home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 5

…Курс обучения, разработанный извергами-педагогами специально для Влада, оказался настолько тяжелым, что порой казалось, парень непременно лопнет от всех тех знаний, которыми пытаются его нашпиговать подобно праздничному поросенку.

За партой приходилось сидеть по сравнению с другими учениками не так уж много времени. Гораздо чаще укладывали в кресло, очень похожее на те, что стоят на транспортах, оплетали голову сетью электродов и, введя молодого человека в состояние близкое к трансу, впихивали целые пласты знаний в его бедную голову. После этого задавали кучу заданий, которые предстояло выполнить до следующего занятия. И так по несколько предметов в день. Нередко к вечеру от этого голова начинала болеть. Закапываясь в заданиях, молодой человек впадал в самое настоящее отчаяние от того, что ровным счетом ничего не понимает. Ведь знать не значит уметь!

Аня видела, что с ним твориться что-то неладное, но на все ее расспросы не привыкший жаловаться Влад, отвечал, что все нормально. Она пыталась ему верить, но он все чаще ловил на себе ее озабоченный взгляд. Он даже не заметил когда, и как получилось — Аня отстранила его от всех домашних дел. Но в последнее время Влад изменил свое мнение о работе. Лучше уж вылизывать каюту или вырубать огромные каменные глыбы, чем посещать учебный центр. После работ в каменоломне он хоть спал, не обращая внимания на холодную жесткость камней, заменяющих постель, на стертую в кровь браслетом щиколотку, прикованный тяжелой цепью к железному кольцу в полу и полупустой желудок. А тут сон куда-то пропал и Влад по несколько часов ворочался с боку на бок в тщетной попытке заставить себя заснуть.

Перенапряжение сказывалось, и в один из этих ужасных учебных дней Влад уснул над недописанным заданием и проснулся только утром. Он пошел на занятия отдохнувшим и неподготовленным, решив — будь что будет! И ничего страшного не случилось. Преподаватель всего лишь отчитал его, как мальчишку и отстранил от занятий в тот день. Сперва, Влад перепугался, что сообщат Ане и у него будут неприятности, но потом махнул на все рукой, посчитав, что больше одной шкуры все одно не спустят, и отправился в компьютерный центр. Страхи оказались напрасными, никто никому не сообщил и Влад увидел возможность немного облегчить себе жизнь.

Правда были и успехи — за полтора месяца, прошедшие с начала учебы он уже переместился на несколько классов вверх и теперь возраст его одноклассников уже приближался к шестнадцати годам, против шести. Впрочем, неизвестно, кто лучше. Младшие дети восприняли его появление с удивлением и интересом, старшие же насмешками и почти неприкрытым издевательством, тем более, его положение давало им свободу действий. Влад, за свою жизнь выслушивавший и не такие оскорбления не обращал внимания на едкие замечания подростков, что неимоверно злило юнцов. Из-за одного из них едва не рухнула вся его налаженная жизнь.

Приняв душ после физической подготовки, Влад наскоро вытерся и, обмотав бедра полотенцем, направился в раздевалку. Через десять минут начнется занятие по астронавигации, а ему еще нужно проверить некоторые расчеты в которых, он был уверен, допустил ошибку. Он был так занят собственными мыслями, что совсем не обратил внимания на пятерых подростков ошивавшихся в раздевалке. Влад прошел мимо них к своему шкафчику.

— Эй, раб! — окрик заставил Влада замереть, так и не открыв шкафчик, давненько его уже так не называли в глаза.

— Что угодно господину? — проговорил решивший подыграть Влад, медленно повернулся к подросткам, он не был уверен, кто его окликнул и поэтому смотрел сразу на всех.

— Ты как разговариваешь со свободным человеком, скот!? — прошипел низкорослый плотный парень.

Влад и ухом не повел, разглядывая приближающихся парней, они рассредоточились, окружая его с трех сторон. Вот этот, который обозвал Влада скотом не иначе как заводила. А вон тот, самый высокий и тот, что пониже, с бычьей шеей ударная сила.

— Он, очевидно, возомнил себя нам равным, — насмешливо произнес худощавый мальчишка, очевидно считающий себя мозговым центром, — пора поучить его хорошим манерам! На колени, раб!

