home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 14

Я запретила себе думать. Какой смысл? Чтобы окончательно понять, с кем угораздило связаться? А потом долгие месяцы реветь в подушку, захлебываясь от ненависти, страха и любви. Нет уж, вот придет, тогда и разберемся.

Вокруг суетились снежинки. Ветер, холодящий щеки, заставлял их порхать быстро-быстро, ловил, подкидывал вверх, не позволял рассмотреть диковинных узоров. Я вглядывалась, пока от напряжения не выступили слезы. А холода по-прежнему почти не ощущала, даже одетая в одно домашнее платье.

— Говорил же, ты у нас приживешься, — напомнил Рито и приобнял меня за плечи.

Что оказалось весьма кстати, потому что влага туманила взор. И хоть в этот раз мы никуда не шли, иметь хоть какой-то ориентир было неплохо.

— Еще не совсем, — с толикой смущения отозвалась я.

Страж не ответил, но тонкий палец, будто желая указать на что-то, задумчиво подцепил выбившуюся из прически прядь. М? Что-то не так. Всего на миг сознание сосредоточилось на волосах, которые трепал ветер. И…

Переход растаял, оставив нас посреди небольшой, но уютной комнатки с коврами, диванами, небольшим чайным столиком и потухшим камином. Сразу стало как-то не до внешности. Я дернулась, порываясь бежать к Арлиту, посмотреть, как он там, сказать… Так много надо было сказать!

Но замерла, не сделав и шага. Комната была незнакомой, а просматривающийся через окно двор — чужим.

— Ну вот и прибыли, — Рито устало завалился в единственное кресло и вытянул длинные ноги. — Располагайся, будем ждать его здесь. Если хочешь, на кухне остался чай и бутерброды.

— А Этельвин как же? — я растерянно сцепила ладони.

Почему не в замок? Духи, почему сюда?

— С той стороны портал еще действует, — мужчина прищурился и еще раз до хруста потянулся. — Не волнуйся, Ада, все хорошо.

Интуиция подсказывала, что от более детальных расспросов сейчас следует воздержаться. Сесть и терпеливо ждать. Сначала от еды я героически отказалась. Но время шло, Эт или кто-то еще не появлялся, беспокойство нарастало, и организм скромно напомнил о себе. Пришлось топать на кухню и подвешивать носатый чайник на очаг.

— Сразу бы так, — оскалился на кривые бутерброды (сразу видно, кто-то из мужчин старался) Риотольд.

Я устроилась напротив него, скинув туфли и забравшись на диван с ногами.

— Как Арлит? Он хоть жив? — набралась храбрости и все же спросила. И сразу почувствовала себя героиней!

— Жив, конечно, что ему сделается? — пожал плечами княжич, за обе щеки уминая бутерброд с копченым мясом. — Вот Эт появится, из него и вытрясешь подробности.

— А почему мы не сразу в замок перенеслись? Что это за дом вообще? — смелость пришла вместе с сытостью.

Ответить Страж не успел, глянул куда-то мне за спину, кивнул и сосредоточился на еде. Я поежилась, почувствовав, как затылок обдало холодным ветром.

Портал.

— Потому что в Дом ты не вернешься, — спокойно сообщил Этельвин и уселся рядом со мной.

Обнял, притягивая к себе, потом, примерившись, щедро откусил от моего бутерброда, прожевал и приложился к кружке, которую я держала в руках. Ну не нахал ли? А внутри почему-то все сжималось от нежности…

— Все решил за меня? — трепыхнулась возмущенно.

Рито покосился на нас насмешливо, подхватил недоеденное и скрылся на кухне. Вскоре оттуда прилетели лязг и мужские голоса.

— Ты сама решила, — Эвин не ослабил хватки. — Когда мы оба висели на волоске, ты назвала только мое имя. Задумайся, Аришка!

Молчу. А что тут скажешь, когда поймали с поличным?

— Тебе вбили в голову, что ты кому-то что-то должна, — продолжал мужчина. — Забудь! И про договор тоже, я решу проблему. Что там у нас еще? Ах да, Дом. Маленькой южанке очень хотелось побыть знатной льерой. Но поиграла и хватит. Поверь, нервотрепки там куда больше, чем удовольствия.

В последнем имела прекрасную возможность убедиться на собственном опыте. Но все равно стало немного обидно.

— Думаешь, я корыстная лицемерка?

Тонких губ коснулась едва уловимая улыбка.

— Нет, ты наивная и слишком правильная. Вот разберемся с основными проблемами, и я с удовольствием исправлю и то, и другое.

Чай я все-таки пролила. А перед глазами вдруг пронеслись живые вариации на тему… исправления перечисленных недостатков. Ну и кто здесь после этого «правильная»?

Вздохнула и отставила кружку. Спокойно, Ада, соберись. Рано еще крышей съезжать.

— А как же Арлит? — в этом месте почему-то стало так стыдно, будто я уже успела произнести с десяток клятв в верности, с него стребовала такие же, а потом предала. Тоже с десяток раз!

Эт тоже вздохнул и инстинктивно (сомневаюсь, что он сам это заметил) сжал мои плечи крепче. От подобия улыбки не осталось и следа.

— Не исключаю, что ты действительно его любишь. Как друга или даже брата. И Арл тобой дорожит, но лишь как младшей родственницей. Знаешь, Аришка, я даже готов признать, что из вас могла бы получиться неплохая пара. И жили бы вы в согласии, ни разу не поссорились, понимали и поддерживали один одного. Но ни он, ни ты так и не узнали бы никогда, как сводят с ума настоящие чувства, как пьянит свобода и выжигает душу истинная страсть.

Слова прозвучали мудро. Они подцепили тщательно запрятанные на самом дне души стежки и умело извлекли на ее поверхность нужные ниточки. Но за них не дернешь. Разве что мне самой захочется завязать заветный узелок…

Упрямо выпуталась из объятий Этельвина и закружила по небольшой комнатке.

— Но объясниться нам с наследником надо.

— Устроим, — Эт как ни в чем не бывало прикончил мой бутерброд и допил оставшийся чай, потом с тоской покосился на прикрытую дверь в кухню, но идти за новой порцией поленился. — Но для начала тебе нужно отдохнуть, привести себя в порядок и хорошенько обо всем подумать.

И снова в точку. Надо же, вот и хочется иногда возмутиться, чтобы не смел решать за меня, но разум неизменно признает, что направляют его исключительно в верную сторону. Этого у него не отнимешь.

— А ты? — Расставаться, только встретившись, не хотелось.

— У меня работа. Мы с Рито сейчас к Князю, вернемся только завтра.

А вот и первый минус будущей совместной жизни. Если, конечно, она станет таковой… Работа. Опасная, секретная, часто грязная. Смогу я ее принять? А не задавать вопросов смогу?

На последний вопрос ответ малоутешительный: нет.

— Это касается моего похищения?

Ответит? Или сходу очертит границы, за которые лучше не соваться?

— Да.

Победа!

— Расскажешь потом? — надеюсь, в моих глазах достаточно мольбы и надежды?

Безопасник тонко улыбнулся.

— Все, на что получу право.

— И про то, что в замке это время делалось?

— Хорошо.

В спальню Эт отвел меня сам. Небольшая комнатка, в которой едва умещалась кровать, покрытая цветастым лоскутным покрывалом, сундук и зеркало с бронзовой скамеечкой перед ним, смотрелась на удивление уютной. Или мне просто сейчас хорошо?

Целовать Эт не стал, хотя мы и оказались наконец одни, во всех смыслах. Просто обнял крепко, потерся щекой о мою щеку, царапая незаметной, но уже появившейся щетиной, и очень тихо произнес:

— Хорошо подумай, Ариша. Я не хочу быть твоей ошибкой.


Сон медленно таял, оставляя за собой легкое беспокойство. Как бы малодушно это ни звучало, ненавижу принимать судьбоносные решения. Но сейчас придется. Времени осталось не так много, скоро Этельвин вернется, и я должна ему что-то ответить.

Да причем здесь Эт?! Себе должна! Хотя бы себе.

Вчерашние слова безопасника клеймом пропечатались в мозгу. Свобода… Я свободна и ничего никому не должна! Первый раз в жизни могу сама выбирать, куда идти. Вернее, за кем. Почему же совершенно не испытываю радости от этого? Только легкий, возбуждающий страх.

