home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 9

Возвращение Ганнибала

СЕТЕПЕРЕДАЧА/ИНТЕРАКТИВНЫЕ ИГРЫ: HN, Hr. 6.5 (Евр., Сев. Aм.) — «Молодежная Банда!»

(изображение: Мако и Капризная Обезьяна обыскивают аллею в поисках Клорины)

ГОЛОС: Одержимая идеей самоубийства Клорина (Биби Танзи) обнаружила, что она — приемная дочь, а не биологическая. Она принимает сверхдозу таблеток, но никто из Молодежной Банды не знает, где она. У ее друзей, Мако и Капризной Обезьяны, есть только два часа, чтобы найти ее, пока не станет слишком поздно. Продюсеры утверждают: «Самое удивительное окончание года!» Требуются 12 актеров на роли аптекаря и безумных покупателей в гипермаркете. Обращаться: HN.TNMB.CAST


— Мы должны были догадаться, — горько сказала Флоримель, глядя в открывшееся окно на далекую фигуру, сидящую на пчеле. — Тип вроде Роберта Уэллса всегда найдет способ присоединиться к побеждающей стороне.

Все стояли, замершие и беспомощные. Даже Кунохара прекратил безнадежные попытки заставить работать свою разрушенную систему. Гул ос-мутантов, клубившихся на домом-пузырем, наполнял Пола клаустрофобным ужасом — в любой момент ядовитые жала, бившие в прозрачные стены, могли проломить их и разорвать на кусочки, и вся извивающаяся масса ос могла обрушиться им на голову. Что они могут сделать? Они окружены, и даже если они выйдут наружу, там уже поджидают Близнецы. Как только они окажутся вне пузыря, на открытом воздухе, за ними начнется безжалостная погоня….

— Вы все еще не ответили на мой вопрос, Кунохара, — грубым голосом сказала Мартина. Пол мог слышать, что она старается говорить твердым голосом. — Мы должны доверять друг другу, и мы погибнем. Есть ли у вас информатор среди нас?

Кунохара со злостью повернулся к ней. 

— У тебя нет никакого права спрашивать меня. Ты и твоя беззаботность обрушили на нас весь этот ад. — Он бросил на нее испепеляющий взгляд, потом опять взглянул в окно. — Я иду наружу. По меньшей мере я могу поговорить с Уэллсом, хотя и сомневаюсь, что могу доверять ему.

— Продаст нас, — проворчал Т-четыре-Б, но под напускной храбростью чувствовался страх. — Не дадим ему сделать это!

Пол удивил самого себя, сказав: 

— Я пойду вместе с ним.

Даже Кунохара удивился, но в его глазах все равно колыхался холодный гнев. 

— Почему? Неужели ты думаешь, что, если этот ребенок справедливо обвиняет меня в предательстве, ты сможешь остановить меня?

— Нет, не по этому. Эти твари — Близнецы. Они охотились за мной по всей сети. Если они ищут именно меня, то, что ж… может быть без меня они пощадят других. — Вслух это прозвучало еще глупее, но он не мог просто ждать, пока крыша обрушится им всем на голову.

— Не уверен, что понял тебя, — сказал Кунохара. — Но если ты будешь со мной, то снаружи ты будешь не в большей опасности, чем внутри.

— Может быть ты можешь… перенести наружи нас всех. — Пол уже сожалел, что вызвался идти. — Не будет ли так лучше? Перенести нас всех куда-нибудь еще, как ты унес нас сюда от скорпиона.

— И отдать мой дом этим? — Кунохара с презрением посмотрел на него. — Это то, что позволяет мне оставаться в живых. Здесь мой локальный интерфейс — место моей силы или, по меньшей мере, того, что от нее осталось. Если я сбегу и они уничтожат Дом, нас не будет на свете через полчаса. — Он покачал головой, его лицо было мрачнее тучи. — Ты все еще хочет пойти со мной на переговоры?

Пол вздохнул поглубже. 

— Да, я думаю, что да.

