home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ПРОРЫВ

Недолго воины на стенах Дарквуда наслаждались победой. Через несколько минут, когда войска противника отступили, бомбардировка городских стен возобновилась с прежней интенсивностью. Правда, как метко заметил Сигизмунд, теперь конунги «крысиные норы шьют». То есть — били по трем-четырем участкам.

Пришлось срочно собирать в тех местах магов, чтобы хотя бы часть снарядов либо сбивали, либо отворачивали. Иначе и защитников перебьют, и строения порушат, вандалы.

Ночь, и без того темная, теперь наполнилась еще и «слепыми» пятнами дымных туманов. Горели не только дома в Дарквуде, но и обрушенная тура под стенами, застрявшие на поле в болоте, которые стрелки, теша жажду разрушений, обстреляли зажигательными болтами.

Около получаса я бесцельно болтался по стене, мешая в боевом ходе защитникам. Потом, видя, что ничего интересного происходить не собирается, слез. Отойдя на приличное расстояние, чтобы, не дай бог, дурным выстрелом не зацепили, дал команду на выход из виртуальности. Пока — на неполный.

Сквозь фэнтезийную реальность проступила спальня, затянутое ночью окно со скользкой панорамой ночных улиц. Судя по бисеринкам влаги на стекле, там прошел дождь. Из приоткрытого окна веяло промозглой городской свежестью.

Я стащил нейрообруч, отложил на подоконник. Призрак виртуальности пропал окончательно. Сладко, до хруста в суставах, я потянулся в кресле, встал. Короткая, ставшая уже ритуальной, зарядка, поход в туалет. Потом отправился на кухню. Распечатав бутылку боржоми, отхлебнул. Пока закипал чайник, сделал омлет, нарубил овощей на салат. А сервировав стол, сбегал в спальню и выкрутил звук на пауэрбуке до максимума. Вдруг что-нибудь случится — нужно быть начеку.

Сначала ел с аппетитом. Потом уже, когда навалилась сонная осоловелая истома, в голову полезли мысли. Не давало покоя чувство, будто я что-то упустил. Да и незнание раздражало: ведь так и не сообщили — оповестили ли Валлаха насчет духов-хранителей и опасной уловки Отступников.

Чувствуя, что свербеж гадкого предчувствия не рассасывается, я взял смартфон. Набрав номер Лилии, приложил к уху. Надеюсь, что звонок выведет ее из игры.

К моему удивлению, Болотная Ведьма сорвала трубку после первого же гудка.

— В рилайфе?

— Держу руку на пульсе, — отозвалась Лиля.

Я догадался, что речь идет об оставшейся «за бортом» команде.

— Никак не провести подкрепление?

— Никак. Пока тешит мысль, что ребят можно использовать как партизан-подпольщиков, но…

— Но при условии, что осада продлится с неделю. Минимум.

— Ага.

Я помолчал. Грустно все это. Не задалась для Ордена инквизиции эта война. Блицкриг северных кланов оказался далеко не таким простым и бесхитростным, как им виделось раньше. Проклятый Суггестор!

— К вам гонец добрался?

Лилит уточнила:

— Это ты про ночных наездниц, которые пытались объездить нашу общую знакомую миледи?

— Именно.

— Добрался. На эту тему был долгий разговор с Валлахом. Пришлось срочно созывать Совет, ругаться, плести политические интриги.

Я все понял правильно.

— Но?

— Но не получится это пресечь, — призналась Лилит. — Нужно проводить перекличку: кто сейчас в городе, кто — нет; кто и когда был принят в Орден. Такое провернуть очень сложно, но реально, хоть и долго. Однако выяснить, кто из отозвавшихся работает на Месмерита, Одноглазого Ворона и Отступников, — не представляется возможным. Понимаешь, Слава?

Я понимал. Потому и вздохнул:

— Это провал. Кончилась наша служба.

— Ну-у… — упрямо протянула Лилит. — Мы все-таки еще поборемся.

И вновь повисло молчание. Наконец я спросил:

— И что будем делать?

— Как обычно: решать станем по ситуации. Есть пара мыслишек, но, как сам понимаешь, все будет зависеть от обстоятельств.

«Короче, — перевел я мысленно, — будем хвататься за соломинку, если таковая отыщется…»

— А мне что делать?

— Если не сложно, — попросила Лилит, — потуси пока в городе. Но помни…

— При любой опасности, — закончил я, — дуть в цитадель. Помню, знаю.

На том и распрощались.

