home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


2

Вологодский вернулся к себе домой в возбужденном состоянии. Его потрясло известие о смерти тети Шуры. Как же так могло случиться? Почему все произошло неожиданно быстро?

Соседка по площадке, с которой он недавно беседовал, сообщила, что Александра Николаевна умерла у себя дома.

«Обнаружила труп пожилой женщины ее сиделка или медсестра… Ну, в общем, девушка по имени Оксана. Она частенько бывала у старушки, и ты должен ее знать. И последний раз девушка тоже заходила к тете Шуре, прямо за день до ее кончины. Увидев хозяйку квартиры бездыханной, Оксана сразу же сообщила мне. А потом — позвонила в скорую, а те уже — в милицию. Врачи установили смерть старушки от сердечного приступа. Ну, а что тут удивляться? Возраст уже. Потом, несколько раз, по соседям ходил наш участковый. Был он и у меня, все выспрашивал. Интересовался и тобой. Вот и все», — вспоминал разговор с соседкой по площадке, Эдуард.

Он очень пожалел о том, что не успел помочь тете Шуре в составлении дарственной на имя Светланы Бичевой! А ведь бедная женщина так просила его! Словно предчувствовала свой конец. Получается, что Эдуард не выполнил последнее желание своей соседки.

Надо будет обязательно побеседовать с Оксаной. Хотя она такая неприятная и скользкая особа! С ней вообще трудно говорить. И нужно подбирать слова, обдумывая каждую букву.

Эдуард сел в кресло и попытался выстроить в памяти череду событий, происшедших за последнее время…

…Вологодский спросил разрешения у полицейского, чтобы осмотреть дом. Естественно, просто так, его никто и не думал пускать на место происшествия. Но мужчина показал участковому свое служебное удостоверение работника прессы. И тот, сразу же, узнав известного журналиста, призадумался.

Конечно, Эдуард мог бы сейчас напомнить блюстителю порядка про «Закон о средствах массовой информации». И, исходя из него, о полном праве журналиста попасть внутрь дома. Но, в данный момент, сейчас была ни та ситуация, чтобы «качать» свои права. И Вологодский сказал полицейскому:

— Поверьте, у меня нет никакой корыстной цели, связанной с осмотром погоревшего дома. И я обещаю, что не стану писать никакого материала на эту тему. И не желаю «выносить сор из избы». Но, тем не менее, зайти и осмотреть помещение мне очень нужно.

— Я тоже надеюсь на вашу добропорядочность, — оживился участковый. — У вас, наверное, в городе и своих забот — полон рот. А здесь что? Ну, пожар. Конечно, это чрезвычайное происшествие. Но, все же, рядовое. Трое молодых людей, будучи в нетрезвом состоянии, не соблюдали правила обращения с огнем, при отапливании жилого помещения. И как факт этой халатности — возгорание. Хорошо еще, что все обошлось без жертв. Я сам, правда, не видел потерпевших. Но, говорят, что угрозы для их жизни нет. А отвезли пострадавших в район потому, что у нас в селе не нашлось врачей, лечащих от ожогов.

Полицейский немного помолчал. А потом, закурив сигарету, разоткровенничался с гостем из города:

— Вон в соседней деревне. Вчера нам передали оперативную сводку. Умерла пожилая женщина. Она, якобы, ясновидящей была. Сердечный приступ случился. К ней в дом, будто бы проник грабитель и «тиснул» золотые украшения. А она понервничала и все — каюк. Я вот и думаю, ну откуда у бабульки золотишко? И потом: если она и вправду, как это? Ясновидящая. То почему же тогда в пришедшем к ней человеке не увидела простого жулика? Непонятно. А ее дочь, которая проживала с ней, в момент нападения была в доме. И она уверяет, что у них ничего не пропало. И хозяйская дочка никого, ни в чем не винит. И, естественно, она не стала подавать никакого заявления о хищении. Лишь только расписалась в протоколе осмотра места происшествия. Странно все это как-то, да?

А люди, жители села, ох… Уже стали болтать: золото, грабители… Вот пойди теперь и разберись, как все было на самом деле. И где правда, а где ложь. А мы все равно должны отреагировать на поступивший сигнал и обратить внимание на всех подозрительных. И побеседовать с молодежью села. Особенно с теми, кто состоит у нас на учете.

У Вологодского голова пошла кругом: «Что творится-то? Сначала, с тетей Шурой, потом — с ясновидящей. А теперь еще и эта непонятная история с пацанами. Ведь, правда, говорят: пришла беда — открывай ворота».

В кармане у журналиста опять зазвучала песенка из кинофильма «Карнавал». И, Эдуард, достав телефон, ответил шефу:

— Да!

— Звезда! — услышал он голос Константина. — Героя Капиталистического Труда будет тебе. Посмертно. Ну что, Эдуард? Когда будешь в городе? А-то мне опять звонил твой участковый. Уже достал, откровенно говоря. Что ему сказать-то?

Вологодский, поблагодарив полицейского, вошел в небольшой коридорчик дома, в котором ночевал Шрек со своими друзьями. Мужчина открыл дверь в маленькую комнату, где теснились две кровати. В ней не было ничего интересного. К тому же участковый попросил Эдуарда, по возможности, руками ни к чему не прикасаться.

