home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 41

– Значит, из одной колдовской башни, расположенной за здешним Черным лесом, вы, посредством магии, можете перенестись в другую башню, что стоит уже в тевтонских владениях, – подытожил Вальтер.

Бурцев кивнул:

– Можем.

– В такое трудно поверить. Но я верю. Я видел, как стреляет без конца бомбарда, заряженная лишь единожды. Я ездил на безлошадной повозке людей сломанного креста, движимой неведомой магией. После этого слова о путешествии, которое ты задумал, Вацлав из рода Бурцев, не кажутся мне столь уж невероятными.

– Ты проведешь нас за Черный лес, Вальтер? – спросил Бурцев.

– Это не трудно. До развалин старой Шварцвальдской башни отсюда – рукой подать. Но я бы на твоем месте все же не торопился, – ответил швейцарец. – Если немцы знают о том, что знаете вы, они наверняка охраняют древние камни, к которым ты рвешься.

Бурцев задумался. Вальтер прав. Облава – облавой, но охрану в башне фашисты и тевтоны оставить могли. Вполне… Платцбашня – это ведь тоже дорога. Возможный путь отхода анкерменша. Путь, который следовало перекрыть.

– Сначала нужно все проверить, – сказал Вальтер, – выслать за Черный лес разведчиков. А уж потом…

– Я понял. Что ж, именно так мы и поступим. – Бурцев поднялся.

– Нет, Вацлав, – покачал головой Телль. – Ты понял меня неправильно. Будет лучше, если ты и твои воины останетесь здесь. Вы не знаете этих мест. Вы не сможете подобраться к холму с башней незамеченными. Вы не сумеете быстро спрятаться там, где прятаться негде.

– Так дай нам проводника. Мы были бы очень благодарны и…

– Я не дам вам проводника…

Бурцев испытующе посмотрел на швейцарца. Все? Дружба кончилась?

– …ибо один не спасет многих, – продолжал тот. – Вы можете погибнуть сами и погубите его. Мы поступим подругому. Я со своими людьми разведаю дорогу и подберусь к колдовской башне так близко, как это возможно. А после – вернусь сюда и обо всем расскажу вам.

Вот как? Очень благородно, но…

– Не пойдет, – покачал головой Бурцев. – Зачем вам рисковать ради нас? Спасибо, конечно, но я не могу согласиться. На разведку отправлюсь я и моя дружина.

– Я тоже не согласен с тобой, Вацлав из рода Бурцев. Вы не проехали мимо костра, на котором едва не сожгли Берту. И мы не пустим вас туда, где лучше справимся сами.

– Вообщето он прав, Вацлав, – негромко сказал Освальд. – Эти люди воюют здесь давно. А нам Шварцвальд незнаком. Если мы наткнемся на немцев, погибнем. Они же скорее ускользнут от погони. Рассыплются, разбегутся в разные стороны поодиночке, запутают преследователей, растворятся в чаще. И сделать им это будет легче, если мы не станем обременять их своим присутствием. Пусть первыми идут стрелки Телля.

Бурцев вспомнил схронземлянку, где мутанты укрыли его от облавы, оглядел грот. Вздохнул. Да. Наверное. Пусть. Убедили… Телль взял с собой всех своих, кто уцелел после облавы. Даже Берту прихватил.

– Еето зачем? – изумился Бурцев.

– За тем же, за чем и всегда. Если понадобится разузнать что, поговорить с поселянами или солдатами – не выходить же нам – народ пугать.

Вальтер невесело усмехнулся. Потом улыбка стала теплее, добрее.

– Да и вообще. Привыкли мы уже с Берточкой вместе. Она мне спину прикроет лучше, чем ктолибо другой.

Похоже, Берта эта Теллю была не только женой, но и верной боевой подругой. Гармония, блин, царит у этих мутантов. Завидная.

Бурцев покосился на Аделаиду…

– Мы скоро, – пообещал Телль. – Располагайтесь пока как дома. И ни о чем не беспокойтесь. В арсенале смело берите все, что приглянется. Мастерская тоже в вашем полном распоряжении.

– Спасибо, конечно, Вальтер, и все же…

– Мы скоро… – повторил Телль.

И гостеприимные хозяева уютной пещерки покинули грот.

Однако теллевское «скоро» затянулось.

Время шло. Никто не возвращался.

«А не сдадут ли нас эти швейцарские стрелки, – лезла в голову упрямая мысль, – за прощение ради?» Бурцев как мог отгонял настырную подленькую мыслишку – не сдадут. Не рискнут. С такими рожами, с таким партизанским прошлым. Не дураки ведь. Должны понимать, что амнистии «исчадиям ада» не будет, что спокойного житья им все равно не подарят. Самих же первыми на костер и отправят.

Дружинники тем временем набрали из партизанского арсенала оружия – привычного, кому что по душе. Гаврила не смог найти булавы, но вытащил из груды железа солидный шестопер. Дмитрий взял секиру. Збыслав нашел шар от кистеня. За неимением цепи привязал увесистую гирьку к крепкому ремню. Джеймс откопал себе небольшой стилет, напоминавший так любимый брави ножкольтэлло и удобно ложившийся в рукав. Бурцев взял небольшой меч с широким клинком и простыми – дерево с кожей – ножнами. Нашел и кольчужку, пришедшуюся впору и не стеснявшую движений.

Ктото тоже подобрал себе по размеру кольчугу, ктото – кожаный панцирь, ктото – легкий шлем. Щиты и тяжелое рыцарское снаряжение лат не стали даже смотреть. Это добро – не для тех, кто в бегах.

Бурангул в арбалетной мастерской возился с швейцарскими луками, усовершенствуя на скорую руку метательное оружие. На свой, степняцкий лад. Для себя и для дядьки Адама. И действительно, благодаря дополнительным накладкам, обмотке из жил и переплетенной заново тугой тетиве, простенькие луки обрели большую упругость. Стрела из таких полетит дальше и ударит сильнее.

Сыма Цзян тоже не вылезал из мастерской. Выстукивал чтото молоточками, строгал и пилил дерево, точил металл. Чем занят – не говорил. Да никто и не спрашивал. Всяк убивал время посвоему. Отсыпались в основном.

Только Бурцеву было не до сна. Все ходил и маялся у входа. Все высматривал из кустарника, закрывавшего грот, не возвращаются ли разведчики. Вот уж, действительно, хуже нет, чем ждать и догонять. И на душе – мерзко, неспокойно. Нехорошее предчувствие не давало лечь и отдохнуть.

Часовые сменялись. Аделаида звала поспать хоть немного. Бурцев отмахивался, от входа в пещеру не уходил. Пока не заметил… Да, там вон, в ручье!


Глава 40 | Тевтонский крест. Гексалогия | Глава 42