home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1981 год

Еще один нетерпеливый взгляд на часы подтвердил, что время по-прежнему течет своим чередом. Не летит вскачь, перепрыгивая через мгновения, и не ползет, будто раненая улитка по пересеченной местности, а плывет ровным и безразличным потоком. Еще минута, не больше и не меньше, и эту минуту придется прожить здесь, под тихими каспийскими звездами.

Впрочем, это только сегодня они тихие, а так, все время кто-нибудь летает! Если не ракетные двигатели гремят, унося в космос очередной экипаж, то как минимум, экипажи «Спиралей» тренируются, раз за разом притирая к полосе свой старый «чемоданчик» (по аналогии с программой «Буран» это турбореактивный аналог орбитального корабля для тренировок экипажей — прим. авт.), хоть уже новый на подходе. Повторение — мать учения, а Герман за своими орлами следит строго, у него не забалуешь. От бесперебойного транспорта на орбиту сейчас слишком много зависит!

Неширокая грунтовка, оставшаяся с первых лет строительства, сейчас почти не использовалась по назначению, поэтому годилась только для пешеходов. Она вела от стартовых комплексов третьей площадки, мимо кластерных антенн ИП, казавшихся в темноте какими-то фантастическими кондитерскими изделиями, и дальше вниз, к побережью. Капитальный асфальтовый дублер этой старой дороги пролегал почти в километре южнее, поэтому здесь не было даже фонарей, и «световое загрязнение» этого пустынного места было минимальным на всю округу. Ночная степь нежно стрекочет своим особенным южным голосом, гравий похрустывает под ногами, и ни одной души на километр вокруг. Прекрасное место для прогулок под звездами и для размышлений о течении времени.

Но время, как всегда и бывает, отсекло от прозрачной ночи положенные секунды. И когда яркая звезда, наконец, разгорелась в небе на юго-западе, Сергей Королев улыбнулся радостно, словно видел все это в первый раз. Сейчас, конечно, любая настольная ЭВМ может показать время прохода любого объекта в любой точке Земли, в сети эти данные доступны, если только речь не идет про какой-то секретный спутник. Главное, найти время, выйти под звезды и посмотреть вверх. А если увидишь такое случайно, то мимо не пройдешь, настолько огромна эта искусственная звезда, никакая Венера с ней не сравнится. Правда, форму этого внушительного сооружения невооруженным глазом все равно не разглядеть, но уж Главный-то знает, что летит сейчас в небесах, отражая своими гранями свет недавно исчезнувшего для жителей этой точки Земли Солнца!

Если сейчас посмотреть в мощную оптику с автосопровождением, то можно увидеть в центре три длинных жилых модуля, скрепленных с двух сторон трехгранными фермами. Несколько месяцев назад именно с этих деталей началась невероятная стройка, но как много с тех пор изменилось! Опытная эксплуатация дала «зеленый свет» дальнейшему строительству комплекса, и в «переднем» его конце теперь не тесный временный модуль, где жили строители, а то, что склонные к морской терминологии американцы упорно называют «мостиком», большой модуль управления. В ее основании радиально расположены резервные энергетические платформы, фермы с системами связи и два пузыря обсерваторий, полосатых, словно арбузы. Венчает все это великолепие куполообразный центральный пост с почти круговым обзором.

Странное и непривычное чувство. С одной стороны, вот летит по небу марсианский корабль, мечта многих поколений. И он обязательно отправится к Красной планете в астрономическое окно 81–82 года, хоть и по непривычной, крутой траектории, далекой от гомановских эллипсов. (Траектория перехода между двумя другими орбитами, названа в честь немецкого учёного Вальтера Гомана, в 1925 году описавшего её в своей книге — прим. авт.) Мы ведь теперь не ищем энергетической эффективности, а ломимся, фактически, напрямую! В задней части комплекса вырос причал для атомных буксиров, которых будет четыре штуки, с запасом. Вокруг причала огромные баки для воды и несколько сбрасываемых баков для жидкого водорода, который будет потрачен на дорогу «туда», пока не испарится. Когда водорода не останется, буксиры начнут в своем атомном «сердце» расщеплять воду, которой запасено с избытком.

Огромное сооружение радует и глаз, и мысли конструктора. Но самое удивительное то, что этот гигант, по сути, уже устарел, не успев выполнить свою миссию. Еще два-три года, и уже начнется строительство таких кораблей, которые оставят далеко позади этого неуклюжего гиганта. Уже второе поколение установок, основанных на «эффекте резонанса» показало такие характеристики, что можно смело проектировать такую систему для кораблей, причем, и морских, и космических. Это означало, что аппарат размером с какой-нибудь морской сторожевик, сможет взлететь с Земли и своим ходом сгонять на Марс и обратно, и не за месяцы, а за недели! Всего несколько лет, и это станет реальностью.

