home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1

Марго торопилась, возвращаясь на съемную квартиру. Ее там с нетерпением ждала Оксана, которая и помогла девушке однажды найти эту жилплощадь. И еще Марго очень хотелось приехать туда до того, как проснется Светка. Поэтому она, чтобы не терять попусту время, воспользовалась услугами такси. Девушка была довольна тем, что ей удалось достаточно быстро и без эксцессов распечатать фотки. Оксана направила ее в один из фотосалонов, каких на проспекте Шакарима, центральной улице города, немало. В нем Марго спросила Сергея, который без лишних вопросов, только лишь прочитав переданную ему пояснительную записку, сделал по пять копий с каждого кадра и записал всю информацию на дискету.

— Передавайте Оксане привет, а также все это. И будьте поосторожнее с дискетой, не сломайте, — попрощался с девушкой фотограф, считая, что теперь они с Оксаной — квиты.

Однажды Сергей, пользуясь ее услугами в сауне, не полностью с ней расплатился. Деньги не подрассчитал, их чуть-чуть не хватило. Но жрица любви его успокоила, сказав, что земля круглая и если ей понадобится фотограф, то девушка сама его найдет. И записала номер телефона Сергея в записную книжку своего мобильника.

Марго, подъехав к дому и отпустив такси, поднялась на нужный этаж и нажала кнопку звонка около двери.

— Кто там?

— Ксюха, это я. Марго.

— Давай, заходи быстрее. Все о'кей? Привезла фотки? — не дожидаясь ответа, и пока девушка снимала в коридоре обувь, Оксана вытащила из ее сумочки пакет со снимками и быстро стала их смотреть.

— Да-а, блин. Фотки получились качественнее, чем на дисплее цифровика и лучше, чем я ожидала. Прямо порнуха настоящая, причем тяжелая. Статейка за такую работу, светит как в небе звезда. Она хоть и не расстрельная, но подумать о жизни времени хватит. Мало не покажется — сказала сама себе Оксана. И вопросительно посмотрела на девушку:

— Марго, хочешь кое-где посидеть и подумать?

— А? Подумать? Это где, в сортире что-ли?

— Ты правда такая дура или прикидываешься? — Оксана уже начинала злиться. Ну нельзя же на свете тупой быть такой! — Изготовление и сбыт продукции порнографического содержания карается по закону! Тебя как больше устраивает — по закону или по совести?

— По-совести — пробурчала Марго, выражая большими круглыми глазами полное недоумение.

— А, по совести… Ишь какая совестливая отыскалась! А раз так, то, как раздашь все конверты кому следует, то сразу же про них забыла! И я об этом ничего не знаю. Усекла?

— Ага.

— Ну и чудненько. Ладно, у тебя есть еще минут пятнадцать, пошли на кухню. Там в холодильнике немного водки осталось. Нам надо с тобой нервишки успокоить. И ты мне поподробнее расскажешь, что вы тут учинили, когда я с муженьком уехала. Кстати, ты сильно пьяная была? Что-то по тебе не скажешь. Или успела протрезветь?

— Ксюха, ты же меня знаешь. Я ведь не так пью, как эти мужики, мать их. Одно название, что сильный пол.

— Ну-ка, ну-ка. Поделись со мной своим секретом, — заинтересовалась Оксана.

— Да ты его знаешь, скорее всего. Я в сауне всегда так делаю. Сначала вместе с клиентами пью, сколько в них влезет. Потом, они чаще всего «с катушек», а я в сортир: два пальца в рот…, умылась — и как огурчик. И пока перебравшие дяди собираются с мыслями, их время заканчивается и всё! Айда-те, господа хорошие, по домам. А деньги вперед — уже заплачены.

«А девочка-то совсем ведь не такая уж и простая сволочь, как кажется. Просто тихоней прикидывается, понтуется», — подумала Оксана.

— Мо-ло-дец… А потом эти толстосумы лезут в свои лопатники, а там — дырка от бублика. Правильно я поняла?

— Ой, что ты, Оксаночка! Как ты можешь так думать? — засуетилась Марго и даже опрокинула на столе рюмку водки.

— Да, ладно. Чё ты? Мы же свои. Давай рассказывай мне про ночные дела, да дуй в больницу.

— А, ну, да — и девушка залпом выпила, вновь наполненную «огненной водой» рюмку. — Ну короче. Когда вы уехали…

Марго со своим другом вернулись в квартиру. И не успев закрыть за собой дверь, девушка сразу же кинулась на шею Хруни, упираясь в него своей пышной грудью и давая этим понять, что у нее есть серьезные намерения.

