home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

Иллюзорные следы

Санкт-Петербург, начало сентября 2010 г

— Инициатива наказуема, — в который раз повторил Эйно. — Поэтому…

— Может быть, я туда отправлюсь? — На сей раз Ольга решила, что с обычным для не смущением пора покончить. Она здесь не первый месяц работает, кое-что понимать научилась.

— Думаешь? Ну да, вообще-то, ты с прессой связана была, как я мог это упустить. Но учти, придется применять еще и иллюзорку, и внушение, причем — одновременно. Управишься?

— Ну, в Англии как раз такие задания и были, и ничего, — ответила Ольга, стараясь все же не выдать своего смущения — все же, сама вызвалась на задание. Пусть оно и рутинное, но провалить его нельзя никак.

Разговор шел в столовой, как чаще всего и было.

Эйно обожал обсуждать служебные дела за обедом, а в самом отделе он гораздо чаще вел речь о каких-нибудь очередных компьютерных наворотах — причем, половину слов Оля, как ни старалась, понять не могла.

— Хорошо, поступим так, — решил он. — Ты на задание пойдешь, но не одна, — он строго посмотрел на девушку, и она поняла — возражать бессмысленно. — Тебя будет контролировать Редрик.

«Ну вот, и опять мне не доверяют, — мысленно вздохнула Оля. — Конечно, ведь не забыли, как я весной вела „самостоятельное расследование“…»

Эйно только головой покачал.

— Во-первых, будешь настолько громко думать — провалишь все. Во-вторых, весной ты работала на удивление удачно — даже не можешь представить, насколько хорошо. В-третьих — я сказал, что Редрик будет тебя контролировать. А это совершенно не значит, что он станет выполнять твою работу. Если хочешь, это — группа поддержки. Моральной. Почувствуйте разницу! Хитрая это работа — с бесами управляться!

Обижаться на начальство было просто глупо. Но именно сейчас Ольга поняла, что взвалила на себя непосильную задачу. Обычно при всякого рода официальных беседах иллюзоркой занималась не она. А вот сейчас… Ведь еще придется и беседу поддерживать, и на Кора иллюзорку накинуть. И как с этим быть?!

Вероятно, думала она снова достаточно «громко», но на сей раз Эйно не стал ей за это пенять. Наоборот, улыбнулся и сказал:

— Управишься, даже не сомневаюсь.

Речь шла о посещении рекламного отдела того самого журнала, который разместил анкету госпожи Фабиан с предложением «счастье — всем задаром».

Если бы О.С.Б. был вполне официальной структурой, вроде милиции, это и заданием-то не считалось бы: просто пришли, поговорили, все выяснили в пять минут — и о'кей.

Но сейчас все обстояло иначе. Вряд ли редакция станет сообщать кому ни попадя данные о тех, кто размещал в журнале рекламу. А значит, надо накинуть иллюзорку и заставить рекламщиков разговориться — если они представят, что перед ними не некая девушка Ольга, а следователь, дело быстро пойдет на лад. Или же, можно попробовать внушение — это тоже неплохой вариант.

— Ну что, начнем, не теряя времени. — Редрик при разговоре Ольги и Эйно хранил молчание, будто бы и ни при чем, теперь же настала его очередь. — Для начала попробуй навести иллюзорку на меня.

Это было самым сложным. Ну, кто, скажите на милость, будет разговаривать с парнем, который похож на хиппи — да нет, не похож, а самый настоящий хиппи и есть! Такому бы на концертах веселиться или стоять около рок-магазина и спрашивать у себе подобных: «А мелочи немного не найдется?»

В мелочи Редрик не нуждался, хиппи на самом деле не был, но кому же такое докажешь?! А значит, нужно набросить на него личину. Чтобы выглядел вполне солидно и респектабельно.

С третьего раза у Ольги получилось соответствующее заклинание. То есть, само по себе заклинание произносить было даже ни к чему — достаточно повторить его мысленно, суть от этого не меняется. Но при этом нужно представлять определенный образ, а вот это было гораздо сложнее.

Редрик хмыкнул, усмехнулся.

— Знаешь, по-моему, все хорошо, но так я очень похож на Хлестакова. Сорок штук одних курьеров…

Давай-ка немного посолиднее. Чуть потолще, немного более уверенный вид.

Только минут через пять он произнес:

— Ну, вот так оно лучше. Теперь берись за себя.

И еще пятнадцать минут Оле пришлось входить в избранный образ — женщина средних лет, с высокой прической, одевается модно, но неброско, черты лица — незапоминающиеся, волосы — светло-русые.

— Ну, Лёлька, это что-то с чем-то! — вошедшая в столовую Настя прервала ее упражнения.