Сравнивать братьев в очередной раз я не видела смысла. На чувства логические рассуждения никоим образом не повлияют, разве только я в очередной раз пойму, какую безумную ошибку собираюсь совершить. Как тот мотылек, летящий на бушующее пламя, и прекрасно при этом понимающий, что жить ему остается считанные мгновения. Зато как жить!

Что ж, для собственного успокоения стану думать, что спасаю мир между братьями. Ведь Эт правда способен осуществить свои угрозы. А Арлит — положить жизнь, защищая жену. Этого я хочу? Конечно, нет. И братья тоже не хотят, им же только-только предстоит заново узнать друг друга. И, возможно, стать настоящей семьей.

Эти мысли помогли вернуть душевный покой. Я повернулась на бок, устроилась поудобнее и приготовилась ждать. Но вдруг поймала себя на том, что понятия не имею, кого именно.

Нет, ясно, что Эта! И я даже помню, что он так и остался блондином. А дальше… Пробел. Прочие подробности внешности безопасника как-то ускользнули от моих глаз. Сначала обрадовалась, потом боялась, нервничала, переживала, злилась… Это было так естественно, полюбить того, кто не имеет лица, пользуется чужим, и потом уже на внешнюю оболочку не обращать внимания. Тянуться только к его сущности. Но сейчас есть надежда, что облик льера больше не изменится, а стало быть неплохо бы мне его запомнить. Как минимум для того, чтобы не шарахаться при каждой новой встрече.

Улыбнулась, рисуя себе разные образы светловолосых мужчин, и соскользнула мыслями на другое. Интересно все-таки, у кого же я побывала в гостях? Не у самого Князя точно, Эт бы не стал угрожать повелителю Севера. Может, у кого-то из Стражей? Рито говорил, немногие способны открыть снежный портал. Вот Арл, например, не силен в этом, хотя считается одним из сильнейших магов Джаанда…

Добраться до какого-либо вывода размышления так и не успели. Тихонько приоткрылась дверь, впуская в комнату беловолосого мужчину. Я приподнялась на локте, мляво улыбнулась и постаралась запечатлеть в памяти его новую внешность.

Высокий, худощавый, в этом Эт по-прежнему ничем не отличался от прочих северян. Глаза, как были, серо-стальные. Интересно, это подселение новой души так на тело повлияло? Интуиция нашептывала, что у прежнего владельца оболочки взгляд был совсем другой. Волосы короткие, как Эт и хотел. Но не совсем короткие, есть за что при надобности ухватиться. Подумала и совсем по-другому заулыбалась. Надо же, он еще слова сказать не успел, а я уже в шевелюру вцепиться примериваюсь!

— Выспалась? — мужчина тепло коснулся моей щеки и присел на край кровати.

Он выглядел уставшим. Обычная для обитателей Джаанда инеевая бледность ушла, глаза покраснели, движения сделались чуть более плавными, чем я привыкла видеть. Рукава мужчина закатал до локтей, а на светлой рубахе я заметила три мелких темных капельки.

Кровь!

— Быстро вы… — сказала, просто чтобы избавиться от противного кома в горле.

— Да нет, уже за полдень. Это у тебя стресс нашел выход через сон.

Кивнула. Вот же, а сама и не заметила, насколько устала за прошедшие дни…

— О чем рассказывать сначала? — предоставил себя для допроса Эвин, устраиваясь рядом и подсовывая под спину подушку.

Что я, совсем злыдня, что ли?

— Ты же еле на ногах стоишь! Тебе нужен отдых!

— А я не стою, я сижу, — ухмыльнулся блондин. — И готов делиться информацией, раз уж обещал. Спрашивай, пока я добрый!

Оценила степень его помятости, удрученно качнула головой, но отнекиваться не стала. Другой возможности все выяснить может и не представиться, так что надо пользоваться моментом.

— Я боюсь за Арла. Что там с ритуалом? И почему перед тем, как меня увели в портал, Ривел вдруг стал вести себя странно?

Черты северянина словно бы закаменели. Он взъерошил с некоторых пор короткие волосы и глухо заговорил:

— Ты ничего так и не поняла? Дядюшка все сделал по-своему, как изначально планировал. Нас с братом разделил, и когда для меня путь в тело наследника оказался закрыт, внес в ритуал некоторые коррективы. Видела у него печать? Так вот, эта штука должна была отправить меня прямиком на дорогу мертвых.

Спины коснулся липкий холодок. Все-таки правильна я тогда выбрала.

— Но Арлит же не знал, правда? — я уселась, натянула одеяло до самого подбородка и с надеждой посмотрела на мужчину.

Эвин еще больше помрачнел.

— Конечно, Арлит не знал. Брат не желал мне смерти, он хотел свободы для каждого из нас. К чему рисковать, когда наконец нашелся отличный выход?

Сомневаться в его словах не приходилось, слишком долго эти двое были единым целым.

— А дядюшке было к чему?

— Там несколько причин, — Эт пожал плечами. Вроде бы, жест, призванный выказать безразличие, но я уловила в его глазах тоску. — Как показывают допросы, Хранитель решил избавить любимого племянника от соперника. Как в битве за сердце общей невесты, так и в притязаниях на правление Домом. Знаешь, Ариша, он ведь до сих пор не верит, что я ни на что не претендую… Даже имени родового не прошу.

Зная его характер, я тоже не сразу поверила. По сей день бы сомневалась, если б не видела, сколь далек Эт от манерного аристократического быта. Интересно, его хоть на бал Зимнего Солнцестояния пригласят? Я бы очень хотела пойти…

Но Этельвин не мог слышать моих мыслей, а потому продолжал говорить:

— Только ты произнесла имя, я полностью слился с новым телом. Потрясающее ощущение, будто родился в нем! Брату хуже пришлось, его так мотало… даже не знаю, чем бы все закончилось, если б не огневица твоя.

Тааак! А вот это уже любопытно…

— Нира? И причем здесь она?

— Не знаю, — а вот хитрый прищур говорил, что мысли на этот счет у безопасника имеются. Только мне предоставлялось сделать собственные выводы из объективной информации. — Она в зал влетела и так вцепилась в него… Честное слово, я чуть не прослезился! Потом как-то исхитрилась активировать магию Дома, это Арлита и спасло. Теперь он в себя приходит, набирается сил и восстанавливает магию, скоро вставать начнет. Ну а девчонка эта от него на шаг не отходит. Арл ругается, а она все твердит, тебе беречь его обещала.

Когда он замолчал, я вдруг поймала себя на том, что широко улыбаюсь. Что ж, могло быть и хуже. Дом спас своего сына, наследник идет на поправку. А причем здесь Нира, у нее самой и спрошу. Уже совсем скоро.

Сейчас же есть еще один вопрос, ответ на который жаждет получить мое любопытство.

— А с похищением что? Узнал, кому я так остро понадобилась? Сайн случаем не княжеский бастард?

В этом месте на меня так глянули, что слова поперек горла встали.

— Ада, думай, что говоришь! — рыкнул Эт тихо, но внушительно. Я пристыженно скуксилась под одеялом. — Внизу Рито и мои люди, а эти даже сквозь стены слышать умеют, если захотят.

— Прости…

— Просто учти на будущее, — и, понизив голос до намека на шепот, добавил: — Да. Вирсайн — сын Великого Князя Ристена. Законный, наследник, к тому же.

Сын. Так я и думала!

Но от южанки?! Еще и огненной магини…

Очевидно, мое лицо оказалось красноречивее всяких слов.

— Да, Ариша, его мать тоже прибыла к нам из Империи. Прости, но больше сказать не могу. И ты забудь это знакомство до поры, хорошо?

Я кивнула. Не дура ведь!

— Вот и умница, — встрепанных со сна волос лаской коснулась ладонь.

— А почему, кстати?

К губам прижался чуть теплый палец, приказывая умолкнуть.

— Увидишь Столицу — все сама поймешь. Пока в Джаанде у Ристена остаются враги, наш Князь холост и лишен всяческих привязанностей.

С трудом, но я понимала. Страшно даже представить, каково это — терять близких. А если еще и знать, что сам не смог их уберечь? Перед мысленным взором промелькнуло худое лицо, обрамленное отливающими алым волосами. Жаль, что не удалось попрощаться.