Дом исчез, сменившись холодным и ветреным берегом реки. Выступающий камень, на котором они стояли, окружали деформированные пчелы и осы, жужжавшие так громко, что у Пола заболел живот. Пузырь, который они оставили, был невидим за шевелящейся массой насекомых.

— Уэллс! — крикнул Кунохара человеческой фигуре, наблюдавшей за представлением с края камня. — Роберт Уэллс!

Человек, сидевший на пчеле, казавшейся размером со слона, повернулся к ним. Потом стал бить пятками в панцирь пчелы, до тех пор, пока она медленно не повернулась к ним, двигаясь почти с механическим достоинством. Человек наклонился вперед и прищурился.

— А! — весело сказал он. — Доктор Кунохара, я полагаю?

Теперь Пол понял, что имела в виду Мартина — сим Уэллса выглядел не совсем реалистически. Бледные волосы и общая форма головы в точности повторяли фотографии и видео технократа, которого он постоянно видел в сетевых новостях, но было что-то незаконченное, почти кукольное в чертах его лица.

Кунохара поджал губы. 

— Да, это я. Но я не припомню, что приглашал тебя сюда, Уэллс. Насколько я вижу, ты даже надел один из моих научных комбинезонов. А что с соглашением, которое я заключил с Братством?

Уэлсс быстро и без любопытства оглядел Пола и опять повернул голову к Кунохаре. 

— О, Братство. Ну, если ты еще не слышал, этот корабль налетел на айсберг. — Он хрипло рассмеялся. Пол не знал этого человека, но он казался странным, почти сумасшедшим. — О, да, Старик чертовски здорово закрутил все гайки. И тут ему дал под зад коленом один из его подручных, не больше и не меньше. Корпоративная игра во власть, ты бы так назвал это, хотя он выбрал неудачный момент. — Его не-совсем-человеческая улыбка так и не растаяла. — А сейчас все пошло к дьяволу, буквально. Но не все так плохо. Мы должны оставаться в седле, пока все не успокоится.

Выражение лица Кунохары не изменилось. 

— Уэллс, ты шутишь, и, одновременно, пытаешься уничтожить мой дом и все, что я построил здесь.

Пчела шевельнулась под Уэллсом, и он покачнулся. 

— Не я! Я только скачу на этой твари. Мои новые друзья, вот с кем ты должен поговорить. — Он сунул пальцы в рот и свистнул. Сердце Пола понеслось вскачь, когда над краем камня появились две не подходящие друг к другу фигуры. Все, что он мог сделать — не убежать и верить в исчезнувшие возможности Кунохары. — Они пришли не за тобой, Кунохара, но за твоими гостями, — сказал Уэллс. Потом он опять взглянул на Пола, и улыбнулся, лениво и слегка потерянно. — Вероятно они встали на неправильную сторону по отношению к новому руководству. Если ты отдашь их этим парням, — он кивнул головой на приближающуюся пару, — то, я уверен, они с радостью примут тебя к себе. — Он наклонился вперед и подмигнул. — Время выбирать сторону, приятель. Но сейчас выбрать совсем не трудно.

Пол почти не слышал слов Уэллса. Он смотрел, не в состоянии оторваться, как обе твари приближаются к нему, обвисшая мясистая гусеница и сверчок-альбинос — Маллит и Финч — нет, так их звали в траншеях. Мадд и Финни.

Вспышка памяти. Мадд и Финни… темная комната, два не сочетающихся между собой силуэта…

Все исчезло. Пол пожал плечами. Они ужасали, как всегда, в любой инкарнации, и все чувства Пола в один голос кричали ему бежать от них как можно быстрее и как можно дальше — но, тем не менее, на этот раз все было слегка иначе. Как только они подошли к Уэллсу и встали по обе стороны пчелы, Пол понял в чем дело.

— Что ты хочешь? — спросил Финни-сверчок скрипучим раздраженным голосом. — Новый хозяин сказал, чтобы мы поторопились. Он хочет, чтобы мы как можно скорее обезопасили эти создания.

— Если мы поможем ему, — грохотнула Мадд-гусеница, — он отдаст нам маленькую королеву.