В кухне вообще все было перевернуто вверх дном. И сразу не сообразить, на что именно, нужно обратить внимание.

Журналист окинул взглядом коридорчик. Вдоль стены на нескольких гвоздях висела какая-то одежда. Вполне возможно, что она принадлежала хозяину дома. Но среди прочих тряпок Эдуард заметил куртку Шрека, в которой он вчера вечером ходил на улице. Мужчина, не снимая ее с гвоздя, ощупал несколько карманов. В одном из них он обнаружил какой-то небольшой металлический предмет. Вологодский, затаив дыхание, опустил руку в карман и вытащил оттуда…

«Перстень. Тот самый, — журналист, сидя в кресле в своей квартире, рассматривал загадочную вещицу и думал. — Неужели это и есть магический перстень графа Данилы Митрофанова? Что-то с трудом в это верится! А если это так, то почему тогда участковый из Привольного утверждал, что дочь ясновидящей не заявила в полицию о пропаже? Значит, перстень у нее. А может быть, у тети Груни, вообще его никогда не было? Или был да не графский, а другой? Вот если бы я тогда вернулся в деревню к дому ясновидящей, то глядишь и узнал, что-нибудь о перстне.»

Эдуарда так и подмывало с кем-нибудь поделится своими мыслями. Но с кем? С редактором газеты? И что ему рассказать?

«О том, что я нашел, сам не знаю, что? А если он спросит, при каких обстоятельствах? И тут я ему сообщу, что залез в карман куртки незнакомого парня и вытащил оттуда перстень. Здорово! Это уже воровством называется!» — журналист потянулся к блокноту с записанными в нем телефонами нужных ему людей.

Вологодский решил позвонить Юрию Тишляку, краеведу-историку, о котором журналисту, перед самым его отъездом, напоминал Леднев — редактор газеты «Семь палат». Конечно, Эдуард, пока не станет говорить Юрию о своей странной находке. Но узнать его мнение о перстне графа Митрофанова все же интересно. Опять же, если краевед о нем что-нибудь слышал.

Тишляк обрадовался звонку журналиста. Они не были большими друзьями, но иногда их творческая деятельность пересекалась. Они нередко встречались то на телевидении, то на различных мероприятиях, посвященных важным датам в истории города. Или просто на литературных вечерах, в доме — музее Достоевского.

Юрий любезно согласился помочь Вологодскому, пообещав посмотреть какую-нибудь литературу на подобную тему у себя дома. Конечно, лучше всего было воспользоваться услугами читального зала библиотека имени Абая. Но ведь краевед не мог об этом сказать журналисту напрямую. А если бы Юрий попросил Эдуарда помочь ему что-нибудь написать? Ведь Вологодский не стал бы ему советовать засесть за учебники по стилистике или журналистике…

Мужчины договорились о том, что Тишляк, в ближайшее время перезвонит журналисту. И на этом они распрощались. Конечно, Вологодскому хотелось побыстрее получить столь необходимую информацию.

Но во-первых, он не мог торопить краеведа. А во-вторых, Эдуард, честно говоря, и сам не знал, что она может ему дать.

Размышления журналиста прервал звонок в дверь. Это пришел участковый. «Господи и здесь полиция! Да что это такое?» — подумал хозяин квартиры, приглашая гостя в комнату.

Разговор с участковым был недолгим. Он спрашивал о том, знал ли мужчина гражданку Терехову, поддерживал ли с ней отношения, бывал ли у соседки в гостях? А главное, полицейский интересовался здоровьем тети Шуры, особенно в последнее время. И тем, какую роль в ее жизни играла девушка по имени Оксана? Кто она вообще такая?

Что мог журналист ответить? Что Оксана недавно приходила к нему и они разговаривали о дарственной, которую хотела составить Александра Николаевна?

Когда участковый, распрощавшись, ушел, при этом записав номер домашнего телефона хозяина квартиры, Эдуард задумался о том, что же могло произойти с тетей Шурой, во время его отъезда? Но ответ на этот вопрос могла дать только Оксана…

Когда девушка в очередной раз пришла к Александре Николаевне, то застала ее в хорошем настроении. Хозяйка провела Оксану на кухню и, усадив ее за стол, налила чаю:

— Сегодня мой сосед, Эдик куда-то уехал из города по своим делам. Но обещал мне, что обязательно заглянет в Привольное. Передаст Светочке от меня приветик. И, конечно же, скажет о том, что я свою квартирку решила оформить на нее. Так что ты, Оксаночка, помоги своей подруге, если она приедет сюда. Сходи с ней к нотариусу. А то мне Эдика неудобно просить. У него и без того дел хватает.

Хорошо, что чай в чашке был несильно горячим. А-то Оксана от такой просьбы непременно бы им поперхнулась. Девушка смотрела на хозяйку во все глаза и не могла ничего произнести.

— Поможешь, ладно? А я вам, потом дам немного денег. Зайдете в кафе, мороженое покушаете. Ведь вы так давно уже не виделись. И вам будет о чем поговорить. Наверное, вы наскучались в разлуке-то, — продолжала Александра Николаевна.

