home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

Восемь «летучих мышей» стартовали на поиски Маши уже через двадцать минут после того, как обнаружилось, что на связь она не выходит.

Пять минут ушло на то, чтобы до них добраться и активировать (на этот раз воспользовались одним из лифтовтелепортов), десять на программирование и ещё пять – на отладку устойчивой связи и старт.

Эти летающие роботыразведчики и впрямь своими очертаниями отдалённо напоминали летучих мышей и перемещались в воздухе совершенно бесшумно. Разве что крыльями не махали.

– Даже не знаю, что бы мы делали, не будь с нами вас, Оскар, – сказал Влад, когда на экране слежения (собственно, они только называли это экраном – цветное объёмное изображение непостижимым образом формировалось прямо в воздухе) – одна за другой – возникла телеметрия, идущая от каждой «мыши». – При всей простоте обслуживания и управления механизмами, аппаратами и системами Пирамиды мы не разобрались бы с этим и за тысячу лет.

– Это вам только кажется, – ответил Оскар. – Разобрались бы, никуда не делись. Но мне, если честно, и самому нравится, что я с вами.

– Раздумали помирать? – не удержался от ехидного вопроса Женька.

– Наверное, можно сказать и так, – спокойно признался Оскар. – Жизнь, знаете ли, интереснее смерти. Особенно для меня.

– Почему это для вас – особенно?

– Потому, что я не человек. И что будет со мной после смерти – неизвестно.

Это было произнесено с такой уверенностью и внутренним достоинством, что открывший было рот для очередного вопроса Аничкин закрыл его снова и задумался.

– А это кто, интересно? – нахмурился Никита, глядя на левый нижний сектор экрана, куда поступала телеметрия от «летучей мыши», движущейся над рекой вверх по течению – как раз в том направлении, куда улетела Маша. – Четыре объекта. Нет, уже пять. Движутся в нашу сторону со скоростью пешехода. Масса от восьмидесяти пяти до ста двадцати килограмм ориентировочно. Температура поверхности 32,5 градуса по Цельсию. Какието животные?

– У здешних крупных теплокровных животных температура тела переваливает за 37–38 градусов, – нахмурился Оскар. – Это…

– Даю максимальное увеличение в инфракрасном режиме, – сказал Никита. – Нормальной оптикой их сквозь листву не взять.

Краснооранжевое пятнышко словно прыгнуло навстречу с той стороны экрана…

– Киркхуркх, – с нотками растерянности в голосе определил Оскар. – Самый настоящий. И с ним ещё четверо. Но… откуда?

– Это мы вас должны спросить, – ответил Влад.

– Вероятно, канал самопроизвольно открылся, – предположил Оскар. – А я не заметил… Хм, бывает. Хоть и очень редко. Отсюда, из Пирамиды, можно перекрыть любой канал. И открыть тоже. Кроме тех случаев, когда они закрываются сами по себе… Впрочем, об этом потом. Главное, что поводов для паники я не вижу. Их только пятеро.

– Вы в этом уверены? – спросил Женька.

– Гарантии, разумеется, дать не могу, но…

– Я бы на всякий случай предположил, что это разведчики, – сказал Аничкин. – А основные силы движутся следом.

– Это легко проверить, – сказал Оскар. – Запустим ещё одну «летучую мышь» в том же направлении на максимальной высоте и скорости, пусть…

На экране ослепительно сверкнуло, в динамиках треснуло, словно невидимый великан разодрал на груди рубаху, и левый нижний сектор экрана погас.

– Оппа, – сказал Никита. – И впрямь старые знакомые «мышку»то нашу летучую сшибли, не иначе. Прямое попадание из плазменного ружья. А может, из чегото другого, посерьёзнее.

– Ттвою мать, – с чувством произнёс Женька. – Семь из десяти, что они и Машу сбили. Ну, суки пятиглазые, если Машка погибла…

– Типун тебе на язык, – сказал Влад. – Я в это не верю. И вам не советую. – Он на секунду задумался. – Оскар, помнится, совсем недавно вы утверждали, что канал не способен пропустить за один раз армию. А сколько? Наш опыт говорит о двадцатитридцати бойцах. Но мне кажется, это не предел… Оскар, эй, Оскар! Что с вами?

