home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Деревенщина

— Кстати, милая моя, поражение не предусмотрено.

Прощальные слова дракона все никак не шли из головы Ливианны. Как и прежде, она не была уверена в том, что видеть в этом: шутку или подспудную угрозу. Она была одна в мрачном лесу, в отдаленном уголке Друсны, куда практически никогда не ступала нога эльфа, и она сознавала, что здесь ей никто не поможет. Если бы все шло по воле альвов, ей действительно не стоило бы здесь находиться. Но дракон убедил ее, причем давным-давно. Чтобы быть готовым к грядущим битвам с девантарами, они должны знать, что произошло с Пурпурным, тем небесным змеем, который давным-давно бесследно исчез в лесах Друсны. Что убило его? Кто? Ливианна не могла понять, почему альвы до сих пор не нашли ответов на эти вопросы. Да, Пурпурному нельзя было уходить в мир людей… Но того, что они не проявили никакого интереса к его судьбе, эльфийка не понимала. Или в конце концов это альвы покарали Пурпурного за его проступок? Она выяснит это!

Ливианна наслаждалась своими миссиями. Не общением с детьми человеческими. Она наслаждалась опасностью. Она облагораживала жизнь, делала драгоценным каждый удар сердца. Может быть, к следующему рассвету она уже будет мертва? Никто не будет скучать по ней. От драконников она ушла, когда забеременела, а после смерти своего безымянного сына еще не возвращалась к своим братьям по оружию в Белый чертог. Большинство из них ничего не знали о небольшой группе, совершавшей вылазки в мир людей и собиравшей знание, которое однажды станет важным, если дело дойдет до войны с девантарами. По крайней мере, она верила в это. Никто из них не рассказывал о своих миссиях по поручению небесных змеев. Может быть, все мастера Белого чертога уже однажды бывали на Дайе? Но уверенности у нее не было.

Ливианна шла сквозь туман. Для того, чтобы выжить здесь, на Дайе, требовалась некоторая сноровка. У девантаров тоже были охотники, как и у небесных змеев. С гордостью и испугом она вспоминала о Человеке-вепре, от которого едва ушла.

Она ходила босиком. Белое платье позволяло ей практически полностью сливаться с полосами тумана. Сквозь чужой мир ее вела магия. Она была здесь уже не первый день, наблюдая за ним. За одним из варварских князей Друсны. Воин был выше ее больше чем на голову, по меньшей мере вдвое тяжелее и довольно красив. К сожалению, он не менял одежды самое меньшее целую луну. Подбираясь к нему ближе чем на сотню шагов, можно было ориентироваться исключительно по запаху, с улыбкой подумала эльфийка. Они верили, что чрезмерная чистота может привести к лихорадке. Ливианна подумала о своих планах на его счет. Убедительность потребует некоторых усилий. Но суеверия друснийцев могут пригодиться. Он был словно создан для встречи с магией.

Местные называли это место Лесом Духов. Они лишь изредка приходили сюда. Только когда хоронили мертвецов или отмечали свои невежественные праздники в священной роще. И не боялись этого места, похоже, только двое жрецов, стражи рощи. Их князю пришлось прийти сюда. Он был воином, несмотря на то что шрамы на его руках, по мнению Ливианны, не являлись особым свидетельством большой ловкости. Но Друсна смотрела на это иначе. Возвращавшийся из сражения без шрамов считался трусом. В Друсне действовал весьма странный кодекс чести. Они убивали врагов, только если они были по меньшей мере равны им в бою. Ливианна полагала, что это легкомысленно.

Похоже, они были уверены в том, что души тех, кого они убили в бою, следовали за ними. И было важно прийти в Лес Духов, чтобы очиститься. Это могло произойти с помощью дыма или воды. Она усмехнулась. Может быть, все же существует надежда на то, что он будет вымыт, когда они предстанут друг перед другом.

Только после ритуала очищения воин мог войти в одно из поселений. И только после этого мог лечь в постель с женщиной. С ним будет легче легкого. Ее князь очень давно не был с женщиной. Эти идиоты верят, что души убитых могут войти в тело нерожденного ребенка, если не выполнен ритуал очищения.