«Это уж точно. Поговорить у нас будет о чем. Пусть Светка только приедет! А я уж ее встречу, как положено», — недобрые мысли появились в голове у Оксаны. Она зло посмотрела на тетю Шуру, но к счастью, старушка не заметила этого. Девушка срочно решала, как ей поступить в данной ситуации. И, кажется, у нее уже родился план.

— Что молчишь-то? — спросила тетя Шура, пододвигая поближе к Оксане тарелочку с печеньем.

— Ну да. Конечно, сходим…

— Вот и прекрасно. А если Светочка вдруг не сможет приехать, то тогда вы вдвоем с Эдиком, наведаетесь к нотариусу.

«Еще не легче!» — подумала девушка и сказала Александре Николаевне:

— Спасибо вам, за обещанное угощение мороженым. Мне даже как-то и неудобно брать у вас какие-то деньги. Если что, я своими обойдусь. И вообще, знаете что? Я прямо сейчас схожу к нотариусу. Благо отсюда недалеко. В центре их, по-моему, несколько. У центрального парка есть. И еще в районе аптеки. А на обратном пути забегу домой и сварю для вас компотик из ягод. Вечером принесу — попьете. Я уверена, что он вам понравится. А насчет Светки не беспокойтесь. Я все улажу.

Проводив Оксану, Александра Николаевна почему-то засомневалась в том, что девушка пойдет к нотариусу. И что вообще станет помогать в решении этого вопроса. Тете Шуре почему-то казалось, что она со Светкой уже не увидится. Повода для таких мрачных мыслей не было, и старушка постаралась об этом не думать.

А вечером, как и обещала, пришла Оксана. Она, еще с порога успокоила тетю Шуру. Заверив старушку в том, что выполнила ее просьбу. Подробности, правда, девушка излагать не стала, сославшись на то, что за одно посещение нотариуса такой вопрос до конца не решается.

Но зато она достала из своего пакета полуторалитровую пластиковую бутылку с жидкостью темно-красного цвета и поставила ее на кухонный стол.

— Вот, угоститесь компотиком, тетя Шура.

И, опередив хозяйку, достала из посудного шкафа две чашки.

А после того, как Александра Николаевна допила предложенный ей напиток, который оказался очень приятным на вкус, то она, почти сразу же, сославшись на усталость за день, захотела прилечь на диван.

Девушка заботливо накрыла Терехову одеялом и вернулась на кухню. Она вылила остатки «компотика» в унитаз и для верности смыла водой. Затем положила пустую пластиковую бутылку и чашку, из которой пила тетя Шура, к себе в пакет.

Перед уходом Оксана глянула на спящую старушку и, закрыв дверь, спокойно ушла.

А утром девушке пришлось изрядно понервничать, хотя она была к этому готова. В квартире Александры Николаевны Селиванова обнаружила бездыханное тело хозяйки! Тетя Шура лежала на диване, в том же положении, что и вчера вечером.

У Оксаны тревожно забилось сердце. Она вытащила заранее приготовленную луковицу и, пройдя на кухню, торопливо стала ее чистить. Глаза сильно резало и они наполнились слезами. Девушка мужественно переносила издательство над собой, дочищая овощ до конца. По лицу безудержно побежали долгожданные слезы и, похоже, размазалась тушь. Оксана собрала шелуху и, завернув ее в газету, выбросила в мусорное ведро.

А дальше все происходило так, как рассказывали Вологодскому. Слезы «напуганной» Оксаны, ее стук, с криками о помощи в дверь соседки по площадке. Скорая, милиция…

Пока журналист продолжал теряться в догадках о причине неожиданной смерти Александры Николаевны и думал о том, как бы переговорить с Оксаной, чтобы узнать от нее все подробности, тишину разорвал телефонный звонок. Вологодский непроизвольно вздрогнул.

— Эдик, ты еще не спишь? — извиняясь за беспокойство спросил краевед.

— А-а, Юрий, это ты? Да, блин, уснешь, тут… Голова уже кругом идет от всего, — устало произнес журналист.

— Ну ничего. Сейчас она у тебя на место встанет, — произнес Тишляк. — Или вообще… Короче, заинтересовал ты меня своим, вернее, графским перстнем. Я тут перерыл кучу литературы. Ну не кучу, конечно, а то, что было. Но зато не зря. И есть, чем похвастаться. Вот мне и захотелось позвонить тебе прямо сейчас. Ты как, готов выслушать?

— Давай.

— Но, только договоримся сразу. История, это тебе, брат, наука непростая. Она, конечно, любит факты и только факты. Но… Один ученый скажет так, другой напишет опровержение и начинает доказывать свое.

— Что ты хочешь этим сказать? — не понимал краеведа Эдуард.

— А то, что я тебе сейчас изложу, ты можешь и не принимать «за чистую монету». Можешь со мной где-то и поспорить, в чем-то даже не согласиться. А если скажешь, что я не прав, тогда просто выслушай все это, как занимательную историю на ночь.

— Давай, валяй уж. Чего ты цену-то себе набиваешь? — приготовился слушать Юрия, журналист.

— Да не набиваю я ничего. Скажи мне, ты про Екатерину что-нибудь помнишь?

— Императрица, Екатерина Вторая, она же — Великая, немка по происхождению. В восемнадцатом веке приехала из Европы в Россию, с целью выйти замуж за русского царевича Петра Третьего.

