home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


35

Фехтует, как по нотам: раз, два, а три уже сидит по рукоятку у тебя в брюхе.


Крепко прижимая к груди коробку, Лукас поднялся на площадку тридцать восьмого этажа. Здесь было много чего: офисы, мастерские, фабрика по производству пластмассы и одна из небольших установок по обработке воды. Он прошел через входные двери и торопливо шагал по коридорам, тихим после сегодняшней очистки, пока не добрался до главной диспетчерской по управлению насосами. Замок он открыл универсальным ключом работника Ай-Ти. В помещении стоял высокий, хорошо знакомый Лукасу сервер, которым он занимался во вторник. Свет Лукас включать не стал, чтобы проходящие мимо не обратили внимания на освещенное дверное окошко. Проскользнув между высокой серверной стойкой и стеной, он уселся на пол, достал из комбинезона фонарик и включил его в ночном режиме.

В мягком красном свете Лукас аккуратно приоткрыл клапаны коробки и заглянул внутрь.

И немедленно ощутил вину. Это болезненное чувство перекрыло его прежние переживания: предвкушение, трепет открытия. Он ощутил вину вовсе не потому, что проигнорировал приказа босса, солгал Маршу или умышленно затянул с доставкой важных, как ему сказали, предметов. Он почувствовал, что осквернил вещи Джульетты. Он вспомнил о ее судьбе. Перед ним были останки Джульетты. Не ее тела, которого больше не существовало, а останки жизни, которую она вела.

Лукас тяжело вздохнул. Может, лучше закрыть коробку и забыть о ее содержимом? Но что тогда случится с ее вещами? Наверняка в них станут копаться его приятели из Ай-Ти. Раздерут коробку и начнут обмениваться предметами, как дети конфетами. Вот это точно будет осквернение.

Он еще шире раскрыл клапаны, решив почтить память Джульетты.

Поводив лучом фонарика, он увидел пачку бумажек, стянутую проволокой. Лукас вытащил их и пролистал. Это оказались отпускные ваучеры. Десятки. Он поднес их к носу и удивился исходящему из коробки характерному запаху смазки.

Под ваучерами лежали несколько просроченных карточек на питание, из-под них выглядывал краешек бейджика. Лукас взял его — он был серебристый, соответственно должности шерифа. Лукас поискал другой бейджик среди всякой мелочи, но, похоже, Джульетте еще не успели выдать новый того цвета, что использовался в механическом отделе. Слишком мало времени прошло между ее увольнением за одно правонарушение и приговором к смерти за другое.

Лукас присмотрелся к фотографии на бейджике. Она казалась недавней: Джульетта на ней была как раз такой, какой он ее запомнил. Гладко зачесанные волосы, стянутые на затылке в тугой хвост. Лукас разглядел завитки на шее и вспомнил ту первую ночь, когда наблюдал, как она работает, как заплетает длинные волосы в косу, одиноко сидя в островке света под лампой и просматривая страницу за страницей в лежащих перед ней папках.

Он провел пальцем по фотографии и рассмеялся, увидев выражение ее лица. Лоб наморщен, глаза прищурены: она словно пыталась угадать, чем там занимается фотограф или какого черта он так долго копается. Лукас прикрыл рот, чтобы смех не перешел во всхлип.

Ваучеры он вернул в коробку, но бейджик убрал в нагрудный карман своего комбинезона — словно с молчаливого согласия Джульетты. Затем его внимание привлек серебристый мультитул, совсем новый на вид и слегка отличающийся от его собственного. Лукас взял его и подался вперед, чтобы достать из заднего кармана свой. Сравнил оба, открыв несколько инструментов на мультитуле Джульетты и восхитившись плавностью их движения и четкими щелчками, с которыми они фиксировались. Быстро очистив свой мультитул, стерев отпечатки и оторвав кусочек прилипшей резиновой оболочки кабеля, Лукас поменял инструменты. Он решил, что пусть лучше еще одно напоминание о Джульетте хранится у него, а его мультитул отправится в кладовку или достанется неизвестно кому…

Услышав шаги и смех, Лукас замер. Затаив дыхание, он ждал, боясь, что вот-вот на потолке вспыхнет пятно света и сюда кто-нибудь войдет. Рядом пощелкивал и гудел сервер. Шум и смех в коридоре начали удаляться, потом стихли.