На это Влад лишь закатил глаза. И как они, интересно, собираются справиться со здоровым мужиком, к тому же имеющим немалый опыт в драках? Неужели решили взять числом? Поначалу молодой мужчина хотел спокойно одеться и уйти, чтобы не доводить все это до абсурда, но потом стало даже забавно и очень захотелось узнать, чем это закончится. Астронавигация вполне может подождать, от нее не убудет.

— Слушай, Нил, а, правда, что им клеймо на заднице выжигают? — обратился один из них к худощавому товарищу.

— Не знаю, но мы это можем узнать прямо сейчас, — губы Нила искривила ухмылка. — Эй, раб, сними полотенце и покажи задницу.

Нет, у них точно с головой не в порядке — не дождавшись исполнения приказа, отдают второй. Рабовладельцы херовы!

— А что будет, если не покажу? — умело играя испуг, поинтересовался Влад.

— Я тебе ребра переломаю, — прогудел обладатель бычьей шеи.

— А-а, весомый аргумент, — согласился Влад, и предложил вполне миролюбиво, — не пошли бы вы отсюда, ребята, пока худо не сделалось.

— Я не понял, он что, нам угрожает? — недобро сощурился высокий парень до сих пор не вступавший в беседу. — Тебе, что было сказано? Полотенце сними!

Он шагнул к Владу и одним пальцем зацепил полотенце, намереваясь сдернуть его, больно оцарапав кожу раба ногтем. И тут же поплатился за свои действия. Простейшая комбинация — чуть повернуться на левое плечо, оставляя нападающего позади, и почти сразу локтем в солнечное сплетение, а потом, опуская руку, заехать между ног, в самое нежное мужское место. Обычно кулаком. Но Влад, жалея несмышленыша, шлепнул открытой ладонью. Удар был так себе, у самого Влада от такого и дыхание не сбилось, он не использовал и четверти своей силы, но мальчишке этого вполне хватило. Похоже, его еще ни разу не били. Он тут же выбыл из игры, упав на пол, свернулся калачиком и, засунув руки между ног, принялся мычать, качаясь по полу, баюкая уязвленную часть организма.

Его товарищи, вместо того, что бы ретироваться, на что Влад и рассчитывал, кинулись мстить заносчивому рабу за обиженного друга. На то, чтобы вразумить глупых детей у него ушло не более минуты и почти никаких усилий. Всего-то две увесистых плюхи, удар по голени, под коленку. Все это на скорость особо не влияет, но крайне чувствительно. Единственное, Влад немного переборщил с последним и самым настырным, тот натолкнулся носом на ладонь Влада, из носа тут же хлынула кровь.

Влад оглядел поверженных врагов и зло сплюнул под ноги, ругая себе за несдержанность. Идиоты! Достав чистое полотенце, стер с груди капли чужой крови. Теперь из-за их глупой выходки у него будут большие проблемы. Аньке, конечно же, сообщат о драке, она придет разбираться, и тогда всплывут все его пропуски, пусть их не так уж и много, но ей одного за глаза. О том, что будет с ним этим вечером, Влад старался не думать. Он быстро оделся и выскочил из раздевалки, громко хлопнув дверью…


Дежурство выдалось не из легких, пришлось провести несколько экстренных операций, и это не считая плановых. Я устала, как собака и не о чем мечтать не могла, как только доползти до своей каюты и рухнуть на первую попавшуюся горизонтальную поверхность, можно даже на потолок прилепить возражать не буду.

С Владом нужно что-то решать. Похоже, я переоценила его силы, не справляется он с нагрузками. Учеба совсем вымотала парня. Он выглядит утомленным, под глазами круги черные, похудел на пять килограмм и хоть не признается, почти перестал спать. И подливать снотворное в чай совсем не выход, так долго продолжаться не может. Нужно зайти в учебный центр, не нравятся мне методы их работы. Вот посплю пару часов и обязательно схожу.

