home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Август 2059 года, 150 километров от Ростова

Бах! «Пушка» работает как новая, и увеличение веса почти не чувствуется. Дешевый стальной сердечник, подняв облачко пыли, исчезает в мягком грунте на склоне небольшого оврага. Работает! Теперь нужно отойти подальше и откалибровать прицел.

— Деревья не порть, — серьезно проворчала Альбина, но глаза ее светились от радости за успех. Теперь у их маленькой армии на две «пушки» больше!

Иван выбрался из овражка и отошел метров на пятьдесят, убедившись, что дальний склон по-прежнему виден. Включил своего прицельного «демона» и подряд отстрелял целый магазин, все оставшиеся одиннадцать выстрелов, накапливая статистику. Все снаряды густо легли в точку прицеливания, что говорило о весьма высокой точности «самодельных» деталей, за что спасибо оружейникам.

Следующим номером Иван решил испытать еще один «новодел», магазин повышенной емкости на 20 «стрел». Оружие сработало безупречно, послушно напичкав сталью многострадальный склон оврага.

Он не сильно сомневался в том, что испытания пройдут успешно. В конце концов, в лабораторном подвале было свое стрельбище, и там все прошло на ура. Но Иван решил устроить настоящий полевой выход и проверить все в реальных условиях с пылью, грязью, водой и всеми прочими прелестями. Поэтому, он взял с собой только Альбину и починенные образцы. Ну, и приличный запас снарядов, разумеется. Оружие уже было изрядно испачкано, побывало в песке, грязи и воде, но по-прежнему работало безотказно. Этакий космический «калаш» получается.

Настроение у Ивана, несмотря на технические успехи, было не особо радужное, уж слишком много неясностей оставалось во всем этом деле. В особенности, это касалось противника. Сарги очень качественно залегли на дно, во всяком случае, они ни разу не насторожили расставленные для них виртуальные «сети». Ивану очень хотелось надеяться, что оставшиеся в живых просто плюнули и улетели домой, но это было бы слишком просто. В такую щедрость инопланетной души ему просто не верилось. Значит, затаились, наблюдают и ждут момента, чтобы нанести новый удар. И еще Лина, тоже ведь загадка не из простых. Где она, что собирается делать? И тоже ни одной зацепки, ни одного следа, тупик. От этого нервная система никак не желала успокаиваться и получать удовольствие от успехов, хоть «демона спокойствия» включай!

— Не нервничай так, — заметив его сомнения, — подбодрила Альбина, отряхивая пыль со своей винтовки. — Если рука тянется к «демону», что уж там, поддайся соблазну.

Ну вот, только этого не хватало! Слишком сильная штука, чтобы использовать при любом волнении. Да и волнение какое-то иррациональное, подспудное, где-то в глубине сидит, и осмысления всячески избегает!

— С этим проклятым «демоном» не так все просто, — невесело припомнил Иван. — Я же его, по сути, не придумывал сам, а нашел среди стандартных программ. Естественно, для наблюдателей он был недоступен. И мне пришлось очень сильно его переделать, там какие-то непонятные схемы удаленного контроля, и я так и не понял, зачем они нужны, просто убрал, и все. И там была еще какая-то штука…

— Хорошо, что ты не стер его, а применил с пользой, — с энтузиазмом кивнула Альбина, — Все-таки хорошая штука, если все время не держать включенным…

— Вспомнил! — чуть не крикнул Иван. — Ну, конечно! Я тогда обратил внимание, что это фоновая программа, со своей схемой запуска! Получается, что у Рьялхи этот «демон» работает всегда, да еще и имеет дистанционный контроль. Но зачем?

— У тебя были версии? — на всякий случай спросила Альбина. — Вдруг вспомнишь…

— Нет, — Он отстраненно потер лоб ладонью. — Помню только сам факт. Может, это и не очень важно…

Альбина ничего не сказала, только покачала головой. Иван пытался понять, то ли она уже все давно поняла, то ли просто соображает на ходу, но вид у нее сделался крайне задумчивый.

