home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


18

ОТРИЦАНИЕ СМЕРТИ

— Быть может, несмотря ни на что есть конец времени, конец

длинной нити, которая достигает такой длины,

что охватывает все вещи и всё меркнет рядом с ней:

границы нашего космоса, могущество наших богов,

усилия и пределы жизни все оказываются ничем

рядом с пределами времени. И действительно, время может простираться

так далеко, что оказывается за пределами смерти и смерть должна пасть.

— из “Ночные звуки насекомых”, “Мудрец из Саны” [древности]

Боровшиеся примархи, словно мятежные ангелы падали в ночи.

И с грохотом упали на нижние крыши Резиденции. Их совместный удар расколол плитки и сломал флероны на краю крыши. Недалеко от них под углом к водосточной трубе лежал, неуклюже раскинув руки и ноги, Шокай Ффин, упавший сюда раньше них.

Им предстоял ещё долгий путь. Высота Резиденции впечатляла. Под ней раскинулась стена Эгиды, а ещё ниже лежал Каструм Палеополиса огромного Цивитаса. С запада ночной ветер приносил дым из пылающей Крепости.

Резкий удар всего лишь прервал их борьбу. Вулкан перекатился по расколотым плиткам и сразу же вскочил на ноги, замахиваясь булавой. Это — не боевой молот, но всё же достаточно похожее оружие, чтобы его повреждённый разум обратил на него внимание. Кёрз завизжал от боли и негодования и набросился на нападавшего, пустив в ход когти.

— Ты жив! Ты жив! — вопил Ночной Призрак. — Твоя проклятая жизнь продолжает изводить меня! Почему ты никак не даёшь мне забрать её! Почему ты сопротивляешься мне? Почему не позволяешь забрать её? Ведь, в конце концов, даже ты должен умереть!

В ответ Вулкан неразборчиво взвыл. Он нанёс мощный удар булавой, которую остановили когти. Искры взметнулись на ночном ветру.

— Я убил двух братьев сегодня! — крикнул Кёрз. — Убив третьего, я сделаю этот час истинно прекрасным в гневе. И твоя жизнь, все твои столь неукротимые жизни, станут самым большим трофеем из всех!

Вулкан не понимал слов, которые кричали ему. Он вообще понимал очень мало. Его разум уничтожили невыносимая боль, страдания и скрупулёзные и изобретательные муки, которым подвергал его Кёрз на протяжении нескольких месяцев. Кёрз уничтожил дух и здравомыслие Вулкана, но не сумел оборвать его реальную жизнь. Он обнаружил, что Вулкан обладает одной несвойственной другим примархам чертой. Это невероятно раздражало Кёрза. Возникла проблема, которую нельзя было решить убийством, кровью и террором.

Вулкан видел только своего мучителя, своего обидчика, который убивал его снова и снова пытаясь найти способ убить навсегда. Он видел брата, который через абсолютную жестокость, обнаружил бессмертный дар Вулкана. Гнев и жажда мести поглотили его.

Кёрз нанёс слева режущий удар когтями и сорвал часть позаимствованной брони. Взметнулась серебренная металлическая стружка. Быстрым коротким ударом по дуге Вулкан направил навершие булавы в левый наплечник Кёрза, а затем резко устремил оружие в бок — в голову Кёрза.

Но в щёку Ночного Призрака врезалась рукоять, а не навершие. Кёрз закружился от удара. Он попытался восстановить равновесие и повернуться для контратаки, но заскользил на разбитых плитках. Секунду он боролся, стараясь удержаться.

Вулкан воспользовался этой секундой и, сжав булаву обеими руками, обрушил свирепый удар на пошатнувшегося Кёрза.

Пласталь треснула. Кёрз закричал, упав на наклонную кровлю. Он покатился и, пролетев десять метров, рухнул на следующую крышу Резиденции. Серые сланцы, добытые и обработанные на высоких пиках Короны Геры, разлетелись под его весом, словно корка льда, взметнув в воздух осколки и отбитые куски черепицы.

Вулкан широко развёл руки и прыгнул ногами вперёд. Кёрз не собирался убегать.

Он шевелился на плитках внизу. Он взглянул вверх, увидел, как на него падает Вулкан и отчаянно перекатился в сторону, чтобы не быть раздавленным бронированным телом брата. Приземление Вулкана уничтожило ещё больше черепицы, несколько больших кусков разлетелись в разные стороны.

Мгновенно восстановив равновесие, Вулкан качнул талией и обрушил булаву на распростёртого Кёрза. Ночной Призрак сжался и дёрнулся в сторону. Вместо головы, которая была там мгновение назад, булава пробила большую дыру в крыше.

