home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


13

Марнса и Джанс отвел в столовую Марк — механик, только что закончивший работу во второй смене. Марнс, похоже, обиделся из-за того, что им понадобился гид. Помощник шерифа обладал чисто мужской чертой характера, заставляющей его делать вид, будто он точно знает, где находится, даже если это было не так. Шагая чуть впереди, он то и дело останавливался на каком-нибудь перекрестке, вопросительно указывал в одном из направлений и дожидался того, что Марк, посмеиваясь, его поправлял.

— Но они все выглядят одинаково, — бурчал Марнс, снова устремляясь вперед.

Джанс в такие моменты лишь улыбалась. Она держалась чуть позади и старалась разговорить молодого механика, когда узнала, что он работает в той же смене, что и Джульетта. От него пахнуло «глубиной» — тем запахом, который приносил с собой любой механик, приходя что-то чинить в ее офисе. То была смесь запахов, присущая их работе, — пот, смазка и легкая примесь чего-то химического. Но Джанс научилась не обращать на нее внимания. Она увидела, что Марк — человек добрый и вежливый. Человек, который взял ее под руку, когда мимо торопливо прокатили тележку с побрякивающими металлическими деталями. Человек, который был знаком с каждым, кто попадался им навстречу в тускло освещенных коридорах с переплетением труб и кабелей. «Он жил и дышал этим все свои годы», — подумалось Джанс. Он излучал уверенность. Даже в темноте его улыбка светилась.

— Насколько хорошо ты знаешь Джульетту? — спросила она, как только громыхающая тележка укатила прочь.

— Джулс? Да она мне почти как сестра. Здесь, внизу, мы все одна семья.

Он произнес это так, как будто считал, что в остальных частях бункера жизнь устроена иначе. Идущий впереди Марнс принялся чесать макушку на очередном перекрестке, но на этот раз правильно угадал, куда идти дальше. На углу стояли и смеялись два механика. Они обменялись с Марком несколькими фразами, которые Джанс показались полной абракадаброй. И она заподозрила, что Марк, возможно, прав и на самых нижних этажах бункера все устроено несколько иначе. Люди здесь не скрывали своих мыслей и чувств, говорили именно то, что думали, — подобно тому, как провода и трубы располагались здесь на виду.

— Нам сюда, — произнес Марк, указывая на вход в широкий зал, откуда доносились обрывки разговоров и позвякивание ножей и вилок по металлическим тарелкам.

— А ты можешь что-нибудь рассказать нам о Джулс? — спросила Джанс и улыбнулась Марку, придержавшему для нее входную дверь. — То, что нам, по-твоему, нужно знать?

Они прошли следом за Марнсом к свободным местам. Работники столовой сновали, разнося еду, а не заставляя механиков стоять за ней в очереди. Не успели они усесться на поцарапанные алюминиевые скамьи, как перед ними поставили тарелки с супом и стаканы с водой, приправленной ломтиками лайма, а прямо на щербатые столы выложили куски хлеба.

— Вы что, просите меня за нее поручиться?

Марк сел и поблагодарил крупного мужчину, принесшего им еду и ложки. Джанс поискала взглядом салфетку и увидела, что большинство обедающих пользуется вместо них замасленными тряпками, торчащими из задних или нагрудных карманов.

— Просто расскажи все, что нам следует знать, — попросила она.

Марнс уставился на свой кусок хлеба, понюхал его, потом макнул в суп. Компания за соседним столом взорвалась смехом, услышав окончание какой-то истории или шутки.

— Ну, я знаю, что она может выполнить любую работу, которую ей подбросят. И всегда могла. Но я полагаю, что мне не нужно уговаривать вас принять решение, ради которого вы проделали такой долгий путь. Скорее всего, вы уже все решили.

Он зачерпнул супа. Джанс взяла свою ложку и увидела, что она щербатая и гнутая, а черенок у нее зазубрен, как будто им что-то выдалбливали.

— Давно ты ее знаешь? — спросил Марнс. Он жевал пропитанный бульоном хлеб и прилагал героические усилия, чтобы слиться с окружением и выглядеть здесь своим.