— Давай вместе подумаем, — предложил Иван, заинтригованный ее поведением. — Может, разгадаем еще какую-нибудь тайну мироздания.

— А ты вспоминай, что мы совсем недавно узнали, — неодобрительно прищурившись, подсказала Альбина. — Рьялхи и Сарги биологически идентичны. Первые носят в себе импланты, вторые нет. Что еще?

— Но зачем нужен гормональный контроль эмоций? — пробормотал Иван. — Да не просто контроль, а еще и дистанционный! Получается, весь гормональный баланс ни к черту?

Теперь Альбина смотрела на него, как на самое тупое существо во Вселенной, никакой пощады его скудоумию ее усмешка не выражала.

— Можно предположить, что у них проблемы с самоконтролем, — совершенно отстраненно вновь проговорила она, но тут же рявкнула чуть громче: — Милый, соображай скорее! У кого из твоих недавних знакомых явные проблемы с самоконтролем?

— Так! — Все, что он смог сказать в ответ. — Это ж значит, вот оно что!

Под ее шальным взглядом он решил, что надо еще немного пострелять. Мысли скакали одна выше другой, нужно было как-то приводить их в порядок.

— Это многое объясняет, — Слегка успокоившись, Иван всадил в многострадальный склон еще пару снарядов. — Контроль со стороны? И как же Сарги обходятся без него?

Альбина не стала ничего говорить, почувствовав, что он сам начал соображать. Вот как не любить ее за это? Даст хорошего пинка, когда нужно, и потом отойдет в сторону, чтобы с мысли не сбивать. И потом даже не припомнит, чья была идея. Со всеми бы так…

Итак, внешний контроль. Кто у Рьялхи этим занимается? Скорее всего, главы семей или кланов, как Иван узнал из послания Варвары. Вряд ли за пару сотен лет что-то сильно изменилось в этом вопросе. Но зачем это нужно и почему Сарги обходятся без такой радикальной меры? Впрочем, никто не может быть уверен, что они не регулируют этот процесс посредством экзо-устройств, или химически, лекарством. Видимо, эволюционный путь Рьялхи и Сарги был сильно короче, чем у людей, в них гораздо больше примитивных рефлексов и агрессии, и чтобы бороться с этим явлением, любые ухищрения хороши.

Но вполне возможно, что Сарги умеют контролировать свои эмоции сами, посредством тренировок с самого детства. Спросить бы Лину, она наверняка знает, что к чему! И с ней теперь все ясно, она лишилась контроля эмоций, когда Сарги уничтожили базу, и если главой и руководителем эксперимента был ее родной отец, тогда именно в его руках было управление ее комплектом. Лишившись всего этого, Лина постепенна теряла контроль над собой и превращалась из уверенной в себе Рьялхи в эмоциональную, недоверчивую и не слишком уравновешенную копию самой себя. Другими словами, Лина превращалась в Сарги!

— Лина больше не Рьялхи, — вслух произнес вслух Иван. — Без внешнего контроля она теперь настоящая Сарги.

— Я тоже так думаю, — кивнула Альбина. — Я только надеюсь, что она не забудет все то, что между нами было, когда она жила среди наблюдателей. За прежнюю Лину я, наверно, могла бы поручиться…

— А что с ней стало теперь, мы не знаем, — закончил Иван. — Все ее реакции, все решения и поступки будут совсем иными. Ладно, с этим вопросом у нас почти полная ясность.

— А с чем не полная? — поинтересовалась Альбина. — Мне кажется, надо сделать «грязевой марш», потом еще немного пострелять и возвращаться. Стас, наверно, весь издергался.