Но все это, конечно не повод откладывать марсианскую одиссею, которая станет, пожалуй, последним из столь масштабных и грандиозных космических проектов. После внедрения новых решений освоение космоса станет куда более обыденным. Риск станет не таким отчаянным, движение более интенсивным, траектории к планетам выпрямятся, а Луна вообще окажется на самом пороге. Да, и проблема космического мусора тоже сгладится, потому что не нужно будет постоянно сбрасывать в космосе отработанные железки.

Королев в прежней своей жизни не сильно увлекался фантастикой, предпочитая «фантастику в чертежах», но в последнее время все чаще стал касаться этого жанра. Особенно он любил читать совсем старые произведения, написанные еще до ракетной эпохи, а иногда даже до первых самолетов. Как только не представляли люди полеты на Луну и Марс, но о ракетах подумали лишь единицы. Недавно ему попалась книжка Курта Лассвица «На двух планетах», написанная еще в конце 19-го века, и изданная в СССР в 20-е годы. Милая и наивная история, но какой сплав полета фантазии и технической близорукости! Впрочем, идея «изолятора» силы тяготения была тогда популярна, взять хотя бы Уэллса с его «кейворитом», и теперь уже не скажешь, кто у кого украл идею. Да и с физической достоверностью этого принципа все не очень гладко, что прекрасно разобрано в известной книжке Маковецкого. (Маковецкий П.В, «Смотри в корень!» — прим. авт.)

Но в обозримом будущем ракета все равно останется ракетой. Резонанс даст огромную энергетику, но реактивный принцип движения останется. Хотя, ученых это не останавливает, они так возбудились от открывшихся перспектив, что уже пытаются заглянуть дальше. На полном серьезе обсуждается поиск «точек опоры» в самой метрике пространства. «Чистое» движение! Королев мало понял в попытках Келдыша с Курчатовым объяснить ему, где им видится лазейка, но было понятно, что без подсказки из будущего эта задачка растянется на десятилетия. А подсказки нет и, похоже, не будет. Или потомки сам этого не знают, или не хотят дарить все и сразу.

И так хорошо, усмехнулся про себя Сергей, провожая глазами огромную звезду в небе, ставшую вдруг темно-оранжевой и тусклой. Входит в тень, еще несколько секунд, и совсем пропадет из вида…

А есть еще связь, которая благодаря резонансу уже совершенно определенно превысит ограничения, наложенные Эйнштейном. Правда, перемещать материальные объекты, как утверждается, все равно не получится. Или, пока не получится. От этих мыслей Королева отвлек шорох гравия позади.

— Сергей Павлович! — за почти четверть века Борис Черток не утратил способности отыскивать шефа, где бы тот ни находился. — Вас просят на приемке «двадцатки» побывать. После этого старый «чемодан» можно будет перегнать в ЛИИ.

— Отлично! — бодро улыбнулся Королев. — Давно этого жду. Ты на машине?

— Само собой, — кивнул Борис. — Я, честно говоря, не вас одного искал.

— А как ты меня тут нашел? — без всякого подвоха спросил Главный. — Я никому не говорил, куда пойду.

— Я вас вычислил, — усмехнулся Черток. — По времени прохождения Объекта. Редко, но бывает. А тут самое лучшее место. Я сам иногда…

Ну, хоть мысли не читает, довольно подумал Главный, усаживаясь в машину. Борис принес добрую весть, и у Королева был в этом собственный интерес. Все равно скоро лететь в Москву, так почему бы не совместить приятное с полезным? Перегнать старый «чемодан» в качестве второго пилота, почему бы нет? Почувствовать в руках ручку управления он никогда не откажется. И время на такие нетипичные занятия ему теперь проще находить, не те нынче времена, чтобы самому все тащить и у молодежи хлеб отбивать.

Много толковых парней выдвинулось в последнее время, да и среднее управленческое звено уже тянут не седые ветераны, а в основном сорокалетние. Как и в государственных делах, тут главное, это смена! Королев в общих чертах помнил, куда в иной истории завела страну «геронтократия», и с облегчением наблюдал, как «болевые точки» постепенно купировались, хоть это и не гарантировало от любых проблем. Никита Сергеевич, успев наломать дров, сумел вовремя отыграть назад, не дав партийной номенклатуре пуститься во все тяжкие. Поэтому он спокойно ушел на пенсию, оставив у руля тех, на кого ему, по сути, указали потомки. Нынешнее поколение они неплохо знали, могли посоветовать кадровые решения. А что будет дальше? Придется думать своим умом, и это правильно.

