home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


10

Они играют ему на руку.

— Это ошибка, — горячо заговорил Джейк. Они добрались до леса и были уже недалеко от лагеря. Они с Харрингтоном тащили на себе Самуэльсона. — Когда Самуэльсон придет в себя, он сам скажет…

— Кто тебя спрашивает? — заорал Шредер у него за спиной.

Мятежники могли появиться в любую минуту и открыть по ним огонь. Бегство из Гобсонс-Корнера было далеко не таким стремительным. Самуэльсон так и не приходил в сознание и был страшно тяжел. Остальные ушли вперед, торопясь поскорее добраться до лагеря и предупредить всех о нападении.

Однако они уже почти добрались до гребня, а мятежников не было видно. Они несли Самуэльсона, и сверху уже была видна лощина.

Лагерь гудел как растревоженный улей. Слышались резкие приказы командиров, клацанье затворов, топот взнуздываемых лошадей, крики солдат, передающих друг другу новости.

До Джейка доносились повторяющиеся фразы: один убит… двое ранены… город покинут… никто не знает, как они прошли… у них есть уши… не преследовали нас… непонятно почему.

Джейк знал почему.

Они наступают сейчас с двух сторон.

Они получат нас как на блюдечке.

Когда они подберутся на расстояние выстрела, нам конец.

Из склада с амуницией выскочил Орвис.

— Он? — на бегу спросил он.

— Пока нет, — ответил Джейк.

— Я помогу. — Орвис отодвинул Джейка и подхватил Самуэльсона под руку.

Чья-то рука схватила Джейка за воротник.

— Сюда, гнида!

Платт.

Джейк попытался было сопротивляться, но Платт тащил его через весь лагерь сквозь беспорядочно мечущуюся толпу прямо в палатку Эдмондса.

— Только попробуй сбежать, — процедил Платт, потрясая своим ружьем. — Мы с моей пушкой будем счастливы.

— Я должен быть на передовой, — пытался урезонить его Джейк. — Я могу принести пользу!

— Как ты уже помог в Гобсонс-Корнере? Как уже подставил нас? Да я б тебя прикончил на месте, не прикажи Эдмондс доставить тебя к нему.

С этими словами Платт отвернулся и встал часовым у входа в палатку.

Джейк расправил воротник. Палатка была просторной, в ней никого. Посредине стоял стол, покрытый картой.

Джейк подошел поближе.

На карте были изображены два горных гребня с ущельем между ними. В ущелье красным карандашом был нарисован большой круг. Лагерь северян. В верхней части карты — на севере — ущелье переходило в лес, постепенно редеющий и заканчивающийся у поселка, отмеченного грубо нарисованными значками домов и церквушки. Гобсонс-Корнер. С юга к кругу устремились большие черные стрелы, подписанные словом «мятежники».

От лагеря шли синие стрелы на юг. План атаки Эдмондса.

Никакого укрепленного пункта в горах. Никакого оградительного отряда на восточном и западном флангах. Ни разведки, ни рекогносцировки местности.

Дилетантство, да и только.

Глупо.

Гобсонс-Корнер был совершенно открыт для внезапного нападения противника.

Чего ж удивляться, что конфедераты свалились будто с неба.

О чем он думал?

— Ты оставил его одного? — как гром среди ясного неба раздался голос Эдмондса.

Джейк круто обернулся.

В палатку входил сам Эдмондс. Глаза у него были на лбу, пот так и струился по лицу. Оттолкнув Джейка, он быстро свернул карту.

— Сержант Эдмондс, — проговорил Джейк. — Я могу объяснить…

Тут в палатку ворвался капрал Радемахер. Пистолет в его руках дымился.

У входа виднелись только ноги Платта. Они вытянулись на земле. А Платт стонал от боли.

Радемахер подстрелил его!

— Что за стрельба, болван? — воскликнул Эдмондс.

Радемахер ткнул пистолетом в сторону Джейка.

— Он оставил этого школяра-мятежника здесь одного. Я его отсюда живым не выпущу.

Час от часу не легче.

Джейк отшатнулся:

— Я не шпион! Я могу вам помочь!

— Радемахер! — раздался незнакомый бас.

Радемахер замер, опустил оружие, чертыхаясь сквозь стиснутые зубы.

Джейк узнал человека, входившего в палатку. Он видел его потрескавшийся и потускневший портрет в книгах. Эти обвисшие, как у моржа, унылые усы, ярко-голубые глаза и морщинистые щеки были ему знакомы, как и сам широкоплечий, с тучным животом офицер.

Уэймут.

— Полковник, наши люди убедились, что этот мальчик — вражеский шпион, — заявил Эдмондс. — Овермайер видел, как он помогал мятежникам обирать Самуэльсона, когда тот потерял сознание.

Джейк почувствовал на себе пронзительный взгляд холодных, как сталь, глаз Уэймута.

— Но я… меня держали на мушке, — пытался объяснить Джейк. — Мне приказали забрать его оружие. А потом они хотели, чтобы я закричал и заманил наших в западню. В этот момент и подбежал Овермайер. Это он и видел.

— Лжец! — закричал Радемахер.

Полковник Уэймут подошел вплотную к Джейку и пристально посмотрел ему в глаза.

— Ты бы закричал, если бы Овермайер не подвернулся?

— Да я… мне…

Да.

Пожалуй.

Может быть.

— Моя жизнь висела на волоске, — чуть не шепотом пробормотал Джейк.

Эдмондс взорвался:

— И ты бы пожертвовал жизнью других людей?

— Мразь предательская… — Радемахер бросился было на Джейка, но полковник Уэймут остановил его движением головы.

— Джентльмены, сейчас у нас есть более серьезные заботы, — четко произнес он. Этого юнца мы посадим за решетку, а пока займемся этими фуриями с Юга. А если нам суждено остаться живыми, мы будем судить его честным судом…

— За решетку? — опешил Джейк. Но это невозможно. В разгар великого сражения. — Что я там буду делать? Я же не смогу сражаться!

— А капрал Радемахер будет вас охранять, — не моргнув глазом продолжал Уэймут. — Судя по тому, как он разделался с Платтом, у него не лады с распознаванием врага, а посему мы его также удержим подальше от сражения.

Физиономия у Радемахера вытянулась:

— Но… но я, сэр…

Полковник Уэймут пропустил его слова мимо ушей и обратился к Джейку:

— Тебе, разумеется, будет предоставлена возможность защищаться — представить свидетелей и прочее.

— Но у меня нет свидетелей! — с горечью бросил Джейк.

— Тогда скажи, что тебе известно о мятежниках, — потребовал Эдмондс.

— Мне ничего не известно!

— Стыд и позор. — Полковник Уэймут поднял свои мохнатые седые брови. — Подобное заявление едва ли окажет благоприятное впечатление на трибунал.

Трибунал.

Военный суд из трех офицеров.

Уэймута, Радемахера и Эдмондса.

У меня нет ни малейшего шанса.

— А если я буду признан виновным? — спросил Джейк. — Кто-то должен будет, как я понимаю, расстрелять меня?

— Не кто-то, — хмыкнул Радемахер. — Вовсе не кто-то. Специальная команда, назначенная для проведения расстрела.


предыдущая глава | Наблюдатели | cледующая глава