home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 18

Отто все же поведал им немало интересного. Судя по словам пленника, прежде чем приступить к активным действиям в прошлом, цайткоманда закрепилась в польском замке Взгужевежа и заручилась поддержкой двух влиятельных союзников – властолюбивого ландмейстера Дитриха фон Грюнингена и воинственного епископа Германа фон Крайземана. С их согласия Фридрих фон Берберг открыл межвременной портал в Дерпте, где и была сконцентрирована ударная сила пришельцев из будущего.

Когда ливонский ландмейстер благодаря кульмскому перевороту с участием «небесного воинства» стал обладателем черножелтого креста Верховного Магистра, пришло время для осуществления основного этапа операции «Кройццуг»[92]. Вместе с многотысячным войском германских рыцарей, датчан, шведов и пронемецки настроенных вождей эсточудинских племен в крестовый поход на Русь из Дерптского епископства отправились полдесятка танков. А если быть точнее – то четыре, поскольку пятый уже благополучно упокоился в торфяной могиле.

Панцерваффе цайткоманды сопровождал взвод мотострелков на «цундаппах» и столько же пеших автоматчиков. Силы по меркам двадцатого столетия небольшие – всетаки, как признавался фон Берберг, переброска крупных подразделений в прошлое фашикам не под силу. Но и этой ударной группы вполне достаточно, чтобы навести суеверный ужас и разгромить любое средневековое войско – хоть бесчисленное мужицкое ополчение, хоть элитную княжескую дружину.

Кроме того, на аэродроме под дерптской платцбашней базировался «мессершмитт109». Слава Богу, пока в единственном экземпляре. Но и один военный самолет в состоянии осуществлять эффективную авиаподдержку любых наземных операций. При необходимости люфтваффе цайткоманды могли бы достать с дерптской взлетнопосадочной полосы даже самые удаленные русские княжества.

Как явствовало из дальнейшего рассказа немецкого танкиста, Фридрих фон Берберг с основными силами крестоносцев и цайткоманды отправился из Дерпта вдоль Эмайыги к Соболицкому берегу Чудского озера. Двигаясь по береговой линии на юг – в сторону Исменьского городища или, как именовали это поселение эстычудины, Мехикоормы, штандартенфюрер намеревался отсечь русские войска от озера и навязать князю Александру битву на подступах к замерзшему водоему.

Решение вполне логичное: гнать танки на весенний лед, по которому и кавалериято пройдет с опаской, – безумие. Даже «легкие» «рыси» перетонут там на раздва. Зато на суше легко совместить тактику танкового клина с ударом классической тевтонской «свиньи».

Собственно, разбить и обратить врага в бегство объединенные орденскоэсэсовские силы смогли бы и без танков – при помощи лишь авиации и мотострелков. Но если верить Отто Майху, фон Берберг желал свести к минимуму возможные потери в самом начале крестового похода. Именно поэтому окрестности Чудского озера перед решающей битвой с русичами облетал «мессершмитт», а навстречу русским войскам по кратчайшему пути – через Моосте – в разведку был отправлен небольшой рыцарский отряд, усиленный быстроходным танком Отто и двумя «цундаппами» с пулеметами. Обо всем увиденном летчик и танкисты докладывали по рации лично штандартенфюреру.

– Так у вас имеется радиосвязь с фон Бербергом? – спросил Бурцев.

– Была связь, – немец выразительно глянул на затопленный танк.

– Что вы успели ему сообщить?

– Что встретили небольшую группу противника…

– И?

– И уничтожили.

– Дальше?

Отто опустил глаза:

– Мы передали содержание ну… той провокационной надписи на снегу и подробно описали человека, который ее сделал. Потом получили приказ во что бы то ни стало взять вас живым, полковник.

– Это все?

– Прежде чем затопило рацию, мы сообщили, что танк увяз в болоте и вытащить машину своими силами не представляется возможным.

