home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


10

Наступило время обеда, но они не очень проголодались. Джанс грызла сладкую плитку зернового концентрата, втайне гордясь, что ест на ходу, как носильщик. Они постоянно мелькали мимо, и уважение Джанс к их профессии все росло и росло. Она ощущала какую-то странную вину за то, что идет вниз со столь легкой ношей, в то время как эти мужчины и женщины нагружены так тяжело. И двигаются так быстро. Они с Марнсом прижались к перилам, когда мимо, извинившись, протопал спускавшийся носильщик. Его «тень», девушка лет пятнадцати-шестнадцати в шортах, шла за ним по пятам с мешками, судя по всему, набитыми мусором для центра утилизации. Джанс долго смотрела девушке вслед, на ее длинные, гладкие и мускулистые ноги, и неожиданно ощутила себя очень старой и очень уставшей.

У путников постепенно выработался определенный ритм, но в районе тридцатого этажа у Джанс зародилось сомнение. То, что на рассвете казалось отличным приключением, теперь выглядело серьезным испытанием. Джанс отлично понимала, каких усилий потребует подъем на обратном пути.

Они миновали верхнюю станцию обработки воды на тридцать втором, и Джанс поняла, что видит практически новые для себя части бункера. Стыдно было признать, но так глубоко она не спускалась уже очень давно. И за это время тут произошли изменения. Даже стены оказались иного цвета, чем ей помнилось. Впрочем, трудно было доверять своей памяти.

По мере приближения к этажам компьютерщиков поток людей на лестнице заметно поредел. Здесь находились самые малозаселенные уровни бункера, где около двух десятков человек — в основном мужчин — работали в собственном маленьком царстве. Серверы бункера занимали почти целый этаж, и на них теперь медленно восстанавливалась недавняя история, полностью стертая во время восстания. Доступ к ним сейчас строго ограничили. Проходя мимо лестничной площадки на тридцать третьем, Джанс готова была поклясться, что слышит мощное гудение поглощаемого серверами электричества. Чем бы когда-то ни являлся бункер и для чего бы изначально ни предназначался, Джанс, даже не спрашивая, знала, что эти странные машины были неким основанием для превосходства. Их энергопотребление служило постоянной причиной споров во время совещаний по бюджету. Но необходимость очистки, боязнь даже заговорить о внешнем мире и все связанные с этим табу давали компьютерщикам невероятную свободу действий. Именно в Ай-Ти находилась лаборатория, где изготавливались комбинезоны для чистильщиков — специально под человека, ожидающего в камере, и уже одно это делало Ай-Ти отдел особенным.

«Нет, — решила Джанс, — причина тут не только в табу, чреватых очисткой, и в боязни внешнего мира. Причина также и в надежде. В каждом обитателе бункера жила эта невысказанная, смертельно опасная надежда, глупая и фантастическая. Надежда на то, что пусть не для них, так для их детей или внуков жизнь во внешнем мире вновь станет возможной. И что это окажется заслугой Ай-Ти, а мешковатые комбинезоны, изготавливаемые в их лабораториях, сделают мечту — реальностью».

От одной только подобной мысли Джанс ощутила дрожь. Жить снаружи. Ну нет… Внушенные с детства страхи оказались сильнее. А вдруг Боженька услышит и выдаст ее? Она представила себя в комбинезоне чистильщика, что оказалось совсем нетрудно. Представила, как облачается в этот подвижный гроб, к которому она приговорила столь многих.

На тридцать четвертом этаже она свернула на площадку. Марнс присоединился к ней, уже с флягой в руке. Джанс сообразила, что весь день пьет из его фляги, а ее собственная так и осталась пристегнутой к рюкзаку. Было в этом нечто трогательное и романтичное, но одновременно и нечто практичное. Гораздо труднее доставать сзади свою флягу, чем извлечь ее из рюкзака спутника.

— Нужно отдохнуть? — Марнс передал флягу, в которой осталось два глотка. Джанс сделала один.

— Здесь наша следующая остановка, — сказала она.

Марнс посмотрел на выцветший номер, нанесенный на дверь по трафарету. Он наверняка знал, на каком они сейчас этаже, но повел себя так, словно ему требовалось это перепроверить.

Джанс вернула флягу.

— Прежде я всегда посылала им сообщение, чтобы получить их согласие на очередную кандидатуру. Так делал мэр Хамфри до меня и мэр Джефферс до него. — Она пожала плечами. — Таков обычай.