Я заглянула в свой кабинет переодеться. На столе поверх груды бумаг на меня призывно смотрел красный конверт. Я вскрыла его и прочла вложенную записку. Ничего кроме, как приказания не позднее двенадцати часов явиться в учебный центр, я из нее для себя не вынесла. Глянув на часы, было без четверти двенадцать, я порадовалась, у меня еще оставалось время на чашку кофе. Выпив очень крепкого кофе, уповая на то, что не усну в ближайшие полчаса, я отправилась на неприятную встречу, то, что она будет неприятной, я не сомневалась.

В коридоре учебного центра было как всегда многолюдно. Из класса в класс сновали дети разных возрастов. Они шумели, смеялись, перекрикивались, чуть ли не через весь длинный коридор. На какой-то миг я позавидовала им. У них нет никаких проблем, им не нужно принимать сложные решения, нести груз ответственности.

Дверь директорского кабинета венчала металлическая табличка, возвещавшая, что в данной комнате обитает Амаранта Виллар. Я коротко постучала и решительно вошла в кабинет. За огромным письменным столом восседала женщина лет сорока, я ее не знала, наш бывший начальник учебного центра ушел на пенсию. Нынешняя директриса недавно пришла, так что у меня еще не было случая познакомиться с ней лично, до этого я видела только ее медицинскую карту. Одета она была не в обычный форменный темно зеленый комбинезон станции, а в брючный костюм нежно персикового цвета, чем приятно меня поразила. Она подняла на меня немножко узковатые темные глаза, спрятанные под толстыми линзами очков.

— Вы — Романова Анна Дмитриевна? — Строго спросила она, поправляя прядку рыжих волос, выбившуюся из высокой прически.

— Да, это я, — подтвердила я, всем своим существом стремясь к креслу для посетителей около стола и надеясь, что она не будет затягивать с предложением присесть.

— Так я и думала! — неприязненно заявила она.

— Простите? — мои брови взлетели вверх.

— Только такая молодая и легкомысленная особа могла поставить престиж нашего учебного центра под угрозу!

— Вы знаете, госпожа Виллар, у меня были слишком длинные сутки и шесть экстренных операций, так что я не в настроении угадывать ваши аллегории. Извольте объясниться! — я без приглашения уселась в кресло для посетителей.

— Мы пошли вам навстречу, согласившись принять на обучение вашего… гм… протеже, — я смотрела на нее и думала, что если она пренебрежительно назовет Влада рабом, ей в скором времени придется встретиться с Костиком из пластической хирургии. — Но теперь я требую, что бы вы забрали его из нашего учебного заведения!

— Причина?

— Мало того, что он не успевает по программе, так он еще избил своих одноклассников!

— Одноклассников? — переспросила я, меня поразило больше не то, что Влад посмел кому-то надавать тумаков, об этом я с ним поговорю позже, а то, что слово было во множественном числе. — И сколько же их было?

— Он устроил драку в раздевалке, избив пятерых учеников! Между прочим, лучших учеников класса!

— Всех сразу или поодиночке?

— Простите? — мой вопрос явно застал ее врасплох. Она никак не могла понять, куда я клоню.

— Я спрашиваю, — терпеливо повторила я, — Влад отлавливал ваших лучших учеников по одному или бил их всех сразу?

— Какое это имеет значение? — крылья носа директрисы раздувались, как у норовистой лошади.

— Пока никакого, — пожала я плечами, — давайте вернемся к этому позже. А пока поговорим о том, что Влад не успевает по программе. Меня очень занимает один вопрос — каковы методы и интенсивность обучения?

— Самые обычные, — ее уверенность в себе немного поколебалась, едва уловимо, но мне этого вполне хватило, чтобы перейти в наступление.

Не прошло и пяти минут, как передо мной уже лежал план обучения, разработанный для парня. Внимательно изучив документ, почувствовала, что у меня отнимаются ноги, когда подсчитала, что беднягу за полтора месяца напихали знаниями, для получения которых в обычных условиях уходит около девяти лет. Куда я только смотрела!? Положилась на специалистов, черти бы их всех пожрали! Его бессонница показалась несущественной мелочью. Парень мог попросту сойти с ума от такого количества информации. Уж не знаю, какой бог, черт или ангел его охранял, но делал он свою работу качественно.