На нее из тумана таращилась рожа. Вдалеке раздался звук, похожий на глухой перезвон колокольчиков. Варвары вырезали на стволах деревьев лица, вставляли вместо глаз кроваво-красные камни, которые нарастающая кора обхватывала, словно веки.

Снова раздался глухой звон колокола. Ветви шумели на ветру Листья шептали о тайнах мертвецов, похороненных среди них. Ливианна чувствовала их запах, запах трупов! Они лежали на деревянных помостах, высоко в ветвях самых старых деревьев. Лесные звери поедали тела. А то, что не съедали стервятники, разлагалось.

Ливианна застыла, впитывая в себя лес. Ветер закручивал туман. То и дело ветви пронизывал серебряный луч света. Высоко в небе, скрытая от ее взгляда, во всем своем великолепии светила луна. Стоял прохладный осенний вечер. Вязкий черный лесной грунт выдыхал тепло дня, отдавая его ночи.

Она открыла свое Незримое око. Ни один зверь не шевелился, несмотря на то что она могла чувствовать ауры лесных жителей. Они казались напуганными. Она и сама чувствовала, что в этом лесу действуют чужие силы. Люди не плели заклинаний, это эльфийка знала совершенно точно. Но здесь, в Друсне, люди были уверены в том, что в лесах живут боги. И духи.

Ливианна видела силовые линии, тянувшиеся к расположенной неподалеку звезде альвов. Совсем рядом, неподалеку от магических врат, друснийцы поставили менгир. Серый камень, совершенно не похожий ни на что на многие мили вокруг. Подо мхом, росшим на нем, в его истерзанной непогодой поверхности были вырезаны спирали. Узор подхватывал часть силы звезды альвов и переводил ее в окружающие деревья. Какой цели это служило, Ливианна понять не могла, но сомнений в том, что здесь действуют заклинания, не было. Ее заклинание тоже усиливалось силами леса и менгира.

Ливианна обнаружила Лес Духов три дня назад и с тех пор наблюдала за ним. До этого она бродила по лесам Друсны больше недели и убедилась в том, что за ней никто не следит. Она сознавала, что рано или поздно привлечет внимание девантара. Возможно, они способны идти по следам, которые оставляла магия, невидимая для людей, в узоре силовых линий, пронизывавшем все миры. Поэтому она плела заклинания лишь изредка. И совершила всего одно убийство. Это было неизбежно. Она поймала свинопаса и почерпнула от него основные знания о народе друснийцев и их суевериях. И, в первую очередь, их язык. К сожалению, большинство людей плохо переносили то, что их головы опустошались. Кроме того, сплетаемое ею заклинание вытягивало из жертвы жизненную силу. Ливианна сожгла труп свинопаса. Вид его тела после завершения заклинания наверняка вызвал бы некоторый переполох среди друснийцев. Останки парня покоились глубоко в лесном грунте под слоем камней. Никто никогда не найдет его.

Но с этим князем все будет иначе. Когда она получит все, что хочет, она не станет убивать его, она оставит на нем метку. Так хотел дракон, и ей тоже нравилась мысль о том ужасе, который будет сеять вокруг себя воин, прежде чем умрет.

Эльфийка пошла дальше, следуя за глухим звучанием. Теперь похожие звуки доносились и из других направлений. Они казались какими-то ненастоящими. Не совсем прочно связанными с миром живых. Так звучали деревья мертвых.

Ливианна пригнулась, проходя под упавшим дубом, спутанные корни которого даже после смерти крепко сжимали комья земли, вырванной во время падения.

Эльфийка замерла рядом со стволом. Она знала, что святилище на поляне находится не далее чем в двадцати шагах, несмотря на то что плывущие в воздухе полосы тумана скрывали его от ее взгляда.

Святилище расположилось среди деревьев с обрубленными кронами. Это был лабиринт из сплетенных между собой ветвей. Часть этих веток даже еще была жива. Ливианна еще никогда не отваживалась входить внутрь. Это место было пронизано чужеродной магией. Ловить свою жертву там было бы крайне легкомысленно. Здесь, снаружи, это было надежнее.