— Да, маленькую королеву. — Безглазый сверчок потер передними ногами друг о друга, предвкушая удовольствие. — Мы так долго охотились за ней… — Он повернул гладкую голову к Кунохара и Полу. — А это еще кто? Пленные?

— Мы можем съесть их? — поинтересовалась гусеница, так высоко подняв переднюю часть туловища, что ее гигантское тело нависло над ними обоими.

Пол испуганно отступил назад, но его уже накрыла волна радости. «Я был прав, подумал он. Сейчас я не чувствую такого ужасного тошнотворного страха, как в прошлом — да и посмотри на них. Они даже не узнали меня».

Уэллс какое-то время размышлял над вопросом гусеницы. 

— Нет, я думаю, нет. Кунохара, по меньшей мере, будет полезным источником сведений об этом богом забытом месте. — Он улыбнулся и кивнул. — Но тебе лучше всего отдать им остальных, доктор К. Эта чертовски целеустремленная парочка…

— Мы принесем новому хозяину ту, кто говорила через коммуникатор, — проскрежетал слепой сверчок, — и он разрешит нам взять нашу маленькую королеву. Нашу любимую личинку.

— Мне ее так не хватает, — сказала гусеница, и что-то вроде нежной улыбки промелькнуло в ее клыкастом рту. — Такая бледная, такая жирная… Когда мы найдем ее, я откушу все ее дюжины маленьких пальчиков.

Теперь Пол точно знал, что эти версии Близнецов были не теми безжалостными созданиями, с которыми он сталкивался во многих мирах, но больше походили на Пэнки, забывших о нем и поглощенных собственными заботами. Он вспомнил Ундину Пэнки, ее тестообразное лицо, искаженное тем же гротескным инстинктом, что и у гусеницы, и ее бормотание «Моя дорогая Виола…»

«Виола». Что-то кольнуло его мысли. Виола, Ваала. Авиаль.

«Ава».

— …и я продолжаю настаивать, чтобы ты прекратил эту дурацкую атаку, Уэллс, — брызгал слюной Кунохара. — Это мой дом и мой мир, хотя и измененный, и я все еще настаиваю на своих правах. И никто не возьмет моих гостей из-под крыши моего дома.

Уэллс кивнул, воплощение здравого смысла. 

— О, конечно, я понимаю тебя. Но ты помнишь что говорит старая пословица: отрежь свой нос, чтобы досадить лицу. Кунохара, на самом деле тебе совсем не нужно восставать против нового босса. Но и я не пил вместе с ним — во всяком случае пока. Ничего личного, но я не могу помочь тебе.

Сверчок и гусеница, медленные и погруженные в собственные мысли, тем не менее начали замечать окружающее. 

— Этот? — проныл сверчок. — Этот не дает нам добраться до остальных?

Шлепая по камню, как гигантский водяной матрас, гусеница подползла ближе. Рябь прошла по ее ногам, самые передние она протянула к Полу, их концы округлились и сжались. 

— Они стоят между нами и нашей маленькой королевой…?

— Хватит, — сказал Кунохара и махнул рукой. Мгновение позже каменная осыпь исчезла и Пол, от неожиданности потеряв равновесие, упал на пол дома-пузыря Кунохары.

— Что произошло? — спросил Флоримель. — Мы ничего не слышали…

Пол повернулся к Кунохаре. 

— Почему ты не взорвал их — снег, ветер или еще какой-нибудь божественный трюк? Мы были достаточно далеко от дома…

— Что-то не давало мне сделать это, — взволнованно сказал Кунохара. — Наверно их новый хозяин, Дред, защитил их. Он играет и дурачится в моем мире. — Озабоченный взгляд сменился сердитым. — Но меня не так-то просто уничтожить. Не в моем собственном доме.

Осы на крыше пузыря заволновались, медленно движущийся хитиновый ковер стал убыстрятся, пока не слился в почти жидкое пятно, а жужжание стало настолько громким, что воздух в прозрачном доме завибрировал.

