home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3

– Присядем на дорожку, – сказал Влад.

– Присядем на дорожку, – сказал Влад.

Они расположились в обширной гостиной или, как называл её Борисов, каюткомпании, интерьер которой в основном придумывали Маша с Мартой, а мужчины лишь давали советы и высказывали пожелания. Впрочем, следует отдать должное вкусу девушек: то, что получилось – причудливая смесь хайтека и псевдоготики – более или менее устраивало всех.

Цели и сроки были давно определены и слова напутствия сказаны. Развалившись в кресле и закинув ногу за ногу, Мартин спокойно курил сигарету, стряхивая пепел на пол.

– Опять, – укоризненно заметила Маша. – И чего вы, мужики, такие неряхи и лентяи?

– Трудно пользоваться пепельницей, когда в этом нет необходимости, – сказал Мартин. – Ничего, там, у нас, таких самоочищающихся полов нет, быстро отвыкну.

– Вы, главное, быстро возвращайтесь, – сказал Влад.

– Как только, так сразу, – сказал Мартин. – Не волнуйся. Больше необходимого не задержимся. Да и чего переживатьто? Полнолуния теперь ждать не надо – из любого места и в любое время. – Он поддёрнул рукав пиджака вместе с манжетой рубашки и полюбовался на браслетпереходник, замаскированный под модные наручные часы. – Красота.

– Да, – поддержал Женька. – С нашими доморощенными Камнями не сравнить. Всё равно что сверхтехнологии против древней заплесневелой магии.

– Превосходство на каждом шагу, – согласился Никита. – Один синтезатор чего стоит. Альберт Великий вместе со всеми алхимиками нервно курят в коридоре.

– Во времена Альберта Великого в Европе не было табака, – машинально возразил Женька. – Но они всё равно курят, ты прав. Аж дым валит.

– Я не очень хорошо помню, кто такой Альберт Великий, – сказала Маша. – Но и наш ручной Камень на всякий случай взяла бы. В конце концов, это именно с его помощью мы сюда попали.

– Он у меня, – сообщила Марта и похлопала по сумочке.

– Вот и хорошо, – кивнула Маша.

– Всё, – сказал Мартин, вставая с кресла и гася окурок в массивной бронзовой пепельнице, стоящей на столе. – Пора.

«Живая дорожка» доставила всех к залу перехода за пять минут. Мартин и Марта встали в центр серебрящегося посреди зала круга и взялись за руки. Видимо, машинально.

– Готовы? – осведомился Никита, усаживаясь в рабочее кресло напротив пульта. – Настройки прежние. Москва, Лефортовский парк. Сейчас там двадцать три часа тридцать минут. Поздний вечер.

– Жми, – сказал Мартин и поощрительно махнул рукой.

– Поехали! – Никита ткнул пальцем в нужную клавишу.

Воздух вокруг Мартина и Марты покрылся искристой рябью, басовито загудела и лопнула невидимая струна, и вот уже в зале остались четверо, а двое непостижимым образом перешли в другой – безумно далёкий и в то же время совсем близкий и, главное, родной мир.

– Вот никак я всётаки не пойму, – задумчиво произнёс Женька. – Если, к примеру, стартовать отсюда, с этой планеты, на какомнибудь звездолёте, то сколько времени придётся лететь до Земли?

– Наверное, от типа звездолёта зависит, – хмыкнул Никита. – Прости, но я не специалист по звездолётам.

– До Земли отсюда далеко, – сказал Влад. – Жень, ты разве забыл? Оскар рассказывал, что относительно Солнечной системы мы находимся на диаметрально противоположном краю галактики Млечный Путь. Тебе напомнить диаметр нашей галактики?

– Не надо. Ладно, скажем спасибо, что это хоть наша галактика, а то ведь вообще могло забросить на край Вселенной.

– А какая разница? Достаточно знать, что для тоннелей Внезеркалья расстояний не существует. Что километр, что миллион световых лет, что иная реальность – всё едино.

– Тото и удивительно, – сказал Женька. – До сих пор не могу привыкнуть и понять, как это работает.

– И никто не может, – заверил Никита. – Помоему, даже Оскар. То есть понять он не может, а привык наверняка. За миллионто лет!

– Не ломай голову, – посоветовал Влад. – Это как с электричеством. Все им пользуются, но никто не знает, откуда оно берётся и что оно вообще такое.

– Как? – удивилась Маша. – Все знают, что электричество – это… ээ… упорядоченное движение электронов. Нет?

– Стада диких электронов бродили по бескрайним просторам земли, – продекламировал Никита. – Пока не пришёл Фарадей и не упорядочил их и не заставил работать. Всё не так просто, Машенька. Природа электричества действительно не до конца ясна современной науке. И не только электричества.