— Да, не густо. Но, на твердую троечку, потянет. А теперь послушай небольшую предысторию. Вернее, экскурс в историю… — начал свой рассказ краевед:

— Итак, начну с конца. А именно с того, что, как утверждают некоторые ученые-биографы, смерть Екатерины Второй является самой таинственной и загадочной в истории Государства Российского.

Некий монах Авель, предсказал Императрице ее кончину, аж за восемь месяцев до этого трагического события. Екатерина Вторая никогда не верила магам и гадалкам. Свою неприязнь к разного рода суевериям она начала испытывать с пятнадцатилетнего возраста. Точнее, по приезду в Россию. Ее тогда приняли с распростертыми объятиями, но сначала повели на осмотр к известной колдунье. И та, осмотрев девочку, сказала, что на иностранке порчи нет. Тем самым, дав разрешение допустить свою пациентку в покои Петра Третьего, будущего мужа Екатерины.

С тех пор Императрица возненавидела всех магов. Она считала их фокусниками и проходимцами. И в своем дневнике, который она вела на протяжении всей своей жизни, сделала такую запись: «Больше ни один колдун не подойдет ко мне близко». Но магия и пророчества будут ее преследовать до конца…

Не успокоившись от пророчества «глупого» монаха Авеля, Екатерина захотела еще раз встретиться с предсказателем. А когда он, глядя в лицо важной посетительнице, еще раз повторил свой «приговор», добавив к нему точную дату смерти Императрицы и даже указав время суток, она выслушала его внимательно и спокойно.

А после велела страже схватить колдуна и бросить его в казематы. Екатерина Вторая не поленилась и туда прийти к заключенному. Она хотела, чтобы монах отрекся от своих слов. Но мужчина был непреклонен. Он, смело взглянув женщине в глаза, в ответ лишь только прогремел цепями. Императрица, схватив висящий на стене факел, поднесла его к груди узника. Языки пламени коснулись тела несчастного, но он, крепко сжав зубы, не издал ни одного звука.

И тогда, в ярости, Государыня накричала на предсказателя. И, наговорив ему грубые слова, ударила ладонью по лицу. По ее приказу, колдуна заточили в Петропавловскую крепость на пожизненное заключение.

А вечером в своем дневнике Екатерина записала о монахе Авеле: «Этот холоп, посмел мне (!) Императрице, сказать, что через восемь месяцев я умру… Посмотрим, кто из нас проживет дольше».

Ты, Эдик, как журналист, наверное, помнишь, что в восемнадцатом веке существовало понятие «слово и дело». Ну, то есть, если кто-то, что-либо, кому-то говорил, то его слова не являлись пустым звуком. Говоря современным и доходчивым языком, люди «за базар отвечали». Вот, откуда, скорее всего, это и перешло в нашу жизнь. Но ты, как филолог, в этом должен лучше меня соображать. Ладно, слушай дальше…

Императрицу насторожили слова монаха. Но она, повторюсь, не верила в силу магии и прочую ахинею. И не забивала себе этим голову. Екатерина хотела стать русской царицей. Для этого она досконально изучала русский язык и культуру, приглашая для себя лучших учителей. И хотела быть счастлива в любви к Петру Третьему. Но здесь ее ожидало разочарование.

Императрица стала замечать, что ее муж к ней охладел. У супруги появились сомнения: а любима ли она? И вскоре Екатерина узнает, что у Петра Третьего есть любовница — колдунья Елизавета Воронцова!

Заметь, Эдик, сколько колдунов и магов окружало Ее Величество!

Обманутая жена, опять садится за свой дневник: «Я никогда раньше не верила в потусторонние силы. Но сейчас знаю, что мой муж — колдун!».

Отношения с Петром Третьим особенно сильно стали портиться после того, как свекровь Императрицы, тоже колдунья, Наталья Разумовская, подговорила свою служанку. Девушка обманным путем пробравшись в спальню к спящей Екатерине, срезала с ее головы локон и тайно передала его Разумовской. Колдунья, взяв ножницы, покромсала волосы на мелкие кусочки и рассыпала их в царских покоях.

А когда Государыня каким-то образом узнала о злодеянии, то тут же велела казнить свою ненавистную свекровь. Но этим она не исправила свое положение в обществе и не решила личные проблемы. Только лишь, усугубила ситуацию, навредив себе и нажив врагов в ближайшем окружении. А главное, навсегда оттолкнула от себя Петра Третьего.

При дворе было много людей, кому Ее Величество своим присутствием мешала спокойно жить. И каждый из них желал царице скорейшей смерти. Специалисты по черной магии принялись сживать со свету Императрицу, стараясь осуществить свои злобные замыслы.

А это, Эдуард, тебе не шуточки! В наше время это, конечно, кому-то может показаться смешным. А тогда… Ну представь себе: маг вызывает в свое подчинение духов зла. И читает примерно такое заклинание:

«Вызываю дух и волею своей заклинаю и оставляю в свое подчинение на один час земного времени.

Араам, Арогул, Арогам, Исайя, кровь красная, земля черная, вода цвета не имеет. Так и ты, дух, не имей своей воли на этот час. Аминь».

Жутко! Поэтому Екатерина Великая была не на шутку напугана, но виду не подавала. А ведь испуганная жертва — наполовину пойманная. И убитая. Сейчас объясню, почему.