— А я и не знал, что они должны одобрить кандидата. — Марнс допил воду и похлопал Джанс по спине. Затем покрутил пальцем, показывая, что она должна повернуться.

— Ну, они никогда не отвергали ни одну из моих кандидатур. — Джанс почувствовала, как он достает из ее рюкзака флягу и засовывает вместо нее свою. Рюкзак стал чуточку легче. Она поняла, что Марнс хочет нести ее воду и делиться ею, пока и вторая фляга не опустеет. — Думаю, неписаное правило здесь таково: мы должны тщательно рассматривать кандидатуры всех судей и работников правопорядка, зная, что существует некий неформальный надзор.

— Значит, теперь вы делаете это лично.

Джанс повернулась к Марнсу:

— Я подумала, что раз мы проходим мимо… — Она сделала паузу, дожидаясь, пока молодая парочка торопливо пройдет вверх, держась за руки и шагая через две ступеньки. — И что будет еще подозрительнее, если мы не остановимся и не зайдем.

— Зайдем, — процедил Марнс.

Джанс не удивилась бы, если бы он плюнул через перила — его тон предполагал такое. Она вдруг ощутила, что обнажилось еще одно из ее слабых мест.

— Считай это актом «доброй воли», — сказала она, поворачиваясь к двери.

— Нет, я буду считать это вылазкой на разведку, — проговорил Марнс, следуя за ней.


Джанс поняла, что, в отличие от роддома, в компьютерном отделе их не пропустят в таинственные глубины. Пока они ждали, она увидела, что даже одного из здешних работников — это было ясно по его красному комбинезону — тщательно обыскали перед тем, как выпустить на лестницу. Похоже, в обязанности человека с дубинкой — сотрудника отряда внутренней безопасности Ай-Ти — входила проверка всех проходящих через металлические ворота. Впрочем, дежурная по другую сторону ворот оказалась достаточно почтительна и вроде бы даже рада тому, что мэр нанесла им визит. Она выразила им соболезнования по поводу недавней очистки, что было странно, — но Джанс не отказалась бы слышать подобное чаще. Их провели в небольшой зал для совещаний, примыкающий к главному холлу, и мэр предположила, что здесь удобно собирать представителей разных отделов, не докучая им необходимостью преодолевать заслон из сотрудников службы безопасности.

— Посмотрите на все это пространство, — прошептал Марнс, едва они оказались в зале вдвоем. — Видели, какого размера здесь холл?

Джанс кивнула. Она обвела взглядом стены и потолки, высматривая глазки или нечто иное, подтверждающее жутковатое ощущение, что за ними наблюдают. Положив рюкзак и трость, она устало вытянулась в одном из роскошных кресел. Когда оно сдвинулось, мэр поняла, что кресло на колесиках. На отлично смазанных колесиках.

— Всегда хотел сюда заглянуть, — признался Марнс, разглядывая холл через застекленное окно. — Каждый раз, когда проходил мимо — а случалось это всего раз десять, — мне было любопытно посмотреть, что тут внутри.

Джанс едва не попросила его замолчать, но побоялась, что это заденет его чувства.

— Ух ты, а он сюда торопится. Наверное, из-за вас.

Повернув голову, Джанс увидела через окно идущего к ним Бернарда Холланда. На какой-то момент он скрылся из виду, затем дверная ручка опустилась, и он вошел в комнату — невысокий мужчина, в чьи обязанности входило поддерживать бесперебойную работу компьютерного отдела.

— Мэр.

Бернард широко улыбнулся. Передние зубы у него оказались кривые. Редкие обвислые усы не могли скрыть этого недостатка. Низкорослый и полный, с очками на маленьком носу, он выглядел образцом технического специалиста. Кроме того — во всяком случае, для Джанс, — он выглядел умным.

Бернард протянул руку мэру, когда та встала с кресла. Проклятая штуковина едва не укатилась из-под нее, когда она оперлась о подлокотники.

— Осторожно, — предупредил Бернард, подхватывая мэра под локоть. — Помощник. — Он кивнул Марнсу, пока Джанс восстанавливала равновесие. — Для меня честь видеть вас здесь. Я знаю, что вы редко отправляетесь в такие путешествия.

— Спасибо, что сразу согласились с нами встретиться, — сказала Джанс.

— Конечно. Пожалуйста, располагайтесь поудобнее.

Он указал на полированный стол для совещаний. Тот смотрелся лучше, чем стол в кабинете мэра, но Джанс успокоила себя, предположив, что здешний стол блестит, потому что им меньше пользуются. Она осторожно уселась в кресло, потом сунула руку в рюкзак и достала несколько папок.