Иван кивнул, все еще не в силах преодолеть свое беспокойство. Стас, конечно, переживает, он всегда переживает. А особенно за Альбину, и это не секрет. Но у парня чувство долга и сила воли не дают делать глупости, все-таки кандидаты в наблюдатели это штучный товар, если так можно выразиться. Все беспокоятся, и все знают, каковы ставки. А Иван почему-то дергается в последнее время больше всех. То ли вправду пора отдохнуть, то ли что-то нехорошее упущено из виду. Давно у него не было такого гадкого ощущения. Он точно знал, что упустил что-то важное, но что? Оружие работает, сканеры не регистрируют никакой опасности, но подсознательный мандраж не проходит.

— Тебе надо отдохнуть, — Альбина нежно пожила ему руку на плечо, никакого ехидства в ее голосе уже нет. — Совсем ты издергался, милый.

Иван молча улыбнулся ей в ответ, сделал глубокий нервный вдох и повесил оружие за спину. Вызвал интерфейс имплантов, просмотрел несколько отчетов, просто чтобы занять себя. Заглянул в папку следящих «демонов», посмотрел на индикаторы, и в этот момент почувствовал, что все внутри холодеет от самого настоящего страха.

Всего лишь всенаправленный сигнал. И почему «демон» не сообщил о нем? Да потому, что он аналоговый, никакой структуры, просто слабое излучение, исходящее из одной точки. И самое мерзкое заключается в том, что источник сигнала сейчас у него в руках.

Воспоминания пришли мгновенно. Раненый боевик Сарги, пытающийся исправить поврежденное оружие, вот это самое оружие, которое теперь снова стреляет благодаря усилиям Альбины и ростовского оружейника Стаса. И сигнал, судя по записям, появился около двадцати минут назад. Расфокусированная капсула, результат боевых повреждений. И до сих пор это никак не проявлялось, но когда Иван только что стрелял из этого карабина чуть ли не очередями, что-то сдвинулось в тонкой настройке контуров, и вот, пожалуйста, утечка. Как маяк над морем…

И это значит, с большой долей вероятности, что Иван и его команда уже проиграли, просто до сих пор об этом не знают. Двадцать минут! За это время, если постараться, можно спланировать полноценную атаку. А уж вычислить координаты для переброски бомбы легче легкого!

— Боевой режим! — громко и четко скомандовал он. — Уходим, быстро!

Перейти в боевой режим — дело пары секунд, но уйти они, конечно, никуда не успели. Над головой полыхнуло волной «чистой» энергии, и Иван успел подумать, что если это портал для доставки бомбы, то игра, как ни крути, окончена. Он был прав в том, что это и в самом деле был транспортный тоннель, открывшийся прямо над их головами. Ударная волна сбила их с ног, но защита сработала, потому что боевой режим на это рассчитан. Хорошо, что успели переключиться!

А то, что с громом вывалилось из портала и буквально через три секунды замерло в паре сотен метров перед ними, вызвало у Ивана подсознательный приступ восторга. Изящная, отточенная инженерным искусственным отбором форма корабля подчеркивалась матовым темным отливом корпуса и несколькими тонкими продольными полосами, светящимися, словно выхлоп ядерного двигателя, ярко-фиолетовым огнем. Эти полосы постепенно угасали, будто остывая после яростного прыжка через пространство, и через несколько секунд уже почти невозможно было сказать, где они были.

Созерцание длилось всего пару секунд, но за это время бешено работающая мысль успела привести Ивана к важному выводу. Корабль совсем небольшой, около сотни метров в длину, но это не шлюпка и не челнок. Это, девочки и мальчики, настоящий звездолет, а то, что маленький, так это и к лучшему. Не может быть ничем иным эта потрясающе грациозная машина!

С чего он это взял? А разве не отличается какой-нибудь каботажник из береговой охраны от стремительных и изящных кораблей океанской зоны? То, что специалист будет долго объяснять удлинением полубака, развалом шпангоутов, строительным дифферентом и углами заострения ватерлиний, неискушенный любитель может осознать с одного взгляда! Так и здесь, сразу видно, что не место этим обводам в ближнем космосе, ох, не место! И что же получается, это тот самый корабль, на котором Сарги прилетели к нам? А если мы его уничтожим? Жалко, конечно, покушаться на такую красоту и совершенство, но извините, у нас тут, по сути, война идет.