Страх наказания, часто бывает для человека мучительнее самого наказания. Вспомни, приговоренных к высшей мере. А ужас перед возможной болезнью или гибелью может стать причиной настоящей болезни и даже смерти. Медики это называют «эффектом антиплацебо». Страх вызывает резкое изменение состояния организма, в кровь выбрасываются гормоны, которые изменяют физическое состояние человека. И вследствие этого в дальнейшем может измениться работа мозга и сердца. Что нередко и приводит к трагическим последствиям.

И тут у государыни созрел план мести своим обидчикам…

— Вот скажи мне, Эдуард. Если бы ты узнал, что твой муж уже не любит тебя и нагло изменяет. Как бы поступил в таком случае? — пошутил Юрий.

— Что? А-а… Да, убил бы, неверного… И дело с концом.

— И я о том же, — продолжал краевед. — За измену мужа, да еще и с кем? С колдуньей! Ее Величество приговаривает Петра Третьего к смерти! И подговаривает для этого графа Алексея Орлова, убеждая его, чтобы он убил «предателя».

Но после смерти мужа жизнь у обманутой женщины не стала лучше. А если и стала, то ненадолго. Чтобы как-то залечить душевную рану, вдова завела себе фаворитов. Их было в общей сложности — двадцать три. На эту тему написано немало книг и снято много различных фильмов. Включая, даже, низкопробные. Ты понимаешь, что я имею в виду. Но это ладно.

Нас сейчас из всех любовников императрицы интересует пока только — князь Григорий Потемкин. С ним у Ее Величества закрутился бурный роман. Но, как говорится, ничто не вечно под луной. И впоследствии фаворит отверг любовь Екатерины Второй, а, проще говоря, тоже предал ее.

Матушка-Государыня совсем потеряла голову. И вновь обратилась к столь ненавистной для нее магии. Екатерина хотела любой ценой и во что бы то ни стало вернуть любовь князя. И заставить Потемкина снова полюбить Императрицу. Для нее это было не только зовом сердца, но и делом чести!

Царица пришла к известной гадалке — Варваре с просьбой о помощи. И объяснила, что ее волнует. Не боясь посвящать в свою личную жизнь постороннего человека, Екатерина надеялась, что, чем откровенней она будет с этой женщиной, тем будет лучше. Но колдунья не стала обманывать вдову, а, тем более, зря ее обнадеживать. И сказала правду: ничего утешительного для столь важной гостьи. Но Императрица не обратила особого внимания на «пустые, ничем не подкрепленные словечки».

И тогда, колдунья вынуждена была испытать судьбу, прибегнув к другому гаданию. Женщина решительно раскинула на столе перед Государыней, карты.

Она несколько минут перекладывала их по одной, с места на место, при этом что-то нашептывая. А затем резким движением ткнула указательным пальцем в ту, которая оказалась в середине стола… Государыне выпал — «Всадник в черной одежде».

Варвара сбросила карты на пол и, встав из-за стола, подошла к иконам. Она помолилась, что-то бормоча себе под нос. А потом, вдруг обернувшись к царице, тихо сказала: «Будь осторожна, Матушка. К тебе приближается смерть. Я бессильна, что-либо сделать. Молись и Господь отпустит тебе все твои прегрешения».

Императрица спокойно выслушала свой приговор. Ни один мускул не дрогнул на ее лице. Она, бросив на стол гадалке мешочек с золотыми монетами, спешно вышла на улицу. По дороге во дворец, Государыню преследовали слова колдуньи и вспоминался запах воска, ладана и сушенных трав.

После своего неудачного визита к Варваре, Екатерина вновь объявила войну всем колдунам. Казалось, она не понимала, что делала, тем самым, все больше и больше приближая свою смерть.

Еще одну неприятную весть сообщила императрице Варвара. У Григория Потемкина есть любовница. Жена самого графа Калиостро!

Екатерина Великая снова столкнулась с изменой! Как она уже устала от всего этого!

«Что из себя представляет этот Калиостро? Кто он такой? Я прикажу выдворить его из России!» — решила Государыня.

Граф Калиостро, кроме всего прочего, в конце восемнадцатого века был известен, как творец чудес и невероятных вещей.

Однажды, он продемонстрировал совершенно фантастический трюк. Вернул к жизни новорожденного ребенка, который в течение часа (!) не дышал. Граф лишь легким движением руки провел вдоль тела младенца. А когда колдун медленно убрал руку, то ребенок, тут же открыл глаза и заплакал! Не понятно было желание Калиостро помогать младенцу. То ли он тем самым хотел продемонстрировать свои фантастические способности, или просто сжалился над новорожденным.

Но прикинь, Эдик, это же полностью противоречит не только законам медицины, но и человеческого разума. И если бы этот факт не был историческим, я бы о нем даже и не упомянул!

Хотя, чему тут удивляться? А Копперфильд какие трюки показывает в наше время? Вспомни исчезновение Статуи Свободы и целых вагонов…

А другой, не менее ошеломляющий фокус, граф Калиостро проделал уже в трактире, на глазах у изумленной, почтенной публики. Он взял у Потемкина сто золотых монет и, разложив их на столе, вмиг превратил в триста! Публика была шокирована. А князь Потемкин на радостях, за свой счет, сразу же всем велел подать вина!