— Сразу к делу, как и всегда, — заметил Бернард, присаживаясь рядом с ней. Сдвинув маленькие круглые очки к основанию носа, он поерзал в кресле, и его пухлый животик уперся в стол. — Всегда ценил в вас это качество. А мы, как вы можете представить, после печальных вчерашних событий заняты. Нужно обработать много информации.

— И как там обстановка? — осведомилась Джанс, раскладывая перед собой папки.

— Есть плюсы и минусы, как всегда. Показания некоторых датчиков свидетельствуют об улучшении. Концентрации восьми известных токсинов в атмосфере снизились, хотя и незначительно. Доля двух повысилась. Большинство показателей осталось без изменений. — Он помахал рукой. — Много скучных технических подробностей, но все они будут изложены в моем отчете. Я отправлю его с носильщиком наверх еще до того, как вы вернетесь в офис.

— Это будет замечательно, — сказала Джанс.

Ей хотелось что-нибудь добавить, признать заслуги напряженно работающих сотрудников его отдела, сообщить, что еще одна очистка стала успешной. Однако выполнил эту очистку Холстон — единственный, кто был близок к тому, чтобы стать ее «тенью», и кого Джанс видела кандидатом на свое место, когда она умрет и будет питать корни фруктовых деревьев. Потому говорить об очистке было тяжело и уж тем более не хотелось ей аплодировать.

— Обычно я телеграфирую вам подобную информацию, — начала она, — но раз уж мы проходим мимо, а вы не подниметесь на очередное заседание комитета еще… сколько, три месяца?

— Время летит быстро, — проговорил Бернард.

— Вот я и решила, что мы можем неформально прийти к соглашению сейчас, чтобы я смогла предложить работу нашему лучшему кандидату. — Она взглянула на Марнса. — Как только она согласится, мы сможем оформить назначение на обратном пути, если вы не возражаете.

Она подтолкнула папку к Бернарду и удивилась, когда тот достал собственную папку.

— Что ж, давайте это рассмотрим, — согласился Бернард. Он открыл свою папку, лизнул палец и перелистал несколько страниц высококачественной бумаги. — Нам телеграфировали о вашем визите, но ваш список кандидатов попал ко мне на стол только сегодня утром. Иначе я попытался бы избавить вас от этого путешествия вниз и обратно. — Он достал лист без единой складочки. Бумага даже не выглядела отбеленной. Джанс задумалась, где Ай-Ти берет такую новенькую бумагу, в то время как в ее офисе трясутся над каждым листком. — По моему мнению, из трех имен в этом списке лучший кандидат — Биллингс.

— Мы можем обсудить его следующим… — начал было Марнс.

— А я считаю, его следует обсудить первым.

Он подтолкнул документ к Джанс. Это оказался договор о согласии на должность с несколькими подписями внизу. Одна строка оставалась пустой, под ней было аккуратно напечатано имя мэра.

У Джанс перехватило дыхание.

— Вы уже связывались с Питером Биллингсом по этому поводу?

— Он согласился. Судейская мантия становится ему тесновата, ведь он так молод и полон энергии. Думаю, он был отличным кандидатом на роль судьи, а сейчас стал еще более подходящим претендентом на должность шерифа.

Джанс вспомнила процесс выдвижения Питера на должность судьи. В тот раз она согласилась с предложением Бернарда, чтобы в следующий раз он пошел ей навстречу. Она рассмотрела подпись — почерк Питера был ей хорошо знаком по его многочисленным сообщениям, отправленным наверх от лица судьи Уилсона, у которого Питер в настоящее время стажировался. Она подумала, что один из носильщиков, с извинениями обогнавший их сегодня, мчался вниз по лестнице как раз с этим листком бумаги.

— К сожалению, Питер сейчас третий в нашем списке, — сказала наконец Джанс. В ее голосе неожиданно послышалась усталость. Он звучал тихо и слабо в огромном пространстве этого редко используемого и чрезмерно большого помещения.

Мэр взглянула на Марнса — тот испепелял договор взглядом, стиснув челюсти.

— Что ж, полагаю, мы все знаем, что имя Мерфи попало в список из вежливости. Он слишком стар для такой работы…

— Он моложе меня, — оборвала его Джанс. — А я справляюсь прекрасно.

Бернард наклонил голову:

— Да, но… боюсь, ваш первый кандидат просто не подойдет.

— Это еще почему? — спросила Джанс.

— Не знаю, насколько… тщательно вы ее проверяли, но у нас хватало проблем с этой кандидаткой, и я не могу на нее согласиться. Пусть даже она из отдела техобслуживания.