— Ты, чего? — освобождаясь от девушки, спросил Вадик. — Забыла что ли, что там Светка спит? Мы должны еще выполнить задание Оксаны!

— А. Ну конечно! Совсем вылетело из головы. Тебя же ждет секс с таинственной незнакомкой!

— Да брось ты издеваться. Бери фотик, пока я еще совсем не опьянел. А то и так крыша едет. Да и спать очень хочется, — и Хруня направился к дивану, на котором под простыней безмятежно спала, под действием «морса», Светка.

— Ну, давай, начинай, — подбодрила его Марго и сделала пробный кадр.

— Что, прямо при тебе?

— Хруня, ты странный какой-то. Или чересчур скромный? Я как должна фотографировать? Сквозь стенку что ли?

Вадим нехотя подошел к дивану и откинув простыню в сторону, обнажил стройное тело девушки.

Затем он согнул ее ноги в коленях и развел их в стороны. Потом, стараясь не смотреть на Марго, освободился от своих брюк и лег сверху на Светку…

Фотоаппарат в руках у Марго защелкал со скоростью автомата Калашникова. Она делала снимки с разных сторон. И перед глазами Вадика молниями мелькали вспышки от фотоаппарата. Он закрыл глаза: «И так, блин, голова кружится, а тут еще такие светоэффекты».

Когда это недоброе дело было закончено, Хруня, встав с дивана, привел свою одежду в порядок, и прикрыл лежащую и вообще ни на что не реагирующую девушку простыней.

— Устал, солнышко? Садись — выпей, покури, — пригласила его за стол Марго.

Вадим, молча, выпил рюмку водки и затянулся сигаретой.

— Слушай, а классно у тебя это получилось! Ты прямо монстр какой-то! Нет — супермен. Аж мне страсть как захотелось, — затараторила сидящая за столом девушка, запивая водку оставшимся напитком.

Она видно ни на шутку возбудилась или только делала вид. И вытащив Хруню из-за стола, снова прижалась к нему, давая волю своим рукам.

— Ну что, парень? Есть силы на новые подвиги? — загадочно спросила Марго и, оставив Вадима стоящим посреди комнаты, вдруг резко расстегнула замок на своей короткой джинсовой юбке. А со следующим движением, небольшой кусок ткани и вовсе сполз с ее ног на пол, обнажив широкие бедра девушки, которые туго обтягивали узенькие трусики, скрывая под собой все ее прелести.

— Иди ко мне, — поманила она парня и легла животом на край стола, едва не попав грудью в тарелки с остатками еды.

Вадим, посмотрев на ее впечатляющий массивный зад, вдруг почувствовал у себя где-то внизу живота, точнее в паху — прилив новых сил. Он вплотную подошел к Марго сзади, положив руки на ее талию и потянул на себя…

«Что за ночь сегодня такая? То пусто, то густо! — Вадик снова привел в порядок свой внешний вид и вышел в ванную. Голова кружилась ни на шутку, его «штормило». И вообще парень думал о том, где бы приткнуться, чтобы до утра его никто не беспокоил. — Может быть, в зале на кресле?»

И тут он услышал, как из комнаты доносятся негромкие стоны и вздохи. «Господи! А это еще что? Неужели Светка проснулась?» — и Хруня, глянув из коридора в зал, увидел там — «интересное кино».

Марго, так и не одевшая юбку и трусики, сидела верхом на бедрах у лежащей без движений Светки. «Наездница» прогнулась в спине, отчего ее и без того нехилый зад казался еще крупнее. И обхватив свой затылок согнутыми в локтях руками, которые она широко развела в разные стороны, делала странные частые движения тазом. Словно у нее что-то, где-то сильно чесалось… «Тьфу, ты! Что эта «шалашовка» творит там непонятное такое?» — и Вадим, вернувшись на кухню, сел на стул и сразу же уснул…

— Все с вами ясно! Давай, Марго, хватит мне рассказывать сказки. Езжай скорее в больницу, пока Светка не проснулась, — прервала ее рассказ Оксана и проводила девушку до двери, взяв в руки мобильник.