Говорят, в то время у Калиостро был элексир вечной молодости! И это тоже нельзя ни утверждать, ни отрицать!

Граф Калиостро, скорее всего, догадывался о том, что его жена изменяет ему с Григорием Потемкиным. Но не обращал на это никакого внимания. Или только делал вид, что измена супруги его не волнует! А может быть, граф таким образом хотел нанести очередной удар по самолюбию царицы?

И уже в который раз Екатерина Вторая опять-таки обратилась к потусторонним силам. И снова она пошла к прорицателю Логину Трифонову, он же провидец — Кочкарев. Позже этот колдун предсказал Государыне неминуемую войну в России, в тысяча восемьсот двенадцатом году. Но сначала, ее неизбежную, скорую смерть, в ближайшем будущем! Но Императрица не сдавалась, она не хотела, просто не могла поверить в свой, столь быстрый конец.

И вновь Екатерина засела за написание личного дневника, который, на протяжении всей ее сознательной жизни являлся для царицы лучшим другом.

И на его странице появилась очередная запись: «Что же это за страна такая, Россия? Здесь живут одни безумцы…»

А через несколько дней у нее заболели суставы. И опять дневник коснулась рука Императрицы. Она написала:

«Неужели, этот поганый холоп Кочкарев, меня сглазил? Я не верю этому, я хочу жить…»

Юрий немного помолчал в трубку и, словно набравшись сил, обратился к журналисту:

— Я тебе говорил, что у Государыни было много фаворитов. Екатерина Великая была любвеобильной женщиной. И даже впоследствии стала героиней различных фильмов на эту тему. Но это все кино. А в жизни получилось так…

Вполне возможно, что одним из фаворитов Императрицы мог быть и граф Данила Митрофанов. Достаточно богатый человек, пользующийся уважением в обществе. Что именно между ними было, можно только предполагать, потому как у меня нет точной информации на этот счет. Но зато могу утверждать смело: граф очень любил Екатерину и переживал за нее. Ему хотелось, хоть что-нибудь сделать для своей дамы сердца, во имя спасения ее души. И он кое-что придумал.

По его просьбе неизвестным мастером восемнадцатого века был изготовлен — перстень. С виду — достаточно простой, обыкновенный, невычурный, хоть и из золота. Но… Он был задуман, как подарок для Государыни! И, главное, должен был помочь Императрицы наладить ее жизнь. И избежать приближающейся к хворой женщине беды. Потому что перстень был магический. Только он мог снять с царицы все проклятия. Сейчас трудно точно установить, кто именно его изготовил. Но то, что к нему приложил руку великий мастер и чародей, это бесспорно.

Я не думаю, что им мог оказаться монах Авель. Ведь Государыня была его злейшим врагом. А может быть, это Логин Трифонов использовал все свое мастерство мага и колдуна? Тоже неизвестно. Хотя для этого он должен был, кроме всех своих качеств, обладать талантом тонкого ювелира.

А раз граф Митрофанов являлся фаворитом императрицы, то, естественно, он должен был знать и Калиостро. И последний, тоже мог стать творцом магического перстня, приложив свои силы провидца.

Мастер, кстати говоря, скорее всего и не догадывался о том, что дорогой подарок предназначается столь важной персоне. Ведь заказчик попросил сделать на внутренней стороне перстня, вензель: «Г.Д.М.», Граф Данила Митрофанов.

Таким образом, он хотел оставить в памяти своей дамы сердца неизгладимый след о себе. Поэтому-то перстень и назван именем графа, а не той, для кого был предназначен. И уж тем более, не именем его мастера.

Как только перстень оказался в руках фаворита, мужчина сразу же примчался во дворец. Он застал Государыню за рабочим столом, около раскрытого дневника, с пером в руке. Царица отрешенно смотрела вдаль и никак не отреагировала на появление гостя.

Затем она медленно развернулась в его сторону и вопросительно взглянула в лицо фаворита. Глаза Екатерины выражали усталость и измотанность от тяжелого недуга.

Граф Митрофанов опустился перед ней на одно колено и протянул Императрице свой подарок.

— Что это, граф? — спросила она удивленно.

— Этот магический перстень — последняя надежда во спасение души твоей, Государыня. Прими его в дар от меня. И ты сразу же почувствуешь, как тебе станет легче. Отступит хворь и все враги твои — будут повержены.

Екатерина повертела подарок в руках, поднесла его к глазам, словно что-то внимательно рассматривая. И вдруг, в сердцах, бросила украшение на пол:

— Чушь, это безумие! Россия в опасности! Ее народ — сплошные колдуны, злые люди да холопы. Ненавижу! Забери это! А сам поди прочь!

В расстроенных чувствах граф Митрофанов ушел от любимой им женщины. Это была их последняя встреча…

В конце октября тысяча семьсот девяносто шестого года у Государыни стали сильно опухать ноги. Лучшие ее лекари только разводили руками. Они не могли понять причину болезни Императрицы. И не знали, чем помочь умирающей.

Единственным утешением для царицы служили ее записи. Она перелистывала дневник, страницу за страницей, и пыталась понять: «В какой момент нечисть проникла в нее? И довела до смертельной болезни».

