home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню



Недовольство Павлуши

…— Прав Фонтенель: предсказание Амалии запомнилось…

Антиох снова взглянул в окно. Дрозд исчез. Лишь ветка, на которой он сидел, слегка покачивалась.

— Может, его и не было вовсе? А стук в оконце — всего лишь сон?.. — попробовал успокоить себя Кантемир.

Боль в животе возобновилась.

— Себя не обманешь… Черная птица в окошке — посланец реальности, а не причуда сновидений, — Антиох потянулся за синим флаконом.

Тот был рядом, на столике у кровати. Но рука плохо повиновалась. Пальцы никак не могли ухватить сосуд с заветной настойкой.

Бесшумно распахнулась дверь. Лакей Павлуша обеспокоенно взглянул на хозяина и тут же подлетел к нему.

— Кликнул бы меня… Зачем же, князь, самому беспокоиться? — назидательно забормотал Павлуша.

Отработанным движением он вылил из флакона в ложку тягучую коричневую жидкость. Кантемир покорно выпил и откинулся на подушки.

— Уже не в состоянии ложку поднести ко рту, — виновато улыбнулся Антиох.

Лакей махнул рукой:

— Здоровье, как судьба, переменчиво. Сегодня хворь голову к подушке гнет, а завтра, князь, опять будешь шпагой махать у месье Манцони!..

— У синьора Мандзони, — поправил лакея Кантемир. — Только он уж как месяц бежал из Парижа — то ли на родину, в Италию, то ли в Испанию…

Антиох усмехнулся и вытянул вверх правую руку:

— Удастся ли снова взяться за шпагу?..

Князь внезапно смолк и тут же заговорил о другом:

— Есть почта из Петербурга?

Павлуша пожал плечами:

— Вчера доставили… Не хотел на ночь глядя беспокоить. Сюда принести?

— Оставь в кабинете! — приказал Кантемир. — Коль не потребовалась моя подпись, значит, опять — ни денег, ни высочайшего повеления… — Он кивнул лакею и добавил: — Одеваться!..

— Значит, полегчало!.. — сделал вывод Павлуша. — Хоть и втридорога берет горбатый Лепосет, а дело свое разумеет. К нему за снадобьями с утра очередь выстраивается.

Кантемир опять хотел поправить лакея, не научившегося за целый год правильно произносить фамилию врача, но вспомнил о делах:

— Кажется, наши студенты запаздывают?

— Какое там! Ни свет ни заря объявились… — проворчал в ответ Павлуша. — Вдвоем ведро грязи нанесли, перегаром кухню отравили да с четверть фунта кофия выпили. Студиозусы, одним словом! Невдомек олухам, что вице-канцлер Бестужев из Петербурга второй месяц нам вместо денег обещалки в пакетах шлет…

Недовольный взгляд князя остановил ворчание.

Кантемир погрозил пальцем:

— Граф Алексей Петрович в отечестве нашем — лицо важное, в большой милости у государыни Елизаветы Петровны. Уж сколько раз наказывал: не касаться в разговорах Бестужева и других сановников! Особенно при посторонних!..

Павлуша развел руками:

— Да я ж при чужих все словечки недобрые зубами стискиваю!.. Ни наших, ни французов не ругаю. Не забыл давнее наставление: «Многим богат Париж: и лукавыми, криводушными глазами — тож…»


Русский Париж


Каким увидел Кантемир Париж? | Русский Париж | Соотечественники