Последнее слово Бернард произнес так, точно оно было пропитано ядом.

— Какого рода проблем? — осведомился Марнс.

Джанс бросила на него предупреждающий взгляд.

— Ничего такого, о чем мы захотели бы сообщить. — Бернард повернулся к Марнсу. Теперь яд источали глаза коротышки — неприкрытую ненависть к Марнсу или, возможно, к звезде на его груди. — Ничего достойного внимания закона. Но были кое-какие… реквизиции из ее офиса, перенаправления материалов в обход нас, необоснованные заявки о приоритетности и тому подобное. — Бернард глубоко вздохнул и сложил руки на лежащей перед ним папке. — Я не стану заходить настолько далеко, чтобы называть произошедшее кражей, но мы посылали жалобы Дигану Ноксу как начальнику механического отдела, чтобы проинформировать его об этих… нарушениях.

— И это все? — прорычал Марнс. — Реквизиции?

Бернард нахмурился и накрыл ладонями папку:

— Все? Вы меня вообще слушали? Она практически крала вещи, перенаправляя то, что заказывал мой отдел. И не факт, что они использовались для нужд бункера. Она вполне могла их присвоить. Господь свидетель — эта женщина потребляла гораздо больше электричества, чем ей было положено по нормам. Может, она продавала его за читы…

— Это официальное обвинение? — осведомился Марнс, демонстративно доставая из кармана блокнот и щелкая механической ручкой.

— Э-э… нет. Повторю — мы не хотели беспокоить вас. Но вы сами видите, что она не из тех, кто достоин начать карьеру по охране закона. От механика я ожидаю честности. И боюсь, этой кандидатке следует остаться там, где она есть, «на глубине».

Бернард похлопал по папке, как бы подводя итог.

— Таково ваше предложение, — уточнила Джанс.

— Да. И я думаю, поскольку у нас есть наготове прекрасный кандидат, желающий служить и уже живущий на верхних этажах…

— Я приму ваше предложение к сведению.

Джанс взяла со стола новенький листок с договором и намеренно сложила его пополам, а затем прогладила сгиб ногтем по всей длине. Потом сунула листок в одну из папок, пока Бернард с ужасом наблюдал за этой процедурой.

— И поскольку у вас нет формальных жалоб против нашей первой кандидатки, приму это за ваше молчаливое согласие на разговор с ней по поводу работы. — Джанс встала и подхватила свой рюкзак. Сунув папки в наружный карман, она застегнула клапан и взяла прислоненную к столу трость. — Спасибо, что встретились с нами.

— Да, но…

Бернард выскочил из-за стола и догнал направившуюся к выходу Джанс. Марнс встал и последовал за ними, ухмыляясь.

— Что я скажу Питеру? Он ведь уверен, что в любой момент может приступить к работе!

— А не надо было ничего ему говорить, — отрезала Джанс. Остановившись в холле, она пронзила Бернарда взглядом. — Я послала вам свой список не для разглашения. А вы все разболтали. Поймите, я ценю все, что вы делаете для бункера. Мы с вами уже давно и мирно работаем вместе, наблюдая процветание, какого, возможно, у наших людей никогда еще не было…

— Именно потому… — начал Бернард.

— Именно потому я вам прощаю нынешнее злоупотребление. Это моя работа. Мои люди. Они доверили мне принимать подобные решения. Вот почему мы с помощником и решили спуститься. Мы дадим нашему главному кандидату возможность ответить на все вопросы. И я обязательно зайду к вам на обратном пути, если понадобится что-либо подписать.

Бернард развел руками, признавая поражение:

— Ну, хорошо. Извиняюсь. Я лишь надеялся ускорить процесс. А теперь прошу вас, отдохните немного. Вы мои гости. Позвольте принести вам еды, может быть, фруктов?

— Мы пойдем дальше, — сказала Джанс.

— Хорошо. — Он кивнул. — Но хотя бы воды? Наполнить ваши фляги?

Джанс вспомнила, что одна из фляг уже пуста, а им нужно пройти еще несколько этажей.

— Это будет очень любезно, — согласилась Джанс.

Она подала знак Марнсу, и тот повернулся, чтобы она смогла достать его флягу из рюкзака. Затем сама повернулась к нему спиной, подставляя свою флягу. Бернард махнул одному из своих работников, чтобы тот взял и наполнил фляги, сам же все это время не сводил с путников глаз.


предыдущая глава | Бункер. Иллюзия | cледующая глава