«Теперь надо позвонить юристу, чтобы он был в курсе всего происходящего», — решила Оксана, набирая его номер. А когда услышала знакомый голос, то радостно сказала:

— Олежек, это я, твоя киска! У меня все идет нормально, как и планировали. Нет, Светка еще спит и ничего не знает. Хорошо, так и сделаю. А ты когда приедешь? В конце недели? Ладно. Буду ждать. Я так соскучилась, милый…

Девушка нажала кнопку сброса на телефонной трубке и посмотрела на лежащую подругу: «Когда она проснется-то? Уж не переборщила ли я с дозой? Да не дай Бог! Еще мокрухи мне тут не хватало». И слегка потормошила спящую. К счастью, Светка зашевелилась, глубоко вздохнула и медленно открыла глаза. «Ну вот и славненько — обрадовалась Оксана, садясь на край дивана, ближе к подруге. — Интересно, что там с Марго? Она уже в больнице или еще в дороге?».

А Марго, без труда найдя отделение кардиологии, открыла входную дверь, ведущую на этаж. Она спросила у кого-то из медработников, где найти завотделением, но к ней почему-то вышла старшая медсестра.

— Здравствуйте, вы что-то хотели?

— Мне бы увидеть заведующую отделением, — объяснила цель своего визита девушка.

— По поводу?…

— По личному вопросу.

— К сожалению, заведующая сейчас у главврача на планерке и будет попозже. Я чем-то смогу ее заменить? — предложила свои услуги старшая медсестра.

— Да, вполне, — согласилась Марго. — Вы знаете Бичеву Светлану?

— Ну, конечно! Это же наша сотрудница, медсестра. А в чем, собственно, дело? — забеспокоилась женщина. — Ее сегодня почему-то нет на работе. Раньше такого не случалось.

Марго объяснила, что они со Светкой подруги. Поэтому Бичева и попросила ее: «Зайди в больницу и скажи кому-нибудь из начальства, что я сегодня на работу не выйду».

— А еще, она поручила мне передать кому-нибудь из руководства вот это, — и подала старшей медсестре плотный, заклеенный конверт.

— Что это? — не поняла женщина.

— Я не знаю, что именно в нем, но что-то важное, это точно. Информация для вас или завотделением. Вообще-то, извините, но я очень спешу… — затараторила Марго и уже собралась было уходить, но…

Медсестра строгим голосом задержала ее:

— Одну минуточку, девушка. Мне надо взглянуть на содержимое конверта…

Только вдруг их разговор прервался. Они обе услышали как из отделения донеслось: «Старшая медсестра! Срочно пройдите в третью палату. Больному плохо…»

— Дождитесь меня. Я сейчас! — бросила на ходу женщина и быстро скрылась за входной двери отделения кардиологии.

«Фу, чуть не вляпалась в каку», — обрадовалась Марго и уверенным шагом, выйдя на улицу, направилась в главный корпус.

Территория областной больницы, достаточно большая, по сравнению с другими учреждениями такого типа. И надо отдать должное, что выглядит она относительно неплохо: ее со всех сторон окружают тополя, а вдоль ограды — густой подстриженный кустарник. Около корпусов разбиты клумбы с цветами и кое-где стоят скамейки. А между зданиями проложены неширокие асфальтированные дорожки. Почти все отделения этой больницы старого типа построек. Они сооружены примерно в одно время и имеют подземный ход, связывающий их между собой. Наверное, поэтому они и разбросаны беспорядочно и как попало. Так что человеку, находящемуся здесь впервые или бывавшему не часто, трудно сразу сориентироваться среди них, в поисках нужного отделения.

Девушка пошла по ведущей из отделения кардиологии дорожке, отметив ее чистоту и полное отсутствие под ногами возможного мелкого мусора, наподобие обгоревших спичек или окурков. Марго залюбовалась цветами, от которых шел нежный аромат. Они теснились в клумбах по обеим сторонам от прохожих, придавая им свои видом хорошее настроение. Немного задумавшись, девушка совсем неожиданно для себя вышла к широкому крыльцу главного корпуса областной больницы. В этом убеждали всех посетителей две большие вывески на казахском и русском языках, висевшие на стене здания с правой и левой стороны.

В большом просторном помещении, куда попала Марго, было чисто и тихо. Во всем чувствовалась атмосфера, скорее всего, офиса, чем медицинского учреждения. К тому же рядом, с высокими двойными дверями, за маленьким столиком, сидел с важным выражением лица охранник, одаривая каждого посетителя пристальным, но пустым взглядом.

— Вы к кому, девушка?