Я потерла лицо, стараясь унять бешенство, поднимающееся откуда-то из темных уголков души, боясь, что сверну директрисе шею, а после разгоню всю эту богадельню.

— Скажите, а вы ночью, как, нормально спите? — поинтересовалась я.

— В… в смысле? — нервно сглотнув, спросила госпожа Виллар.

— В смысле — совесть не мучит? Да как же вы посмели, бога в душу мать через обе ноги!?

— Попрошу не выражаться! — потребовала она срывающимся голосом, с неприкрытым ужасом наблюдая, как я медленно поднимаюсь из-за стола.

— Я выражаюсь? — ужаснулась я, оскалившись, и заставляя ее, попятится, — я еще пока не выражаюсь, я пока еще мирно беседую. Выражаться вы начнете, когда я заявлю в отдел расследований преступлений против человечности, о том, как вы издевались над своим учеником Романовым Владиславом Дмитриевичем, насилуя его сознание, заставляя изучать девятилетний курс обучения за полтора месяца!

— Он раб, на него законы не распространяются! — в последней попытке защититься пискнула она.

— Ка-ак? Вы взяли на обучение раба!? — изумилась я. — Не-ет, дражайшая госпожа директор, вы приняли к обучению Романова Владислава Дмитриевича. В его анкете, прошу заметить, нет ни слова, ни вздоха о том, что у вас обучается раб с номером сорок семь девяносто четыре! Вы понимаете, что едва не свели парня с ума? — устало спросила я, и совсем не сыгранная, а натуральная тоска, прозвучавшая в голосе, заставила ее вздрогнуть, как от удара, — Как же это у вас совести хватило-то, а? Он и так побывал там, где чертям тошно станет. И я молю бога, что бы ни вы, ни приведи бог, ваши дети не оказались на его месте. А ведь можете. Вы об этом не задумывались? История знает подобные примеры и не единожды. От сумы и от тюрьмы не зарекайся! А вы… — я с презрением махнула рукой.

— Он раб! — повторила она, будто это могло снять с нее всю ответственность.

— Да, — согласилась я, — но чем он отличается от вас? Мы не берем в расчет некоторые половые признаки и, уж простите, возраст. Не задумывались? У него две руки, две ноги по пять пальцев на каждой. Один нос и два уха. Прям как у вас! И кровь у него… Кстати, вы помните свою группу крови? Нет? АВ резус отрицательный. Не смотрите на меня так, я не готовилась к нашему разговору, просто группа редкая и каждый ее обладатель на счету. Так вот, у Влада она той же группы и резуса. И если надо будет, он, не задумываясь, отдаст ее вам. И не потому, что я прикажу, нет, а потому что по-другому не сможет.

Конечно, сказанное мною не совсем правда, при жизненной необходимости женщине будет перелита любая группа при условии отрицательного резуса, но одногруппная предпочтительнее. Но ей об этом знать не обязательно. Мои слова произвели на директора должное впечатление, и она чуть сдала позиции.

— Я понимаю ваши чувства, — примирительно проговорила она, — но поймите и меня — такой ученик лишняя головная боль и я всего лишь хотела ускорить его выпуск насколько это будет возможным! Мне неприятно исключать его, — вздохнула директриса.

— Так дайте парню доучиться и не таким варварским способом, — пожала я плечами, не видя в этом никакой особой проблемы.

— Я готова закрыть глаза на пропуски и неуспеваемость, но как быть с дракой?

— Ах, драка! Ну, да, конечно, драка… Лучшие ученики класса… Я помню. И где сейчас находятся пострадавшие?

— В медицинском кабинете.

— Судя по тому, что ни меня, ни моих коллег не вызывали, переломанных костей и ничего экстренного нет? Я правильно понимаю?

— Ну, да, — с некоторой растерянностью подтвердила педагог, — только у одного разбит нос.

— Разбит нос? — я хмыкнула и покрутила головой. — Вы вообще соображаете, что мог сделать Влад, если бы действительно захотел избить их? Он гладиатором на арене несколько месяцев скакал! Шеи голыми руками сворачивал и не только людям. И не за деньги, а за собственную жизнь!