Спрашивать о трех капельках на светлой рубахе я не стала. Не то себя пожалела, не то его. Позже, может быть… Тогда же выясню подробности нашей будущей жизни.

— Отдыхай, — легко коснулась скулы Эта поцелуем, отдала ему одеяло и завернулась в длинный (и явно мужской) халат, найденный на сундуке.

За спиной с грохотом полетели на пол тяжелые сапоги.


— Надо поговорить.

В последние дни Этельвина я видела либо спящим, либо шатающимся от усталости, потому сейчас, когда наконец удалось поймать его в нормальном состоянии, вместо объятий северянин получил строгий взгляд.

Новая свободная жизнь началась скучно. Мы, вернее, я, безвылазно сидела в тайном доме, даже двор был запретной территорией. Вдруг заметят? Слухи пойдут. Книг здесь почти не было, равно как и слуг, и хоть бы простеньких развлечений. И одежда — только та, что на мне, да еще халат из спальни. Тени, регулярно появляющиеся на первом этаже, относились к женщине начальника уважительно, но отличались угрюмостью и редкостной неразговорчивостью. Рито появлялся еще реже, чем Эвин. Ничего удивительного, что через несколько дней такой жизни я дошла до средней стадии озверения.

— Точно, — согласился мужчина. — Я за этим и пришел. Надеюсь, ты обдумала мое предложение?

Я картинно наморщила лоб, как бы припоминая.

— Это то, где ты угрожал уничтожить Арлита, если я не соглашусь разорвать договор?

Этельвин резко выдохнул. Злится. Но моего желания поскандалить он не поддержал, усилием воли взял себя в руки, пододвинул кресло, чтобы оно оказалось напротив кровати, где устроилась я, и проворно поймал мои ладони. Ласково погладил большими пальцами.

— Аришка, ну зачем ты так?…

— Что, не нравится формулировка? — и взгляд самый невинный, на который я только способна.

Тонкая бровь раздраженно дернулась, но и в этот раз Эвин сдержался.

— Я всего лишь хотел сказать, что собираюсь бороться, — и посмотрел так, что во мне совесть зашевелилась. И знает же, за какую ниточку дернуть! Отпечаток профессии, иначе не объяснишь. — Так что, Ариша, поедешь со мной в Столицу?

Хотелось повредничать, вот честно. Потрепать ему нервы, поломаться, можно даже поторговаться. Потому что заслужил! А я не то почувствовала себя мышью, которая, осмелев, играет с задремавшим на солнышке котом, не то у меня просто характер не тот. В общем, ответила я правду.

— Поеду.

Эт счастливо (и, надеюсь, искренне) улыбнулся. Потом потянул за заранее плененные ладони с явным намерением усадить к себе на колени и поцеловать, но я уперлась.

— Но сначала хочу встретиться с Арлитом, — выдала более развернутый ответ. — Как думаешь, наследник уже в состоянии принимать гостей?

После короткого раздумья безопасник кивнул.

— Что-то еще, любовь моя? — а серые глаза счастливо искрятся.

— Раз любовь, то конечно! — вернула улыбку и сияющий взгляд я. И начала перечислять: — Нира и Элиан. Они единственные близкие мне в Джаанде, и я хочу, чтобы эти двое поехали со мной в новый дом. И еще приличное платье. Ладно, в замок, Арл меня еще и не в таком виде видел, но в Столицу я замарашкой не поеду!

Мужчина демонстративно округлил глаза, старательно вырисовывая на лице выражение «Связался, на свою голову!», но не отказал.

— Ради тебя я даже эту парочку терпеть готов. Что-то еще?

Я отрицательно мотнула головой. Вот приедем в город, тогда и подумаю.

Платье и все сопутствующие элементы наряда, годного для выхода в люди, доставили к вечеру того же дня.

— Собирайся, — скомандовал Этельвин и, совсем как его брат некоторое время назад, предложил заменить собой камеристку.

Отказаться я не рискнула.

— Неужели прямо сегодня?

— Да.

Просить Эта выйти или отвернуться я не стала, он и так все видел. Выскользнула из халата и торопливо влезла в тонкую белоснежную сорочку. Дальше были чулки и прочие незаметные части туалета северной дамы. Во время одевания Эвин никакого интереса ко мне не проявлял, молча рассматривал что-то во дворе, за что я была ему благодарна. И без того вся на нервах.

Истинное настроение этого хитреца я прочувствовала, когда он приблизился ко мне с платьем в руках. Как и полагается, натянул наряд через голову, дернул вниз, а потом… горячие ладони легли на спину, там, где должна была затянуться шнуровка и засверкать рядком мелкие серебряные пуговицы. Погладили, помассировали, спустились чуть ниже. Непозволительно низко… Я громко сглотнула.

— Что ты делаешь?!

Улыбку почувствовала шеей.

— Хочу, чтобы с ним ты все равно помнила обо мне.

Поведав мне о своих желаниях, Эт привел платье в порядок, полюбовался делом рук своих, после чего усадил меня на край кровати и помог надеть туфли под цвет платья. Тоже с кружевами. На этом мужчина умыл руки, предоставив мне причесываться самостоятельно.

Жаль, нет сетки для волос! А лучше, чепца. Когда привычно черная шевелюра вдруг сделалась каштановой, я дня три слезы лила. Когда же на второй день после того, как Этельвин забрал меня у похитителя, зеркало предъявило заспанному взору огненно-рыжие лохмы, я смеялась. Долго, истерически, местами подвывая. И ведь уже тогда понимала, никакие, даже самые лучшие зелья не вернут утраченной красоты.

Заявившийся на мою истерику безопасник тогда сказал, что рыжей мне ходить недолго. И я поверила. Кому мне теперь еще верить? Но в делах магических Эт не разбирался, потому внятно объяснить происходящее не смог. Мне же оставалось смиренно ждать, пока «организм перестроится». Надеюсь, тогда они снова почернеют.

Сейчас же собрала волосы в узел и видом своим осталась почти довольна. Темно-синяя, сверкающая серебром ткань нежно обтекала фигуру. Тончайшие кружева паутинкой окутывали декольте и часть рукава. Лицо чуть тронуто косметикой. В отличие от жительниц Империи, северянки почти не красились. Только немного ресницы и в редких случаях губы. Шеи коснулся холодок, потом Эвин продел в уши маленькие сережки.

Все, я готова.

И вовремя. Не успели мы с отражением обменяться кивками, как раздался слабый стук в окно. Эт, будто того и ждал, распахнул створки, впуская в комнату маленький снежный вихрь. Послание от брата. Я ощутила, как на глаза наворачиваются слезы.

Ветерок хороводом снежинок облетел комнату и растаял, оставив на ладони северянина клочок бумаги. Серые глаза пробежали по строчкам, написанным мелким почерком с завитками.

— Что там? — я беспокойно переступила с ноги на ногу.

— Арлит ждет тебя, — спокойно улыбнулся безопасник. Кажется, он действительно рад, что брат идет на поправку.

Я засуетилась, поправляя платье, приглаживая и без того идеально лежащие волосы, но все это лишь для того, чтобы скрыть дрожь. Духи, что я творю?! Жадно вздохнула и внутренне призвала себя к порядку. Так нужно. Я этого действительно хочу. Так будет лучше для всех.

Будто не замечая моего состояния, Этельвин давал последние пояснения:

— Сейчас Рито перенесет тебя в замок, а поздно вечером вернет обратно. До города будем добираться своим ходом, здесь недалеко. Идем, провожу тебя вниз, — мужчина приблизился, и моя рука утонула в горячей ладони.

Вдох-выдох. Я должна это сделать.

Лестница показалась бесконечной. И каждая ступенька — сомнение. Что я ему скажу? Арл мудрый, он все поймет, возможно даже без слов. Но это не избавит от боли никого из нас. А потом? Мы ведь не расстанемся навсегда. Родная кровь многое значит, уж я-то зная. И больше, чем кто-либо другой, хочу, чтобы братья стали действительно близки. Значит, нам всем придется встречаться. Часто. Выдержим ли мы такое испытание?

Портал как обычно клубился за диваном. Уже на последних ступенях меня коснулись первые снежинки. Пора.