Дни Екатерины Великой были безжалостно сочтены. До назначенного монахом Авелем срока оставалось всего три дня! Обреченной не хотелось верить в правоту его предсказаний. Она стала тяготиться грустными мыслями.

Историки утверждают, что Императрица всю свою последующую жизнь, после смерти мужа, очень жалела, что организовала заговор против Петра Третьего.

И как сейчас можно отрицать то, что если бы Екатерина Вторая в свое время не отказалась бы от магического перстня графа Данилы Митрофанова, а приняла бы его в дар, то сохранила бы себе жизнь?

А это, Эдуард, несомненно, повлияло бы на весь дальнейший ход истории в целом и, в частности, на судьбу Государства Российского»…

Надо ли говорить, что журналист, после разговора с Тишляком и всех предыдущих переживаний долго не мог уснуть? А когда он все-таки оказался во власти сновидений, его мозг усиленно обрабатывал всю недавно полученную информацию. И она вылилась в невероятный сюжет…

…Императрица сидела за своим столом и что-то писала. К женщине, со спины, медленно, словно рискуя помешать, подошел какой-то мужчина и протянул ей перстень. Императрица не спеша развернулась к гостю и внимательно посмотрела на него. А затем в гневе закричала: «Как ты посмел, граф Данила, дотронуться до перстня и похитить его у меня? Теперь ты обречен. Тот, кто попытается неправдой завладеть этим украшением — умрет…»

Граф в замешательстве попятился. И, оказывается, что это уже вовсе ни Данила Митрофанов, а сельский парень — Шрек.

А Императрица вдруг перевоплощается в Оксану Селиванову. И она говорит Шреку: «За свое злодеяние ты мне отдашь свою жилплощадь».

Парень куда-то неожиданно теряется, словно растворяется. А Оксана, за секунду постарев, становится какой-то незнакомой женщиной, неопределенного возраста, в платке, закрывающем лоб, и в длинном платье до пят.

Перед ней — стол с горящей свечой. И женщина приглушенным голосом произносит:

— На море, на океане, на острове Буяне стоит железный сундук, в сундуке лежат бичи, ножи булатные, иглы острые, пойдите вы, ножи булатные, иглы острые, бичи сыромятные, к тому, кто покрал, чтоб не спрятал, не утаил и не продал то, что украл у ясновидящей. Будь ты, вор, проклят моим сильным заговором в смолу кипучую, золу горючую, в тину болотную, в плотину мельничную, в дом бездонный, в кувшин банный, прибит к притолоке осиновым колом, иссушен суше травы, заморожен пуще льда. По слову моему окривеешь и охромеешь, ошалеешь и одуреешь, одервенеешь и обезручишь. Гореть тебе в огне заживо, как полену! Словом моим оголодай и отощай, слезами заливайся, в грязи изваляйся, с людьми не смыкайся и не своею смертью умри. Аминь.

И замолчав, женщина резко задула свечу…

Но, вместо кромешной темноты, комнату вдруг наполнил свет начала дня и Эдуард понял, что проснулся.

Он посмотрел на лежащий на столе магический перстень и почувствовал неприятный осадок на душе, после кошмарного сна. Но тут журналиста словно осенило.

Вологодский решил зайти в Дом Быта «Рахат», находящийся рядом с Цумом, и показать там мастерам ювелирного дела свою находку. Конечно, всех подробностей о появлении у него таинственной вещицы Эдуард никому говорить не станет. А наоборот, сам очень надеется получить от специалистов по золоту любую, хоть какую-нибудь информацию о перстне. Главное, нужно узнать: действительно ли, он старинный? А уже потом о его приблизительной стоимости.

Журналист поднялся на нужный этаж и, пройдя по длинному коридору, нашел дверь с небольшой табличкой. Она указывала на то, что здесь работают мастера по ремонту ювелирных изделий. Вологодский вошел в небольшое помещение и увидел сидящего за столом мужчину средних лет. Он выполнял какую-то работу, пользуясь, как часовщик, миниатюрными инструментами: щипчиками, молоточком и еще чем-то, вроде шила, только с изогнутым концом. Мастер был настолько увлечен своим делом, что даже не посмотрел на очередного клиента.

— Здравствуйте! Можно у вас поинтересоваться? — обратился Эдуард к ювелиру. Мужчина сразу же отложив лупу в сторону, внимательно глянул на Вологодского. — У меня есть вот этот перстень. И я бы хотел у вас, как у специалиста, узнать о нем все, что возможно.

Ювелир, вытерев руки о лежащее в столе полотенце, взял у клиента украшение. И надо отдать должное, что мастер хоть и недолго, но достаточно внимательно его рассматривал. Он разглядывал перстень через лупы, поочередно беря то большую, то поменьше. И прежде чем, что-либо сказать клиенту, даже положил ювелирное изделие на маленькие весы.

— А что именно вы хотите услышать от меня? Это самый простой перстень. Вернее, медяшка. Игрушка, можно сказать. Такие сейчас носят все, кому ни лень, каждый второй. Понты колотят, типа дорогой, золотой. Правда, ваш с золотым напылением, но все равно…

А если хотите получить более точное заключение, например о процентном соотношении металлов и их качестве, то оставьте его. Я сделаю анализ и потом вам скажу. Только за это надо заплатить. Вот перед вами прейскурант цен.

