home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 64

– О, глянька, Василь, – прошептал Дмитрий. – Идут ужо к нам немцыто.

В их сторону, действительно, направлялась целая делегация. Впереди – эсэсовец с сухим жестким лицом. Плотно сжатые губы, остренькие глазкилопатки, что так и норовят выковырнуть всю подноготную.

На высокой фуражке – нацистский орел и эмблема «Мертвой головы». Тотенкопф: череп, кости. И черный мундир… Знаки различия на петлицах – три дубовых листа с желудями – и светлосерые погоны с плетением серебряного и золотого жгута указывали на высший офицерский чин.

Неужели сам магистрбригаденфюрер? Неужели вот так сразу? Такое везение, что аж тревожно и подозрительно.

По обе стороны от офицера следовало по автоматчику. Ну, тут все просто. Тут стандартный набор: каски, «шмайсеры»… Гладкие петлицы и черные окантованные погоны рядовыхэсэсманов.

Чуть позади позвякивал железом тевтонский рыцарь в панцире, белом плаще и в шлеме с опущенным забралом. Забрало было вытянутое и чуть сплюснутое с боков, наподобие собачьей морды. Рыцаря сопровождали оруженосцы и кнехты. С полтора десятка человек.

Подошли. Окружили.

Блин, что за почетный караул?! И что за нужда опускать забрало в собственном лагере?!

Бурцеву все это сильно не нравилось. Очень сильно. Пристанывая, как и положено тяжелораненому, он медленномедленно, стараясь не насторожить немцев, потянул руку за пазуху. За пистолетом. Потянул и…

Резкий кивок офицера цайткоманды. Глухой выкрик рыцаря изпод забрала.

С обоих сторон вдруг навалились два дюжих кнехта, схватили за руки, припечатали к повозке – Бурцев и ойкнуть не успел. Они что же тут, со всеми своими ранеными так обращаются? В высшей мере странно. И тревожно.

Бурцев повел глазами. Вправо. Влево.

Так… Не его одного тут коснулось фашистскотевтонское гостеприимство. В грудь каждому мариенбургскому пушкарю целило по дватри копья или меча. Автоматчики тоже вскинули «шмайсеры».

Да какого?!

– Не двигаться! – негромко, но отчетливо приказал офицер.

Один из эсэсманов быстро и умело обыскал Бурцева. Вытащил припрятанный «Вальтер», нашарил зажигалку. Пистолет сунул за пояс. Зажигалку – в карман. Отступил на шаг.

Дружина вконец ошалела. Такого приема не ожидал никто. Народ ждал приказа, знака воеводы – хотя бы погибнуть с честью.

Воевода молчал. И никаких знаков не подавал. Рано еще погибать.

Бурцев не двигался. Не шевелился. Пока. В принципе, стряхнуть с себя кнехтовувальней не трудно. Но все же… какого… Разобраться бы не помешало. А заодно – и бдительность врага усыпить.

– Позвольте представиться, – по поджатым губам офицера скользнуло чтото вроде насмешливой улыбки, – бригаденфюрер СС Томас Зальцман.

Обращался бригаденфюрер СС Томас Зальцман почемуто к раненому с перевязанной головой.

«Значит, в этом я не ошибся, – подумал Бурцев. – Значит, действительно, бригаденфюрер, магистр Зальцман. Но в чем тогда? В чем же тогда ошибка?»

– … А вы, я так полагаю, знаменитый полковник Исаев? Не так ли?

Офицермагистр не отводил взгляда от перевязанного лица Бурцева.

Как?! Как он догадался?!

– Снимитека эти тряпки, – приказал Зальцман.

Кнехты, срывая с головы Бурцева окровавленную повязку, ничуть не беспокоились о ранах, которые могли бы под ней скрываться. Впрочем, ранто там как раз и не было.

Пауза. Молчание.

– Надо же! – Эсэсовец покачал головой. – А вы в точности такой, как на картине маэстро ди Бондоне!

Еще пауза. Еще молчание.

Бурцев смотрел на прозорливого бригаденфюрера. Но когда в наступившей тишине вдруг скрежетнуло поднятое забрало, невольно перевел взгляд на тевтонского рыцаря. И сразу понял. Вот, значит, как их раскусили.