— Удачи тебе, — Эт повернул меня к себе и заключил мое лицо в ладони, поцеловал. Жарко, требовательно, настойчиво. — Возвращайся ко мне, моя Ариша.

И отпустил.

Он это серьезно?!

— Постой… Я что, одна иду? И ты не против?

Мужчина пожал плечами и поднялся на ступеньку выше.

— Вам надо поговорить наедине, я все понимаю. И пытаюсь вести себя достойно.

Конечно, победителю полагается достоинство. А вот интересно, как ты станешь себя вести, если я не вернусь? Унесусь в замок, а потом… Да что угодно потом. Только бы не быть камнем преткновения, не рвать чужие сердца и свое сберечь! Забыть сомнения и знать, что все сделала правильно. И всем хорошо.

Духи… Так я ни до чего стоящего не додумаюсь. Вздохнула, отгоняя запретные мысли, улыбнулась Эвину на прощанье и шагнула во вьюжный портал.

В этот раз кружило нас медленно. Уловив мое настроение, Рито не спешил, давал возможность собраться с мыслями. Да и сам Страж, наверное, чувствует себя странно. С Арлом они друзья, но по долгу службы он вынужден помогать Эвину. А бедняге Арлиту и тут приходится все понимать.

Я зажмурилась и медленно сосчитала до десяти. Смелее, Ариадна. Решение принято, некуда отступать. И выбор сделала я сама. Почему же тогда сердце кровоточит, а тело до сих пор помнить ровное тепло, исходившее от Арлита, когда он меня обнимал?

Окончательно окунуться в безрадостные раздумья помешал растаявший портал. Для меня растаявший, потому что княжича рядом не было. Следовательно, он остался внутри.

В холодном свете редких фонарей мерцал серебристый сад. В груди сделалось тяжело. Как же я, оказывается, соскучилась! По наследнику, по Дому, по Розе. Да даже по хрусту снега под ногами! Улыбнулась, утерла тыльной стороной ладони горячие дорожки на щеках и шагнула в синеватую дымку серебристых сумерек, чтобы в последний раз надышаться прохладным воздухом этого места, напитаться его особым волшебством.

Арлит сидел на скамейке возле статуи. А рядом с ним лежала шуба.

Ни слова не говоря, наследник поднялся и укутал меня в меха, улыбнулся грустно, коснулся чуть теплыми пальцами мокрой щеки. И все. Точно плотину прорвало. Не в силах больше сдерживаться, я расплакалась, уткнувшись лицом ему в шею.

— Ари… Ну что ты?… — маг успокаивающе гладил мою спину.

Слезы текли все сильнее.

— Прости… — наверное, слов должно было быть больше. Следовало как-то объяснить, подобрать выражения, но в тот момент я смогла выдавить только это.

Он обнимал. Долго, пока я не успокоилась окончательно, пока даже всхлипов не осталось, только тупая боль глубоко в груди. Мы стояли среди сияющего сада перед статуей прародительницы Дома, будто просили благословения. Уютно вцепились друг в друга, прощаясь навсегда.

Конечно, мы еще встретимся. И скоро! Наверное, к тому времени мы будем намного ближе, чем сейчас, родственниками, но бесконечно чужими.

— Все хорошо, Ада, — заговорил наконец Арлит. — Ты пошла за сердцем и правильно сделала. Поверь, я поддерживаю твое решение.

Только сейчас у меня достало сил отстраниться.

— Скажи, что не будешь ненавидеть меня, — я с мольбой заглянула в ясные голубые глаза.

Льер светло улыбнулся.

— Ты ведь знаешь, что нет, — он взял меня за руку и повел вглубь сада по узкой извилистой дорожке. — В этом мы с братом не похожи.

Всеми фибрами души я впитывала атмосферу чудесного места, чуть было не ставшего мне домом. Припорошенный снегом замок, темнеющие рядом с ним хозяйственные постройки, сад, искрящийся серебром, черная паутинка дорог, пустующие торговые ряды и величественный лес. С каждым вдохом душу наполняло умиротворение. Точно анестезия.

— Обещай, что не женишься на ком-то вроде Амиры? — шагов через сотню я сподобилась на улыбку.

А вот льер ответил кислой миной.

— Если бы не обязанности перед Домом, я бы вообще к браку не стремился. А так придется заняться поиском подходящей девушки. Ари, скажи, а твоим сестрам сколько лет?

— Руки прочь от сестер! — я шутливо стукнула его по плечу и рассмеялась.

— Ревнуешь? — вернули мне шутку.

Немножко.

— Ты заслуживаешь лучшего. Самого лучшего.

Тут разговор как-то внезапно съехал на серьезное.

— Ада, ты точно решила? — в прозрачно-голубых глазах показалась надежда и тут же растаяла, спряталась за корочкой льда.

— Да.

Соблазн ответить иначе был велик, но я удержала себя в рамках. Мои метания никого до добра не доведут.

— Что ж, берегите друг друга, — наследник остановился и снова обнял меня. В этот раз — тепло, но как-то отстраненно. Как женщину брата. — Я говорил, что не стану мешать.

Говорил. И я еще тогда поверила.

— Поражаюсь твоему благородству, — тихо выдохнула я, выскальзывая из объятий. И мы продолжили путь.

— Это не благородство, Ариадна. Эгоизм чистой воды. Я собираюсь быть счастливым в браке, а разве это возможно с той, которая не любит меня?

От сердца немного отлегло. Кажется, мы все делаем правильно. А Арлит не только благородный, но и мудрый для своих двадцати с небольшим.

Темная дорожка обогнула припорошенные снегом, но все равно цветущие клумбы и нырнула в заросли заиндевевших деревьев.

— Вы уже решили, что станете делать с пробуждающейся магией? — спросил вдруг Арлит.

Я изумленно моргнула.

— С чьей магией?

— Твоей, Ари, — северянин остановился и обеспокоенно глянул на меня. — Только не говори, что не в курсе!

Как угодно, могу и промолчать. Но дабы выразить хоть как-то свое отношение к происходящему, я моргнула еще раз, растерянно и непонимающе.

— Духи бы побрали это все! — простонал Арлит. Впрочем, быстро взял себя в руки и попытался хоть что-нибудь объяснить. — Ариадна, тут такое дело… Дом не признавал тебя хозяйкой, с ним в последнее время вообще непонятно что творится.

Ну вот, дошло до того, что он вместо меня признается в грехах…

— Я знаю. Прости, что не сказала.

— Дослушай! Я проверил чашу, выходит, что то, что произошло в Хрустальных горах, не было вызвано отторжением между нами. К тому же твоя внешность меняется, ты бледная, и волосы… Ари, а холода внутри случайно нет? — и посмотрел на меня с видом заправского исследователя. Того и гляди, сейчас с каким-нибудь хитрым заклинанием в душу полезет, холод этот самый искать.

Стало слегка не по себе. Не из-за Арлита, ему я доверяла, просто он угадал, и это нервировало.

— Появляется иногда, — опасливо созналась я и на всякий случай отступила на шаг.

Спина тут же уткнулась в шершавый ствол дерева, на этом побег и закончился.

— Что и требовалось доказать, — удовлетворенно подытожил льер. — В тебе просыпается ледяная магия. Стихийно и слишком поздно.

Надеюсь, это шутка?

— Быть того не может! — испуганно помотала головой я. — Откуда?!

Увы, ответить на этот вопрос ему было не под силу.

— Об этом у матери спрашивай. А сейчас надо срочно решать возникшую проблему. Этельвин тут тебе не помощник, сфера не его.

Что есть, то есть. Эт наверняка заметил, что со мной что-то не так, и, я уверена, пытается разобраться, как с этим быть. А не сказал скорее всего потому, что пугать не хотел. Безопасник мой то еще сокровище, но меня действительно любит и вряд ли станет сильно рисковать.

От этих мыслей стало спокойнее, даже кое-какое решение придумалось.

— А ты? Кто лучше справится с ледяной силой, чем один из сильнейших магов Севера? — да, я пошла по пути наименьшего сопротивления.

Но неожиданно на ровной, казалось бы, дорожке возникло препятствие. Льер печально покачал головой.

— Исключено, Ада. Были бы мы совсем чужие, тогда да, но в нашем случае мое вмешательство создаст сильнейшую привязку. Тогда тебе придется выйти за меня замуж, потому что ни с одним другим мужчиной близких отношений уже не получится.