Лукас знал, что испытывает судьбу, но в коробке оставалось еще много вещей. Он снова порылся в ней и обнаружил украшенную деревянную шкатулочку чуть больше его ладони — ценную старинную вещь. Он не сразу догадался, как ее открыть. Первым, что Лукас увидел, сдвинув крышку, оказалось женское обручальное кольцо. Возможно даже, золотое, хотя сказать наверняка он не мог. Красный свет фонарика искажал цвета, и в нем все выглядело тусклым и безжизненным.

Лукас поискал на металле надпись, но не нашел. Любопытной штуковиной было это кольцо. Он точно помнил, что Джульетта не носила его, когда он с ней познакомился. Может, кольцо принадлежало ее родственнице или досталось по наследству, сохранившись с давних времен, еще до восстания? Лукас положил его обратно в шкатулку и взял другой предмет — нечто вроде браслета. Впрочем, нет, это был не браслет. Вынув его, Лукас увидел, что это часы, причем с циферблатом не шире кожаного ремешка. Лукас посмотрел на циферблат и через мгновение решил, что его обманывает либо зрение, либо неверный красный свет фонарика. Он вгляделся внимательнее… и увидел, что одна из поразительно маленьких стрелок отсчитывает секунды. Часы работали.

Даже не успев подумать, имеет ли он право скрывать такой предмет и какими окажутся последствия, если часы у него обнаружат, Лукас сунул их в нагрудный карман. Посмотрел на одинокое кольцо в шкатулке, секунду помедлил — и тоже забрал. Порывшись в картонной коробке, он отыскал на дне несколько читов, положил их в шкатулку, потом закрыл ее и вернул на место.

Что он делает? Лукас ощутил, как по щеке с виска стекает капелька пота. Ему показалось, что струя нагретого воздуха из работающего компьютера, стала горячее. Лукас наклонил голову и плечом вытер щеку. В коробке оставалось еще много разных вещей, и он не смог удержаться: ему захотелось увидеть все.

Он нашел небольшой блокнот и пролистал его. Страницы заполняли списки запланированных дел, и все строчки в них были аккуратно вычеркнуты. Лукас положил блокнот обратно и потянулся к сложенному листу на дне коробки, но тут понял, что это не один лист. Лукас вытащил целый бумажный блок, скрепленный бронзовыми скобками. На верхнем листе тем же почерком, что и в блокноте, было выведено: «Руководство оператора диспетчерской главного генератора».

Лукас пролистал документ и увидел непонятные схемы и маркированные списки операций и инструкций. Похоже, Джульетта составила это руководство сама — или на основе собственного опыта работы в диспетчерской, или с помощью коллег. Он увидел, что бумага была использована повторно: Джульетта писала на чистой обратной стороне листов. Лукас перевернул руководство и пробежал взглядом по печатному тексту на обороте. Там было много заметок на полях и все время повторялось одно имя, обведенное множество раз: «Джульетта. Джульетта. Джульетта».

Он пролистал руководство и заглянул в конец, но обнаружил, что это начало оригинального текста. Тот назывался «Трагическая история Ромео и Джульетты». Пьеса. Лукас о ней слышал. Внутри сервера включился вентилятор, прогоняющий воздух над горячими кремниевыми микросхемами. Лукас вытер пот со лба и убрал пьесу обратно в коробку. Поверх нее он аккуратно сложил остальные предметы и закрыл клапаны. Поднявшись, он погасил фонарик и сунул его в карман, где лежал мультитул Джульетты. Зажав коробку под мышкой, Лукас похлопал свободной рукой по груди и нащупал там часы, кольцо и бейджик с фотографией.

Лукас покачал головой. Крадучись выходя из маленькой темной комнаты, где за ним наблюдала лишь высокая панель с перемигивающимися огоньками, он все не мог понять, как решился на такое.


предыдущая глава | Бункер. Иллюзия | cледующая глава