Потребовалось определенное усилие воли, чтобы вспомнить и осознать, что корабль, между прочим, вражеский. И если Сарги не стали сходу бомбить, то это означает, что они собираются взять своих противников живьем. Значит, будет десант, решил про себя Иван, а руки уже сдернули с ремня карабин и поспешно зарядили короткий магазин, где уютно лежал лишь один-единственный снаряд. Зачем он взял его с собой? Теперь уже неважно. Может, чувствовал, а может, боялся оставить даже верным людям. А теперь, придется провести еще одно испытание, ведь если будет десант, то его как-то надо высадить?

Альбина, как он успел заметить, на одних рефлексах успела спринтерским рывком метнуться к овражку и скатиться в него. Умница, там у нее будет больше шансов. А он сам, похоже, отвоевался. Впрочем, один, самый главный выстрел, у него еще есть.

Это не было похоже на пандус транспортного самолета, но это и не было появлением как бы ниоткуда отверстия в брюхе корабля, как это рисуют в фильмах про технически искусных инопланетян. Что-то среднее, и вполне механистическое по своей сути. А еще, Иван оценил огромную скорость высадки боевиков Сарги, мгновенно занявших грамотные позиции и открывших огонь. Главное, не опоздать, пока люк открыт.

В него попали почти сразу, защита зазвенела, и Иван решил упасть, чтобы не потерять свой единственный шанс. Помимо боевиков, из люка в корпусе на простор ринулись зонды, и это было самое неприятное. Много, слишком много! Но, пора уже! Нажав на спуск, он позволил себе секунду торжества, потому что траектория выстрела совершенно отчетливо прошла через открытый настежь люк. После этого, про торжество пришлось забыть.

Кажется, взорвалось и небо, и земля, вверх взметнулась отвесная стена грунта, а через секунду налетела и ударная волна. Слишком сильно, подумал Иван, выпуская оружие и взлетая в воздух, будто невесомая кукла. Надо бы в следующий раз поменять настройки…

Приземление было болезненным, но терпимым. Защита работала, но почти на пределе возможностей. Гораздо хуже отсутствие оружия, но остались ли еще враги? Увы, чудес не бывает, подумал он, когда совсем рядом снова вспучился взрыв, и его снова подняло в воздух. Защита звякнула и погасла как раз перед приземлением, и в итоге получился, буквально, полный рот земли. Нехорошая ассоциация, но бой, увы, проигран. Он остался беззащитен и беспомощен, но самое главное, что с Альбиной?

Что-то нехорошее вдруг случилось с его имплантами. Иван понял это, когда один за другим начали рваться внешние защитные контуры. Мощнейшая, невиданной силы атака заставила его комплект сжаться, жертвуя контур за контуром. Повлиять ни на что было нельзя, слишком быстро все происходило, но вторичные импланты умирали сотнями, и лишь первичный комплект все еще держался, отчаянно выстраивая оборону. И каждая гибель импланта — как вспышка сверхновой, адский калейдоскоп боли. Чем его атакуют? Иван уже не думал, что когда-либо узнает ответ. Он уже почти потерял способность что-то видеть и понимать. Болевой порог у всех людей разный, а тут получается что-то совершенно нестерпимое, но сознание уходит медленно, слишком медленно. Поэтому, он еще мог позволить себе на что-то надеяться, когда ему показалось, что одна из наступающих темных фигур как-то неестественно взмахнула руками и улетела в сторону. Он даже подумал, что услышал хлесткий звук гиперзвукового снаряда, но не мог поручиться, что это не игра воображения. Мало ли, что может показаться умирающему?

«Умница, Бина», - подумал он про себя, и наконец-то позволил себе отключиться.


Апрель 1982 года | Один из немногих | 1982 год