Она прислонилась к поросшей плющом скале и стала ждать. Обратно в поселение воин пойдет мимо нее. На камне было вырезано изображение. Грубые линии. Они изображали крылатую женщину, наносящую удар копьем. Острие оружия было скрыто под плющом. Интересно, против какого чудовища сражалась эта женщина? Может быть, против девантара? Ливианна попыталась сорвать плющ… А потом передумала. Разумнее оставлять как можно меньше следов.

Она обратила внимание на упавший дуб, принялась разглядывать разбитые помосты в ветвях. Череп, с которого наряду с высохшими кусками кожи свисали пряди белоснежных волос, лежал так близко, что она могла бы коснуться его ногой. Затянутые сине-зеленой патиной бронзовые трубки смешивались с разбитыми ребрами. На деревья мертвецов вешали музыку ветра, начинавшую звучать при малейшем дуновении бриза. Интересно, сколько крестьян знают о том, откуда берутся жуткие звуки леса? Вот, например, ее свинопас не знал. Он был совершенно убежден в том, что в этих лесах мертвые разговаривают с живущими.

Тишину Леса Духов нарушал плеск воды. Воин приступил к ритуальному омовению. Или они просто поливают себя водой? Кто знает эти варварские обычаи? Ее свинопас не знал; он никогда не бывал внутри лабиринта из сплетенных ветвей. Скоро, очень скоро она поглядит на запретную святыню через воина.

Ливианна закрыла глаза и стала единым целым с лесом вокруг. С травой под ногами, червями и жуками под корой упавшего дуба. С мышью, затаившейся неподалеку у входа в свою нору. Она чувствовала всю жизнь. Она постепенно расширяла радиус. Но узор магии вокруг себя не меняла. Она впитывала его в себя. Теперь она чувствовала воина. Даже его сильное сердцебиение. Он как раз натягивал свои плохо скроенные штаны. И вдруг замер на полдороге, словно почувствовав ее присутствие. Потерял равновесие. Запрыгав на одной ноге, принялся бороться с собственными штанами.

Эльфийка решила немного подойти к нему. Лес расплывался у нее перед глазами. Она тяжело дышала, тело перестало подчиняться. Она рухнула на колени, задрожав всем телом. Не сейчас, успела подумать она, поспешно уходя в туман. Поляна изменилась. Теперь храм стоял на пологом холме. Обрубленные деревья лишились коры, их стволы сверкали в ночи, словно кости. Некоторые стволы были покрыты резьбой. Примитивная работа, неверные пропорции, изображавшие слишком высоких людей, животных на ходулях и цветы. Кроме того, на деревьях, казалось, вырезаны какие-то письмена.

Лес вокруг нее изменился. Стал гуще. С деревьев свисали полоски ткани, рога для вина и различное оружие, с негромким звоном ударявшееся друг о друга. Там, где еще только что лежал поваленный дуб, теперь стоял дуб, на котором висел большой медный котел отверстием вниз. Внутри у него, похожий на язык колокола, раскачивался черпак.

Поляну покрывали заросли папоротника. Сквозь них пробиралась, склонившись, девочка с бледным лицом и золотисторыжими волосами. На ней была черная рубашка и темные штаны. Она двигалась необычайно ловко для дочери человеческой. Все ее внимание было сосредоточено на святилище. После недолгих колебаний она протиснулась сквозь узкий вход и исчезла. Внезапно Ливианне показалось, что она падает. Лес вокруг нее утонул во тьме. Всего на вдох. А потом ее снова окутал туман. Она упала на колени и теперь стояла на мягком лесном грунте. Видения захлестывали ее не впервые. Она стала свидетельницей одного из грядущих событий, которые произойдут у этого святилища. Юная девушка повлияет на судьбу Альвенмарка, в этом Ливианна была совершенно уверена. Однако оценить, когда случится увиденное, она не могла.

Пальцы Ливианны зарылись в темный лесной грунт. Послышались шаги. Видение померкло. Она никогда не знала, сколько времени прошло, возвращаясь из непрошеных вылазок в будущее.