— О, господи! А казался вполне уравновешенным человеком!

— А он и есть такой. Могу я поговорить с вашими лучшими учениками? Со всеми шестерыми. Я думаю, что смогу все уладить.

Мне не пришлось долго ждать появления участников драки. Я бросила на Влада осуждающий взгляд, натолкнувшись на который он едва заметно побледнел и отвел глаза. Остальные пятеро вели себя непринужденно и даже нагловато, явно не чувствуя за собой никакой вины. Ну, ладно, начали. Скальпель!

Я глазами указала Владу, встать слева от меня, тем самым оказавшись напротив лучших учеников своего класса. Влад выполнил мой молчаливый приказ, застыв в напряженной позе.

— А теперь я желаю, что бы мне доходчиво объяснили, что здесь произошло! — потребовала я у недорослей.

— Он напал на нас! — шмыгнув носом и нагнав на себя несчастный вид, заявил самый тощий и щуплый из них.

— Да, — вразнобой подтвердили остальные.

— Он мне нос разбил, — пожаловался коренастый, указывая на свой распухший нос.

— Что вот так, ни с того, ни с сего? Зашел в раздевалку и давай вас избивать?

— Ага, он как взбесился!

— Так все было? — я грозно посмотрела на Влада.

— Выходит, что так, — безразлично отозвался он, бросив на меня короткий взгляд, но тут же опустил глаза, принявшись разглядывать пол у себя под ногами. Черт! Он и не думал защищаться.

— Очень интересно, — протянула я, откидываясь на спинку стула, — а где это было?

— В раздевалке, — удивился один из подростков.

— Это я понимаю, но меня интересует, в какой именно части раздевалки — слева или справа от входа, если стоять в коридоре?

Лучшие ученики класса озадаченно переглядывались, не спеша отвечать на мой вопрос. А Влада я не спрашивала, зная наперед — ничего от него не добьюсь, кроме своих вытрепанных нервов. Упрямству молодого человека мог и осел позавидовать.

— Итак, — я строго посмотрела на подростков явно смущенных необходимостью отвечать на вопросы, — с какой все-таки стороны произошла драка?

— Вы не имеете права устраивать нам допрос! — буркнул один из них.

— А я и не допрашиваю вас, — возразила я, — на него, — я кивнула на Влада, — поступила жалоба, что он зверски избил своих одноклассников, а я лишь выясняю подробности.

— Справа, — ответил за всех тот, что с разбитым носом.

— Еще интереснее, — я покивала головой, и, повернувшись к Владу, заметила, — что ж ты, подлец, на детей нападаешь?

— Да я… — начал Влад, под мстительно насмешливыми взглядами подростков.

— А ваши шкафчики, значит, справа, — уточнила я, не дав Владу закончить свою мысль.

— Да нет, сле… — говоривший поперхнулся, поняв, что говорит что-то не то.

— Значит слева, — мягко подытожила я, — и получается, что у правых шкафчиков вам делать совершенно нечего, так? Тем более, если я ничего не путаю, выход из душевой находится в левой стороне раздевалки. Так, я спрашиваю!? — рявкнула я, сверля их взглядом.

— Да, — прошелестели они.

— Очень хорошо, — переходя опять на мягкий тон, проговорила я, — а теперь объясните мне быстро и доходчиво, что вы делали в правой части раздевалки?

— А почему мы вообще должны с вами разговаривать? — набравшись наглости, буркнул один из них.

— Я уже отвечала на этот вопрос, — заметила я, — но, для тех, кто не понял, повторю — вы можете не разговаривать, — я пожала плечами и потянулась к видеофону, — только я вызову сейчас следователя из полицейского отделения, и передам ему все разбирательства. Поскольку здесь произошло преступление, квалифицирующееся в законе, как нападение с нанесением телесных повреждений. А следователь, думаю, разберется куда быстрее, чем я, кто спровоцировал, а значит, был истинным виновником драки. Только делать он это будет не здесь, а на своем рабочем месте. Я думаю, ваши родители будут счастливы, забирая сыновей из полицейского управления. Ну, так что — я набираю?

