home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 34

Еще некоторое время они молчали.

– А дальше? – этот вопрос задала Агделайда Краковская. Повествование Телля княжна слушала, затаив дыхание. – Что было дальше?

– Дальше? – Вальтер невесело оскалился. – А дальше все обернулось против меня. – Вернуться в общину мне не позволили. Обвинили в трусости. В том, что я предал отца, оставив его одного против геслеровских головорезов. Странно было слышать такое от соседей, которые сами покорно кланялись немецкой шляпе и молча наблюдали, как вяжут отца.

Что ж, я на них не в обиде. Простым людям нужен простой герой. Красивый, сильный, здоровый, а не страшилище вроде меня. Отец, стал героем. Я остался всего лишь ходячей мишенью. Недостойным носителем яблока для стрельбы.

– Но тебя самого эта роль не устраивала? – спросил Бурцев.

– Нет. Я собрал таких же изгоев из разных общин.

Вальтер указал на свое лесное воинство. На стрелков, стоявших сзади.

– Кантоны не хотят нас видеть в составе своих баталий. Многие попрежнему считают нас исчадиями ада, хотя, как видишь, никаких рогов из моей шишки до сих пор не выросло.

– И вы создали свою общину?

– Да, и ведем свою войну. У каждого из нас есть повод ненавидеть немцев. Впрочем, если к нам в руки попадется член кантона, причинившего вред комулибо из нас, ему тоже не будет пощады.

Вот уж настоящие лесные братья. Ни за ваших, ни за наших. Сами по себе. Что ж, с этим – ясно. Но надо было спросить еще об одном… Проверить, уточнить, получить подтверждение. Тому, что известно и так. И все же…

– Вильгельм, а откуда в этих краях столько эээ… – Бурцев замялся, подбирая слово помягче.

– Уродов? – спокойно подсказал Телльмладший. – Все началось после того, как под ногами рыцарей герцога Леопольда Третьего, вошедших в наши земли, разверзлась бездна, и геенна огненная поглотила австрогерманское воинство.

Нуну… А отец Бонифаций, помнится, говорил, что геенна разверзлась на погибель швейцарцам, посмевшим выступить против герцога. Впрочем, кого спалил огонь, уже не важно. Важен сам факт. Все сходилось. Каноник, намеревавшийся сжечь трехгрудую Берту, не сочинял, не выдумывал. И штурмбанфюрер из тевтонского посольства тоже говорил правду.

«Атоммине» выброшена в прошлое. И гдето неподалеку, в самом деле, имел место ядерный взрыв. Последствия которого сказываются до сих пор. Налицо, блин, те последствия.

Бурцев смотрел на изувеченное еще до рождения лицо Телля, на жуткого вида арбалетчиков за его спиной. Мутации, мутации, мутации…

– Отец рассказывал, что в долине меж трех озер до небес поднялся столб огня, похожий на…

– На гриб?

– Да, точно… – Во взгляде Вальтера промелькнула удивление.

– А твой отец самто видел этот гриб?

– Видел. Он вел небольшой отряд стрелков, собранных в горных районах для борьбы с герцогом Леопольдом. Отец направлялся к Гисликону и Земпаху через перевалы. Мать, носившая уже в то время меня под сердцем, сопровождала его. Многие женщины ушли тогда со своими мужьями, не желая оставаться в беззащитных селениях. Но отряд отца не принимал участия в битве. Сражение началось раньше срока, и его стрелки не успели миновать горы. Отец и мать видели только адское пламя, опалившее Гисликонскую долину.

«И подхватили приличную дозу, – подумал Бурцев, глядя на Теллямладшего. – Дозу, после которой уже не рождаются здоровые дети».

– В долине трех озер, где горела земля и плавились камни, больше не живут люди. Из окрестностей тоже ушли целые общины. Места эти теперь считаются проклятыми. Заходить туда боятся. И немцы, и ополчения кантонов. И… – снова – широкий оскал на смятом лице Вильгельма, – и нам это только на руку. Возле долины трех озер удобно прятаться.

– Лучше бы вы этого не делали, – сказал Бурцев.

– Почему?

– Да так…

Он не стал объяснять. Не сказал того, о чем подумал. А подумал Бурцев о ребенке, который со временем родится у этой пары мутантов – у трехгрудой красавицы и стрелка с изувеченным в утробе матери лицом. Радиацией изувеченным. Страшно даже предположить, каким будет тот ребенок. Хотя, скорее всего, Вальтер и Берта останутся бездетными. Так, пожалуй, было бы к лучшему.

Бурцев спросил:

– Как далеко отсюда долина трех озер?

– Дватри дня хорошего ходу. Потом нужно перевалить через горный хребет. Если хочешь там укрыться…

– Нет, – отрезал Бурцев. – Там укрываться я хочу меньше всего. Наоборот, я бы предпочел держаться от тех мест подальше. И вам советую.

– Ну почему же?! Прямо туда, где из земли било адово пламя, мы ведь и не ходим…

Ну, хоть на этото ума хватило – не соваться в эпицентр атомного взрыва!

– …а окрест… Знаешь, какая там рыба крупная водится?

– Да уж представляю себе!

– А грибы, а ягоды? А яблоки? – взахлеб расхваливал свои угодья мутант.

Бурцев невольно покосился на «яблоко», что украшало голову Телля.

Похоже, тратить время на разубеждение этого ходячего накопителя бэров – занятие бесполезное. Лучше сейчас решить иные вопросы.

– Вальтер, ты, кажется, говорил о союзе, – напомнил Бурцев.

– Говорил.

– Идем в наш лагерь. Там все и обсудим.

Вальтер Телль не возражал.

– Только не лезь впереди меня, – попросил Бурцев. – И своим стрелкам скажи. А то мои ребята, чего доброго, встретят вас не так, как должно встречать союзников.

Сыма Цзян, к примеру, пулеметной очередью может поздоровкаться. От неожиданностито. И с перепугу…

Подготовить надо было сначала дружинников к такому зрелищу.


Глава 33 | Тевтонский крест. Гексалогия | Глава 35