Она хотела встать, когда перед ней внезапно оказался мужчина. Воин. Он казался по меньшей мере настолько же пораженным, как и она.

— Кто ты?

Вместо ответа она улыбнулась хорошо заученной улыбкой.

Он протянул ей руку. На варварский лад он выглядел даже хорошо. На воине были только штаны, торс был обнажен. На коже еще блестели капельки воды после ритуального омовения. Светло-русые волосы были распущены, они густыми прядями спадали на плечи. Взъерошенная, неровно постриженная борода придавала ему лихой вид. В золотистой бороде блестели белые зубы.

— Такая красивая женщина не должна находиться в Лесу Духов одна.

— Мне кажется, это для меня самое подходящее место, — еще одна кокетливая улыбка. — Я не жалею, что повстречалась с тобой, — Ливианна осознавала, что говорит с небрежным, деревенским акцентом, сильно контрастирующим с ее дорогим платьем и вообще всем обликом.

— Кто ты?

— Ливианна.

Он нахмурился.

— Это нездешнее имя.

Ради альвов! У этих лесных людей что, мозги как у куриц? Он вообще стоит того? Ее наставник хотел знать истории, которые рассказывали друг другу люди о драконах. Свинопас почти ничего не знал. А вот благородный воин, проведший детство при дворе, куда регулярно приезжали путешественники, стал бы настоящим кладезем сокровищ. Она не должна колебаться!

Ливианна поднялась и провела рукой по его груди. Маленькие черные комочки земли запутались в растущих там волосах. Он резко вздохнул.

— Ты боишься чужестранцев?

Воин рассмеялся, но в его смехе отчетливо слышалась неуверенность.

— Неужели я похож на того, кто чего-либо боится? Я только что вернулся с войны. Убил троих врагов. Высоких, статных мужчин. Воинов, которые стоили того, чтобы скрестить с ними клинки.

Рука Ливианны скользнула к мечу, висевшему у него на поясе. Кончики ее пальцев гладили широкую рукоять оружия.

— Этим мечом ты пролил кровь?

— Да, — его голос звучал глухо.

Ее рука спустилась немного ниже, обхватила пропитанную и потемневшую от пота рукоять и принялась играючи водить пальцами вверх и вниз по ней.

— И каково это: убить человека?

— Неприятно.

Его ответ удивил ее. Она остановилась, подняла голову и поглядела на него. Он дразнит ее? Нет, он казался серьезным.

— Если я убиваю плохого воина, то чувствую себя оскорбленным, поскольку халтурщик считался достойным того, чтобы сражаться с ним. А если встречаю достойного противника, то победа оставляет горький привкус, потому что такой человек не должен был окончить свои дни в пыли поля битвы.

Провинциальный философ, забавно, подумала Ливианна. Она снова погладила его по груди.

— Ты кажешься очень сильным. Наверняка нечасто встречаешь достойного противника.

Он схватил ее за бедра и безо всяких усилий поднял вверх.

— Верно, красавица моя. И я еще никогда прежде не встречал женщины, подобной тебе. Кроме как в южных городах, где некоторые женщины продают себя за пару медных монет. Но они не так прекрасны, как ты, — он посмотрел ей в глаза и улыбнулся. — Чего ты хочешь от меня?

Она обхватила его руками за шею и поцеловала. Пока что она не вкладывала никакой магии в поцелуй. Губы воина были сладкими на вкус. В его дыхании чувствовался вкус лесного меда. Он ответил на поцелуй. Бурно. Левая рука его поднялась выше, забираясь под платье.

Ливианна высвободилась.

— Люби меня, — он по-прежнему держал ее в руках. Дыхание его было прерывистым. Вместо ответа он покрыл ее шею и лицо поцелуями. Борода щекотала кожу.

— Идем немного дальше в лес, — прошептала она. — Мы слишком близко к святилищу. Мы ведь не хотим обидеть богов.

— Боги понимают любовь, — в его голосе звучало тепло. От него исходил приятный мужской запах.

