home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава четвёртая, в которой мы заново познакомимся с Эгги и Такки

Такка, Такки. Она себя помнит только с какого – то периода детства. И может быть потому, что это были самые яркие, самые её любимые и красочные воспоминания. Калейдоскоп разных событий, вращающийся с неимоверной быстротой, а потом будто бы наступила остановка.

Итак, что она помнила? Большие многоэтажные, многоуровневые города огромных планет с богатым животным разнообразием и пестрой, вечно цветущей растительностью. Чудовищно безразмерную загородную усадьбу её семьи, где можно было просто погулять, нет, блуждать целый день. Английский лабиринт из высоких подстриженных кустов, созданный их домашним садовником. Да, у них был свой садовник, она это точно помнила. Даже помнила, как его звали. Как же его звали? Забыла, но точно помнила, он учил её, как пересаживать цветы в горшок. И тогда у неё было много друзей, и были красивые, просто сказочные домашние праздники. Яркая череда событий.

Отец. Да, раньше он жил всегда с ними, но только тогда, в её далёких воспоминаниях. Потом они, только дети переехали на орбитальную станцию «Бусане», там всё было другое, чужое и не до конца понятное. Нет, сами бусане оказались приветливыми и забавными созданиями, если разобраться – такими разумными свиньями, но от этого не было легче. Навсегда остался этот вопрос, почему так произошло? Даже если она его не задавала вслух, то мысленно он всегда долбил её сознание.

«Почему? В чём она виновата? Почему её лишили того светлого праздника, её детства?»

Однако детство ещё длилось, но это уже было что-то другое. Небольшое, невзрачное помещение с отдельными отсеками для жилья. Отсек! Это ужасное место, где ей приходится находиться. Кровать – крохотное строение в самом дальнем углу комнаты. Даже когда там сделали капитальный ремонт, всё равно оно казалось крохотным и угрюмым. Сначала в комнатах было пусто. Брату и сестре было запрещено спать в одном отсеке, и они стали делать это втайне от всех.

Что такое эта станция? Можете себе представить? Полупрозрачный от грязи огромный купол над головой. Стекло мыли очень редко, автоматические распылители только размазывали остатки космической пыли. Подсумок или заплечный рюкзак, где постоянно хранится маска с баллончиком кислорода, на случай разгерметизации или нехватки воздушной смеси. Несколько чахлых деревьев и растений в изолированной для них зоне. Насмешка над всем, что когда-то было, и к чему непроизвольно успела привыкнуть.

Мать. Что-то изменилось и с ней, она то ли стала другой, то ли Эгги так казалось. Нет, она хорошо заботилась о детях, они получили всё, что можно было позволить купить на кредитки в этом захолустье или выписать с ближайшей планеты. У них была даже гувернантка. Но всё это появилось потом. Как только близнецы подросли, им наняли индивидуального учителя, а не списанного со службы андроида, также они стали ходить в общую школу, которая была организована на станции. Именно там она встретила Юся, он был старше её на пару лет, выше всех в школе и казался вообще нереальным воплощением её мечты. Да, так у неё появились новые мечты.

И это несколько скрасило первые годы её юности. Она вела дневник. Тайно плакала и ждала, когда что-то сможет измениться. Да, она уже знала, что Юсь был вампиром, но не обычным бродягой в ошейнике, которые так часто попадались на улицах больших городов, а действительно благородным принцем древнего клана. Это она подслушала в разговоре отца со своим помощником, тот обсуждал какую-то проблему, долгосрочный проект. Эта новость осталась тайной для всех, но не для близнецов. Они стали дружить с Юсем, и такое поведение даже одобрил их отец.

Однажды она точно подметила в своём дневнике, что Юсь не имеет клыков, и он совершенно не пахнет, и что-то ещё ужасное и затаённое было в нём. Она это точно знала, успела это внимательно рассмотреть в период их детских игр. Но каждый, кто его не знает, поддаётся первому обманчивому впечатлению. Обычный человек испытывает такого рода наваждение, что ему представляется его другой образ. Со временем Юсь стал контролировать это дело, умело скрывать такое наваждение, строить стенку. Но Эгги была как – то настроена на него, она всегда безошибочно знала, где он, скажем, находится в данный момент, если его даже не было видно. Он мог исчезать на ровном месте, никогда это не объяснял, но она всё знала.

Потом был другой период, она даже серьёзно «переболела» им. Такое положение дел осталось в прошлом, как ей казалось, она сумела перешагнуть всё это.


Юсь Харович | Космический контрабандист. Часть вторая | cледующая глава