Нет, все-таки он очень благородный. Вот что стоило умолчать об этом и обернуть положение в свою пользу? Эт бы точно так и поступил.

— Ладно, я поговорю с Эвином.


Вернулась в тайный дом я с легким сердцем, без венца и в шубе. И тут же угодила в крепкие объятия.

— Поговорили?

— Теперь я готова двигаться вперед.

Некоторое время мы так и стояли обнявшись перед медленно исчезающим порталом. Рито проявил редкостную тактичность и высовываться не стал. Я зарылась носом в ослабленный ворот светлой рубахи, вдохнула аромат чего-то терпкого, спиртного и травяного. Надо же… Когда оставшиеся от вихря снежинки перестали осыпать плечи, стало жарко. Пришлось передернуть плечами, чтобы меха упали на пол.

Этельвин шумно вздохнул.

— Я тут тоже времени не терял. К утру из замка прибудет все, что ты заказала, — мужчина отстранился, взял с каминной полки кувшин с подогретым вином и наполнил кубки. Один протянул мне.

Ясно. Отсыпаться буду уже по дороге в город. А я-то, наивная, добравшись до Джаанда, была просто-таки уверена, что мытарствам настал конец!

— На самом деле я хотела взять с собой только Ниру и Элиана, — немного виновато произнесла я и сделала осторожный глоток. Эти двое, пожалуй, самое ценное, что я получила с приездом на Север. — Но Арлит настоял, чтобы я и вещи тоже забрала.

Странно, но Этельвин отнесся к этому нормально. Я думала, ревновать станет.

— Вот и правильно, не ему же твои платья носить. А новой невесте чужое добро без надобности.

Переступила через сброшенную на пол шубу и тоже подошла к огню, обняла его. Эт положил свободную руку мне на талию, притянул ближе. С каждым новым глотком по телу разливалось приятное тепло, и лишние мысли растворялись. Или это на меня так его близость действует?

Привычно дерзкий, резкий и нагловатый безопасник сегодня казался образцом внимательности. Устроил мне встречу с Арлитом, позаботился о немногочисленной собственности и друзьях, помог расслабиться после непростого разговора. Не знай я его слишком хорошо, точно подумала бы, что обретение собственного тела влияет на Эвина исключительно благотворно.

А так… так-то оно так, но интуиция подсказывает: должно быть что-то еще.

— Проблемы с договором? — я отставила ополовиненный кубок и легко коснулась самыми кончиками пальцев его шеи. С удовольствием поймала отрывистый вздох и соскользнула чуть ниже, к груди, насколько позволял ослабленный ворот.

Хотела придумать еще какую-нибудь ласку, но тут терпение мужчины закончилось. Мою руку поймали, поцеловали и так и не выпустили больше.

— С чего ты взяла? — светлые брови недоуменно приподнялись. Видя, что пояснять свой вопрос я не тороплюсь, Эв все же продолжил: — Пару дней назад я посвятил Князя в нашу ситуацию. И знаешь, он прореагировал спокойно. Насколько мне известно, уже отправлены соответствующие указания нашим представителям в Империи.

Вот даже как? Выходит, скоро договор изменится, и к крайним мерам прибегать не придется. Моя репутация останется в целости и сохранности, Арлиту не придется участвовать в скандале. Губы невольно сложились в улыбку. Вот бы еще Лурден обо все узнал! Локти бы себе с досады сгрыз!

Но врожденная практичность помогла быстро спуститься с небес на землю.

— И совсем никаких проблем?

— По-моему, их у нас и так было достаточно, — проворчал мужчина и снова попытался сунуть мне в руку кубок, но в этот раз попытку меня споить я проигнорировала. Когда надо, даже в скромной мышке характер просыпается!

— Просто все уж слишком хорошо складывается, — кубок снова вернулся на исходную позицию.

Чувство было такое, будто чья-то незримая рука поворачивает в сердце занозу. Внутренний голос настырно шептал: тебе чего-то не говорят!

Не знаю, насколько все это отобразилось на моем лице, но Эт быстро сдался.

— Не все, Аришка. Хорошо идет не все, — и вид у него такой… Серьезный, в общем.

Вооот! Как чувствовала!

— Рассказывай, не томи!

Делиться информацией ему оказалось удобнее, расхаживая по комнате.

— Кажется, я познакомился с сестрой, — всегда уверенный голос был прямо-таки пропитан удивлением. — У меня есть письмо от Кадиры. Было, то есть. Я его сжег.

Кхм. Интересный способ сберечь милые сердцу вещицы.

— И что в нем? Было, то есть.

Эт сосредоточился, припоминая, и начал подробный рассказ.

— Она все еще не императрица, торжества по случаю помолвки назначены только через две недели. Но с Николасом у них, вроде, складывается. При дворе льеру не любят, что, в общем-то, сразу понятно было. От факта моего существования Дира в шоке, от того, как у нас все вышло, в еще большем шоке. Ничего, привыкнет со временем.

Пока Эвин не сказал ничего ужасного, так что я без зазрения совести подловила себя на улыбке. Тут бы хоть самой успевать за внезапными переменами в жизни!

— Тебя она беспокоит? — соблазн подойти и погладить плечи, успокоить интуитивно задавила. Сначала я хочу уловить суть.

В его движениях, ставших вдруг резкими, отрывистыми чувствовалось напряжение.

— Меня беспокоишь ты, — наконец признал северянин, после чего прислонился к высокой спинке дивана и взъерошил короткие волосы пальцами. — Духи, быть деликатным не получается… Прости, Ариша, буду говорить, как есть.

— Да уж будь любезен!

Вдох. Выдох. Тяжелый взгляд каменной глыбой упал мне на плечи.

— В тебе просыпается ледяная магия. Слишком поздно, так как ты уже не ребенок и даже не подросток. Неконтролируемо. А скоро будет и весьма болезненно. И неизвестно, чем все это обернется. Я же, растай вечная мерзлота, ничего в этом не понимаю. И помочь не смогу.

В глубине души поражаясь собственному спокойствию, я кивнула. Но голос подавать не спешила, хотелось для начала понять, причем здесь Кадира.

— Я попросил сестру связаться с твоей семьей и выяснить, что к чему.

Все! Конец самообладанию! Меня прошила нервная дрожь.

— И?!

Несколько мгновений тонкие длинные пальцы терзали покрывало на диване, потом прозвучал резкий ответ:

— Твой отец был северянином, из знатных. Кажется, у его семьи собственное небольшое княжество имелось. Но на наследство можешь не рассчитывать, наши не признали тот союз. И он покинул стылые земли, чтобы жениться на южанке.

Этельвин говорил, а я медленно-медленно, точно околдованная, оглядывалась по сторонам. Подыскивала, за что хвататься, если вдруг ноги не удержат.

Итак, влюбленные поженились и обосновались в Империи. А год спустя молодой муж погиб на дуэли. Потому что сын влиятельных аристократов с довольно известной на Юге фамилией Лурден изволил влюбиться в достойную леди Эллирит, и ему было плевать, что она замужем. Желая избавиться от мерзких притязаний, мама сбежала в провинцию и приняла первое же предложение руки и сердца. Потом родилась я, следом еще четверо детей.

А потом пробудился мой дар, и Лурден нас нашел. Чудо, что этого не произошло раньше.


— Почему именно сейчас? — за окном сгустились предрассветные сумерки, когда я наконец заговорила после рассказа Этельвина.

Мы сидели у потухшего камина, обнявшись и укутавшись в снятое с дивана покрывало, смотрели на оранжевые угли и допивали давно остывшее вино. Странно, но оно совершенно не пьянило. Шок тому виной, а может все дело в травах?

— Думаю, виновато место, — Эт тепло коснулся губами моего виска и прижался щекой к щеке. — Вспомни, на Юге все началось с другой магии…

Как человек, тоже не слишком в таких делах сведущий, я была склонна мыслить так же.

— И будет у тебя невеста блондинка, от льеры и не отличит никто, — на душе было так гадостно, что хотелось найти в происходящем хоть бы крошечную крупицу хорошего.

— Ты и есть льера. Хочешь встретиться с ними?

— С кем? — несмотря на то, что казалось, сегодня я уже не способна испытать какие-либо эмоции, удивление в голосе присутствовало.

— С родственниками отца. Я бы мог разыскать их.