– Ну вы, ребята, даёте, – сказала Маша. – Я прямо разочарована.

– Извини, так уж вышло, – вздохнул Никита. – Хоть я, как ты понимаешь, не физиктеоретик с учёной степенью, а всего лишь скромный инженер. Кстати, мы тут говорили об Оскаре. Кто и когда видел его последний раз?

– А зачем тебе Оскар? – спросил Женька.

– С ним мне както спокойнее, – пояснил Никита. – Не знаю, как ты, а я ещё не освоился с ролью хозяина Пирамиды. Слишком много здесь пока для меня чужих тайн.

– Да, – хмыкнул Влад, – ты совершенно прав. Тайны должны быть своими. Родными, так сказать. Домашними. Только в этом случае и возникнет чувство хозяина.

– Ну, я тоже не могу сказать, что чувствую себя здесь как дома, – сообщил Женька. – А Оскар… Лично я видел его третьего дня. Да вон же Локоток, давайте у него спросим!

Словно облитый жидким металлом, безмолвный человечекгид, устроившийся на краю пульта и в своей неподвижности напоминающий статуэтку, повернул к Женьке голову.

– Локоток, где Оскар? – спросил Аничкин.

Локоток лёг на спину и замер.

– Оскар набирается сил, – прокомментировала Маша. – Могли бы и сами догадаться. Не первый раз и не последний.

– Тем более он нас предупреждал, что будет отключаться всё чаще, – заметил Влад.

– Вплоть до того момента, пока не отключится окончательно, – вздохнул Никита. – Этото меня и беспокоит.

– Без поддержки всегда тяжело, – сказал Влад, – я тебя понимаю. Но рано или поздно это всё равно произойдёт. Значит, надо привыкать к самостоятельности.

– Мы стараемся, – сказала Маша.

– Недостаточно, – отрезал Влад. – Чуть что – бежим с вопросами к Оскару. А как его нет, сразу чувствуем себя неуютно.

– Что ты предлагаешь? – хмуро поинтересовался Никита. – Полностью отказаться от услуг Оскара? Помоему, это глупо.

– Конечно, глупо, – согласился Влад. – И я бы первый счёл глупцом того, кто предложил бы нечто подобное. Нет, от помощи Оскара нам ни в коем случае отказываться нельзя. Наоборот, следует использовать его знания и возможности по полной и до самого конца. Но и проявить разумную инициативу не помешает.

– Например? – вопросительно приподнял брови Женька.

– Например, мы толком пока не осмотрели самые нижние уровни – там, в кубическом основании Пирамиды.

– Это где хранится разная старая техника прежних Хозяев? – спросила Маша.

– Вроде бы, – сказал Никита.

– Отличная идея! – обрадовался Женька. – Давайте прямо сейчас и отправимся.

– Только сначала пообедаем, – сказала Маша.

– Правильно, – кивнул Влад. – Война войной, а обед по расписанию.

Обедали, как всегда, в каюткомпании…

Завтракать и ужинать они могли когда угодно, где угодно и в каком угодно составе, но обедали все вместе и в одно и то же время. Неукоснительно следовать данному правилу предложил Мартин. В приказном порядке. Кажется, это случилось на третий или четвёртый день пребывания в Пирамиде.

– Мы, разумеется, не воинское подразделение, – объяснил он. – И даже уже не аналитический или оперативный отдел в родном Приказе или Конторе. Но без какогото общего дисциплинирующего и организующего начала нам придётся трудно. Начнутся разброд и шатание. Вот пусть таким началом и будет совместный обед. Или вы предпочитаете ежеутреннюю планёрку? Прошу высказываться.

Все, как один, высказались в том смысле, что совместный обед гораздо предпочтительнее.

– Не сомневался в вашем выборе, – кивнул Мартин. – Значит, так и запишем. Обед в четырнадцать нольноль. Явка желательна в обязательном порядке.

– Хорошая формулировка, – оценил Влад.

– Был уверен, что тебе понравится, – ухмыльнулся Мартин и уже серьёзно добавил: – Господа, мне только сейчас пришёл в голову самый главный вопрос, который надо было, наверное, задать с самого начала. Но и сейчас ещё не поздно. Все ли готовы остаться здесь, в Пирамиде, и работать единой командой в новом качестве? Потому что, если ктото сомневается и желает вернуться на Землю к прежней жизни, то – скатертью дорога. Решайте сейчас, чтобы потом у нас не возникало ненужных разногласий по данному поводу.