– Извините, чтото мне нехорошо… – Смотритель Пирамиды покачнулся и невольно ухватился за плечо стоящего рядом Женьки. Лицо его побелело, как стена украинской хаты. – Кажется, я всётаки переоценил свои силы… не вовремя, понимаю… это всегда не вовремя… не беспокойтесь, Локоток меня проводит… Локоток, помоги… домой, Локоток, домой…

Оскар отлепился от Женькиного плеча и, пошатываясь, сделал несколько шагов к выходу. Локоток, до этого момента безмолвно (как и всегда, впрочем) стоящий в сторонке, встрепенулся, подскочил к Оскару, подпрыгнул и, словно обезьянка, повис на его обнажённой по локоть руке.

– Что он де… – начал Женька и осёкся.

Такого они ещё не видели.

В течение двухтрёх секунд Локоток словно растёкся по всему телу Оскара. Весь, без остатка. Тонкой, отливающей металлом пленкой.

Походка Оскара немедленно изменилась. Твёрдым солдатским шагом он прошествовал к выходу и пропал за автоматически открывшейся перед ним и закрывшейся следом дверью.

– Охренеть, – первым обрёл дар речи Женька. – Симбиоз на марше. Куда это он направился, интересно? На свалку?

– Циник ты, всётаки, Женя, – сказал Никита.

– Это не цинизм, – парировал Женька. – Это защитная реакция. Я растерян и не знаю, что делать. А вы?

Ползти по лесу с обожжённым правым плечом и сломанной левой ногой оказалось совсем не просто. Ползти вообще не просто (особенно не имея к данному виду передвижения навыка), а уж в таком состоянии и вовсе мука мученическая. И дело тут вовсе не в боли – слава медикаментам! – а в элементарном отказе левой ноги функционировать вовсе, а правой руки – частично. За час неимоверных усилий Маша, по собственным подсчётам, преодолела максимум четверть километра. Да и то, скорее, ей очень хотелось так думать, а на самом деле расстояние было меньше.

Ещё и потому, что лес – это вам не поле. И тем более не дорога. Пусть даже и просёлочная. В лесу, понимаете ли, и кусты растут колючие, и буреломы попадаются непролазные, и болота топкие, и поляны кочковатые, травой густой и высокой поросшие. Да мало ли что мешает человеку нормально передвигаться по лесу! Та же паутина, старательно развешенная охотникомпауком точнёхонько между кустами, где вы собираетесь проползти, способна изрядно попортить настроение. Которое, между нами, и так на нуле. К тому же очень жарко и почемуто с каждым преодолённым метром всё сильнее хочется спать… Лекарства, что ли, так действуют? Но, как бы то ни было, это начинает превращаться в серьёзную проблему. Ещё немного, и я, кажется, усну прямо на ходу. Или словосочетание «на ходу» в данном случае не подходит? А как тогда, «на ползу», что ли? Усну прямо на ползу. Чтото не особо звучит. И чёрт с ним. Однако гдето надо прикорнуть и немного отлежаться. Хоть на пару часиков. Желательно в таком месте, чтобы не попадаться на глаза. Своито полюбому рано или поздно отыщут, а вот чужие…

Маша провела лбом по рукаву, вытирая пот, приподнялась на локте и огляделась.

Так. Что мы имеем?

Лес да лес кругом, путь тернист лежит.

Ага, вон там, правее, явно наблюдается повышение местности. Холм? Очень может быть. Вползти на вершину и там уже отрубиться. Снизу не видно, а сверху – пусть. Сверху нам только на руку. Свои и будут, скорее всего, искать сверху.

Ну, Машка, ещё чутьчуть. Давай, пошла.

Подъём оказался достаточно пологим и недлинным, чтобы Маша сумела его преодолеть. На самых последних остатках сил, но сумела. И уже здесь, почти теряя сознание от усталости и навалившейся сонной одури, заползла за какойто причудливо выпирающий из земли каменьвалун и, вздохнув, утратила связь с окружающей действительностью.