— Не надо, — проворчал он, — мы были в той части раздевалки, потому что… потому что просто хотели посмотреть на его клеймо и попросили снять полотенце, а он отказался.

— И что? — я улыбнулась, подбадривая к продолжению.

— Тогда я хотел снять с него полотенце, а он начал драться! Мы не думали, что все так будет. Он же должен исполнять… Мы свободные, и он должен подчиняться!

За моей спиной из горла директора вырвался тихий стон.

— Лучшие ученики? — подняв бровь, я повернулась к директрисе. — Мухи не обидят, самые вежливые, ага?

На мою реплику директриса только медленно опустилась за свой стол.

— Так кто ж тебе дал право, мелкий ты пакостник, срывать с кого-то полотенце в душе? — растягивая губы в сладкой улыбке, нараспев проговорила я, — А вы знаете, дети индиго, что по этому поводу в уголовном кодексе есть строго определенная статья, которая весит лет эдак пять? За сексуальное домогательство с попыткой изнасилования. Была попытка? — я повернулась к Владу, тот затряс головой в знак согласия, уже почти прижимая подбородок к груди. Его била мелкая дрожь. От еле сдерживаемого смеха, я полагаю. Ну, подожди, вернемся домой, я тебе такое промывание мозгов устрою!

— Да не хотели мы его насиловать! — едва не плача от перспективы оказаться за решеткой простонал тот, что с разбитым носом. — Мы просто хотели посмотреть, а он не давал!

— Вот вы так хорошо в правах и обязанностях разбираетесь. А вы знаете, что хозяин несет ответственность за своего раба за все его действия? И любое оскорбление нанесенное рабу, является одновременно и оскорблением его хозяина? Хозяин в данном случае я! С меня никто не желает штаны снять? Нет? Странно! А я, знаете ли, желаю, вот прямо сейчас в организме появилось непреодолимое желание спустить с вас всех штаны и пустить голым задом по всему учебному центру!

Я усмехнулась про себя, видя, как вытянулись и побледнели их лица. Они ни на секунду не усомнились, что я выполню угрозу. Еще немного и дети, с которых моментом слетела спесь, будут в ногах валяться, умоляя не делать этого. Решив, что достаточно потрепала им нервы, и они надолго усвоили урок, я отпустила их с миром, пообещав, что не стану беспокоить их родителей и полицию, если пообещают в следующий раз крепко подумать, прежде чем совершать что-то подобное.

— Это было жестоко, — задумчиво проговорила директриса, глядя на закрытую дверь.

— Возможно, — не стала я спорить, — но действенно. Подобный щелчок по носу от чужого человека запоминается гораздо лучше, чем от родителей или учителей, которых подростки, как правило, воспринимают как нечто назойливое, но не заслуживающее особого внимания. Я думаю, мы все решили, и нет более препятствий оставить Влада в учебном центре?

— Да, пусть остается и я рада, что мы все выяснили, — кивнула директриса.

— Вот и хорошо, — удовлетворенно кивнула я, — осталось уладить всего одну небольшую вещь. Я думаю, Владу необходимо извиниться перед вами за причиненное беспокойство!

Понукаемый мною Влад забормотал извинения, госпожа Виллар приняла их, после чего я выпроводила Влада за дверь и договорилась с директрисой о незапланированной неделе каникул.

Я покинула кабинет директора с ощущением, что из меня выжали последние крохи энергии. Влад подпирал плечом стену, рассеянно теребя шлейку рюкзака. При моем появлении он выпрямился и виновато посмотрел на меня.

— Тебе было смешно, — обвинила я его и двинулась к лифтам.

— Было, — не стал он спорить, догоняя меня, — но только в самом конце. Устала?

— Да, и вместо того, чтобы спать разбиралась с какой-то глупой дракой, которую устроил ты! — я раздраженно нажала кнопку вызова лифта.

— Мне стыдно, — заверил он меня, — но я не…

Подошел лифт, и разговор пришлось отложить, в кабинке было слишком много лишних ушей. Я разглядывала свое отражение в никелированной табличке с кнопками и сердито думала, что спать лечь не удастся, пока не выясним отношения. Отчитывать Влада не хотелось, он прав и сделал то, что должен был сделать. Оказавшись в каюте, я, так и не проронив ни слова, направилась в кухню поставить чайник. Влад притащился за мной.

