home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 16

Сегодня с утра была вахта Марты.

С первых дней пребывания в Пирамиде мы решили, что оставлять «цитадель» без присмотра нельзя.

Нет, все отчётливо понимали, что это фантастическое, уникальное сооружение простояло само по себе (если, разумеется, не считать Оскара, Локотка и Цили Марковны Перпельпихтер) больше миллиона лет, и ничего с ним не случилось. Но тем не менее… Теперь мы были хозяевами Пирамиды и, значит, за неё отвечали. Из чего следовал простой вывод: при любом раскладе внутри должен оставаться хотя бы один человек. На всякий случай. Дежурный или вахтенный. Назови как угодно – суть не меняется. Если все за стенами Пирамиды погибнут, то этот один сможет набрать новую команду и попробовать начать всё сначала. Или не набрать и не попробовать. Но шанс оставался в любом случае.

Никто из нас никогда не имел ни малейшего отношения к флоту, но слово «вахтенный» показалось самым удобным. Может быть, потому, что всякий корабль или судно тоже автономны, как и Пирамида. Хоть и не в такой степени, разумеется.

А где ж ещё нести вахту, как не в «машинном зале»? Это, можно сказать, сердце каждого уровня. Сюда централизованно стекается вся информация и отсюда осуществляется любая связь и управление всеми функциями Пирамиды. Начиная от приготовления и доставки пищи и заканчивая прыжкамипереходами в иные миры по каналам Внезеркалья. Во всяком случае, делать всё это здесь, в «машинном зале», наиболее удобно. Больше психологически (и связь, и получение информации, и управление возможны почти из любой части Пирамиды, было бы желание), но удобство – оно и есть удобство. И неважно, за счёт чего – физики или психологии – оно достигается.

Марта сидела в удобнейшем кресле и в режиме реального времени наблюдала на сотканном, будто из воздуха, экране за военными забавами коллег и друзей.

По левую руку от неё ярко переливалась всеми сорока пятью «живыми» мирами и тускло пятьюдесятью двумя «мёртвыми» «доска объявлений». Изредка Марта бросала на неё короткий взгляд, но и только.

В первые дни пребывания в Пирамиде все часами могли сидеть перед «доской объявлений», напялив на головы «шлемы погружения» или без оных – наблюдение за чужой жизнью казалось очень интересным и важным занятием. Но довольно быстро оно приелось. Оказалось, что есть более важные дела.

Например, формирование полноценной команды Стражников Внезеркалья, хозяев Пирамиды.

Что такое семь человек? Смешно. Тут на каждый «живой» уровень нужно не меньше сотни. И то – по самым грубым прикидкам. К тому же каждый из этой сотни должен быть не только специалистом высокого класса, но и предан своему делу так, как только может быть предан своему делу человек. А где взять столько преданных и компетентных? Задача почти не выполнимая. Особенно с учётом того, что Стража России Мартина и Патруль Реальностей Марты разгромлены и уничтожены. На Землю и в Россию Мартина со товарищи они уже сунулись, хватит. Теперь пора бы разведать, что происходит на родине Марты. В конце концов, в запасе есть Сибирь Казачья, к людям и политике которой она, Марта, всегда испытывала искреннюю любовь и уважение. Да и с некоторыми Дозорными Реальностей поддерживала вполне дружеские отношения. С одним даже както…

Марте живо припомнился тот весёлый бар на крымском побережье одной из альтернативок, где они, Патрульные из России и Дозорные из Сибири Казачьей, устроили вечер дружбы. Часам к двум ночи в баре закончился коньяк – случай для Крыма небывалый, а затем она с одним из Дозорных (как же его звали… Степаном, что ли? Да, точно, Стёпой) согласилась прогуляться по окрестностям – подышать воздухом и полюбоваться звёздами. Что ж, звёздами они потом тоже любовались. Мда.

Марта хихикнула, непроизвольно обернулась, и в этот момент «доска объявлений» подала голос.

Точнее, это был голос Цили Марковны Перпельпихтер, но шёл он непосредственно от «доски», и Марта сама не заметила, как оказалась на ногах, выискивая тревожными глазами планету под номером тридцать шесть…

«Внимание! – провозгласила Циля Марковна так, что не услышать её человеку с нормальным слухом было бы невозможно. – Внимание! Внимание! Планета Дрхена, тридцать шестой уровень! Планета Дрхена, тридцать шестой уровень!»

Ага, вот она!