Вологодский был потрясен услышанным, но решил не сдаваться:

— Нет, спасибо, пока не нужно. Мне достаточно того, что вы уже сказали. Тогда хотелось бы узнать, сколько этому перстню лет? Хотя бы, приблизительно. Ну в смысле, когда его изготовили. Пятьдесят лет назад или сто? Вы можете навскидку сказать?

— Шутить изволите, молодой человек? — усмехнулся мужчина. — Я вам не примерно, а абсолютно точно скажу. Этой безделушке, от силы…, ну лет десять. Не больше. А почему это вас интересует?

Мастер заметил, как клиент переменился в лице.

— Да? — не поверил Эдуард. — Не более десяти?

— А вы, что думали? — И тут ювелир снова, взяв уже большую лупу, уставился на перстень. — Что он, быть может, дорогой? Так, смею вас заверить, ему красная цена — тысяча тенге. Две уже никто не даст. Хотя, как предлагать будете. Я бы, например, и даром не взял…

— Да нет. Продавать я перстень вовсе не собираюсь, — возразил журналист. Просто хотел узнать, представляет ли он собой какую-нибудь ценность: например, историческую или художественную.

— Увы, нет, — разочаровал клиента мастер и обратился к вошедшей женщине. — Вы ко мне? Что у вас?

Эдуард понял, что разговор окончен и нерешительно отошел в сторону.

«Что за чертовщина получается? Быть того не может! Хотя нет. А на что я надеялся? Вот так сразу и напасть на след утерянной исторической реликвии?» — Вологодский уже направился к выходу, но тут…

— Мужчина, подождите! — это снова раздался голос мастера.

Эдуард вопросительно посмотрел на ювелира.

— Вы знаете, — сказал тот, — разрешите, я еще раз взгляну на вашу вещицу.

Журналист обрадованно подал перстень специалисту.

— Что-то я тоже заинтересовался этим изделием, — мастер снова взял в руку лупу. — Оно хоть и не дорогое, но и не такое уж простое, как мне показалось, поначалу. Дело в том, что вот здесь, видите, на так называемой площадке, вместо каких-нибудь возможных камешков или отделки из драгоценных металлов, к примеру, платины, есть знаки. И я уверен, что это не простые рисуночки, подобные тем, что частенько украшают печатки, купленные на базаре, и другую подобную кустарщину. Это тайные знаки!

Подобные геометрические фигуры использовали мастера восемнадцатого века и наносили их по индивидуальным заказам богатых клиентов, важных персон, тем самым придавая своим работам магическую и энергетическую силы. Секреты этих умельцев уже давно утеряны. И современные специалисты их не могут разгадать.

Я сейчас, конечно, в чем-то могу и ошибаться. Но у меня дома есть каталог, по которому я постараюсь, если захотите, достаточно точно установить значение данных изображений. Но дело даже не в этом, а в другом.

Я где-то слышал, правда, не знаю, насколько это достоверно, что, якобы, у самой Екатерины Второй был когда-то перстень с подобными знаками. Так вот, а ваш, между прочим, сделан очень умело и аккуратно. Тонкая работа. Над ним видно постаралась рука хорошего, настоящего мастера. И я подумал, а что если он и есть, достаточно точная копия известного раритета? А вдруг какой-нибудь современный мастер нашел где-нибудь описание подлинника? Его изображение, наконец, фотографию в Интернете. Да и изготовил для себя подделку. А может и не для себя… а?

Журналист, поблагодарив ювелира за консультацию и обменявшись с ним номерами телефонов, вышел на улицу. После посещения этого специалиста вопросов в поиске графского перстня только прибавилось. И Эдуард хотел не торопясь все обдумать. Он присел на рядом стоящую скамейку и достал загадочную вещицу.

«Так вот ты какой, северный олень! Значит мне удалось найти не перстень графа Митрофанова, а, судя по всему, лишь только его точную копию. И, причем, очень хорошего качества… Ну этого и следовало ожидать! Раскатал губу на историческую ценность, которая, наверное, охраняется потусторонними силами. Но, с другой стороны: мне повезло хоть в том, что я теперь ясно представляю, как выглядит подлинник времен Екатерины Второй. Вот только где он? У кого?

И был ли он вообще у ясновидящей тети Груни? Судя по всему, нет! Иначе бы дочка потомственной ведуньи вмиг заявила бы о его пропаже. А этот неожиданный пожар в доме, где ночевал Шрек с друзьями? Как его объяснить? Месть магического перстня или действие заговора? Но ведь Шрек украл всего лишь копию? Может быть, поэтому, он и не сгорел, а всего лишь пострадал? Тогда почему, по каким-то непонятным причинам скончалась Аграфена Абрамовна? Что это, совпадение? Да… Вопросов много — ответов ноль. — Вологодский встал со скамейки и направился домой. Он не знал, что ему теперь делать. На работе он, вроде бы, еще числится в отпуске. — Может быть, стоило бы еще раз съездить в деревню, к дочери тети Груни? Да, сейчас, похоже, не время. На носу — Новый год. Сама ясновидящая умерла, а ее дочь беспокоить пока не следует.»


предыдущая глава | Перстень графа Митрофанова | cледующая глава