— Я родился «на глубине», — начал Марк, повысив голос, чтобы его расслышали сквозь шум в столовой. — Я ходил «тенью» электрика, когда здесь появилась Джулс. Она была на год младше меня. Я решил, что она выдержит от силы недели две, а потом начнет вопить, чтобы ее отсюда выпустили. У нас тут попадаются беглецы с верхних этажей — молодежь, решившая, что их проблемы не посмеют отправиться следом за ними…

Он оборвал себя на полуслове, и его глаза вспыхнули от радости, когда скромная женщина втиснулась на скамью рядом с Марнсом — напротив него. Вновь прибывшая вытерла руки тряпкой, сунула ее в нагрудный карман, перегнулась через стол и поцеловала Марка в щеку.

— Милая, помнишь помощника шерифа Марнса? — Марк указал на Марнса, вытиравшего ладонью усы. — Это моя жена Ширли.

Они пожали друг другу руки. Темные пятна на костяшках пальцев Ширли выглядели несмываемыми — татуировкой с ее работы.

— А это наш мэр, Джанс.

Женщины тоже обменялись рукопожатием. Джанс ощутила гордость за то, что смогла крепко пожать протянутую руку, не думая о том, что та вся в смазке.

— Рада познакомиться, — сказала Ширли и уселась поудобнее. За то время, пока их представляли друг другу, перед ней каким-то образом материализовалась еда. Поверхность супа в тарелке еще колыхалась, испуская пар.

— Произошло какое-то преступление, помощник шерифа? — поинтересовалась Ширли, отломила кусок хлеба и улыбнулась, давая понять, что шутит.

— Они пришли уболтать Джулс отправиться наверх вместе с ними, — пояснил Марк, и Джанс заметила, как он приподнял бровь, когда смотрел на жену.

— Удачи, — отозвалась Ширли. — Если эта девушка и переберется на другой этаж, то разве что еще ниже, в шахты.

Джанс хотела спросить, что она имеет в виду, но тут Марк повернулся к ней и продолжил с того места, где остановился:

— Так вот, я учился на электрика, когда она у нас появилась…

— Хочешь, чтобы они померли со скуки, слушая про твое ученичество? — спросила Ширли.

— Я рассказываю о том, что было, когда к нам пришла Джулс.

Ширли улыбнулась.

— Я тогда учился у старого Уокера. Это было еще в те времена, когда он держался бодрячком и иногда выбирался из своей берлоги…

— О да, Уокер, — подхватил Марнс, тыкая ложкой в сторону Джанс. — Коварный тип. Никогда не выходит из своей мастерской.

Джанс кивнула, пытаясь не потерять нить рассказа. Несколько человек за соседним столом поднялись, собравшись уходить. Ширли и Марк помахали им на прощание и перебросились кое с кем несколькими словами, потом снова обратили внимание на собеседников за своим столом.

— Так на чем я остановился? — спросил Марк. — Да, так вот, я впервые увидел Джулс, когда она заявилась в мастерскую к Уокеру с тем мотором. — Марк глотнул воды. — Одно из первых порученных ей заданий, — и не забывайте, что она тогда была всего лишь беспризорной девчонкой. Двенадцать лет. Тощая, как шланг. Только что со средних этажей или откуда-то там сверху. — Он махнул рукой так, будто не видел разницы. — И ей велели приволочь несколько тяжеленных электромоторов к Уокеру, чтобы тот поменял им обмотки. А это, по сути, снять милю провода, а потом накрутить его обратно. — Марк сделал паузу и рассмеялся. — Словом, чтобы Уокер поручил мне сделать всю работу. Это было нечто вроде посвящения, понимаете? Когда ты еще «тень», тебе дают подобные задания, верно? Просто чтобы проверить на прочность.

Джанс и Марнс не шелохнулись. Марк пожал плечами и продолжил:

— Так вот, эти моторы тяжеленные. Каждый весит больше, чем Джулс. Может, раза в два. А ей нужно было самой погрузить их на тележку, поднять по лестнице на четыре этажа…

— Погоди. Что значит «поднять»? — переспросила Джанс, тщетно стараясь представить, как девочка такого возраста может переместить железяку вдвое тяжелее ее самой.

— А не важно. Лебедкой, на веревке, с помощью подкупа — как угодно. В этом и был весь смысл, понимаете? И для нее отложили десять моторов, чтобы она их перетащила…

— Целых десять, — повторила Джанс.