Иногда думается, а готова ли планета к космическому будущему? И первая же мысль в ответ — да какая разница!? Будущее все равно наступит, готовы люди или нет. А про готовность общества можно спорить до хрипоты, до драки, но что это изменит? Сколько было написано о том, что человечество якобы не сможет закрепиться в космосе, не став единым. Ну, это вряд ли. Уже закрепляемся, и как! И коммунизм строим уже не с таким остервенением, будто понимаем, что не горит. И у «буржуев» определенное движение в сторону социализма наметилось, и у нас есть элементы госкапитализма, советские мега-корпорации, как их назвали потомки. Бодаться с янки по любому поводу не перестали, конкуренты же! А теперь и в космосе будет то же самое, и ничего не поделаешь. Готовы или не готовы, какая разница?

Вот, потомки рассказали про своих инопланетников много интересного. Один биологический вид, живут на одной планете, но по сути, две разных цивилизации. Но как-то общаются, хоть и враждуют идеологически. И чем земляне хуже? Уничтожить друг друга не могут, да и не хотят, остается конкурировать, нацеливаясь на экспансию вовне. Если подумать, то и земляне когда-то найдут способ выйти за пределы своей системы, и где-то там, среди звезд, встретятся с Рьялхи или Сарги. Так они, кажется, называются?

Хорошо бы договориться с ними заранее, если получится. А если нет? Вот тогда и может возникнуть почва для объединения землян, и то не факт. Впрочем, это уже задачка для внуков и правнуков.

Королев зажмурился от яркого света прожекторов, когда машина подкатила к распахнутым воротам МИКа, в которых виднелся хвост и срезы двигателей нового «чемодана», или «лаптя», как некоторые называли эту машину. Впрочем, для летчиков это чаще всего «ласточка», они не могут называть иначе эту красивую птицу.

Королев выбрался на бетон, прошел в сопровождении молчащего Бориса через ворота и остановился под белым хвостом с нарисованным флагом и номером. Машина прилетела своим ходом, что неудивительно, потому что «Спираль» за годы прилично подросла, и теперь даже в «Антей» не влезет. И теперь сразу видно, что в небе аппарат уже бывал. Корпус чистый и почти белый, никакой «красноты». (технологические заглушки красного цвета — прим. авт.) Вот на левом крыле след потека гидравлической жидкости, кто-то за это втык уже получил. Колеса прилично потерты о бетон полосы, а тормоза до сих пор теплые, ведь только что прилетел. Парашютный контейнер открыт, выхлопной патрубок ВСУ чуть закопчен, не говоря уж о характерном запахе керосина. Это и есть запах неба, друзья!

У носового обтекателя «Спирали» Королев увидел пилота, до сих пор не снявшего летный комбинезон, и мгновенно узнал его. Совсем недавно, в апреле прошлого года, знаменитый летчик Сергей Николаевич Анохин пригласил тезку на празднование своего 70-летия, где было почти полсотни летчиков и космонавтов. Почти все изрядно выпили и весело шумели, что юбиляру ничуть не мешало. Особняком держался Михаил Михайлович Громов, трезвый, с прямой спиной кавалериста, молчаливо осуждающий всю эту пьяную компанию, но с появлением Королева он оживился и принялся вспоминать, как пытался вытащить будущего Главного из ГУЛАГа. Юбиляр в это время развлекался тем, что знакомил известного журналиста Голованова со своими гостями, и когда очередь дошла до молодого белобрысого парня, почти альбиноса, Анохин сказал:

— Запомни, Ярослав, я летаю настолько же лучше Нестерова, насколько этот парень летает лучше меня! Запомни его имя: Игорь Волк!

(эпизод украден, с учетом АИ, из книги Голованова «Заметки вашего современника» — прим. авт.)

«Молодому парню» тогда уже было хорошо за сорок, но он один из лучших испытателей в Союзе. Кому еще доверить новую технику, как не ему? Игорь тоже мгновенно узнал Главного и протянул руку.

— Здравствуйте, Сергей Павлович! — тепло сказал он, что никак не вязалось с его холодной внешностью. — Вот, пригнал вам новую «ласточку». Все без происшествий, можно летать.

— Спасибо, Игорь Петрович, — Королев не без труда, но вспомнил его отчество. — Обратно «пятнашку» тоже вы погоните?

— Герман Степанович уже сообщил, — кивнул Волк. — Римантас готов ради вас побыть и пассажиром, так что, не волнуйтесь.

Вот так всегда! Никакой интриги, все на все готовы. Но тут особое братство, Королев летчик не ровня испытателям с тысячами часов налета на десятках типов, но как космонавт… В этой ипостаси все равны. Ребята помнят, благодаря кому они все уже побывали ТАМ не по одному разу, и побывают еще. Довольный, Королев не удержался и с нетерпением потер руки, предвкушая полет.

— Давайте сюда вашу комиссию! — с энтузиазмом велел он. — Будем принимать «ласточку»!


Бывший Афганистан, северо-восточнее Герата, ноябрь 2058 года | Один из немногих | Москва, январь 2059 года