— И ваши священнослужители тоже? Я не хочу, чтобы они нашли нас обоих так близко от храма. — На самом деле она опасалась, что магия этого места может нарушить заклинание.

— Я видел города, где мужчины и женщины любят друг друга в темных переулках.

— Это было там, где за любовь женщин платят деньги?

Он громко рассмеялся.

— Женщина, у тебя не язык во рту, а кинжал, — он сделал несколько шагов к лесной опушке.

— Боишься, что мои поцелуи могут ранить тебя?

Вместо ответа его губы отыскали ее уста. Он прижал ее спиной к дубу, на котором священнослужители вырезали жуткие рожи. Ливианна сжала его пах. В ближайшее время он не сможет мыслить ясно, удовлетворенно подумала она.

— Идем, здесь неподалеку есть место, где на мху и папоротниках мы сможем устроить себе мягкое ложе.

Он крепко прижимал ее спиной к дубу.

— Это ведь тоже хорошее место.

— Только если тебе все равно, что завтра моя спина будет выглядеть так же, как кора. Или ты хочешь любить меня всего один-единственный раз?

— Я хочу взять тебя с собой в деревню. Я князь. У тебя всего будет вдоволь.

— Ты вспомнишь об этом после того, как я отдамся тебе?

— Я человек чести! — В его голосе сквозило некоторое раздражение.

— А как ты думаешь, кто я?

— Не знаю, — он принялся возиться с ремнем.

— Я тоже княгиня.

Он остановился и принялся разглядывать ее.

— Ты не отсюда. Я знаю дочерей полководцев. Большинство из них столь же прелестны, как шелудивые козы.

— Я княгиня в Другом мире. Я могу призывать туман и повелеваю духами леса, — Ливианна увидела, как дернулся его кадык. Он отпустил ее. — Я здесь потому, что хочу тебя, князь Бозидар. Я наслышана о твоих ратных подвигах, равно как и о любовных.

Он поставил ее на землю и отступил на шаг. Нервно облизнул губы.

— Меня знают в мире духов?

Она рассмеялась и раскинула руки.

— А где ты сейчас? В Лесу Духов! Конечно, тебя знают в мире духов. В этот миг на тебя глядят все твои предки. И поверь мне, большинство их завидуют тебе и моему к тебе расположению. Теперь ты готов немного отойти от деревьев мертвых? Или хочешь, чтобы твой двоюродный дед смотрел, как ты берешь меня?

Он побледнел, краски ушли с его лица.

— Что с тобой, Бозидар? Я потеряла свою красоту? Или тебя оставило мужество?

— Ты не такая, как другие женщины…

Вот они опять, куриные мозги! Оставалось надеяться, что он не будет много говорить, когда они будут любить друг друга. Она скрыла разочарование за соблазнительной улыбкой.

— Верно. Я обещаю тебе такую ночь любви, которой у тебя никогда не было и какой никогда больше не будет. Иди со мной в лес или всю жизнь ломай себе голову над тем, что потерял. Твое имя означает ведь божий дар? Не упусти мгновение, когда боги решили по-настоящему одарить тебя! — Она отвернулась и пошла глубже в лес. Вскоре она услышала за спиной шаги.

— Ты умертвие?

— Разве моя кожа холодна, как у мертвеца?

Он сделал еще несколько шагов, и она почувствовала, что он стоит прямо за ней.

— Почему я?

— Потому что мужчине требуется мужество, чтобы связаться со мной.

Он положил руку на ее плечо. Она обернулась и увидела желание в его глазах. Он снова притянул ее к себе. Она позволила ему обнять себя и ответила на его страстные, необузданные поцелуи.

Ливианна потянула его в папоротники. Он задрал ей платье и неистово обрушился на нее. Она отдалась ему, но принимала участие не полностью. Похоже, Бозидар не заметил этого. Он выбрался из штанов и вел себя довольно неловко, пока она не помогла ему рукой. Он закричал, когда вошел в нее.

Ливианна прошептала слово силы и сплела заклинание. Силу, питавшую ее чары, она взяла у него.


Пернатый дом | Логово дракона. Обретенная сила | Цена ночи