— Глянь сюда, — крикнул Т-четыре-Б. Он быстро шагнул назад и споткнулся о Пола. — Прямо над их головами вес скопившихся на крыше пузыря тварей заставил ее выгнуться вниз. — Не уйдем отсюда, станем мясом для шестиногих!

В конце концов какое-то жало пробилось через материал купола. и страшное давление начало расширять дыру. Даже Кунохара застыл от изумления, как одна из деформированных ос проскользнула через быстро разрушающуюся оболочку. На мгновение она повисла, ударяя по воздуху огромными черными ногами, как лошадь, качающаяся на люстре.

— Вниз! — крикнул Кунохара. Он схватил Пола за плечо и толкнул к лестнице, ведущей в нижнюю комнату. Остальные побежали вслед за ними, когда первая оса наконец протиснулась сквозь крышу и упала на пол верхней комнаты. Встав, ее карикатура на человеческое лицо слепо оглядела все вокруг, и тут на нее свалилось несколько ее приятелей, которые, пытаясь расцепиться, вдребезги разбили мебель Кунохары.

Когда все люди оказались внизу, Кунохара слегка ударил пальцами по двери на верхушке лестницы, требуя, чтобы она закрылась за ними; дверь не отреагировала, он схватил ее и с силой потащил вниз. Т-четыре-Б и Флоримель прыгнули на помощь, но молотящая по воздуху нога просунулась снизу, не давая им закрыть дверь. С криком, который, оказывается шел из его собственного рта, Пол схватил первый попавшийся под руку предмет, маленький стол, и стал бить по ноге, пока не отрубил ее. Серая жидкость брызнула через люк, но Кунохара и остальные уже закрыли дверь на засов.

Ошеломленный, Пол уставился на отрезанную ногу, лежащую на прозрачном полу, все еще слегка подергивающуюся. Под ногой, под дном пузыря, взбудораженные тем, что происходило на поверхности, сновали паукообразные послелечиночные креветки, поворачивались стебельчатые глаза, мелькали ноги. Грохочущее жужжание с верхнего этажа стало громче. Люк начал выгибаться внутрь под весом ос, падавших вниз через разорванную крышу.

— Шарахнет, нас, — вздохнул Т-четыре-Б. — Взять некоторых из этих ползунов с собой, хотя.

— Нет, — Кунохара указал место на полу. — Становитесь сюда.

Мартина прижала руки к ужам, чтобы не слушать жужжания. 

— Что мы можем сделать?

— Только одно, — сказал Кунохара, его голос перекрыл даже непрекращающийся гул. — Их защитное поле окружило даже это место — я не могу переместить самого себя! Но если вы уйдете, я, быть может, смогу кое-что спасти. — Он взял Марину за руку и грубо толкнул к месту, которое указал.

— Что, отдать нас жукам, он? — крикнул Т-четыре-Б. — Низзя…

Кунохара зашипел от ярости и отчаяния. 

— Тебе мало, что вы и так уничтожили меня? Ты еще должен оскорбить меня? Становись на это чертово место!

Пол схватил Т-четыре-Б и толкнул туда, где уже стояли Мартина и Флоримель. Пол внезапно выпятился вниз, образовав выгнутую полость. Т-четыре-Б поскользнулся и соскользнул вниз, утащив за собой Флоримель и Мартину. 

— Утопить нас, он! — крикнул Т-четыре-Б.

Пол посмотрел на Кунохару, чей ответный взгляд не объяснил ничего, решил слепо довериться и соскользнул вниз в увеличивающийся пузырь. Внезапно материал выпятился наружу, их окружила вода реки, компания просвечивающих креветок оказалась в дюймах от них.

— А ты? — крикнул Пол Кунохаре.

— Я должен кое-что сделать, иначе они схватят вас через несколько минут. Держитесь покрепче. — Он отвернулся от Пола и начал новую серию сложных жестов. Как если бы услышав его слова, снаружи пророкотал гром, на мгновение заглушив злое жужжание ос. Сверкнула молния, тусклая вспышка была видна даже сквозь толщу воды, почти полностью окружившей их. Выпятившийся прозрачный материал превратился в маленький пузырь, и только все уменьшающаяся перемычка связывала его с домом. Пол, не способный двигаться, скорчился между Флоримель и Т-четыре-Б. Кунохара опустил руки, как дирижер, заканчивающий симфонию, и дыра, через которую Пол видел его, резко сузилась и исчезла. Пузырь, освободившись от родительского дома, внезапно подпрыгнул, отправив желудок Пола в ноги, и быстро всплыл на поверхность реки.