Для Эвина, который говорил о своем добром отношении к брату, даже когда тот всеми силами пытался извести живущий в своем теле дух, это, наверное, так естественно. Он всегда стремился обрести настоящую семью, согреться ее теплом, почувствовать себя нужным и любимым. Маска холодности и жесткости неплохо скрывала эти чувства, но я научилась понимать его еще раньше, чем различать близнецов.

А вот сама я другая. У меня с детства были семья и любовь, и теперь на ту фальшивку, что подсовывает мне судьба взамен оставшихся в Империи родных, ни за что не соглашусь. Эти льеры отказались от меня, когда меня еще и в помине не бело! Что ж, они мне тоже не нужны.

— Думаю, это не потребуется.

Он хотел сказать что-то еще, обнял крепче, но идиллию нарушили. В окно робко ткнулся луч фонаря, со двора послышался стук копыт и голоса. Сани из замка прибыли.

Стряхнув с себя оцепенения, я забыла о запретах (сегодня можно!) и бросилась встречать прибывших. Про шубу тоже забыла. Я ведь теперь одна из них! Наполовину.

— Ариадна!

Нира поймала меня на крыльце, обняла крепко, опалила шею горячим дыханием, будто огнем подула, и передала Элиану. Тот тоже с энтузиазмом полез обниматься, бессовестно игнорируя ревнивые взгляды замаячившего на пороге безопасника. А огневица тем временем приветственно кивнула мужчине и змейкой просочилась мимо него в дом, привычно скрываясь от холода и пряча набежавшие на глаза слезы. Ничего не изменилось за прошедшие дни.

— Я боялась, что вы не приедете.

И оправданно. Объективно говоря, эти двое ничего мне не должны, и жизнь при Доме обещала быть куда более сытой и спокойной. Уверена, Арлит бы их не прогнал, пристроил бы к каким обязанностям, но магиня и оборотень предпочли последовать за мной в неизвестность.

Кажется, одну семью в стылых землях я уже обрела.

— Ариша, поднимись наверх и переоденься во что-нибудь удобное, — разве Эт мог надолго оставить меня в чужих объятьях? — Скоро выезжаем.

Ну-ка, кто у нас чемпион по количеству испорченных моментов?

Однако к саням за дорожным костюмом с брюками, а потом в комнату я шла с улыбкой. О да, ничто не изменилось…


За беготней и торопливыми сборами обменяться новостями мы с Нирой смогли только в санях. Мужчины предпочли передвигаться верхом, Рито, как я поняла во время прощания, вообще было запрещено появляться в столице, нас же закутали в меха и строго наказали хоть немного поспать. Именно эта я и собиралась сделать, но тут магиня стала расспрашивать о моих приключениях… В общем, эту ночь можно смело отнести в разряд бессонных.

Когда речь зашла про Вирсайна (избегая запретных подробностей, разумеется), огневица не смогла скрыть завистливого вздоха.

— Жаль, что меня там не было. Я знаю, как огненный дар будить.

— По опыту?

Откуда же еще? Я улыбнулась и умиротворенно вздохнула. Надеюсь, то место, куда так стремительно несутся сани, станет нам всем настоящим домом.

— Когда огонь начал проявляться, мне уже четырнадцать было. — Да уж, поздновато. А впрочем, кто бы говорил. Я сама травницей стала почти в восемнадцать. — И целый год силу набирал. А у нас в приюте еще одна девочка была, мелкая еще совсем, так ее вообще сожгло.

Я поежилась.

— Что, вот так взяло и сожгло?

— С огневиками так иногда получается.

Помолчали. Тяжело мне с ней временами, слишком уж в разных мирах мы жили прежде. Но как-то странно спокойно. Как с Этельвином. Вот, вроде бы, точно знаю, что человек опасный, такому мало кто рискнет довериться, а сердцем чувствую — не обидит. Ну и где тут здравомыслие?

— Как же тебя из приюта в Школу взяли? — полюбопытствовала я. — Обычно они знатных выбирают.

Без того резкие черты магини словно закаменели. И теплые искорки в карих глазах потухли.

— У нас настоятельница была из ваших, — пояснила девушка, нервно покусывая губы. — Благородная, в смысле. Она при храме приют открыла и убогим, вроде меня, помогала. Когда сила прорезалась, завалящего учителя привела. Это потом, когда он Ларвинку прошляпил, и она сгорела, настоятельница его выгнала. А меня в Школу пристроила. В документах своей дочерью назвала, маги и поверили. Я тогда так радовалась… Дурында.

— Так может ты и правда…

Должно же в ее жизни быть хоть что-то хорошее!

— Не может, — разбила мои иллюзии Нира. — Я своих родителей помню, голубых кровей там точно не было. И даром их пользоваться не учил никто. Отец его в кузнице применял, пока вместе с той кузницей не сгорел. А мама свечки в доме зажигала.

Я болезненно сглотнула и крепко обняла подругу. Несмотря на бушующий в ней огонь, хотелось ее обогреть, чтобы про все беды забыла. Они давно в прошлом, а будущее будет совсем другим.

Но тему надо срочно менять, иначе расплачемся обе.

Стараясь говорить как можно медленнее, я поведала подруге, как Эт забрал меня у похитителей и привел в тайный дом, про молчаливых и собранных теней, про встречу с Арлитом в заснеженном саду и еще одну причину ненавидеть Лурдена. При воспоминании о последнем сердце обожгло, будто во мне не ледяная магия, а огненный дар просыпается.

— Нира?

— Мм?…

— Я хочу ему смерти. Это очень плохо? — сейчас я чувствовала себя маленькой девочкой, которой просто важно было услышать, что все обязательно наладится. Пусть даже это и утешительная ложь.

— Если бы твои желания имели свойство мгновенно воплощаться, было бы хорошо.


Кажется, мы все-таки задремали. Сани скользили плавно, так что движения почти не ощущалось, меха согревали, а бархатистая темнота за окном убаюкивала. Близость Эта и друзей действовала успокаивающе, обо всем прочем я запретила себе думать.

Будет еще время для треволнений.

В первый раз меня разбудил стук в покрытый серебристыми узорами бок саней. Рядом сонно закопошилась Нира, но век не разлепила.

Придержавший поводья Эт тихо сообщил, что мы только что покинули Джаанд и теперь находимся в землях, принадлежащих Великому Князю лично. Признаться, это деление на уделы и правящие дома находило во мне мало понимания. Слишком сложно все. Слишком много князей и прочих власть имущих. Не удивительно, что северяне без конца воюют между собой.

Так что я безмолвно выслушала новость, кивнула и уложила голову магине на плечо.

А какое-то время спустя меня разбудил возглас Элиана.

— Ничего себе столица! Правильно наши делают, что не строят городов!

Я встрепенулась, заозиралась по сторонам.

И это город? Возникло непреодолимое желание ущипнуть себя и проснуться. Повсюду грязь, месиво из снега, дороги в колдобинах. А по сторонам — руины, развалины, стройка.

— Не стоит забывать, что многолетняя война, проходившая большей частью на нашей территории, закончилась всего несколько месяцев назад, — спокойно возразил безопасник. — А междоусобицы до сих пор не прекращаются.

Клыки еле заметно выглянули из улыбки барса, но ввязываться в спор он не стал.

Мне подурнело. Неужели придется в этом жить? Видеть кругом разруху, каждое утро провожать любимого на службу и весь день мучиться мыслью, а вернется ли он? Дрожь, охватившая разомлевшее со сна тело, оказалась такой сильной, что даже Нира почувствовала и окончательно проснулась.

А в следующий миг я уже улыбалась. Потому что поняла, что ни единая частичка души не стремится вернуться. Выходит, мое место действительно здесь, рядом с Этельвином.

— Честное слово, все не так страшно, как может показаться на первый взгляд, — догадался о моих мыслях Эт и тут же поспешил успокоить.

Ближе к центру выяснилось, что он целиком и полностью прав. Здешнюю архитектуру, конечно, не сравнить со старинным замком Арлита, но дома были достаточно большие и удобные. И, что в данный момент мне казалось важнее всего, целые.

