home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Дорогая Елизавета Григорьевна,

Спасибо за письмецо!

Само собой, я ничего не имею против того, чтобы Вы послали Тартускому университету страницы воспоминаний, посвященные нашему знакомству.

Уже не сегодня и не вчера начался счет пятому десятку с того времени, когда зародилась серапионовская литература на углу Мойки и Невского. Да и себе я уже замерил почин восьмого. И разве поручишься за крепость памяти, когда ушло такое множество событий в прошлое и наш численник так поистрепался?

Мне кажутся серапионовские календы в такой последовательности, Вам — в другой. И я не взялся бы «редактировать» Вашу память, когда Вы не соглашаетесь с «редактором» М. Слонимским.

Я очень жалею, что не повидался с Вами в бытность весною в Ленинграде. Но пришлось сократить пребывание там из-за моего нездоровья.

В Пушкинском доме мне рассказывали о Вашем и Л. Раковского[1187] выступлениях там — когда Вы говорили обо мне[1188] — и о выставке, которая была устроена с помощью Вашей и других моих друзей. Мне подарили фотографии, и я теперь «вижу», как Вы произносите слово «о К. Ф.».

Могу ли я оставить у себя рукопись, которую Вы прислали?

Желаю Вам всего лучшего и — спасибо за память и дружбу!

Ваш Конст. Федин.

4.

1 июля 1964, дача.


Милая серапионовская сестра Елизавета Григорьевна, | Судьбы Серапионов | Дорогой друг мой и сестра Елизавета Григорьевна!