home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 29

Бурцев глухо матерился сквозь намотанную на лицо ткань. Стрелялито по нему – по одинокому бедуину на верблюде, укрывшемуся за танковой махиной. Прицельно так стреляли… Вспучивался песок под гусеницами «Пантеры». Звякали пули о сталь. Свистело над головой. Разокдругой хрустнула платформа на горбу дромадера. Чуть не попали, мля!

Спасение от свинцового дождя было только одно. Бурцев, высвободив ноги из нагорбной платформы, сиганул со спины дромадера на башню танка. Раскаленная броня обожгла ладони, но плевать… С башни он угрем скользнул в открытый люк.

Уух! А внутри – и вовсе ад! Жара, как в духовке, тошнотворный запах машинного масла и бензина, невыветревшаяся пороховая гарь. Вообщето в комфортных фашистских «Пантерах» вроде бы должна быть даже система кондиционирования, но хрен разберешь сейчас, где она есть, как работает и работает ли вообще.

А на броню все сыпался стальной горох. Бурцев метался в башне, как в тесной клетке. Два года назад ему довелось приручать бронированную «Рысь», но «Пантера» – совсем другой зверь. Посерьезнее, посолиднее.

Он занял место наводчика в боевом отделении. Попытался сориентироваться. В нишах по стенкам и под башней уложен боекомплект. Несколько десятков пушечных снарядов, пулеметные коробки… Огрызнуться из пулемета было бы проще всего. Но что пулемет сделает танку?

А ничего!

Стрельба снаружи стихла. Фашики тоже поняли, что понапрасну тратят патроны. Странный бедуин, укрывшийся в «Пантере», был уже вне досягаемости пулеметного огня. Бурцев прильнул к окулярам прицела. Увидел, как «Рысь» остановилась на секунду. Тоже сломалась?! Вот было бы здорово!

Как же! Размечтался! «Рысь» вдарила из пушки. Прямой наводкой.

Бабах!

Попало!

Тряхнуло!

Оглушило!

Еще раз! Еще!

И все же скорострельная двадцатимиллиметровка легкого разведывательного танка слабовата будет против лобовой брони «Пантеры». Бронебойные снарядики «Рыси» рассчитаны на цели попроще. И сейчас снарядики эти рикошетили, отскакивали, не причиняя вреда. Если не считать гула в башне и в голове.

Снова выстрел, снова… Еще удар. Еще…

В башню. В корпус…

Уйти от обстрела не стоило и пытаться. С полуразобраннымто двигателем, побитым к тому же пулеметной очередью! Броня, правда, держала удары стойко, но…

Но атакующий танк уже объезжал неподвижного противника. Кажется, немцы отказались от мысли напугать Бурцева и выкурить его из «Пантеры». А если «Рысь» зайдет сзади да засандалит по распахнутому моторному отсеку? Да по бакам! Блин, тогда в раскаленном танке станет горрраздо жарче. Надо отвечать. Надо! И не из пулемета, конечно.

Бурцев осматривал и ощупывал пушку. В принципето, все орудия одинаковы. Ну или почти. В десантуре его многому учили. Диверсантауниверсала какникак готовили. Так что общее представление о пушках, в том числе и о танковых, он имел. Орудие «Рыси» освоил – разберется и с семидесятипятимиллиметровкой «Пантеры». Куда деваться – выбора ведь нет!

Итак, что тут у нас? Казенник, клиновый затвор, полуавтоматика копирного типа, гидравлический тормоз отката и воздушножидкостный накатник. Секторный подъемный механизм, а на рукояти маховика – кнопка электроспуска. Имелся даже компрессор для продувки ствола после выстрела. Компрессор располагался прямо под его, бурцевским, задом. Жаль вот только, башню при неработающем двигателе придется ворочать вручную. Ладно, крена нет – справимся.

Снаряд он выбрал из тех, что поувесистее. Наверное ж, бронебойный. Наспех и с третьей попытки зарядил орудие. Болванка под семь кагэ наконецтаки вошла куда положено.

Со стороны было видно, что танк ожил. Чуть опустилась пушка, валя тент. Потом сдвинулась башня.

«Рысь» не тратила время на маневры. Экипаж гнал машину быстро и прямо. По предсказуемой траектории – самой короткой дорогой к уязвимой корме противника. «Рысь» находилась уже в сотне метров – не дальше.

Бурцев разворачивал башню, соревнуясь в скорости с вражеской бронемашиной.

Немцы заволновались. Легкий танкразведчик поворотил короткий пушечный ствол и – бабах! бабах! бабах! – шарахал на ходу, не останавливаясь. И снова не промахнулся. Тряхнуло уже не спереди – сбоку. И сзади. Слава богу, топливные баки пока целы! Но надолго ли?

Бурцев перестал крутить башню. Прямая наводка с упреждением на два корпуса.

На полтора.

На корпус.

На полкорпуса…

Он целил не в приземистую башенку врага – ниже. Куда попасть проще. «Огонь!» скомандовал сам себе. И нажал гашетку.

Огненный всполох задел «Рысь» чутьчуть, самую малость. По гусенице слегка мазанул. Но дело свое сделал – остановил машину. С выбором снаряда Бурцев не ошибся: пушка «Пантеры» выхаркнула бронебойный плевок. Полетели сорванные траки, танк закружился волчком, встал. А расстреливать неподвижную мишень – это ж куда как проще!

Немцы тоже все поняли. Немцы выскакивали, бежали прочь от обездвиженного железного гроба. Первый бежал, второй… В танке оставалось еще двое… И эти двое на чтото надеялись.

«Рысь» пальнула снова. В корму. Но, видимо, достать топливные баки «Пантеры» куцая двадцатимиллиметровка со своей позиции пока не могла.

Второй раз Бурцев заряжал орудие быстрее. И второй снаряд вогнал точнее. Аккурат под башню вогнал. Бронебойная болванка семидесятипятимиллиметровой пушки – верная смерть для легкого танка. Снаряд вышиб в броне «Рыси» пробку размером с кулак. Гдето в чреве машины сдетонировала боеукладка. Башню сорвало, своротило набок. На фиг!

Готов!

Двух танкистов, что бежали к замку, Бурцев скосил из спаренного пулемета. Потом наступила очередь тевтонов, укрывшихся в крепости. Бурцев заряжал, наводил, стрелял. Заряжал, наводил, стрелял…

Помимо бронебойных, в «Пантере» имелись подкалиберные и осколочнофугасные снаряды. В дело шло всё. Подряд. Бурцев целил по брешам в стенах, по бойницам, по разбитым воротам. Палил туда, где мелькали черные кресты. Полтора десятка выстрелов – и кресты мелькать перестали.

Дальнейший штурм он предоставил вершить подоспевшим мамлюкам Бейбарса и рыцарям Жана Ибеленского. Если, конечно, в ТоронедеШевалье еще оставалось кого штурмовать.

Из танка Бурцев выполз, как из сковороды, чувствуя себя куском тушеного мяса. Мокрый, измотанный, изжаренный, на грани теплового удара. Первое, что он увидел, была верблюжья морда, флегматично взиравшая за происходящим. Корабль пустыни с пулеметом на горбу спокойно прохаживался неподалеку. Целый и невредимый! Ну бывают, бывают на свете счастливчики, которых не берут ни пули, ни снаряды.

А вот «Пантере» повезло меньше: двадцатимиллиметровка «Рыси» все же разворотила открытое моторное отделение. Теперь танковый движок точно не подлежал восстановлению.


Глава 28 | Тевтонский крест. Гексалогия | Глава 30