– Не представляю, как можно добровольно отказаться от такого приключения, – сказал Женька. – Я остаюсь. Однозначно.

– Я тоже, – сообщила Марта. – Это ясно. Но на всякий случай хочу уточнить. Что будет, если разногласия всётаки возникнут? Жизнь, она длинная.

– А что может быть? – удивился Мартин. – Кому надоест или кто разочаруется, отправится домой. Без права возвращения, разумеется.

– Изгнание из рая, – прокомментировал Влад. – Нет уж, спасибо. Остаюсь.

– И я, – сказал Никита. – Раз уж в Стражники согласился податься, то теперь и подавно не отступлю.

– А если я замуж захочу и ребёнка родить? – осведомилась Маша. – И потом опять вернуться на любимую работу?

– Машенька, да я хоть сию секунду! – воскликнул Женька. – Ты только намекни…

– Сиди уж, балаболка, – махнула рукой Маша. – Размечтался.

– Вот когда соберёшься, тогда и решим, – предложил Мартин. – Ладно? И вообще… Я полагаю, что Правила, Инструкции и Уставы нам ещё предстоит выработать. Но пока важно принципиальное общее согласие работать в команде. Оно есть?

– Есть! – подтвердили все единогласно.

– Поздравляю всех с новой работой, – сказал Мартин.

– Ура! – крикнул Женька. – Может, откупорим по этому случаю шампанского бутылку?

– Чего там бутылку! – воскликнул Влад. – Я вообще предлагаю внести этот день в анналы, так сказать. Как день Основания и Начала. С прописных букв. И каждый год его праздновать. С песнями, танцами и фейерверком.

Предложение понравилось всем, и на том тогда и порешили.

…Оскар появился в каюткомпании аккурат к десерту.

– Доброго всем дня, – поздоровался он, входя. – И приятного аппетита. Надеюсь, не помешал?

Выглядел Оскар иначе, чем в тот раз, когда впервые предстал перед людьми на берегу озера. Фиолетовую рубаху навыпуск и чёрные, закатанные по колено штаны сменила идеальной белизны, отменно выглаженная рубашка с короткими рукавами, просторные светлосерые брюки и лёгкие, коричневой кожи, мокасины на ногах.

Ко всему прочему Оскар собрал седые волосы в хвост, побрился и стал похож на старого благополучного рокера, который давно покинул сцену, живёт на доходы с продажи прежних хитов, а также ренту с нехилого банковского счёта и лишь изредка соглашается на интервью для того или иного популярного телеканала, в котором, смело путая чистый вымысел с не менее чистой правдой, рассказывает симпатичной и восторженной журналистке о своей легендарной молодости.

– Здравствуйте, Оскар! – обрадовался Женька. – Легки на помине. Как ваше самочувствие?

– Спасибо, уже терпимо. – Старик присел к столу и налил себе из кувшина клюквенного морса. – Отменный напиток, – похвалил он. – До вашего здесь появления я и не подозревал о его существовании. Хотя, казалось бы, и живу на свете миллион лет. Что лишний раз подтверждает истинность вашей поговорки: век живи – век учись.

– Дураком помрёшь? – уточнил Влад, смакуя мороженое с вишнёвым сиропом.

– Дураком не дураком, но уж точно не особо умным, – вздохнул Оскар. – Впрочем, не будем о грустном. Как ваши дела? Вижу, Мартин и Марта уже отправились на Землю проводить рекогносцировку?

– Отправились, – подтвердил Влад. – Где же ещё вербовать соратников для нового дела, как не дома, среди своих.

– Да… – нейтральным тоном произнёс Оскар и, повертев в руках пустой стакан, поставил его на стол. – Ощущается пока некая неопределённость, верно?

– Что вы имеете в виду? – вежливо осведомился Никита.

– Я имею в виду ваше здесь пребывание. И, соответственно, умонастроение.

– А что не так с нашим умонастроением? – спросила Маша. – Помоему, мы настроены весьма оптимистично и позитивно.

– Вот именно, – поддержал Женька. – Я так вообще, горы готов свернуть.

– Знать бы ещё, где эти горы, – сказал Влад. – И стоит ли их на самом деле сворачивать. Так, Оскар?

– Чтото в этом роде, – кивнул Оскар. – Мотивация. Одно дело сказать: «Владейте этим миром, он ваш!» И совсем другое – внятно объяснить, зачем это надо.

– Не вижу никаких проблем, – сказал Женька. – Пустое беспокойство. Я бы даже назвал это, уж извините, старческим пустым беспокойством. Это всё равно что постоянно озадачиваться поиском смысла жизни. Занятие, несомненно, достойное и полезное для совершенствования души и всё такое прочее, но никчёмное с практической точки зрения.