Марта дала увеличение самой планеты и основных данных рядом с ней. Так. Четвёртая от солнца, азотнокислородная атмосфера, площадь суши – 70 % от общей…

Тем временем Циля Марковна продолжала: «Серьёзное нарушение жизненного ритма. Глобальный ядерный конфликт в двух альтернативных реальностях из трёх. Третья альтернативная реальность и Дрхенаальфа на грани конфликта. Предположительное начало обмена ядерными ударами…» – Циля Марковна умолкла, явно оценивая предположительное время.

О, чёрт! Только глобальной ядерной войны на планете тридцать шестого уровня нам и не хватало! Как, бишь, она называется? Дрхена. Хм, чтото знакомое. Впрочем, сейчас это неважно. Но что же делать? Надо срочно оповестить всех остальных. Пусть заканчивают свои игры в механических солдатиков и дуют сюда…

«Ровно через две минуты», – сообщила Циля Марковна, и в её голосе Марте послышалось искреннее сожаление с оттенком безнадёжности. Что было и немудрено – предотвратить ядерную войну за две минуты до её начала смогли бы, наверное, только те, кто решил её начать. Ещё и Господь Бог, конечно, но его мы в расчёт брать не будем.

А кто там, кстати, живёт – на этой Дрхене?

Марта отыскала взглядом сведения о местной расе разумных.

Так. Самоназвание: киркхуркхи. Двуногие прямоходящие…

ЧТО?!!

«Одна минута», – сообщила Циля Марковна.

Сигнал экстренного вызова заставил меня вздрогнуть и судорожно выхватить из нагрудного кармана «телефон», чтобы тот, чего доброго, не взорвался от натуги.

– Слушаю!

– Мартин, это Марта. Срочно возвращайтесь!

– Слышу, что не Оскар. Что случилось?

– На планете наших пятиглазых друзей началась ядерная война.

– Что?! Ты не ошиблась?

– Повторяю. Глобальный ядерный конфликт на Дрхене, планете киркхуркхов. И на всех её альтернативках. Только что Циля Марковна сообщила. И «доска объявлений» показывает то же самое.

– Сейчас будем, – я отключился.

– У нас беда? – спросила Оля Ефремова. Она стояла ко мне ближе всех, а почувствовать тревогу в моём голосе можно было, вероятно, и без талантов «щупача». Но она была «щупачом».

– Беда, но не у нас. У нас проблемы. Или трудности, как тебе больше нравится. Женя! – окликнул я Аничкина.

– Я!

– Ты закончил?

– В основном. Осталось только…

– Потом. Мы возвращаемся в Пирамиду. Прямо сейчас. Все слышали? Маша, переведи Свему. Никита, на твоём попечении наш пленник. Держи его при себе, он тоже должен это знать. Женя, роботов на платформу, пусть ждут дальнейших приказаний, они скоро могут нам понадобиться.

– Да что произошлото? – не выдержала Маша. – Кстати, Свем говорит, что мы все можем рассчитывать на его помощь.

– Скажи, что мы благодарны. Ответы на все вопросы нам даст Циля Марковна. Очень на это надеюсь. Всё, по коням.

Честно сказать, я до сих пор так и не понял понастоящему, каким образом в Пирамиде оказывается та или иная информация о сорока пяти «живых» и пятидесяти двух «мёртвых» мирах, с которыми она связана каналами Внезеркалья. То есть ясно, что именно по этим каналам информация и поступает, это же и Оскар объяснял. Но вот сам механизм… Както это связано с едиными информационными полями, которые, по словам Оскара, окружают любой мир, на котором была или есть разумная жизнь. Эти поля несут в себе отпечаток всякого события, когдалибо происшедшего на соответствующей планете. Начиная от первого слова, произнесённого разумным существом на заре цивилизации, и заканчивая той же ядерной войной, приведшей к гибели данной цивилизации.

О чёмто подобном я когдато читал, но серьёзно в данный вопрос не вникал – хватало иных забот. А вот та же Оля Ефремова, к примеру, разбиралась в этом очень хорошо. Впрочем, оно и понятно – «щупачам» только лишь в силу их профессиональных обязанностей положено чувствовать себя в столь тонких материях как рыба в воде.

Итак, не забыть потом расспросить Олю подробнее, а пока, Мартин, давайка выясним, что тут у нас происходит.

Много времени на выяснение не потребовалось.

К моменту нашего появления в «машинном зале» ядерная катастрофа охватила все альтернативки Дрхены, включая и саму Дрхенуальфа и Дрхенуальфабис (аналог нашей Альтерры – Земли Марты).

Это была именно катастрофа, а не какойто там локальный конфликт с применением ядерного оружия – самого безжалостного к жизни оружия на всех обитаемых мирах.