— Здравствуйте! Подскажите, где можно оставить благодарственное письмо на имя главврача от пациентов больницы? — поинтересовалась девушка и внимательно окинула взглядом все помещение, в котором по углам могли быть развешаны видеокамеры.

Блюститель порядка указал ей на небольшой красный ящичек на дальней стене, который мало чем отличался от почтового, что были сплошь и рядом развешаны на улицах, в старые добрые времена. Только этот был обшит материей и имел пломбу на коротенькой веревочке. А в небольшом белом кружочке, который сразу бросался в глаза и замечался издалека, тоже красного цвета — крест. На ящичке была сделана надпись: «Для сбора жалоб и предложений от пациентов больницы». А чуть ниже, помельче, приписано: «Администрация гарантирует, что ни одно ваше письмо не останется без внимания главного врача».

Марго вытащила из сумочки точно такой же конверт, который чуть раньше передала старшей медсестре и, нащупав щель на верхней крышке красного ящичка, сбросила письмо. Девушка услышала как оно глухо ударилось о его фанерное дно. Попрощавшись с охранником и узнав, что Светкиного хахаля, водителя Ивана Усова, сейчас можно найти на хоздворе или в гаражах, поспешила поскорее выйти на улицу, от греха подальше.

Хоздвор состоял из мастерских и гаражей на несколько автомобилей, включая и служебную машину главного врача. Эта немаленькая территория с многочисленными открытыми и запертыми дверями и воротами была огорожена невысоким заборчиком с узенькой калиткой.

«Хорошо, хоть здесь нет охраны», — подумала Марго, понимая, что она входит во двор не с главных ворот.

Первое, что увидела девушка, это стоящую недалеко от нее беседку, в которой сидели несколько рабочих в спецовках. Они курили и о чем-то громко разговаривали. Марго издали спросила у одного из них про водителя Усова. Надо сказать, что ей и в этом случае крупно повезло — водитель оказался на месте и был где-то в гараже.

— Подождите, он сейчас подойдет, — сказал девушке мужчина, ходивший вызывать Ивана.

Светкин кавалер не заставил себя долго ждать. Вскоре, перед Марго появился достаточно приятной внешности, лет тридцати пяти, водитель главврача. «А что, неплохой парнишка! Выглядит цивильно, чистенький. И прикид на нем, что надо. Сразу видно — начальника возит. Везет же Светке с любовником! Хотя… После того, как этот джентльмен увидит кое-какие фотки, то парочка, скорее всего, сразу расстанется. И Ванечка, наверное, будет сильно расстроен. Может мне его успокоить?» — размышляла Марго.

— Доброе утро. Это вы меня спрашивали?

— А вы будете Иван Усачев?

— Да. А что?

— Скажите, вы знаете Бичеву Светлану? — отвечала девушка вопросом.

— Свету? — переспросил Иван. — Ну, конечно. Это медсестра из кардиологического отделения. А вы кто?

— Я ее подруга. А она — ваша. И мне велено кое-что вам передать от нее, тет-а-тет.

Последние слова Марго произнесла нарочито погромче. И мужчина, оглядываясь на беседку, где сидели его коллеги по работе, взял девушку под руку и отвел ее в сторону.

— Слушаю вас, — сказал Иван. И в его интонации уже чувствовалась раздраженность, которую не могла не заметить Марго.

— Да вы не беспокойтесь. Света сама не смогла с вами встретиться. Ну и попросила меня отнести вам этот конверт. Он очень личный… — пояснила девушка. — Поэтому, ознакомьтесь с его содержимым. А мне надо идти…

Иван посмотрел на заклеенный конверт, ощутив его толщину, и еще раз оглянулся на беседку. Мужчины все так же сидели, как и несколько минут назад, не обращая на их разговор никакого внимания. А может быть только делали вид?

И тут Иван заметил, что Светиной подруги, с которой он только что говорил — уже нет! «Что за ерунда?» — подумал он, пытаясь оценить ситуацию. Со Светой они не встречались уже месяца полтора. А мельком виделись дня три назад, и то, чисто случайно. Она при встрече тихо поздоровалась, мило улыбнувшись, и поспешила по своим делам. А раньше все было по-другому. Всегда остановится, они поговорят и запланируют на какой-нибудь день их новую встречу, такую долгожданную для обоих и многообещающую. И тогда Иван начинал думать, где бы им уединиться. А сейчас Света похоже действительно хочет порвать с ним отношения и специально его избегает. «Может быть, у нее кто-нибудь появился? — мужчина терялся в догадках. А тут еще какой-то конверт, который ему принесла непонятно кто! — У Светки сроду не было подруг, тем более близких. Иначе я знал бы об их существовании.»