Сильное давление вытолкнуло пузырь из воды; на мгновение он застыл в воздухе и упал вниз. Пол и его товарищи повалились друг на друга, больно ударившись головами, локтями, коленями и всем, чем возможно. Мгновенное чувство свободы быстро умерло. Они оказались на поверхности реки, совсем близко от дома, плотно накрытого одеялом из насекомых. Сверху бил дождь, огромные капли вспенивали воду и их крошечный сферический плот подпрыгивал на волнах как детская игрушка.

Пол отцепился от товарищей и прижал лицо к стене пузыря. Дождь даже на секунду не остановил атаку Близнецов: мост на землю был уже построен, сотни тысяч пчел и ос сцепились над ревущим потоком. В свете молний он увидел, как сверчок и гусеница сошли с каменной осыпи и неторопливо шествуют по мосту, как завоеватели, поднимающие к завоеванному замку. И еще Полу показалось, что Уэллс на своей пчеле едет вслед за ними.

— Они увидели нас! — крикнула Флоримель, и Пол не сразу понял, что она имеет в виду — Близнецы и Уэллс были слишком далеки, чтобы заметить их маленький пузырь, бросаемый из стороны в сторону вспененной дождем водой. Но потом и он увидел ос-мутантов с пустыми, ничего не выражающими лицами, которые, тем не менее, целеустремленно плыли к ним. Ревущий поток уже унес некоторых из них, но многие дюжины барахтались в воде с неуклюжей бульдожьей решимостью.

Еще одна крупная капля ударила в их сферическую арку, заставив ее закружиться и запрыгать по воде. Пол держался обеими руками за изогнутую стену, стараясь не упасть. Когда он опять сумел поглядеть наружу, вспышка молнии показала ему Близнецов, стоящих на верхушке пузыря Кунохары. Осиная мантия под ними дико колыхалась, возможно стараясь дать войти внутрь своим командирам. Подхваченное потоком бревно, размером с полдома, проплыло совсем рядом, унеся с собой нескольких из сотен ос, прилипших к дому. Листья, куски деревьев и трава заполонили всю поверхность воды. Пол взглянул на порог за домом и увидел, что на нем образовался огромный затор из обломков деревьев, что-то вроде плотины из переплетшихся между собой ветвей и листьев, дрожащий от напора воды, бьющей в него.

«Дождь,— рассеянно подумал он.— Такой сильный дождь. За этой штукой должно быть очень много воды и всякого дерьма».

Что сказал Кунохара? «Я должен кое-что сделать…»

— Боже мой! — крикнул Пол. — Держитесь — как можно крепче!

— Мы и так едва держимся на ногах… — начала было Флоримель, но Пол уперся ногой в ее бедро и прижал ее к изгибу пузыря. — Держитесь крепче. Сейчас будет…

Сверкнула очередная молния и он увидел, как огромный клин на вершине порога пошатнулся и стал меняться. На мгновение поток воды почти прекратился, задушенный им — все настолько изменилось, что даже бесформенная парочка, стоявшая на вершине дома Кунохары, повернулась и взглянула на порог. В результате река заметно обмелела, вода стала грязной, пузырь глубже погрузился в нее. Но тут поток прорвал затычку, и огромный кулак из зеленой воды и белой пены ударил сверху вниз по дому Кунохары и насекомым, увлекая всю массу под воду, в воздух взлетел столб водяной пены.

Стена воды докатилась до Пола и его товарищей, подхватила их и швырнула в воздух через нижний порог, так что какое-то мгновение они свободно летели вниз над темной, избиваемой дождем рекой, как звезда, упавшая с небес.


* * * | Море серебряного света | * * *