Но вот странность — ни на одном из охранных постов главу тайной службы Великого Князя не узнали. Эвин неизменно выбивался вперед нашего небольшого отряда, протягивал совершенно стандартные документы (интересно, что в них написано?), дожидался равнодушного позволения двигаться дальше, и мы продолжали углубляться в город. Пару раз я замечала пятерки магического патруля, но эти тоже странным образом игнорировали начальство.

Любопытство грызло изнутри, но не расспрашивать же его при всех?

И те, кого я мысленно называла тенями, вроде бы, утратили всю свою безликость и ничем не отличались от большинства мужчин среднего достатка…

— Как называется ваша столица? — я все-таки нашла, что позволительно спросить.

— Пока никак, — отозвался один из сопровождающих. — Ее только построили, когда начались боевые действия. Потом разрушили почти до основания, теперь вот заново отстраивают. Князь обещал, когда наладится все, устроить грандиозное празднество в честь открытия города.

Где же тогда будет проходить бал Зимнего Солнцестояния? Но задать этот вопрос вслух я посчитала неуместным и смиренно затихла.

Тем временем сани замерли у аккуратного трехэтажного особнячка из серого камня. Сада здесь не было, забора тоже — только сам дом построить успели. Взгляд пробежался по стройным радам новых зданий вдоль улицы. Наверное, здесь живет знать и прочие приближенные Великого.

— Ну как? — напряженно поинтересовался моим мнением Этельвин.

Он подал мне руку и повел к крыльцу, Элиан помогал выбраться из саней Нире.

— Пустынно, — я сжала его руку и робко улыбнулась. Надеюсь, мои слова не обидят его.

Дом оказался обставлен, но недоставало уюта. Цветов, милых салфеток и статуэток, картин на стенах и тому подобного. Но это легко поправимо, так ведь? То же попытался донести до меня и Эт.

— Сейчас в городе ярмарки не проводятся, но как только начнут — сможешь здесь изменить все, как тебе нравится. Идет?

Ух ты! Как по мне, это ненамного меньше, чем называться хозяйкой Дома. Но один нюанс следовало прояснить заранее.

— А Арлит не будет возражать, что я здесь хозяйничаю?

— Не будет, — пальцы северянина сжались на моей руке чуть крепче. — Это наш дом, Ариша. К тому же, я больше не имею отношения к Дому Замерзшей Розы.

Последняя информация для меня оказалось нова.

— То есть, как?

— Очень просто. Брат наследника умер, едва успев родиться. Кем мне там быть?

Мы остановились в холле. Сперва следовало закончить разговор, а потом уже в мельчайших подробностях осматривать новые владения. Но после слов Этельвина еще недавно теплившееся во мне желание заглянуть за каждую дверь словно замерзло в груди. Получается, даже теперь для него не нашлось места в семье?

— Так лучше, Аришка, — теплое дыхание коснулось щеки и чуткие пальцы отвели за ухо выбившуюся из косы рыжую прядь. — Мы свободны и в относительной безопасности. Сама понимаешь, при моей профессии будет лучше, если о существовании в этом мире Этельвина шеррФайера будут знать лишь избранные. Ты, Арл, Князь, может быть еще пару доверенных лиц.

Но я уже не слушала.

— Шерр? Как Рито? — переспросила потрясенно.

— Да, Ариадна. Прости, но льерой тебе не быть.

Собственно, на этом неприятные сюрпризы закончились. Внутри дом оказался просторным и светлым, уютным даже, хоть и немного пустынным. Уже на втором зале Нира заразила меня своим почти детским энтузиазмом, и дальше мы носились вместе, по пути прикидывая, что и где нужно будет изменить в будущем. Безопасник с оборотнем следовали за нами, Эт так и вовсе радовал меня мягкой улыбкой и безграничным терпением. Жаль, благодушное состояние у него обычно надолго не задерживается.

Светлые тона, большие окна, изящная мебель — я сразу почувствовала себя здесь спокойно. Только ковров не хватает, ногам даже в туфлях холодно. Еще почему-то вспомнился зал с голубыми елями из замка, но эту идею пришлось отбросить. Не такие у нас здесь высокие потолки.

В свои покои заглядывала с замиранием сердца, но и здесь разочарования не случилось. Напротив! Комнаты оказались точь-в-точь такими, как в замке. С той лишь разницей, что более светлыми, и поэтому бледно-голубые тона здесь заменили насыщенно фиолетовыми. Остальное же было совершенно одинаковым, даже мебель стояла так же.

Вскоре по всему дому запылали камины, воздух постепенно нагревался, Ниру, и ту трясло уже не так заметно. Так что мы оставили мужчин в гостиной и отправились на кухню посекретничать, а заодно раздобыть что-нибудь, похожее на обед.

Но за стеклянной дверью меня поджидал сюрприз.

— Что желает шерра? — старая, сгорбленная кухарка повернулась лицом к вошедшим и пронзила меня (откуда-то она сразу поняла, кто здесь шерра) колким взглядом.

Прищурилась, оглядела внимательнее. Выцветшие глаза немного потеплели.

— Обед, — выдавила я. — Простите, не знала, что здесь кто-то есть.

Гримасу, исказившую сморщенное лицо, следовало принять за улыбку. Неприятный взгляд сместился на Ниру.

— Деточка, забери со двора корзину с овощами, померзнут ведь. А то мне старой не поднять…

Я ждала, что огневица огрызнется и откажется, но девушка улыбнулась уголками губ и смирно пошла выполнять просьбу. В ожидании, пока нам соберут поднос с едой, я присела на высокий стул и постаралась смотреть исключительно в окно.

Но оставлять в покое меня никто не собирался. Стоило Нире исчезнуть, старуха приблизилась ко мне и зашептала.

— Беги от него, он плохой человек.

Спину обдало морозцем.

— П-почему?

— Ни сердца, ни совести у него нет. Дядюшку своего в острог заточил, казнить собирается. Чтобы дома здесь построить, старый храм снес. Люди страшные ему подчиняются…

В общем, сбежала я из кухни, не дослушала даже.


Прислонилась к холодной стене, жадно хапнула воздуха и обняла себя за плечи в попытке унять дрожь. Что я, в самом деле? Можно подумать, не знала, с кем связываюсь. Призвать себя к порядку так быстро не получилось, но благоразумие потихоньку брало верх.

— Можно тебя ненадолго? — я заглянула в гостиную, где собрались мужчины. Впрочем, тут же ускользнула обратно в коридор.

Этельвин появился спустя всего несколько мгновений.

— Надолго тоже можно, — сообщил он, широко ухмыляясь. Обжигающе-горячие руки легли на талию… почувствовали напряжение, сковавшее мое тело, серые глаза приобрели обеспокоенно-серьезное выражение. — Арииша?…

Я резко вышвырнула из головы все сомнения. Если собираюсь идти с этим мужчиной дальше, надо учиться доверять ему. Во всем.

— Кухарку надо уволить. Она уже распускает сплетни.

Светлая бровь одобрительно приподнялась. Уверенности во мне прибавилось, и рассказ о недавнем разговоре вышел сухим и коротким. Эт слушал, не перебивая, а в конце кивнул.

— Разберусь.

Руки сами собой потянулись к его плечам, погладили.

— Не хочу крови в нашем доме, — до сих пор как вспомню те капли на его рубахе, оторопь берет. Но Эвин все понял.

— Не будет.

Теплые ладони скользнули вверх по спине, поглаживая, разминая, массируя. Большие пальцы легонько коснулись затылка. Хорошо с ним. Думаю, я быстро привыкну.

Но разговор был еще не окончен…

— Правда, что Ривела хотят казнить? — приподнявшись на цыпочки, я внимательно всмотрелась в дорогие глаза. Чтобы он не вздумал отмолчаться.

Серебро оплавилось в сталь.

— А ты предлагаешь ему орден выдать за покушение? — раздраженно вопросил Эвин. Но обнимать не перестал, значит, не все безнадежно.

И ведь понимаю, что он прав. Но чувства нечасто пересекаются с законами.

— Он для племянника старался, который ему как сын. И ты на его месте поступил бы так же.

Сталь заковалась в лед. На щеках мужчины заходили желваки.

— Заметь, Арл за дядюшку не просил.

— Насколько я знаю наследника, и не попросит. Он и так считает, что очень виноват перед тобой. К тому же, покушение действительно имело место быть.

Но Арлит наверняка переживает, да и Вида просто с ума сходит. И я не смогла остаться не у дел. Не имела права.