– Где это мы? – с интересом глядя по сторонам, осведомилась Оля. – Какое странное место. Научная лаборатория?

– Почти угадала, – ответил я. – И научная лаборатория в том числе.

– Чёрт, платье жалко, – задумчиво произнесла Марта. – И твой костюм тоже. Шикарные вещи пришлось бросить.

– Ты хочешь сказать, что в памяти синтезатора их образцы не сохранились? – удивился я.

– Действительно, – обрадовалась Марта. – Ну, не дура ли! Всё ж можно легко восстановить. Уф, сразу както полегчало.

– Это у тебя привычка ещё не выработалась, – сказал я. – К тому, что любую шмотку и вещицу можно получить легко и просто. Достаточно воспользоваться синтезатором.

– Наверное, – согласилась Марта. – Хотя к хорошему, как известно, привыкаешь быстро… Интересно, где наши?

– Сейчас узнаем.

Я вывел на ближайший экран план уровня и обнаружил, что, кроме нас, здесь никого нет.

– В подвале, наверное, сидят, – предположила Марта. – Изучают древнюю технику. Или на разведку отправились…

– Мартин, Марта, это вы?! – отрывисто и тревожно рявкнул голос Влада из динамиков. – Уже вернулись? И Оля Ефремова с вами?

– Нет, не мы! – саркастически рявкнул я в ответ. – Влад, с каких это пор ты, вместо того чтобы поздороваться, задаёшь дурацкие вопросы?

– Извините, ребята, – заметно тише и спокойнее проговорил Влад. – С возвращением и всё такое. Но дело в том, что у нас ЧП. Если вкратце, то пропала Маша, и на нас опять напали киркхуркхи. Поэтому, если на данный момент у вас нет особо срочных дел, то, пожалуйста, спускайтесь к нам на первый уровень. Сектор В14 на схеме.

– Уже идём, – сказал я, и мы поспешили к лифтам.

Последующие два часа превратили мою кровь в чистый адреналин. В сложившихся обстоятельствах следовало не только быстро переваривать информацию и принимать решения, но и незамедлительно их выполнять. И стараться не думать о том, что решения могут оказаться ошибочными.

Первым делом я дал команду перенаправить две из оставшихся в воздухе семи «летучих мышей» на север – вверх по течению реки, а одну оставил барражировать непосредственно над Пирамидой таким образом, чтобы в поле её «зрения» попадала береговая линия нашего родного озера. При этом тех, которые отправились на север, мы подняли на высоту почти трёх километров, чтобы они гарантированно оказались вне досягаемости огня из плазменных ружей, а заодно могли просканировать под собой одномоментно большую площадь. Благо небо оставалось безоблачным.

Да, у врага могло быть и другое, более дальнобойное и мощное оружие, но визуально обнаружить цель размером с половину письменного стола на таком расстоянии… Чёрт его знает, какой остроты у наших пятиглазых урукхаев зрение, но я исходил из того, что в любом случае это весьма непросто.

Сразу после этого среди нас как ни в чем не бывало вновь появился Локоток. И я, памятуя о давешнем совете Оскара в случае чего обращаться к нему за помощью, невзирая на его природную молчаливость, спросил прямо, не отведёт ли он Никиту к какойнибудь хорошо вооружённой, защищённой и, желательно, летающей машине. Если, понятно, таковая имеется на обширных складах древней, и не очень, техники бывших хозяев. Машина при этом должна быть не только на ходу, но и проста в управлении.

– Потому что времени у нас мало, – добавил Влад. – Возможно, Маша ранена, и каждый потерянный час… сам понимаешь.

Локоток утвердительно наклонил голову, показывая, что он всё понял.

– Слушай, командир, – предложил Женька. – Пока Никита будет заниматься этим… летающим танком, разреши, я попробую активировать боевых роботов? Как раз перед тем, как с Машей прервалась связь, Оскар нам их показывал. Они законсервированы, но, мне кажется, я справлюсь. Там, как и везде, есть терминал нашего центрального компьютера. Или Центрального Мозга, как называет его Оскар. Подключусь, дам команду на перепрограммирование русским языком и расконсервацию… Пусть не всех, парочку хотя бы. Наверняка пригодится.