Пока главврач проводил планерку с заведующими всех отделений, и в ближайшее время никуда ехать не собирался, его водитель зашел в гараж и открыв дверь закрепленного за ним автомобиля, сел поудобнее в кресло. Он с нетерпением оторвал правый край конверта. В нем лежали какие-то фотографии. Почувствовав что-то нехорошее, Иван медленно стал рассматривать их, одну за другой. Снимков было около десяти, и на каждом из них — Светлана, его добрая подруга и девушка, которая ему очень дорога. Но… фотографии были непростые. На первых двух девушка во время какого-то застолья заснята вместе с мужчиной, причем с разными. Один из них примерно ее ровесник. Ну и что из этого? А вот на остальных… Его подруга лежала на диване, но только…

«Что это за гадость? — у Ивана перехватило дыхание, и учащенно забилось сердце. Он нервно закурил прямо в машине, хотя шеф этого ему не позволял. Мысли полетели одна за другой. Но все они путались, и мужчина не мог сделать никакого вывода из всего увиденного. — Если Света действительно хочет со мной расстаться, то почему именно таким, нелучшим способом? Решила показать, что у нее есть другой мужчина, а мне тем самым сделать удар ниже пояса? Сво-лочь. А если нет и это подстава? Как в дешевом сериале. Тогда на кого она рассчитана? Понимаю, если бы нас с ней вдвоем застукали и моей жене такие фотки подбросили… А тут чертовщина какая-то получается! Что-то здесь не так. Эх, надо было ту девку-почтальонку тормознуть. Завел бы в гараж, да и вытряхнул из нее все, вместе с потрохами. Сразу бы раскололась — кто и зачем ее подослал. А теперь как быть? Прямо сейчас пойти к Светлане и потребовать от нее объяснений? Или немного выждать и посмотреть, как все дальше сложится? Скорее всего лучше подождать. Хотя, очень хочется посмотреть в бесстыжие Светины глаза…»

Но Иван был не одинок в своем желании. Оксана тоже жаждала поскорее взглянуть в «наглые» глаза своей подруги. Их Светка к тому времени уже открыла и непонимающим взглядом обвела сначала всю комнату где она находилась, а затем уставилась на сидящую рядом с ней на диване девушку.

— Где я? — негромко спросила она.

Оксана ничего не ответила, пытаясь с первых минут определить, насколько хорошо себя чувствует Светка.

— Где я? — повторился вопрос. — Что со мной?

— В жопе, Света. Ты в большой жопе, в которой вместе с тобой оказалась и я, по твоей милости. Совершенно случайно — прицепом, наверное.

— Что здесь происходит, наконец? И где моя одежда? — в голосе Светки уже проскальзывали нотки твердости и гнева.

— А здесь уже ничего не происходит. Все случилось раньше и без меня! И ты во всем виновата! — Оксана почти перешла на крик, но и следила за реакцией подруги. — Ты халявной водки до того «накидалась», что начала открыто приставать к моему мужу. А потом и вообще полезла его целовать. Я, чтобы не заводить скандал, ведь все-таки ты моя единственная подруга, собралась Юрку отвезти домой. Но пока я ходила вызывать такси, а Хруня и Марго были на кухне, ты его совратила вот на этом диване.

— О чем ты говоришь? Это все ложь! — Оксана уже перешла на крик.

— К сожалению, нет, моя дорогая! У меня есть неопровержимые доказательства.

— Интересно, какие? Может быть ты подговорила двух своих лже-друзей, ту «семейную парочку»? Или станешь утверждать, что держала свечку у моих ног?!

— Да нет, подруженька моя, милая…

— Не называй меня милой! — Светка к тому времени, отвернувшись от девушки, оделась и стояла посередине комнаты. Ее всю колотило. Еще немного, и она бросится с кулаками на интригантку.

Но Оксана быстро охладила ее пыл:

— Ой! Ну, извините! Конечно. И как же я забыла-то? Ведь милой ты стала для моего мужа!

На этих словах она всхлипнула и попыталась выдавить из себя слезу. Не совсем Оксане это удалось, и тогда она кинула на диван две самых «убедительных», на ее взгляд, фотографии.

— На, посмотри! И полюбуйся!

Светка неуверенно взяла снимки и, бросив на них беглый взгляд, словно воздухом подавилась. И тут же ее переполнил гнев:

— Что это такое? Кто снимал эту мерзость?