– Так мы как раз практическую точку зрения и обсуждаем, – сказал Влад и, подумав, добавил: – Как мне показалось.

– Конечно, – хмыкнул Женька. – Кто виноват и что делать. Куда уж практичней.

– Ты у нас зато такой практичный весь из себя, что просто футы, нуты, лапти гнуты, как говорит моя бабушка, – неожиданно приняла сторону Оскара и Влада Маша. – Вот возьми тогда и объясни мне, непрактичной дуре, цель нашего пребывания в Пирамиде. В двух словах. Ясно и понятно. Можешь?

– Легко, – ухмыльнулся Женька. – И как раз в двух словах. Познание и Контроль.

– Словоблуд, – отмахнулась Маша. – Это слишком общо. Познание чего и контроль над чем?

– Ты ещё спроси, во имя чего, – подал голос Никита. – Брось, Маш. Я понимаю Женьку и считаю, что он прав. Не бери в голову. Как говорил Портос, я дерусь просто потому, что дерусь.

– Отменно сказано, – одобрил Оскар. – А кто такой Портос?

– Литературный герой, – объяснил Влад. – Неужели, Оскар, вы не читали «Трёх мушкетёров»? С вашей эрудицией это даже странно.

– Вопервых, не забывайте, что вы не одни во Вселенной, – важно промолвил Оскар. – И у всех литература. И вообще… искусство. Попробуй тут уследи за всеми стоящими произведениями во всех мирах на протяжении тысяч и тысяч лет. К тому же, если совсем уж честно, я не очень это самое искусство понимаю. То есть понимаю на какомто уровне, но не более того. И сам это чувствую. Всётаки искусственное существо – это искусственное существо. Искусство ему трудно понять. Извините за тавтологию.

– Скорее это была попытка каламбура, – сказал Женька. – Не прибедняйтесь, Оскар. Помоему, всё вы прекрасно понимаете. Что же касается «Трёх мушкетёров», то прочитать их никогда не поздно. Поверьте, роман того стоит.

– Хорошо, – пообещал Оскар. – Я прочту. Но мы, помоему, сильно ушли в сторону от первоначальной темы нашей беседы.

– Ничего страшного, – сказал Влад. – У нас, русских, всегда так. Кружным путём ближе.

– В каком смысле? – не понял Оскар.

– В том, что прямая линия, проведённая между пунктами А и Б, для русского человека не всегда является самой короткой дорогой, – любезно пояснил Никита.

Женька и Маша захохотали.

– Вы шутите? – догадался Оскар.

– И да, и нет, – улыбнулся Влад. – Не обращайте внимания, какнибудь потом попытаюсь объяснить. Хотя это трудно. Особенности менталитета, знаете ли. О теме же беседы можно не беспокоиться, я помню. Мы говорили о целях и задачах. А также о мотивации. Вот и продолжим. Нашей ближайшей задачей, сразу после обеда, было посещение и осмотр помещений под Пирамидой, куда мы пока не заглядывали. Так что вы, Оскар, очень вовремя появились. Надеюсь, не откажетесь нас сопроводить? Вместе с Локотком, как водится. Мы бы, наверное, справились и сами, но с вами надёжнее.

– Помещения под Пирамидой? – переспросил Оскар. – Что ж, давайте. Там есть что посмотреть и чем, в случае нужды, воспользоваться. Старая, но очень надёжная техника.

– И оружие? – спросил Никита, когда все направились из гостиной к центральному лифту, соединявшему вершину Пирамиды с самым нижним уровнем кубообразного фундамента.

– В том числе и оружие, – подтвердил Оскар. – Хотя, поверьте, воевать здесь не с кем.

– Война – дело такое, – философски заметил Женька. – Сегодня не с кем, а завтра, глядишь, уже со всех сторон враги навалились – только успевай отбиваться.

– Да, наверное, – вздохнул Оскар. – Хотя лично я никогда не мог понять тяги людей к оружию. Под людьми, – пояснил он, – я подразумеваю все разумные гуманоидные расы Вселенной. Хлебом, как говорится, не корми, а дай убить себе подобного.

– Что, не одни мы, значит, такие? – удивился Влад. – Это утешает.

– Не одни, не одни, – заверил Оскар. – Хотя, если быть уж честным до конца, то таких, как вы, по общей агрессивности ещё поискать.

– И это нас тоже утешает, – сказал Женька. – Пусть сначала боятся, а уж затем уважают. Так оно надёжнее.


Глава 2 | Хранители Вселенной. Дилогия | Глава 4