Я доел омлет, выпил чаю. Потом, совершенно не в тему, сварил кофе и символически накапал туда коньяка. Вернувшись в спальню, уселся на раскладушку, прихлебывая кофе. И сам не заметил, как сначала отставил пустую чашку, потом переместил тело в горизонтальное положение, а потом и вовсе, под звук ветра из динамиков, задремал.

Снилась мне полнейшая ерунда. Будто я, подобно барону Мюнхгаузену, лечу над Дарквудом верхом на здоровенном камне. Сначала было весело. Выщербленная серая поверхность артиллерийского снаряда мне напоминала микропланетку из «Маленького принца». Во сне даже стало обидно, что нет длинного белого шарфа на шее, а без него не в кайф любая прогулка вокруг камня метров пяти в диаметре. Потом меня стал раздражать слишком сильный ветер. И вот когда на нем сосредоточился, я обнаружил, что артиллерийский снаряд уже прошел зенит гиперболы и теперь с неотвратимостью товарного поезда летит прямиком на монастырь Святого Павлентия.

Вот я на камне пролетел над городской стеной. На боевом ходе почему-то стоят Лилит с Месмеритом. Болотная Ведьма взмахнула платочком мне вослед, а Принц Мертвых сцепил ладони замком и вскинул над головой, поощряя и как бы говоря: «Молодец! Мы с тобой!»

И тут страх жидким азотом сковывает мое тело. Навстречу с огромной скоростью летит монастырь Святого Павлентия, у его входа толкутся мертвяки. Вот на свист падающей бомбы они задирают головы, удивление оттягивает их челюсти вниз. Еще буквально пара секунд, и…

От оглушительного взрыва я даже вскрикнул и, дернувшись, вывалился из раскладушки на пол.

Несколько секунд я пытался понять, что происходит, где я и что мне делать. Потом наконец сообразил, что грохочущие в спальне взрывы извергают динамики пауэрбука.

— Вторая волна атаки!

Я вскочил, мельком глянул на часы. Три часа ночи, без пяти минут. Идеально выбранное время. В «Престолах» сидят сейчас только те, кому не нужно идти утром на работу, в школу или в универ. Это еще одна травинка, что, как известно, сломает горб верблюду, роль которого сейчас отыгрывает Орден инквизиции, постепенно лишающийся все большего числа защитников. Даже такие мелочи просчитали генералы конунгов. Блин! Поневоле начнешь их уважать!

Я быстро проверил состояние Серого Лиса, но пока, хвала наемничьей удаче, все было хорошо. Ни взрывами, ни осколками «спящего» без хозяина перса не зацепило. Это позволило мне сначала мотнуться в туалет, чай с кофием обязывали, а только потом лечь в кресло.

Увенчать голову нейрообручем, поморгать, привыкая к появившемуся отражению другого мира, и дать команду к погружению.

Бомбардировка Дарквуда была в самом разгаре. Виртуальный город-крепость я застал пылающим, как Москву, встречающую Бонапарта. Натуральный огненный лабиринт. Конунги и вправду не жалели ни средств, ни усилий. Пока стенобитные глыбы рушили непосредственную цель, остальные орудия забрасывали столицу Ордена инквизиции уже знакомыми алхимическими «взрывпакетами».

Едва вошел в игру, чувства Серого Лиса захлестнули, прошлись по коже с ног до головы покалыванием. Я закашлялся от дыма и гари. Горло саднило, глаза щипало. Сразу захотелось вернуться в уютную квартирку в рилайфе.

Я огляделся.

«Так, первым делом нужно разведать обстановку на стенах!»

Бег по улицам, меж пылающих домов, вызывал не самые приятные чувства. Огонь подстегивал и без того щедро наадреналиненный организм, от жара трещали волосы. Я пригибал голову: внизу, по-над самой землей, воздуха все-таки было побольше, чем дыма.

В огне обозначилась прореха, расширилась, напоминая створки адовых врат. Я выбежал на пустырь, где недавно спас миледи де Плерон (о чем я вспомнил с самодовольной гордостью). На бегу достал «когти кошки», постоял чуть-чуть, дыша в рукав, и полез на стену.

Думал, что вылезаю из ада, а оказалось — наоборот!

Боевой ход сплошь в дырявом саване едкого, рвущего легкие дыма. Закопченные стражники носились подобно чертям, неловко взмахивали железками, что-то в ответ противно пищало, но чаще кричали люди. Только через пару минут я понял, что здесь происходило. Понял на своем примере.

Ветер в очередной раз изменил направление, и я тут же поспешил перебежать, выскакивая из желтовато-черного тумана. А едва оказавшись на свободном месте, чуть не пропустил опасность. Огромная, с орла размером, лохматая птица вылетела буквально из ниоткуда! Нацелилась мне в лицо когтистыми лапами, распахнула клюв, резанув слух тем самым пронзительным писком.

