home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Что помнит разбойничья кровь киликийских пиратов?

Что помнит разбойничья кровь киликийских пиратов?

Походы Норманнов, солёные степи Арала,

Арийских богов и бездонные очи архатов,

И Одина голос: Вальгалла, Вальгалла, Вальгалла!

Руины и руны, магический круг Аркаима,

И конницу скифов, и камни языческих капищ…

Пространство и время вбирает в себя – неделима,

И цвет её – пламя давно отшумевших пожарищ.

С молитвой и в бездну времён погружаюсь без страха,

Я помню сады Самарканда, мечети Тебриза,

За чашей вина прославляю я имя Аллаха,

И строчки Хайяма, и красные розы Хафиза.

Не разумом – кровью я помню, я знаю, я мыслю —

Её письмена – богоданный и тайный апокриф,

В китайском халате старательно беличьей кистью

На жёлтой бумаге я вновь вывожу иероглиф.

На вольном Дону щеголял я в казацкой папахе,

Я слушал Сократа, внимал аполлоновой лире,

При Ши-Хуанаде гадал по костям черепахи,

Танцующим дервишем был я когда-то в Каире.

Я помню кровавые жертвы и очи Баала,

Взнуздав свою плоть, я спасался в пещерах Афона,

В Кадисе мне тайны свои открывала Каббала,

Скрижали Гермеса и имя Адама-Кадмона.

В Магрибе на звёзды глядел я очами бербера,

Средь предков моих звездочёты и маги-халдеи,

Я помню – косили Европу чума и холера,

Я умер во время резни и пожаров Вандеи.

С молитвой над свитком псалмов я склонился в Кумране,

В Потале учусь я смирять свои страсти и чувства,

Я тайное имя Господне читаю в Коране,

Я с персами лью молоко и молюсь Заратустре.

Славяне, тибетцы, евреи, арабы и копты,

Сандал я и ладан в пропорциях равных смешаю…

И что мне ответить, коль спросят презрительно: «Кто ты?»

Я капельки крови своей по Земле собираю.


Дни в ноябре, будто мыши, серы | Поэтический форум. Антология современной петербургской поэзии. Том 1 | Из зеркала готической купели