— Эту, действительно, мерзость, как ты правильно заметила, которая, кстати, называется вашей с моим мужем любовью, а говоря юридическими терминами — супружеской неверностью, сняла я! И прежде всего для того, чтобы призвать к ответу за содеянное, моего горячолюбимого Юрочку. Но ты не думай, тебе тоже кое-что придется мне объяснить.

Светку уже колотило, как в сорокоградусный мороз, и она еле находила силы, чтобы держать себя в руках и хоть как-то контролировать ситуацию.

— Все это неправда! Это какой-то спектакль. Ты все заранее подстроила!

— Ты че, совсем дура! Может ты думаешь, что я специально буду подкладывать своего мужа тебе под бочок? Знаешь, что? Не обольщайся! Ты не суперзвезда, не депутат, и не миллионерша! Если бы ты была принцессой Дианой, тогда еще понятно. Такие снимки можно разместить в прессе и вызвать общественный резонанс. А затем и срубить бабки. А ты кто? Простая медсеструшка-потаскушка!

— Не смей про меня так говорить! — Светка в гневе топнула ногой. — Я не верю ни единому твоему слову, слышишь? Я тоже не девочка и в медицине кое-что понимаю: сейчас же поеду к себе в больницу и сдам анализы на присутствие алкоголя в крови, потому что знаю: я ничего не пила. А что тут со мной произошло, в этом еще надо разобраться. И тем более, ни о какой близости с мужчиной не может быть и речи! Ее просто не было. Или мне тебе справку еще и от гинеколога принести?

— Сядь и успокойся, прежде всего! Во-первых, пострадавшая здесь — я. Ведь это не твоя подруга замешана с твоим мужем, а моя. Во-вторых, как тебя встретят на работе и что там тебе скажут, кстати, время уже почти десять утра, об этом ты еще узнаешь. Ну, а теперь третье, и самое главное. — Оксана выдержала небольшую паузу и, собрав с пола разорванные Светкой в гневе фотографии, смяла их. — Как ты понимаешь, я все это так оставлять не собираюсь. Любая женщина, а тем более женщина — жена, на моем месте поступила бы так же. Да и ты, наверное, тоже. Так вот. Твои справочки, которыми ты решила взять меня на понт — мне по барабану. Хотя, я не могу врубиться! Это какую же борзую рожу надо состряпать, чтобы опоздавши на работу, часика так на три, там же с кого-то еще и требовать какие-то ксивы! Но это твои проблемы! А теперь о деле. Поскольку из всех троих: тебя, меня и моего законного мужа, пострадавшая одна я, то мне и принимать меры. И судья вам будет не Господь Бог, а прокурор.

Оксана на минутку перевела дыхание и собрала мысли в кучу, чтобы не забыть чего-нибудь важного, хотя эту речь она приготовила заранее.

Светка молча сидела на диване, поставив локти на колени и обхватив голову руками. И продолжала слушать обвинения в свой адрес.

— Я подам на развод со своим мужем! Я не позволю ему вытирать об меня ноги! А второе заявление будет на тебя. А чтобы оно не посчиталось голословным, приложу к нему в качестве вещественного доказательства очень интересные фотографии. Какую статью тебе пришьют за любовную связь с чужим мужем, сама узнаешь, в свое время. Теперь мне, бедной, обманутой женщине из-за вас придется искать защиту у адвоката.

Светка сидела и тихо плакала. И, казалось, уже не слушала длинный монолог своей коварной подруги. А та все не унималась и продолжала, не давая девушке прийти в себя:

— Но есть один вариант… Знаешь, мне по-человечески тебя все-таки жаль. Может быть ты, действительно, перепила. А мой козел сам на тебя залез. Я не знаю: только сделанного не исправишь, и это не меняет дела. Поэтому я предлагаю тебе пойти на компромисс.

— Что? Какой еще компромисс? Ты мне будешь диктовать какие-то условия? — Светка перешла на крик. — Да я… Это я еще подумаю, что мне делать и как поступить!

— Да, да. Подумаешь. Когда приедешь на работу и увидишь «радостные» лица своих коллег. Так что уж лучше не буксуй. Я тебе предлагаю, заметь: пока просто предлагаю! Следующее: ты увольняешься с работы, возвращаешься к себе в Передрищево, или как там зовется твоя деревня? И, естественно, отказываешься ухаживать за своим стариком. А я по доброте душевной, вместо тебя за ним присмотрю. Можешь не беспокоиться. Вот тогда я к тебе претензии иметь не буду. Черт с тобой! Живи спокойно!