Оказывается, Империя Рийма Туура – единственная мощная империя на Дрхене и всех её альтернативках – давно нарывалась на неприятности. В чём, собственно, не было ничего странного – любая империя во все времена только этим и занимается. Разумеется, она вела войны, которые Альянс (сообщество более слабых, но не менее гордых стран) считал несправедливыми и всячески старался противостоять планам имперцев во всех областях. Начиная от политики и экономики и заканчивая культурой и спортом. Но не до такой же степени, в самом деле!

Противостояние противостоянием, но обмен ядерными ударами, причём всеми наличными средствами – это чистой воды самоубийство и полнейшее безумие. Объяснения чему лично я найти не мог. Да и никто из нас. Все были ошеломлены и подавлены. Одно дело сражаться с пятиглазыми за владение Пирамидой, и совсем другое – наблюдать, как безвозвратно гибнет целый мир, населённый миллиардами разумных существ. Пусть и не похожих на тебя, но со своими надеждами, любовями и верой в лучшее будущее.

На Рийма Туура, которому объяснили, что происходит, было больно смотреть. И без того неприятная на вид, его серая кожа пошла какимито блеклозелёными пятнами, и всё тело сотрясала крупная дрожь.

Сжалившись, Никита вырастил ему из пола кресло, усадил, а Оля принесла стакан воды, которую тот жадно выхлебал, стуча жевательными пластинами о стекло.

– Это конец, – только и сумел он сказать, утирая рукавом воду с подбородка. – А я так и не успел жениться и завести детей.

Через полтора часа, прошедших в наблюдении за гибнущей Дрхеной и обмене эмоциональными, но малозначащими репликами, стало окончательно ясно, что наш пленник не ошибся – это действительно был конец. Возможно, не самих киркхуркхов как разумного вида живых существ, но уж их цивилизации – точно.

– Полный кошмар, – сказал Влад, когда Циля Марковна сообщила о том, что уже двадцать процентов взлетевших с обеих сторон ракет достигли своих целей – крупных городов и промышленных центров с населением в десятки миллионов жителей. – Но не знаю, как вам, а мне интересно, что теперь делать с нашими четыремя сотнями киркхуркхов. Напоминаю, что они ничего не знают и попрежнему направляются сюда с известной целью.

– Не надо с нами ничего делать, – сказал Рийм Туур, которому из жалости был оставлен коммуникатор, чтобы он понимал, что происходит (Циля Марковна, естественно, говорила порусски). – Мы уже сами сделали с собой всё, что могли.

Я посмотрел на киркхуркха и подумал, что он явно пришёл в себя. Дыхание выровнялось, кожа приобрела прежний оттенок, дрожь унялась. Что ж, не только люди, видать, быстро ко всему привыкают.

– Так уж и ничего, – усмехнулся Влад. – Может быть, ты их остановишь?

– Может быть. Если вы ещё не раздумали вернуть меня к своим для передачи информации.

– Пожалуй, не раздумали, – сказал я. – Даже, скорее, наоборот. Вы должны знать о том, что произошло. Это справедливо. А справедливость выше вражды. Особенно в сложившихся обстоятельствах.

– Спасибо, – сказал киркхуркх, – не ожидал. Наверное, потому, что не знаю, как бы поступил, находясь на вашем месте. Могу добавить, если вам станет легче, что скорее всего мы вернёмся к себе. Я, разумеется, не могу отвечать за решения Верховного. Но по Уставу имперский десант, где бы он ни находился, в случае угрозы самому существованию Империи должен немедленно вернуться домой и встать на защиту.

– Да уж, – прокомментировала Марта. – Более серьёзной угрозы трудно себе представить.

– Всем угрозам угроза, – согласился Женька и, обращаясь ко мне, добавил: – Так что, принести его «уокитоки»? Пусть свяжется со своими, чтобы встретили. А то время идёт.

– Неси, – сказал я. – Ты прав, пора действовать. Сколько им осталось до озера?

– Около восемнадцати километров, – сообщил Никита. – Сущий пустяк.

– Не такой уж и пустяк, – сказал Влад. – Часов пять, не меньше, учитывая, что идут они не по дороге. Лес тут густой, хаживали.

– За пять часов можно успеть многое, – согласился я. – Но лучше, если есть возможность, не затягивать.

Слава богу, портативная рация нашего пленника оказалась в полном порядке. Большого значения это не имело, так как мы ещё со вчерашнего дня знали, на каких волнах отряд киркхуркхов ведёт радиообмен между своими подразделениями, и могли в него вмешаться в любую минуту. Но так нам казалось правильнее – Рийм Туур общался со своими по своей рации и возвращался в целости и сохранности, что доказывало наши конструктивные намерения. Правда, оружие ему мы решили не возвращать. А то ещё, чего доброго, сочтут конструктивные намерения за слабость, тогда и впрямь хлопот не оберёшься.