В последний момент понимая, что не успеваю ни меч достать, ни отпрыгнуть, я выставил руки. Летающая тварь тоже немало удивилась, когда вместо парализованной страхом жертвы ей подсунули контратакующего наглеца, а ее саму схватили за лапы, как обыкновенного цыпленка.

По моему запястью больно заскребли грязные, заскорузлые когти, но я только крепче вцепился в грубую кожу лап. Тварь забила крыльями, оглушая, дико завопила, попыталась клюнуть. Я успел пригнуть голову, зажмурился, и мощный удар клювом пришелся в шлем, под ним аж загудело.

«Ах ты ж, бройлер мутировавший!»

Когда резкие и очень сильные удары клювом посыпались безостановочно, я взбесился! Размахнулся тварью, приложил о мерлон, потом без паузы — о противоположный. Каждый раз слышался сдавленный писк. Так и бил ею по стенам до тех пор, пока над ухом не проорали язвительно:

— Может, тебе меч дать? А то, смотри, уже солдаты косятся, что за странное оружие ты себе выбрал.

Я открыл глаза и осторожно поднял голову. Оказалось, что неведомую крылатую тварь я прибил пару минут назад. А все остальное время продолжал добивать, разбрасывая перья, уже и так порядком расплющенную тушу.

Сигизмунд ухмыльнулся, когда я брезгливо отшвырнул труп за стену.

— Что тут у вас?

Военачальник пригнулся, отставил одну ногу и ловко насадил на копье вылетевшую из дыма птицу. Крикнул весело:

— Разве не видишь? Качаемся понемногу.

Где-то неподалеку громко ухнуло, ярко вспыхнуло в ночи пламя. С высоты крепостной стены город предстал в образе полупогашенного костра: черные камни (не тронутые бомбардировкой дома), раскаленные угли (пострадавшие от нее) и дымы — пожарища. В низких облаках, мешающихся с чадом, отражалось пламя, казалось, что и небо полыхает адской зарницей.

— Не спи, наемник! Руби тварей!

На автомате я обнажил оба меча, поискал взглядом врага. С неба тут же спикировала крылатая тень, дико вскрикнула. Я отмахнулся длинным мечом, лезвие столкнулось с когтями твари, брызнули искры. Я быстро ткнул коротким, клинок под моей рукой с хрустом пронзил живую плоть. Тварь забилась в агонии, рухнула куда-то под стену, едва не утянув с собой оружие.

Резко развернулся, так что в суставах хрустнуло, а сухожилия зазвенели натянутыми струнами, и принял на мечи еще одну птицу. Рубануть, добить, стряхнуть с клинков. И вновь выискивать глазами врага.

Вот на одного из стражников набросились сразу три птицы. Вместе с клочьями брони, лохмотьями плоти и брызгами крови отлетели и цифры Здоровья. Бедняга заорал, не в силах справиться с ними. Но подоспеть на помощь ни я, ни Сигизмунд не успели. Птицы вдруг рывком взмыли в небо, утягивая в дымные облака вопящего от ужаса стражника. За ними оставался шлейф потерянных цифр Здоровья. И через пару секунд из облаков вылетело уже бездыханное тело, упало где-то на поле.

Военачальник от ярости заскрипел зубами. Звук был таким, что я всерьез ожидал увидеть сыплющуюся крошку эмали.

Сигизмунд проревел люто:

— Не зевай, доходяги! Спину друг дружке прикрывайте, да не забывайте врага бить!

И сам, нарушая свой же приказ, ломанулся в гущу сражения. Выругавшись на чрезмерно доблестного военачальника, я бросился следом. Нельзя было допустить, чтобы хайлевела, да еще предводителя, прикончили.

Следующие полчаса слились для меня в сплошную звуко-графическую мазню из всполохов стали, цифр и криков. В какой-то момент я просто перестал ощущать мир полноценно, сосредоточившись только на двух мечах в руках. Точнее — словно стал их дополнением. Казалось, что они жили собственной жизнью. В сверхконтрастном режиме боя были только они и птицы-мобы в багровой окантовке цели. А значение имели лишь сухие математические данные: Здоровье, Выносливость, Мана — мои и врагов.

Вскоре к птицам добавились гарпии. Те были покрепче и побольше, а соответственно и опаснее. Так что недостатка во врагах мы не испытывали. Успевай только подставлять под тела мечи да вовремя стряхивать с лезвий трупы.

