home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ОН

ОН повертел кинжал в руках, дивясь оружию, которое принесла ему выжившая эльфийка. Ливианна. Она спешила убраться. Возможно, она снова где-то защищает ребенка, которого в конце концов все равно убьет. Она сошла с ума! Но ЕМУ все равно. Она очень хорошая служанка, никогда не разочаровывала ЕГО. В отличие от Талинвин. Она смогла бы добиться большего, если бы была не такой тщеславной и несдержанной. Какое ЕМУ дело до потери одной юной драконницы, пока у НЕГО есть Ливианна?

На миг ОН задумался о том, что Гонвалон все еще не вернулся с докладом о своей миссии. Случилось ли то, что ОН предвидел? Мертва ли Айлин?

Она досаждала, поскольку стала могущественной и служила не ЕМУ. А вот строптивая маленькая эльфийка из Карандамона значения не имеет. Для НЕГО всегда важно было просто избавиться от Айлин. Гонвалон наверняка скоро придет. Эльф, по крайней мере, никогда не разочаровывал ЕГО.

ОН подумал о будущем. О СВОИХ великих планах. Затем снова поглядел на кинжал. Отчетливо почувствовал темную, чуждую магию, вплетенную в металл, — оружие, созданное для того, чтобы лишать вечной жизни.

Клинок кинжала покрывал неровный серо-голубой узор. ЕМУ была ведома кузнечная техника, с помощью которой создавалась такая сталь — гибкая, но крепкая. Ее практически невозможно сломать. Эти волны соединяли магию, пронизывавшую все. Оружие никогда не нужно было точить, и не было ничего, что могло бы противостоять ему. Удар таким кинжалом был смертельным, и все равно, чем ты вооружаешься — лучшей сталью, или магией, или и тем и другим одновременно.

ОН положил кинжал на плоский камень, на котором по кругу было вырезано восемь символов. Каждый из символов означал одного из упрямых. Всех восьмерых можно было застать без свидетелей, если найти подходящий момент. Они считали себя неприкосновенными.

ОН улыбнулся. Этот кинжал научит одного из них уму-разуму. Каждый из этих восьми был виноват в том, что мир замер в летаргическом сне. Именно они вынудили ЕГО ступить на другой путь. Они сами виноваты в том, что произойдет теперь.

Может быть, они даже знают об этом? При мысли об этом ОН вздрогнул. Может быть, они ждут ЕГО действий, чтобы уничтожить ЕГО?

Подобные действия звучат в унисон с их летаргией. Они перестали действовать, они только реагируют. И даже до этого снисходят крайне редко. Как они могут пассивно наблюдать за тем, что происходит в Нангоге? За тем, как нарушается древний пакт?

ОН щелкнул по рукояти кинжала, и оружие завращалось так быстро, что превратилось в сверкающий серебром диск. Может быть, их неспособность принимать решения заразила и ЕГО? Почему ОН решил предоставить судьбе выбирать, на кого укажет острие кинжала? Не мудрее ли принять решение самому? Но если это сделает ОН, то, возможно, на пути у него встанут собственные симпатии. А это должно быть исключено! К большинству из восьми ОН не испытывал глубокой неприязни. Было сложно не поддаться влиянию их харизмы.

Клинок стал замедляться. Вот он слегка покачнулся. Рукоять кинжала была вырезана из китового зуба и заканчивалась львиной головой. В отличие от клинка, эта часть была преходящей.

Кинжал вращался все сильнее, иногда его острие касалось скалы. Когда движение завершилось, клинок не указывал четко на один из восьми знаков. Но результат был достаточно однозначен. Это был последний из добавленных ИМ знаков. Тот, относительно которого ОН колебался дольше всего.

Если ОН навестит ее, это вызовет подозрения. Несмотря на то что ее без всякого сомнения можно было причислить к безразличным, по отношению к ней ОН никогда не испытывал гнева. Значок ее имени был только потому вырезан в камне, что требовалось сохранить симметрию, чтобы разделить задуманный круг на восемь равных частей. ОН негромко выругался. Не было необходимости в симметричном круге! Просто у НЕГО была склонность к тому, чтобы делать вещи симметричными.

Запустить ли кинжал еще раз или просто выбрать другое имя? Нет! ОН не должен в самом начале пути оспаривать принятые решения. Так ЕМУ никогда не достигнуть цели. Кинжал решил, чья кровь должна быть пролита. Он даст себе еще немного времени, но решение принято. Теперь нужно подумать о том, каким образом стереть СВОЙ след.

Он поглядел на большой меч, который стоял прислоненным к стене. Смертоносный вернулся, его проклятие настигло Талинвин. Драконники твердо верили в то, что меч оборачивался против собственного хозяина, если не поить его душами убитых врагов. Они были поразительно суеверными. Если бы Талинвин выбрала другое оружие или другого учителя — поскольку на ее мастере меча Гонвалоне якобы лежало проклятие, — возможно, она бы вернулась. Можно было посмотреть на вещи трезвым взглядом или признаться себе, что Талинвин отправилась на миссию, шансы выжить во время которой были очень малы. Но ЕМУ было только на руку, что драконники суеверны и не подвергают то, что им поручено, сомнению.

ОН удовлетворенно оглядел оружие. Массивный двуручный меч был ЕГО шедевром. ОН вложил в сталь все свои темные чувства. Но проклятия не вплетал. По крайней мере, осознанно. ОН слишком хорошо знал, что могут возникнуть нежелательные феномены, если матрица заклинаний станет слишком плотной и различные заклинания начнут влиять друг на друга.

ОН потянулся к биденхандеру, проверяя, взвесил его в руке. Клинок был слишком тяжелым — сражаться им было нелегко, но достаточно длинным, чтобы пронзить сердце дракона. В точности так, как ОН видел в серебряной чаше, разрывающей завесу, за которой скрывается будущее. Чаша показала ЕМУ меч и руку, которая его сжимает. Точеную и в то же время сильную руку, вокруг которой обвивается змей.

ОН знал, кого убьет клинок.

Тело нельзя было спутать.

Увидев эту картину, ОН создал Смертоносного. ОН взял судьбу в свои руки. ОН формирует будущее.

ОН с грустью поглядел на кинжал. «Нет, — подумал ОН, — колебаться Я не стану. Я сделаю то, что нужно».


Опасные мысли | Логово дракона. Обретенная сила | Незримое око