— Знаешь что, Оксана? А не много ли ты на себя берешь? По-твоему не бывать!

— Будет, Света, будет. Иди, поторопись на свою работу. А то и к обеду не успеешь. А я сегодня вечером тебе позвоню. И не дай Бог, ты трубку не возьмешь! Тогда я сама к тебе приеду, но только со своим адвокатом. Так что, давай лучше не будем ругаться и злить меня. А то ведь женщина в гневе — очень непредсказуема. Это мужики, кулаками помахали, да забыли. А слабый пол — он не такой: начнет всякие гадости творить. Ну все, иди. Иди.

После ухода Светки Оксана тоже заспешила домой. Во-первых, нужно было дождаться Марго, чтобы передать ей ключи от хаты. И потом «обманутой» женщине предстоял неприятный разговор со своим муженьком. Только его она тоже прорепетировала заранее. Потому он и состоялся так, как надо, даже с применением «крепких» выражений.

Оксана, показав Юре фотографии, объяснила ему, что он в пьяном виде, изнасиловал ее подругу. И теперь потерпевшая подает на насильника заявление в полицию. Оксана могла бы, конечно, переговорить со своей подругой и слезно упросить Светку не доводить дело до суда. Но и Юра, если хочет заслужить прощения своей жены, должен подсуетиться. И кое-что сделать. А именно: переписать, причем в кратчайшие сроки, на имя жены свою квартиру. А если он не захочет сделать это по-хорошему… Ну, что ж? Тогда загремит в тюрьму, а жилплощадь Оксана у него все равно отсудит. Но она предлагает все решить мирным путем. И даже свекровки подыщет жилье, только чуть позже.

«Главное, поскорее выдворить Светку из города. Интересно, как ее встретили на работе?» — подумала Оксана, в ожидании предстоящего вечернего телефонного разговора со своей «подругой».

А Светка, с больной головой и тяжелым камнем на душе подходила к двери кардиологии, отделения, куда она почти всегда входила с радостью и с хорошим настроением. А последнее время, даже ждала вечерних встреч с Женей, который так настойчиво уговаривал девушку не ходить в гости! Спорщики тогда чуть было не поссорились из-за этого.

Светка не знала, как поступить в данной ситуации. За время работы медсестрой, она ни разу не опоздала на работу и, тем более, не имела прогулов. Но ожидая в коридоре старшую медсестру, чувствовала себя словно «не в своей тарелке», и виноватой за то, что не работает, а стоит, в то время, когда ее коллеги спешат к своим больным, здороваясь со Светкой на ходу.

Наконец, она дождалась встречи со своим непосредственным начальником. Женщина имела строгое выражение лица, но голос ее был успокаивающе-добрым.

— Света, здравствуй! Что с тобой произошло? Почему ты здесь, а не на рабочем месте?

— Вы знаете… У меня неприятность случилась… Я сегодня не смогу работать… И на завтра хочу у вас попросить отгул, по личным обстоятельствам…

— Света, знаешь что? Давай-ка мы не будем здесь никому глаза мозолить. Пойдем в ординаторскую и обо всем там поговорим.

В кабинете старшая медсестра рассказала, в деликатной форме, но со всеми подробностями о том, как утром в больницу приходила какая-то странная девушка.

— Она представилась твоей подругой. Но знаешь, вела себя как-то подозрительно, неестественно, словно что-то не договаривала. Передала якобы от тебя конверт с очень личными, я считаю, фотографиями. Скотина! Жаль, что мне срочно надо было идти в третью палату. А то я бы вызвала охрану и сдала бы баламутку в полицию…

Да, дела! Светка была, конечно, готова к любому неприятному разговору на работе. Но то, что она узнала — это просто катастрофа!

Старшая медсестра что-то еще возмущенно говорила, затем вдруг почему-то раздвоилась, как в каком-то фильме ужасов и медленно-медленно поплыла, а вместе с ней и все вокруг. А потом и вообще: везде выключили свет. И наступила полная темнота…

…В нос ударил сильный запах нашатыря. Ф-фу! И наконец-то стало светло.

— Девочка, да ты что? Светочка! Этого мне еще не хватало! Ну-ка, приляг. А то сейчас укол тебе сделаю. Это что еще за фокусы? Держи себя в руках, слышишь, — старшая медсестра ни на шутку разволновалась, да быстро успокоилась. С ее работой и огромным опытом, к сожалению, она и не такое видела.