Кёрз перешёл к ответным действиям, безумно и ликующе хохоча. Он обхватил Вулкана левой рукой, почти нежно прижав его щёку к своей щеке. Отвёл правую руку и резко ударил ладонью вверх.

Все четыре главных пальца вонзились Вулкану в бок, пробив броню, поддоспешник, эластичную подкладку и вонзились в тело. Брызнула кровь. Верхняя половина тела Вулкана дёрнулась и сжалась от боли, сияющие глаза закрылись. Не отпуская брата, Кёрз вытащил когти и повторил удар.

Вулкан вырвался. По боку, левой ноге и плиткам крыши заструилась кровь. Он пошатнулся, и упал, броня и черепица загремели. Он яростно дёрнулся и снова упал.

Кёрз выплюнул перемешанную с мокротой кровь. Ветер развевал его грязные волосы.

— Видишь? — требовательно спросил он. — Это — смерть. Научись принимать её, брат!

Вулкан резко открыл глаза.

— О, — разочарованно произнёс Конрад Кёрз. — Это было быстро.



Гантулга стремительно бежал по центральной лестнице Резиденции, держа в руке меч. За ним, не отставая, следовал Клеве. Водун Бадорум и преценталианцы уже мчались по лестничной площадке и главному коридору к личным покоям.

— Он здесь! — проревел им Тимур. — Осторожнее. Он в Резиденции!

— Кёрз? — спросил командир преценталианцев.

— Конечно Кёрз! — прорычал Иирон.

Бадорум выкрикнул приказы своим людям, организуя наступление. Оружие вскинуто, нацелено и готово к бою. Взвыли энергетические ячейки, заряжая плазмаганы.

— Мы услышали ужасный шум из личных покоев, — пояснил Водун Белому Шраму и офицеру Железных Рук.

— Держитесь позади нас, — сказал ему Клеве, — и будьте готовы открыть огонь.

Гантулга шёл первым, но теперь он стал идти медленнее и крадучись, держа наготове меч. Иирон взял наизготовку роторную пушку. Он водил ею из стороны в сторону, выискивая цель.

Главные двери во внутренние комнаты были выбиты и валялись на полу. В дверном проёме среди обломков на коленях стояла Ойтен, вытирая кровь со лба лежавшего без сознания полумёртвого Фаффнра Бладбродера.

— Госпожа! — крикнул Клеве и бросился к ней. Белый Шрам промчался мимо них в зал и быстро осмотрелся. Комната была разрушена, пол усеян мёртвыми и умирающими Космическими Волками. В разбитые окна врывались порывы холодного ветра.

— Великие звёзды Ультрамара, — прошептал Бадорум.

— Он был здесь, так? — спросил Клеве Ойтен. — Кёрз?

Управляющая выглядела слишком потрясённой для того, чтобы двигаться, говорить или даже поднять взгляд. Она вытирала кровь с головы Фаффнра полоской оторванной от платья ткани.

— Он был здесь, — наконец ответила она. — Волки… Они сумели задержать его. Думаю, что некоторым из них это стоило жизни.

Снаружи в прихожей раздались голоса, приказывающие преценталианцам посторониться. Вошёл тетрарх Валент Долор. Его сопровождали Ниакс Несс, Ольгин из Тёмных Ангелов и отделение Ультрадесантников. Иирон Клеве воспользовался своим воксом и поднял тревогу по всем частотам, пока вместе с Гантулгой мчался назад в Резиденцию.

— Клеве, твоё беспокойство оказалось оправданным, — мрачно произнёс Долор.

— Это заслуга Гантулги, — пояснил Железный Воин.

— У тебя острые инстинкты, Белый Шрам, — заметил Ольгин.

— Не настолько острые, чтобы спасти жизни, — ответил Тимур, — и не настолько острые, чтобы загнать его в ловушку.

— Куда он направился? — спросил тетрарх. — Госпожа Ойтен? Куда он направился?

— Волки сумели задержать его, — спокойно повторила управляющая. — Они сумели задержать его настолько насколько смогли. Затем… затем он собрался убить меня. Но Вулкан помешал ему.

— Вулкан? — удивился Ниакс Несс.

— Это был Вулкан, — ответила Ойтен.

— Это невозможно, — произнёс Ольгин.

— Я узнала его, — возразила управляющая. — Я часто видела его портрет. Это не мог быть никто другой. Он появился подобно буре ураганной силы. Его единственной целью был Кёрз. Они столкнулись. Они сражались. Они вылетели в разбитые окна.

— Госпожа в шоке, — продолжил Тёмный Ангел. — Она не понимает, о чём говорит.

— Боюсь, она понимает, — заметил Долор.

— Это — безумие! — настаивал избранный лейтенант.