Знакомое лицо маршала ордена Святой Марии и главы тевтонского посольства, отправленного к императору Священной Римской империи Рупрехту Пфальцскому, скалилось в открытой амбразуре шлема. Лицо Фридриха фон Валленрода. Изуродованное лицо. У маршала была перебита переносицы и подрано левое веко. И шрамы эти оставили не меч и не копье. А саперная лопатка, воткнутая в смотровую щель шлемасалада.

Наверное, с тех пор маршал предпочитает другие шлемы – с выступающим над мордой собачьим забралом.

Вот оно что… Вот оно как… Маршал ведь видел во дворе Шварцвальдского замка императорских пленников, выдававших себя за тевтонских послов. И вряд ли их забыл. Бурцева, чье лицо было закрыто повязкой, Фридрих фон Валленрод сразу опознать не мог, но остальных пушкарей, якобы прибывших из Мариенбурга, – запросто. А уж после этого не стоило большого труда догадаться о том, кто прячется под окровавленными тряпицами. Догадаться и изложить свои умозаключения союзникам из цайткоманды.

– Я все понял, – злобно прошипел фон Валленрод. – Едва увидел вас здесь…

Рыцаря отстранила рука бригаденфюрера.

– Наш доблестный маршал немного не в себе. Уж вы извините его, полковник.

– Как он тут очутился? – угрюмо спросил Бурцев.

– Так же, как попал отсюда в Шварцвальдские земли.

– Отсюда?!

Не из базовой платцбашни под Мариенбургом?!

– Маршал Фридрих фон Валленрод, его люди и мои солдаты отправились на встречу с императором Рупрехтом из Взгужевежи. Межпространственный переход наше посольство совершило именно отсюда.

Бурцев растерянно глянул на кратер.

– Но Взгужевежевская башня взорвана, – пробормотал он, – а ее магия…

– Сейчас ее магия при ней, не беспокойтесь. Магия платцбашни буквально пропитала астральное поле этого места. Локализовать ее или, говоря иными словами, сгрести в одну кучу было нетрудно. И анкерменш…

Немец ухмыльнулся.

– Что – анкерменш?! – насупился Бурцев.

– Присутствие в данном временном отрезке континиумного стабилизатора, то есть вашей супруги, позволяет мне использовать магию Взгужевежевской башни для межпространственных переходов. Я ведь, если вы еще не в курсе, – шлюсельменш…

– В курсе, – хмуро заметил Бурцев.

– …а сущность магического ключашлюсселя, которым я обладаю, рождена именно Взгужевежевской платцбашней. И именно здесь, на этом месте, мои возможности как шлюссельменша возрастают многократно. Отсюда, из Взгужевежи, я могу отправиться в любую иную платцбашню сам или перебросить туда других. Мне подвластны даже те башни, в которых прежде не был ни я, ни мои люди. Я бессилен лишь там, где уже стоят чужие магические блоки.

– Бессилен? – хмыкнул Бурцев. – Вообщето Шварцвальдская платцбашня тоже заблокирована. Разблокирована, а после – заблокирована заново.

– Знаю, – кивнул бригаденфюрер. – Вы постарались, да? Что ж, имея под рукой анкерменша, обладая элементарными эзотерическими знаниями и опытом перемещения посредством платцбашен во времени и пространстве, такое возможно. Благодаря вашему магическом блоку, посланный в Швабию отряд цайткоманды и орденских рыцарей до сих пор не вернулся.

– Тем не менее маршал здесь. – Бурцев указал глазами на фон Валленрода. – И я не думаю, чтобы он своим ходом смог так быстро добраться из владений германского императора в добжиньские земли. Здесь должна быть задействована либо магия, либо ммм… авиация.

Бурцев покосился на «мессершмиты».

– Не говорите глупостей, полковник. В Швабии нет аэродромов. Все гораздо проще. Маршал и несколько его рыцарей прибыли сюда прежде, чем вы заблокировали Шварцвальдскую платцбашню. Рупрехт Пфальцский пал от вашей руки, так что послу ордена больше нечего было делать в землях императора. К тому же фон Валленрод был ранен. Вы, между прочим, своей лопаткой едва не лишили его глаза.

– Сожалею. Что не лишил.


Глава 63 | Тевтонский крест. Гексалогия | Глава 65