Сигизмунд все время бился рядом. Он напоминал бога войны: с ног до головы во вражеской крови, лицо было искажено страшной гримасой, зубы оскалены, а ноздри хищно раздувались.

Озверев от происходящего на городской стене, я как-то даже отмахнулся от выскочившего окошка:

Поздравляем!

Вы поднялись на уровень выше!

Текущий уровень: 12.

Нераспределенных характеристик: 3.

Некогда!

Какой «на уровень выше», вы вообще о чем?! Здесь война!

Однако Сигизмунд был иного мнения. На миг сосредоточив взгляд на мне, рявкнул:

— Лис! Уходи отсюда!

Я прохрипел, неустанно взмахивая мечами:

— Ты спятил, командир?! Ты ж без меня аки дите малое — ни за что не отобьешься!

— Дурак! — гаркнул военачальник, едва ли не зубами впиваясь в подлетевшую гарпию. — Брысь со стены! В городе педера… переда… тьфу!.. Перераспредели характеристики и возвращайся! Потенциал нужно использовать с умом. Время дорого!

Я сообразил, что Сигизмунд имеет в виду. Нужно разбросать статы, увеличив мои возможности. Это позволит быстрее и с лучшим эффектом использовать новый уровень, отражая атаки.

— Я быстро! Не дохните сразу, меня подождите!

Крикнул и скакнул на амбразуру, потом красиво спланировал на землю. Звон стали и гром битвы чуть приутихли.

Я мельком обратил внимание, что Дарквуд за прошедшее время изменился. Догорели старые пожары, обнажив обугленные остатки зданий, запылали новые. Городу определенно после этой битвы понадобится не одна неделя, чтобы восстановиться.

Кровь все еще кипела после битвы на стене. Усталости я не чувствовал. Сердце колотилось, мышцы наполняла злая сила, запах крови кружил голову, а на премиумных клинках не было ни царапинки.

Я быстро раскидал статы, на этот раз отправив два очка на Ловкость, а одно, не удержавшись, на Силу. И, бросив короткий взгляд на надпись «Серый Лис [12] », побежал назад. Жажда боя подстегивала не хуже первой за день чашки кофе.

— Так быстро? — удивился Сигизмунд, давя в медвежьих объятиях гарпию. — А я думал, что будешь любоваться новыми циферками намного дольше! Вид у тебя, наемник, дюже самодовольный. Такие любят в зеркало смотреться.

— Не меряй всех по себе, деревенщина, — огрызнулся я. Рубанул «когтями кошки» налетевшую птицу, ощутил гордость, зашибив ее с первого раза. И, заменив «когти» на два меча, выкрикнул весело: — Или ты завидуешь, что так быстро новые уровни беру? Могу научить, с какой стороны за оружие браться. Если попросишь вежливо.

Военачальник фыркнул так громко, что был бы тут конь — от зависти удавился.

— Сынок, не учи отца… да что ж ты не сдохнешь, сволочь?!

Гарпия под его рукой наконец закатила глаза, пустила ртом пену. Военачальник горделиво пнул труп ногой. Хотел было, судя по наглой роже, вякнуть что-то язвительное, но его прервал тревожный рев боевых труб.

Изменившись в лице, Сигизмунд одним прыжком взлетел на мерлон, всмотрелся куда-то. В его голосе проскользнуло отчаяние:

— Проклятье! Нас отвлекали!

— Что там?

— Беда, Лис…

— Да говори же!

Сигизмунд спрыгнул обратно, стиснул кулаки так, что латные перчатки жалобно заскрипели.

— Они проломили городские ворота. Лис, войска северных кланов вот-вот войдут в город!

Пожалуй, это действительно хороший повод для отчаяния…

Откровенно говоря, я не слишком-то разделял мнение Сигизмунда, что атакой на восточную стену нас отвлекали. Сил у противника достаточно, чтобы пробить брешь в любом месте обороны. Даже несколько брешей. А у нас — наоборот. Вынуждены растекаться, что той мыслью по древу.

Наверное, Одноглазый Ворон со своими конунгами решил попросту ударить с нескольких сторон, растянув наши и так хилые силенки. А потом банально взять в клещи и раздавить. Поэтому естественно, что хайлевелов он пустил на атаку ворот, а нам достались высокоуровневые мобы, — ведь осадные башни мы благополучно остановили, как защитники Родины фашистские танки.

Срывать народ и бросать на помощь к воротам Сигизмунд не стал. Мало чем это поможет, зато напряжение возрастет по всем участкам обороны сразу. Поэтому ринулись на отчаянный звук труб мы с военачальником.