Переговоры Рийма Туура с соратниками шли, разумеется, при нас. Мало того, мы непосредственно в них участвовали, передавая через пленника наши настоятельные пожелания. Нельзя сказать, что договорились мы легко и быстро. К тем, кто попадает в плен, во всех армиях мира отношение меняется. От лёгкой настороженности до прямых обвинений в предательстве. Но в конце концов командир второй отдельной сотни имперских десантников – той самой, в состав которой и входил передовой дозорный Рийм Туур, – предварительно поставив в известность Верховного, согласился не только встретиться со своим подчинённым, но и выслушать его. О том, что цивилизация киркхуркхов в данный момент гибнет в огне ядерной войны, сообщать не стали, рассудив, что пусть лучше киркхуркхам об этом расскажет сам киркхуркх. Своему больше веры.

Доставить пленника в условленное место на берег реки ещё раньше вызвался Никита на нашем сверхтанке. Но одного его я не отпустил. Мало ли что. Мы сами могли играть в благородство сколько угодно, но не учитывать вероятное коварство врага было бы непростительной глупостью.

– Женя, полетишь с Никитой, – сказал я. – И возьмитека вы, пожалуй, с собой ещё и одного железного бойца. Из тех, что стоят сейчас без дела на платформе. На всякий случай. Влезет в машину робот?

– Влезет, – с уверенностью ответил Никита. – Куда он денется…

– Вот и возьмите. И не задерживайтесь там ни на минуту. Сразу назад. Договорились? Особенно это тебя, Женя, касается. Давай на этот раз без самодеятельности.

– О'кей, командир. Можешь не волноваться.

– Тем более что рядом буду я, – ухмыльнулся Никита.

Очередную «весёлую» новость мы получили в тот момент, когда Никита посадил машину у излучины реки на правом берегу – там, где и должен был это сделать.

– Мы на месте, – сообщил он.

– Отлично, – сказал я. – Высаживайте нашего урукхая и…

«Внимание! – бесцеремонно вмешалась Циля Марковна. – Довожу до вашего сведения. Канал Внезеркалья, ведущий на Дрхену, закрыт. Повторяю. Канал Внезеркалья, ведущий на Дрхену, закрыт».

– Оппа, – приподнял бровь Влад. – И что теперь?

– Подожди, – остановил я Никиту. – Кажется, у нас вводные.

– Жду, – откликнулся Никита.

– Циля Марковна, – обратился я к ЦМП по голосовой связи. – Вероятно, мы чегото не знаем. Почему закрыт канал на Дрхену?

– А также кем закрыт и почему? – добавил Влад.

– Отвечаю, – в голосе Цили Марковны мне послышалось сожаление о нашей дальнейшей нелёгкой судьбе. – Так всегда бывает. Это нечто вроде естественного карантина. Пирамида и я не имеют к данному явлению никакого отношения.

– Но он откроется?

– Да.

– Когда?

– Неизвестно. В моей памяти зафиксированы случаи закрытия каналов на срок от двух месяцев до сорока лет в ваших единицах измерения времени.

– Ни шиша себе! – присвистнула Марта. – Сорок лет. Кошмар.

– Это срок, – согласилась Маша.

– Я ответила на ваши вопросы? – осведомилась Циля Марковна.

– Спасибо, Циля Марковна, – сказал я.

– Чёрт, – выругался Влад. – Машина она и есть машина. Хоть и Циля Марковна. Интересно, Оскар скоро появится?

– Да, с Оскаром както приятнее общаться, – сказала Маша. – Хоть и он не человек.

– Оскар может и вовсе не появиться, – напомнил я. – Придётся самим эту кашу расхлебывать. И все последующие. В конце концов, мы хозяева Пирамиды или кто? Никита!

– На связи.

– Сообщи Рийму Тууру дополнительную важную информацию. Получена только что. Канал Внезеркалья, по которому сюда попали киркхуркхи, закрыт. И надолго. По не зависящим от нас причинам. Циля Марковна довела до сведения. Так что вернуться на родину они пока не смогут.

– Весело, – сказал Никита.

– Обхохочешься. В общем, пусть думают. И думают в правильном направлении, без имперских и прочих амбиций. Иначе мы их на хрен уничтожим. Нам здесь проблемы не нужны. Так и передай.

– Понял.

– И сразу возвращайтесь. Тоже будем думать.

– Да как бы мозги не закипели, – вздохнул рядом Влад.


Глава 15 | Хранители Вселенной. Дилогия | Глава 17