатый конь несся все быстрее. Нандалее послушалась приказа и вцепилась в Гонвалона. Отчаянная попытка подняться в небо напоминала лебедя, за которым она наблюдала некоторое время назад. Семь или восемь раз он тщетно пытался взлететь со слишком маленького пруда. А поляна была не просто маленькой. Из леса выбегало все больше и больше троллей.

В них полетели копья и куски льда, но пегас продолжал мчаться на троллей, словно никакой опасности от них не исходило. Воительницы в белых одеждах Нандалее уже не видела.

Какой-то гигантский тролль махал руками и отдавал приказы. Его лысая голова была вымазана сажей, и из-за этого он сильно отличался от остальных. Вокруг него собрались тролли с массивными копьями, и, очевидно, он отдавал своим воинам указание образовать заграждение из копий. Воины подчинились, поставили один конец оружия в снег, поддерживая его отставленной назад левой ногой.

Нандалее задержала дыхание. Они неслись прямо на стену копий и, к ее безмолвному ужасу, ни капли не замедляли скорость. Она хотела было разжать руки и спрыгнуть, но Гонвалон заметил это и схватил ее железной хваткой.

— У нас получится! — крикнул он с уверенностью, казавшейся насмешкой над фактами.

Над ними прозвучало пронзительное ржание. В воздухе! Нандалее подняла голову и увидела еще одного пегаса, на этот раз белого, падающего вниз с ночного неба, словно сокол. Он атаковал троллей с копьями. Его тяжелые копыта били по головам, стена из копий распалась. Тролли испуганно бросались на землю, и только воин с измазанным пеплом лицом схватил копье и метнул в пегаса. Крылатый конь попытался увернуться от каменного острия. Внутри у Нандалее все подскочило. Вороной поднимался. Наконец-то они взлетели! В тот же миг копье попало в белого жеребца, оставив на его боку кровавую борозду. Пегас встал на дыбы в полете, запрокинул голову и снова заржал. В звуке этом слились воедино боль и жажда сражения.

Со спины коня соскользнули длинные поводья. Один из троллей потянулся к ним. Над ним появилась фигура в белоснежном платье — Айлин! Пинок в подколенную впадину подкосил воина прежде, чем тот успел схватить поводья, удар тыльной стороной ладони выше бедра — опрокинул навзничь.

Белый пегас заложил крутой вираж и пролетел настолько близко над землей, что его крылья подняли вверх мелкую снежную крошку.

Эльфийка сделала сальто спиной вперед и приземлилась на плечи одного из упавших троллей. Великан вскочил и попытался схватить ее, но воительница воспользовалась силой его движения, чтобы сделать второй прыжок, поднявший ее высоко вверх. В тот же миг, когда Айлин ухватила поводья жеребца, Нандалее увидела боевой молот. С головкой больше ее предплечья, он вращался вокруг своей оси, описал дугу и угодил пегасу прямо под ноздри. Сила удара отшвырнула в сторону крылатого коня. Он перевернулся в воздухе, сильно ударился оземь и собственным массивным телом раздавил одно крыло.

Застыв от ужаса, Нандалее наблюдала за тем, как Айлин выпустила поводья, как ей удалось приземлиться на ноги.

— Мы должны спасти ее!

— Нет, — твердо сказал Гонвалон, в то время как черный жеребец летел дальше к звездам и они все быстрее набирали высоту. — Ночнокрылому и так тяжело.

— Но… Ты ведь не можешь просто бросить ее! — Нандалее поглядела вниз. Тролли образовали большой круг вокруг Айлин, сидевшей рядом со своим пегасом и гладившей умирающее животное.

— Она бы не хотела этого, — твердым голосом произнес Гонвалон. — На моем месте она приняла бы точно такое же решение. Важна только ты. Нашей задачей было привести тебя, если ты достойна… — Казалось, он на миг задумался, а затем добавил: — А ты достойна.


Вначале | Логово дракона. Обретенная сила | Бессмертный