Вяло отмахиваясь от гарпий и огромных птиц, побежали по боевому ходу. Против воли в голову полезли невеселые мысли. Очень уж картинка была трагической вокруг: по одну руку виднелось поле, где ждали приказа готовые к бою полки, а по другую — пылающий город. Слабо верилось, что Министру Валлаху удастся сохранить свое место.

Пораженческий дух был настолько явственным, что я даже прикинул машинально: «А какие штрафы предусмотрены при поражении? Казнят, чтобы обнулить стату? Или попросту выкинут на мороз?»

Впрочем, предаваться унынию не было ни времени, ни возможности — мы уже подбегали к воротам.

Широкие и неприступные (как раньше казалось) ворота Дарквуда валялись на земле. Я разглядел толстые деревянные створки, обитые железными прутьями. Земля усыпана опилками и обломками. Слышались мерные удары, которые угадывались только по дрожи под ногами, ибо все перекрывал шум битвы.

Войску конунгов удалось проломить ворота с помощью тарана. И теперь толстым, в обхват, бревном с железными кольцами лупили по внутренней решетке. Она предусмотрительно опускалась именно в таких случаях, оставляя неприятеля в глухом тоннеле. Из машикулей, дыр в потолке тоннеля, сыпались на головы атакующим камни, дротики, копья. Трупов там наделали — уйму! Но все равно на решетку продолжали обрушиваться мощнейшие удары. Судя по тому, как она все больше выходит из пазов, продержится еще недолго.

Боевой ход закончился каменной лестницей, мы пробежали через стрелковую башню, ворвались в помещение над тоннелем. Здесь царило кровавое упоение. Защитники, подобно Ангелам Смерти, безустанно кололи копьями сквозь бойницы, лили смолу, швыряли камни. От моего взгляда не укрылся тот печальный факт, что снарядов и запасов осталось не так уж и много. Да и нападающие были не дураками. Давно уже подоспели могучие тролли со щитами, выстроили в тоннеле нечто подобное «черепахе», прикрывая работающих тараном союзников. Если каким-нибудь метким выстрелом сбивало сто процентов энергии со щита или тролля убивало, на его место тут же становился другой. Более-менее действенной оставалась только расплавленная смола, но ее было слишком мало. А удары по решетке продолжались…

— Где маги?! — взревел Сигизмунд.

Один из воинов поднял голову, на окровавленном лице не видно и тени эмоций.

— Все на стенах…

«Отражают снаряды, — догадался я. Подумал со злостью: — Делают то, что должны были делать духи-хранители!»

Сквозь искаженную эхом канонаду из криков, ударов тараном и звона железа пробился крик боли. Стражник, метким выстрелом пораженный насмерть, опрокинулся. Не мешкая, я подбежал, занял его место у бойницы. В ладонь привычно лег арбалет, я рванул из колчана алхимические болты. Не зря же так капитально затарился у лавочника.

Неслышно в общем грохоте тренькнула тетива, внизу полыхнуло так ярко, что даже здесь, наверху, защитники отстранились от бойниц. Я перезарядился.

Новый выстрел — и вновь в лицо дохнул сухой жар. А когда пламя опало, я со злой радостью отметил, что двумя выстрелами смог уложить одного тролля семнадцатого уровня, а с другого снять половину HP.

У соседнего окошка пристроился Сигизмунд, метнул в тоннель толстое копье. Все-таки двадцать шестой уровень, бить должен хорошо.

Удары тараном по решетке уже воспринимались обыденными, как пульс. Поэтому когда следующая «пульсация» вызвала протяжный скрежет, его услышали все.

— Решетка поддается!

— Давай, братцы! — взревел Сигизмунд. — Бей гадов! Не подведите!

Теперь все выстрелы я сосредоточил на голове «черепахи», стараясь повредить еще и таран. К сожалению, так и не узнал, насколько хорошо у меня получилось. Как бы споро я ни стрелял, воинов у конунгов было предостаточно. Место павших мгновенно занимали фуловые воины.

Впрочем, ничего изменить или переломить исход битвы за главные ворота города мы уже не могли. Через несколько минут, в аккурат после того как я нащупал дно колчана, решетка не выдержала.

По каменным стенам прочертили молнии трещины, посыпалась крошка. С резким звоном лопнул металл. Под торжествующий вой неприятеля решетка завалилась, и первые солдаты северных кланов вошли в Дарквуд.


ОСАДА | Игра теней. Дилогия | ПАНОРАМНОЕ ОКНО ДЛЯ СОЗЕРЦАЮЩИХ АПОКАЛИПСИС…