Придя в себя и уже второй раз за последние несколько минут, почувствовав свою вину, Светка распознала в этой доброй женщине, уж если не подругу, то хотя бы человека, которому можно доверять и быть с ней абсолютно откровенной.

Но все же девушка не решилась расстраивать старшую медсестру подробностями всего происшедшего минувшей ночью. Ей было очень стыдно и вообще не по себе. Хотелось скорее уйти отсюда, бежать без оглядки. Еще не хватало сейчас случайно где-нибудь встретить Женю. Как она посмотрит ему в глаза? Ведь парень, похоже, в нее влюбился.

— Света, ты не дури. Завтра отдохни. Отоспись и успокойся. Это не та трагедия, когда волосы рвут на голове. Поверь мне. Чего я только в жизни не повидала! И ничего, пережила. И у тебя все утрясется и наладится. Выходи на работу, ведь ты хороший специалист. И работай спокойно. А про те фотографии забудь. Я их сразу же уничтожила. И никто их не видел.

Светка, не помня себя, возвратилась домой. Делать ничего не хотелось, да и из рук все валилось. Она, собрав последние внутренние силы, сделала, как положено, укол Владимиру Николаевичу и легла на диван в своей комнате. В голове была какая-то каша, которую расхлебать было не просто. То, что она попала в нелепую ситуацию, это ежу понятно. Но почему? И кому это выгодно? Чистая случайность? А может быть, все уже было заранее кем-то подстроено? Ответов на эти вопросы девушка не находила. Расстраиваясь все больше и больше. Еще и из-за того, что у нее нет ни одного близкого человека, с кем можно было бы хоть просто посоветоваться. Не говоря о том, чтобы раскрыть душу.

Маловероятно то, что Оксана подаст заявление в суд, в чем-то обвиняя свою, теперь уже бывшую, подругу. Хотя от нее можно ожидать чего угодно. И даже того, что в голову нормальному человеку просто никогда не придет. И все-таки Оксана, похоже, была права только в одном: Светка не может сейчас выходить на работу. И пожалуй, будет лучше, если она вообще уедет из города и вернется к своим родителям. Хотя бы для того, чтобы разрядить обстановку и хоть как-то отвлечься от тяжелых мыслей.

С бабой Шурой она поговорит и скажет, что вынуждена срочно уехать, на неопределенное время, домой. Пусть пока все утрясется, а там видно будет. Не хотелось бы себя заменять Оксаной… Но с другой стороны, она не тот человек, чтобы заниматься уходом за стариками. Скорее всего она перебесится, и ей все быстро надоест. И тогда, может быть, Светка и вернется в квартиру Владимира Николаевича. Только Оксане не стоит пока это говорить.

И когда интриганка вечером позвонила девушке, то Светка сказала, что приняла свое решение, но не ее условия.

— Ну и хорошо, подруга. Мне все равно, как ты это назовешь. Плохой мир всегда лучше, чем хорошая война. Завтра утром я к тебе зайду. Ты пока собирай свои шмотки и не забудь переговорить со стариками. Скажи, что вместо себя оставляешь свою очень хорошую подругу — тоже медсестру. Напой им там, что мы вместе учились, ну и так далее. А я в долгу не останусь и тоже для тебя, так уж и быть, сделаю доброе дело. Зайду к тебе в больницу и скажу, что ты по семейным обстоятельствам, вынуждена была уехать к себе домой. А меня, типа, попросила это дело разрулить. И еще. Если вдруг они твои копейки зажилят, то и черт с ними. Я тебе дам денег на первое время. Ну что молчишь-то?

— …слушаю…

— Да, как часто ходят автобусы в твое Передрищево?

— В Привольное, если что. Рано утром туда, вечером оттуда.

— Круто. Ничего не скажешь! А сколько километров туда пилить?

— Почти семьдесят, — отвечала Светка машинально.

— Хо-ро-шо… — Оксана чуть помолчала. — Сделаем так. Я тебе найму тачку, оплачу проезд. А ты помни доброту обманутой женщины. До завтра!

Светка положила трубку на рычаг телефонного аппарата и тихо разрыдалась: «Почему все так получилось? Это ее расплата за любовную связь с Иваном. С женатым мужчиной. Не надо было лезть в чужую семью.»


предыдущая глава | Перстень графа Митрофанова | cледующая глава