— Да, но не то, о котором ты подумал.

К разбитым окнам подошёл Несс и встал рядом с Гантулгой.

— Похоже, внизу какое-то движение, — сказал Белый Шрам. — Движение на нижних крышах. Видите?

Ниакс кивнул и активировал вокс.

— Говорит третий магистр. Мы обнаружили Ночного Призрака. Направьте штурмовые отделения к южному крылу Резиденции. Мне нужно, чтобы два “Штормовых орла” прикрыли нижние крыши. Действуйте быстро! Осветите крыши и возьмите под охрану внутренние дворы, чтобы никто не смог их пересечь. Инвикты входят в Резиденцию. Когда Кёрз увидит, что все пути отхода перекрыты, он без сомнения попытается вернуться в неё. Повторяю уже озвученные инструкции — огонь на поражение не только разрешён, он — необходим.

— Выступаем, — произнёс Долор. — Мы знаем, что делать! Я хочу быть там и прикончить его. Бадорум, вызови медицинские бригады для Волков и госпожи Ойтен. Возьми этот этаж под охрану.

— Подожди! — прошипел Ольгин. — Скажи мне… скажи мне, что ты имел в виду, говоря о Вулкане.

Тетрарх ответил не сразу.

— Вулкан жив, Тёмный Ангел, — пояснил он. — У него не всё в порядке с головой, но он жив, и если госпожа Ойтен не ошиблась, скорее всего, Вулкан сражается с Кёрзом на крышах, пока мы тут разговариваем.

— Вулкан жив? — повторил Ольгин.

— Да кого волнует, жив ли Вулкан! — воскликнула, посмотрев на них управляющая. Её руки и рукава были в крови. — Что со Львом и нашим дражайшим лордом Жиллиманом? Что с ними? Кёрз сказал мне, что они мертвы! Кёрз сказал мне в лицо, что лично убил их!

Все повернулись к ней.

— Это правда? — спросила она. — Правда? Кто-нибудь скажите! Кто-нибудь скажите хоть что-нибудь!



Их окружало пламя. Раскалённый добела ослепительный огонь. Такой яркий, что ранил глаза, такой обжигающий, что даже самая прочная броня текла серебряной ртутью.

И всё же, они не чувствовали жара. Их окружала прохладная свежесть. Пространство… тишины.

— Рад видеть, что вы живы, повелители, — произнёс кузнец войны Дантиох.

Он наклонился, приложив некоторые усилия, чтобы помочь подняться Жиллиману, одновременно Алексис Полукс помогал Льву. Ультрадесантники “Эгиды” вбежали на настроечную площадку главной локации “Альфа” и от изумления остановились.

Жиллиман осмотрел полированную чёрную каверну огромной пещеры, затем оглянулся на охваченную огнём часовню, которую показывала область связи.

— Сота? — сухо спросил он.

— Да, повелитель, — подтвердил Дантиох.

— Мы на Соте? — повторил Жиллиман.

— Я… да, повелитель, — ответил Железный Воин, — и я рад этому, потому что, если бы вы не были здесь, то вы были бы там. — Он показал на объятую жарким, как солнце, пламенем часовню.

— Ты перенёс нас сюда?

— Нет, повелитель. Это сделал Фарос. Возможно, в качестве побочного эффекта своей деятельности, возможно преднамеренно.

— Преднамеренно?

— Я начинаю подозревать, что этот механизм обладает некоторой… чувствительностью, — произнёс кузнец войны.

— Я начинаю подозревать, брат, — заметил Лев, — что ты играешь с технологиями, с которыми никто, даже наш отец, не стал бы связываться.

Полукс помог Льву сесть напротив тяжёлого кресла Дантиоха и осматривал рану на шее. И Жиллиман и его брат получили повреждения во время схватки с Кёрзом, но ранение в шею было самым опасным. Но, по крайней мере, перестала идти кровь.

Жиллиман наклонился, повернул голову брата и осмотрел рану.

— Её надо перевязать, пока она снова не открылась, — сказал он.

— Что, никаких комментариев, Робаут? — спросил Лев. — Из всех вещей, что беспокоят тебя и меня в наших отношениях, мы даже не начали обсуждать твой необычный маяк. Он был первым, что я увидел, когда приблизился к Макраггу, и первым намёком, что…

— Но ты его видел, — огрызнулся Жиллиман. — Вот в чём дело, брат. Ты его видел. Он — работает. Для функционирования и выживания Империума он нужен ничуть не меньше, чем регент!

— И всё же, похоже, ты ничего не знаешь о его функциях и возможностях, — ответил Лев. Он отодвинул Полукса и встал. — Правильно я понимаю, что нас перенесло сквозь пространство на… невообразимое расстояние от Макрагга?