— Ань, — жалобно позвал он.

— Чего тебе? — буркнула я, доставая из шкафчика чашки и печенье.

— Не молчи, а? Ругай меня, что ли, ну, скажи, что я неблагодарная скотина.

— Ты неблагодарная скотина, — пожала я плечами, — сядь, пожалуйста, и оставь в покое рюкзак! Тебе чай или кофе?

— Кофе, — вздохнул он, усаживаясь за стол, — я не устраивал драку, они меня вынудили.

— Ну, конечно, — не удержалась я от сарказма, ссыпая зерна в кофемолку, — тебя вынудили! Влад, я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы осознавать — если ты не захочешь, не выйдешь из себя, что бы с тобой не делали!

— Они первые начали драку, — устало проговорил он, — вот, посмотри!

Поднялся и, отвернув пояс брюк, показал свежую царапину.

— Влад, я все понимаю. Я знаю, что они тебя провоцировали, но и ты пойми — сегодня все закончилось хорошо, только потому, что за тебя вступилась не только я, но и директор!

— Не правда! — горячо возразил парень, принимая чашку. — Она ничего не сделала!

— Вот именно! Она не помешала мне и одним этим очень помогла! А ты, вместо того, что бы учиться намерено не готовишься к занятиям в надежде, что тебя отстранят, чтобы со спокойной душой идти играть в компьютерные игры! Ты должен получить аттестат, здесь тебе дают по возможности укороченный курс, иначе пришлось бы учиться несколько лет! Если ты получишь аттестат, я помогу найти тебе нормальную работу на станции, если же нет, пойдешь ко мне в отделение в послеоперационную палату и в психушку. Санитаром. День там, день там. И без напряга. Полы мыть от крови, судна выносить, и еще много чего интересного и приятного, непыльная работенка. Там особого ума не надо и примут тебя с радостью, людей у нас вечно не хватает. Я тебя не пугаю, я просто констатирую факт. Тебе нравиться такое будущее?

На протяжении этой речи я чувствовала себя крайне неудобно. Сюрреализм какой-то, честное слово! Меня все не покидала мысль, что Влад на добрых четыре года меня старше, так он еще выше и сильнее — махнет лапкой и не заметит, а от Ани только мокрое место и осталось, ни один патологоанатом не соберет!

— Уж лучше работать, чем ходить в учебный центр, где все на тебя смотрят, как на обезьяну, по недоразумению научившуюся ходить и бриться! — беззлобно огрызнулся Влад.

— Не вопрос! — оскалилась я и, повернувшись к видеофону, набрала номер госпиталя.

— Геннадий Васильевич, здравствуйте, — поздоровалась я с начальником.

— Виделись уже, Анна Дмитриевна, — нахмурился начальник, — и почему вы до сих пор не отдыхаете?

— Да вот тут нужно проблемку одну разрешить, — неопределенно ответила я, — вы же знаете, что Влад учится в нашем центре?

— Да, ты мне говорила, — Геннадий Васильевич никак не мог уловить, к чему я клоню.

— Так вот, не хочет Влад больше учиться!

— А чего ж он хочет? Жаниться? — он так и сказал, через «а».

— Нет, жениться он не хочет тоже, — я оглянулась на побледневшего Влада, — он хочет работать.

— Ах, работать! — протянул начальник, и, криво ухмыльнувшись, включился в мою игру, пусть и не совсем понимая, зачем мне это надо. — Работать это хорошо. Присылай, у нас пятерых санитаров не хватает. Особенно в гастроэнтерологии! Сегодня уже поздно, а вот завтра с самого утра!

— Спасибо большое!

— Ты все понял? — выключив связь, я повернулась к оторопевшему Владу. — Завтра приступаешь! Все, я спать.

Так и не предоставив ему возможности ответить, я ушла в свою комнату и блаженно вытянулась на кровати. Что ж, посмотрим, кто кого! Через неделю ты будешь счастлив, вернуться в учебный центр!


Глава 4 | Вершина мира. Книга первая | Глава 6