– Значит, следует ждать спасательной команды?

– Не знаю.

Словам танкиста можно было верить, а можно было и не верить. Бурцеву показалось, что перепуганный пленник все же говорит правду. Впрочем, в любом случае, чем скорее они уберутся отсюда и найдут князя Александра, тем лучше. Но и поторапливаться тоже надо не спеша. Еще несколько минут Бурцев потратил на ревизию трофейных боеприпасов.

Арсенал «цундаппа» оказался выше всяческих похвал. Стандартная цилиндрическая вермахтовская укупорка на шесть барабанных пулеметных коробок со снаряженными лентами по пятьдесят патронов в каждой. Плюс переносной металлический ящик с лентой на двести пятьдесят патронов. В общем, живем пока: есть чем заменить опустевший пулеметный барабан. Бурцев перезарядил пулемет сразу – дело оказалось несложным.

В коляске отыскался также полный комплект инструментов для обслуживания «MG42». С истинно немецкой аккуратностью в деревянной коробке были разложены масленка, набор ключей, пара запасных затворов и затворная рама, щетки и щеточки для чистки ствола и подвижных механизмов пулемета. Имелась даже асбестовая перчатка. Видимо, предназначалась она для замены перегретого ствола. Запасной пулеметный ствол лежал отдельно. Впрочем, вряд ли он потребуется. Патронов в «цундаппе» все же не так много, чтобы бесконечными очередями угробить надежное оружие.

Последним Бурцев открыл ящик, закрепленный позади коляски. Открыл и ахнул. Ничего ж себе… Опять – ручные противотанковые гранаты! Кумулятивный ужас любой бронетехники и укреппунктов. Всего восемь штук. С теми, что Бурцев снял с мертвого пулеметчика, будет полный десяток. Похоже, фашики приготовились не только воевать в чистом поле, но и города брать. И то ведь верно: никакие стены, ворота и двери тайных подземелий не спасут вражеских воинов от таких вот «сюрпризов». Кумулятивная струя прожжет, продырявит преграду, которую не возьмут пули. Эх, жаль, второй мотоцикл утонул. Может, там в люльке и фаустпатрон какой обнаружился бы. Или еще что полезное. Ладно, гранаты на войне – тоже вещь нужная.

– Ну, чего ты там возишься? – вновь торопил Юлдус. После всего пережитого татарин здорово нервничал.

– Едем! – кивнул Бурцев. – Немца этого возьмем с собой.

Садиться на адову машину никто, кроме Бурцева, не пожелал. Даже раненый Кербет, что едваедва пришел в себя, предпочел занять место своего недавнего пленника в седле. А вот мнения унтерштурмфюрера и спрашивать не стали – связанного эсэсовца силком впихнули в залитую кровью мотоциклетную коляску. Отто, впрочем, не сопротивлялся. Танкиста вполне устраивало, что ему сохранили жизнь.

Поехали…

Татарские всадники бережно придерживали раненого черкеса. Рядом с группкой Юлдусовых стрелков ехали Освальд, Сыма Цзян и Ядвига. Эст Вейко следовал впереди, указывая безопасную дорогу через коварные торфяники. Фашистский «цундапп» замыкал шествие. Трофейный мотоцикл злобно рычал, тарахтел и выбрасывал снег изпод колес. И долго еще воины тринадцатого столетия с опаской оглядывались на диковинную тварь, которую не побоялся оседлать, крепко вцепившись в изогнутые рога, их отчаянный спутник – владелец золотой пайзцы Кхайдухана.

Когда в небе над Моостой вновь появился «мессершмитт» цайткоманды, Вейко уже успел увести небольшой отряд в густой и непроглядный сверху сосновый лес. Самолету оставалось лишь кружить над кровавым «HITLERKAPUT». На дерптский аэродром «мессер» вернулся ни с чем.


Глава 17 | Тевтонский крест. Гексалогия | Глава 19