— Правильно, — вздохнул Жиллиман. — Брат, я с величайшим нежеланием исследовал, а затем разрешил использование маяка Фароса. Я прекрасно понимаю, как мало мы о нём знаем. Это был просчитанный риск.

— Сдаётся мне, что твои подсчёты весьма оптимистичны.

— В самом деле? И всё же ты жив, в ином случае, останься мы в ловушке Кёрза, всё было бы иначе.

Лев фыркнул.

— Кроме того, мне известно, что не только я использую запрещённую технологию. Варп-сигнатура твоего флагмана, брат… Ты думал техники моего флота, и адепты Механикум не проанализируют её? Когда ты собирался сказать мне об этом? Или ты собирался хранить этот секрет, как и тот факт, что Кёрз был на свободе на борту твоего флагмана? У тебя слишком много тайн, брат.

Лев отвёл взгляд.

— Мы обсудим это позже, — произнёс он. — Сейчас же нам надо вернуться. Мы попали сюда. Нам надо вернуться как можно скорее.

— Над этим ещё придётся подумать, — заметил Дантиох.

Примарх Тёмных Ангелов свирепо уставился на него.

— Повелитель, — добавил кузнец войны, слегка склонив голову.

— Мы вернёмся, также как и прибыли, — настаивал Лев.

— Как минимум, повелитель, мне придётся потратить некоторое время, перенастраивая и направляя устройство. Я не могу отправить вас назад туда, — он указал на бурлящее пламя за областью.

— Почему я вообще разговариваю с тобой? — спросил Лев.

— Потому что кузнеца войны назначил я и он сумел заставить Фарос работать, — ответил Жиллиман. — Он знает о нём больше любого из живущих людей. Если кто-то и сможет вернуть нас, так это Дантиох. Советую разговаривать с ним подоброжелательнее.

Лев посмотрел на Железного Воина.

— Трудно доверять лицу врага.

— Он — не враг, — твёрдо произнёс Алексис Полукс.

— Что ж, кузнец войны, объясни, как работает это устройство, и как мы сможем телепортироваться назад. Мой навигатор утверждает, что оно скорее эмпатическое, чем психическое. Она сказала, что Фарос показал нам то, что мы хотели найти.

— Ваш навигатор проницательна, повелитель. Здесь находится древняя технология, дочеловеческого происхождения. Мои исследования выявили, что в её резонансе и в самом деле присутствует эмпатия. Предположительно принцип квантовой запутанности. В отличие от нашей варп-технологии она не использует имматериум, чтобы обойти реальное пространство. Думаю, что Фарос — часть существовавшей когда-то огромной навигационной сети. Настроив его на Макрагг, мы получили ориентир, преодолевший Гибельный Шторм, а также мгновенную связь.

— Как мы оказались здесь? — спросил Лев.

— Я всё ещё думаю об этом, повелитель. Сначала я считал, что в своём первоначальном виде сеть позволяла осуществлять телепортацию на расстояние, которое мы не можем даже вообразить. Я предположил, что эта возможность нам не доступна, потому что требуется другой портал или маяк. Я — ошибся.

Дантиох посмотрел на Полукса.

— Успешное перемещение Алексиса дало нам больше всего. Коммуникационное поле и так уже предоставило мне достаточно эмпатического резонанса, чтобы вполне успешно обнаружить Кёрза во тьме и предупредить моего друга. Затем, когда его жизнь оказалась в истинной опасности…

Железный Воин остановился.

— Я хотел спасти его. Я хотел протянуть руку и схватить его, чтобы спасти от этого монстра. Я думаю, что эмпатическое поле отозвалось на моё огромное желание, и открылось, позволив мне спасти Алексиса. И когда мы оба увидели, что вам, повелители, угрожает опасность, наше желание спасти вас, снова открыло поле.

— Получается, что этой способностью нельзя управлять или настроить? — спросил Жиллиман. — Её нельзя включить и направить? Она просто отвечает на возникшее невысказанное желание?

— Боюсь, что всё обстоит именно так, повелитель. Поэтому если мы не сможем получить доступ или воспроизвести соответствующее эмоциональное эмпатическое желание, то, возможно, мы не сможем вернуть вас на Макрагг.

Долгое время все молчали.

— Само собой стоит учитывать и тот факт, — смущённо добавил Дантиох, — что нет никакой уверенности, что процесс работает в обоих направлениях.

Все молчали ещё дольше. Полированный чёрно-зеркальный купол пещеры окружил их прохладной тишиной.

— Тогда найди для меня корабль, — произнёс Лев. — Самый быстрый корабль.


17 ДОМАШНИЙ ОЧАГ | Забытая империя | 19 СМЕРТНОСТЬ