— Благоразумно с его стороны, — буркнул безопасник.

Я ласково коснулась бледного лица, разгладила хмурую морщинку между бровей.

— А я прошу.

— Ариадна! — полный осуждения рык.

Не испугаться. Не отнять ладоней. Прижаться теснее.

— Сделаешь мне подарок по случаю того, что мы теперь вместе? — я осторожно поцеловала уголок прохладных губ.

Сопротивлялся он долго и активно. Шипел, рычал, терпеливо объяснял свою правоту… но в конце концов уступил. Не без выгоды для себя, как водится.

— Ладно, придумаю что-нибудь, — голос звучал неожиданно легко. — Кстати, Ариш, я же говорил тебе, что покои у нас общие?

Попятилась.

— Нееет, — протянула нехорошо и уже заготовила возмущенную речь, как поднявшая голову мораль оказалась задавлена угрозой.

— Да, Ариша, да, — и улыбка такая довольная. Я бы даже сказала, самодовольная. — Иначе дядюшка останется жив, но из заточения я его не выпущу.

Вот как тут спорить?

— Заррраза!

— Я тоже тебя люблю.

Хотела еще про храм спросить, но тут очень вовремя появилась запыхавшаяся Нира.

— О! Я ее по всему дому ищу, а они тут обжимаются! Совсем невтерпеж, да? — и так сочувствующе на нас посмотрела, что даже Этельвин смутился.

Что ж, думаю, северные божества как-нибудь обойдутся и без моей защиты.


— Чтобы что-то построить, иногда нужно что-нибудь сломать. Запомни это, Ариииша.

Поняла. Осознала. Запомнила.

Предчувствую, любопытство меня однажды погубит. Дался мне тот храм?!

— Восстанавливать даже за поцелуи не буду, — Эт истолковал мое молчание своеобразно и мгновенно вспомнил, что лучшей защиты, чем нападение, мир пока еще не придумал.

Я улыбнулась, с нежностью глядя на него.

— И не надо. Мне здесь уже нравится, и это место я не согласна уступить даже богам.

К наступлению темноты дом окончательно прогрелся, вещи распаковали, старуху с кухни увезли к новому месту работы (при одном из храмов Холодной Ладин, кстати), а новые слуги пока в количестве трех штук приступили к своим обязанностям. Я наконец позволила себе расслабиться и тихо надеялась, что на этом жизнь перестанет меня швырять из одного места в другое.

Блики от полыхающего в камине огня делали фиолетовую комнату немного зловещей. Неясные тени рассыпались по стенам и потолку, запутались в серебре отделки, сделали лицо Эвина еще жестче, чем оно и так было.

А в незанавешенное окно хитро подглядывали звезды.

Что ж, у этого места тоже есть своя магия…

— Прекрасно, — вернул меня в реальность чуть хрипловатый голос. — Потому что я тебя никуда не отпущу.

Его излишний напор порой раздражал, но чувствовать себя настолько кому-то нужной было приятно. В этом я готова признаться. Но только себе.

— Можно подумать, мне есть куда идти.

Где-то далеко хрустальный перезвон льдинок отметил наступление полуночи.

Я, одетая в синий шелковый халат, обосновалась в кровати. Эт, скрестив руки на груди и недовольно сверкая глазами, стоял в центре спальни. Мы делили территорию. Также в событиях участвовал обитый белоснежным бархатом диван, на который я пыталась сослать нахала, и бронзовый подсвечник, по традиции припрятанный под подушкой.

— Ариша, не дури, — Эт все еще пытался действовать мягкостью.

Но я уперлась.

— Хватит, что у нас комнаты общие!

Вздох скорее напоминал шипение.

— Обещаю вести себя, как столетний послушник при каком-нибудь южном храме. Ты даже не заметишь моего присутствия!

И поверила бы, но память услужливо подсунула опровержение его словам. Обжигающие руки, сводящие с ума поцелуи… Оххх.

— Сейчас сама пойду на диван, — помнится, на Арлита в свое время угроза подействовала.

Только Этельвин — не Арлит, напрасно я об этом забыла.

Блондин коротко ругнулся сквозь зубы и без предупреждения метнулся к кровати. Я пискнула. А в следующий миг оказалась схваченной и вжатой в мягкий матрас так, что едва могла дышать. Дотянуться до единственного доступного оружия мешали те самые обжигающие руки, удерживающие мои запястья на подушке над головой.

— Эээт…

Тяжелое дыхание и потемневшие до свинцовой черноты глаза лучше всяких слов говорили, что о недавних обещаниях он уже забыл.

— Аришка, сокровище мое.

Кажется, тут все серьезно.

На мое лицо посыпались короткие сухие поцелуи, дыхание мужчины сделалось шумным и прерывистым. Но хуже всего то, что и меня саму охватила приятная дрожь. Тело обдало жаром, я выгнулась. Дразнящие губы сместились на шею и еще ниже, к ключице.

Мысли застилал вязкий туман. Удовольствия?!

Вечная мерзлота!

— Я не буду твоей любовницей, Эт, — невзирая на внутреннее состояние, голос звучал громко и уверенно. — Или женой, или убирайся.

Удивительно, но подействовало. Эвин вздрогнул, будто на него ушат ледяной воды вылили. Взгляд, в котором я могла видеть только собственное отражение, прояснился.

Можно выдыхать?

Но, как оказалось, расслабилась я зря. Мужчина приподнялся, но не успела я вздохнуть свободно, как этот… этот… этот совратитель несчастных южанок перекатился на спину. И я оказалась сидящей на нем. А приятно шероховатые ладони скользнули под и без того короткий подол халата и легли на бедра.

Вместо возмущенного вскрика почему-то получился короткий стон. Прощай, самообладание!

— Женой? — обманчиво мягко переспросил мужчина и чуть потянул меня на себя, заставляя склониться.

— Да… — выдохнула ему в губы.

— Прямо сейчас? — и взгляд такой… испытующий.

— Да!

Одна рука перестала жечь кожу. Моргнула, приглядываясь. Безопасник сжимал небольшой изящный кинжал. Однако…

Одурманенные страстью мысли за событиями просто не успевали. Несколько нежных слов, теплый поцелуй, два небольших надреза на запястьях. Его и моем. Короткий вскрик. Ранка прижимается к ранке.

— У вас тоже так делают, да? — шепчу онемевшими губами.

— Иногда.

Еще один поцелуй. Медленный, глубокий, пьянящий. Голова идет кругом. Пальцами свободной руки я вцепляюсь ему в волосы, чтобы почувствовать еще ближе. Осознать, что это у нас навсегда.

— Твоих способностей хватит, чтобы заговорить кровь? — спрашивает Эт напряженно, оторвавшись от моих губ.

Вообще-то, этот момент стоило прояснить до того, как начинаешь проводить ритуал, а не во время. Но если уж быть совсем честной, его порывистость мне нравится. А магическая печать, которую еще магическим браком иногда называют, вещь до того простая, что с ней и необученная деревенская знахарка справится.

Нужные слова снежинками сорвались с губ. Ярко полыхнуло — и от порезов осталось лишь два шрама. Навсегда.

— Клянусь любить тебя, быть верной, доверять во всем и поддерживать, несмотря ни на что, — торопливо пробормотала я, пока сияние от наших рук не угасло. — А теперь повторяй за мной… Обещаю любить тебя…

— Обещаю любить тебя… — с шальной улыбкой повторил Эвин.

Ну-ну, дорогой.

— На других женщин не смотреть…

И снова счастливое эхо повторило мои слова.

— И никогда не предавать, — да, с доверием у нас все еще проблемы, но не сказать этого я почему-то не смогла. Трусишка.

А вот Этельвин поразил.

— И никогда не предавать, ни единым поступком намеренно не обижать. А если нарушу клятву, пусть вложенная в нее сила сожжет меня.

Сияние угасло, лишая нас возможности что-либо изменить в условиях.

В глазах потемнело. Я пошатнулась и опустилась лбом к нему на грудь. Конечно же, Этельвин знал, что у меня не хватит магии наполнить его последнее условие силой. Но даже просто услышать это было приятно.

— Довольна? — тихо уточнил мужчина. — А теперь иди ко мне…


Глава 13 | Северная невеста (СИ) | Глава 15



Loading...