– Попробуй, – после секундного раздумья разрешил я. – Но если упрёшься в большие проблемы, наплюй и возвращайся. В любом случае мы на связи. Это же, Никита, касается и тебя.

– Может быть, мне отправиться с Никитой? – спросила Марта. – Я не танкист, но предполагаю, что в этой боевой летающей машине нужен не только водитель, но и стрелок. Например.

«Нет», – отрицательно покачал головой Локоток и показал один палец.

– Достаточно одного, – перевёл Никита. – Прямо «Чёрная акула». Пошли, Женька.

Бывшие стажёры исчезли за дверями.

– Оно и к лучшему, – сказал я Марте. – Нас слишком мало, и неизвестно, кому какую задачу придётся выполнять в следующую минуту. Пусть ребята займутся техникой, а мы пока…

– Глядите, – сказал Влад, показывая на экран. – Вот они, голубчики.

Но я уже увидел и сам.

Отчётливое, неправильной формы, переливающееся всеми оттенками жёлтого и оранжевого пятно на зеленоватом фоне.

Пятьдесят два километра от нас. Правый берег. Численность особей порядка четырёх сотен. Плюсминус десяток.

Как только Никита, влекомый Локотком, скрылся за поворотом, Женька постоял несколько секунд, выжидая, а затем нырнул в лифттелепорт и через секунду (именно столько времени ему понадобилось, чтобы ткнуть пальцем в кнопку под номером 49) оказался на родном, «земном», уровне.

Ещё через пять минут он уже был в своём отсекеквартире и торопливо облачался в антигравитационный костюм – аналог того, в котором отправилась на свою несчастливую прогулку Маша Князь.

– Летающие танки… боевые роботы… мать вашу… урукхаи пятиглазые, – бормотал он, сноровисто проверяя комплектацию и засовывая в обширный, надёжно застегивающийся карман на бедре свой «Walther P99» и две запасные обоймы к нему. – А вот хрен вам всем. Пока мы будем осторожничать и разбираться, Машка совсем загнуться может. Если уже не… Рискну. Тот не разведчик, кто не проявлял инициативу. И гори оно всё огнём. А победителей не судят. Значит, станем победителями. Так. Кажется, всё на месте. Шнур не забыл, НЗ и вода – в ранце, «телефон», фонарик, нож… Ходу.

(Этот достаточно безумный, чтобы иметь возможность осуществиться, план родился в Женькиной бесшабашной голове, когда он ясно осознал: киркхуркхи снова напали, и на этот раз их гораздо больше. Нет, он не видел основных сил, расположенных временным лагерем на правом берегу реки. Он просто интуитивно понял, что они есть.)

– …а эти пятеро, которых засекла позже сбитая «летучая мышь» – передовой дозор. И ктото из этого дозора сбил Машку. Скорее всего тот, кто движется впереди – Машкин маршрут должен был пролегать как раз над ним. В любом случае «язык» нужен. И, если повезёт, этот «язык» расскажет им всё, что знает. Слава богу, в памяти Центрального Мозгакомпьютера Пирамиды хранятся тысячи и тысячи живых и мёртвых языков со всех миров, входящих, так сказать, в сферу её влияния. В том числе и язык киркхуркхов. И гениальная программапереводчик имеется…

Он вылетел наружу через одну из многочисленных открытых площадок, расположенных по периметру Пирамиды на всех уровнях, и тут же резко нырнул вниз, к самой воде, одновременно закладывая широкую дугу, чтобы подлететь к нужному району с запада, а не с юга – так было больше шансов, что друзьяколлеги не сразу обнаружат его самовольство и потребуют немедленно вернуться назад.

Мальчишество, с одной стороны. Но с другой, учитывая, что и враг движется с севера на юг, заход с фланга и на малой высоте имеет под собой все тактические основания.


Глава 8 | Хранители Вселенной. Дилогия | Глава 11