— Ага. И наверное, двум из них действительно требовалась перемотка, — добавила Ширли.

— Если вообще требовалась, — рассмеялся Марк. — Поэтому мы с Уокером делали ставки на то, сколько она выдержит, прежде чем сломается и убежит обратно к папочке.

— Я дала ей неделю, — сказала Ширли.

Марк помешал суп и покачал головой:

— Зато когда она справилась с заданием, никто из нас не мог даже представить, как именно она все проделала. И только через несколько лет она раскрыла секрет.

— Мы сидели за тем столом, — показала Ширли. — Я в жизни так не смеялась, как тогда.

— И что она рассказала? — спросила Джанс. Про суп она давно позабыла, и тот совсем остыл.

— Ну, само собой, я за ту неделю перемотал все десять моторов. И после каждого следующего мотора я все ждал, что она сломается. Очень надеялся на это, потому что пальцы у меня страшно болели. Я считал, что она никак не сможет перетащить к нам их все. — Марк покачал головой. — Никак. Но я продолжал перематывать, а она продолжала притаскивать, мотор за мотором. За шесть дней приволокла все десять. А потом эта шмакодявка заявилась к Ноксу, который тогда был мастером смены, и спросила, не может ли она взять выходной.

Ширли рассмеялась и уставилась в тарелку с супом.

— Значит, ей кто-то помог, — решил Марнс. — Наверное, кто-то ее пожалел.

Марк вытер глаза и покачал головой:

— Черта с два. Кто-нибудь такое обязательно бы увидел и потом рассказал. Особенно когда Нокс потребовал у нее ответа. Старика едва удар не хватил, пока он допытывался, как она это сделала. А Джулс просто стояла перед ним, спокойная, как севшая батарейка, и пожимала плечами.

— Так как она это сделала? — спросила Джанс. Теперь и ее снедало любопытство.

Марк улыбнулся:

— Она подняла только один мотор. Едва спину не сломала, пока тащила его наверх, но подняла только один.

— Точно, и ты перемотал его десять раз, — поддакнула Ширли.

— Эй, лучше не напоминай.

— Погодите. — Джанс подняла руку. — А как же остальные?

— А она перемотала их сама. Это все Уокер виноват — разболтался, пока она крутилась у него в мастерской в первый вечер. Задавала кучу вопросов, расспрашивала меня и смотрела, как я перематываю первый мотор. Когда я закончил, она вытащила его в коридор и увезла на тележке на склад краски. Потом спустилась вниз, погрузила на тележку следующий и увезла его за угол на склад инструментов. И там всю ночь училась перематывать.

— Ага, — стала догадываться Джанс. — А на следующее утро привезла тебе тот же мотор, что и накануне, так и оставшийся на вашем этаже.

— Правильно. А потом спустилась на четыре этажа и стала менять обмотку там, пока я занимался тем же самым здесь.

Марнс расхохотался и шлепнул ладонью по столу, заставив подскочить тарелки и хлеб.

— В ту неделю я перематывал в среднем по два мотора в день. Убийственный темп.

— Чисто технически это был лишь один мотор, — вставила Ширли, смеясь.

— Верно. Но она-то от меня не отставала! И предъявила готовую работу мастеру на день раньше срока, чтобы попросить выходной.

— И получила его, если я правильно помню, — добавила Ширли и покачала головой. — Чтобы «тень» получила выходной… Неслыханное дело!

— А самый прикол — никто не сомневался, что она провалит задание.

— Умная девочка, — улыбнулась Джанс.

— Слишком умная, — сказал Марк.

— И как она использовала свой выходной? — спросил Марнс.

Марк притопил пальцем кусочек лайма в стакане и подержал его там несколько секунд.

— Провела весь день со мной и Уокером. Подметала мастерскую, расспрашивала, как разные станки работают, куда идут эти или те провода, где нужно отвернуть болт, чтобы заглянуть внутрь чего-то, и тому подобное. — Он глотнул воды. — Пожалуй, я вот о чем хочу вам сказать: если вы собираетесь дать Джулс работу, будьте очень осторожны.

— Почему осторожны? — не понял Марнс.

Марк посмотрел на переплетение труб и кабелей под потолком.

— Потому что она обязательно с ней справится. Даже если вы не верите, что она сможет.


предыдущая глава | Бункер. Иллюзия | cледующая глава