— Нормально-нормально, — отмахнулся Редрик. — Это всего лишь репетиция.

— Браво, входим в роль! — Настя захлопала в ладоши. — Поздравляем с избавлением от нашего класса нашу замечательную классную руководительницу, дорогую Ольгу… э-э, твое отчество не помню. В общем, просто о'кей!

— О'кей, — смущенно подтвердила Оля. — Наверное.

— Это еще не все. Не забудь про внушение и про то, что рекламщики должны накрепко забыть наш визит, — безжалостно заявил Редрик. — Да, иллюзорку поддерживать все время — и твою, и мою. Я — только наблюдатель.

— Ну, ребята, не буду вам мешать, — Настя демонстративно уселась за другой столик, но нет-нет, да и посматривала в сторону младшей подруги.

Примерно через час Редрик сказал, что все готово, можно спокойно ехать в редакцию.

— Главное — держись уверенней, — напомнил он, когда они садились в машину. Но по дороге Ред смотрел в окно, курил, поблагодарил водителя и сказал, что ждать, в общем-то, недолго. То есть, вел он себя так, словно не сомневался в результатах. А вот у Оли сомнения были, притом — очень большие.

— Ну, теперь — начинай, — кивнул Редрик девушке, стоя около машины. И Оле ничего не оставалось делать, как проговорить заклинание иллюзорки, стараясь сделать все именно так, как было прорепетировано. Она оглянулась на спокойно стоящего рядом Реда — кажется, все прошло удачно.

Заклинание иллюзорки — штука достаточно коварная, особенно для начинающего мага. Он-то видит реальный облик, а то, что получилось в результате заклинания, смотрится, как неясный и расплывчатый образ. Станешь приглядываться к Редрику как следует — иллюзорка исчезнет полностью, и перед глазами предстанет тот самый улыбчивый парень, похожий на хиппи или на толкиениста, которого Оля видела каждый день.

А уж о себе и говорить нечего! Тут надо полагаться только на интуицию… ну, и на горький опыт, естественно.

Редрик слегка кивнул, кажется, на сей раз все было удачно.

— Начинаем, — слегка улыбнулся он.

Внушение Оле удавалось гораздо лучше. Кстати, она опробовала свои способности к внушению как раз во время помянутых Эйно событий весны. Правда, вспоминать об этом она не хотела, но в том, что касается внушения, все было как раз удачно — она могла заставить собеседника рассказать все, что нужно (если информация не заблокирована в мозгу), а потом заставить забыть о том, что кто-то задавал какие-то вопросы.

Но тогда ей не приходилось поддерживать собственную, да вдобавок еще и чужую иллюзорку, она могла быть сама собой. Теперь все было гораздо сложнее.

Правда, рядом находился Редрик, но он, в случае чего, не станет ей помогать — таков уговор.

Решительности хватило на то, чтобы переступить порог, небрежно кивнуть охраннику, произнеся:

— Нам — в рекламный!

— Это — на третьем этаже, — сказал охранник, даже не спросив, к кому именно и по какому вопросу пожаловали посетители. Возможно, здесь так было принято, но, вполне вероятно, некоторую роль сыграла именно иллюзорка.

Это немного улучшило настроение Оли, и, поднимаясь по лестнице, она чуть-чуть успокоилась.

— Вы — по поводу модульных объявлений, — девушка, которая была явно младше Ольги, оторвалась от компьютера (Оля краем глаза заметила, что на экране был пасьянс, который мгновенно улетучился).

— Не совсем. Нам бы поговорить с вашим руководителем, это — серьезный заказ, — сказала гостья, строго посмотрев на любительницу компьютерных игр.

— Понимаю, — пискнула девица, — сейчас посмотрю, Арнольд Борисович, кажется, занят.

Занят! Вот только этого Оле и не хватало для полного счастья! Значит, придется поддерживать иллюзорку минут пятнадцать, а то и все полчаса! Она столько не выдержит!

Но Редрик, стоявший рядом с ней, сохранял полное спокойствие.

Между тем, девица впорхнула в неприметную дверь, оттуда послышались приглушенные голоса.

— Минут через двадцать, — она выскочила из кабинета.

Ольга была готова скрежетать зубами от злости.

— Вы пока посидите, вот последний журнал — только сегодня в киосках, — щебетала девица. Диван был расположен так, что оттуда не было видно экрана компьютера.

— Передайте Арнольду Борисовичу, что дело — совершенно неотложное, — ледяным тоном произнесла Ольга. На самом-то деле она была готова провалиться сквозь землю от стыда и смущения. — От этого зависит жизнь вашего журнала… который только сегодня появился в киосках, добавила она, наконец-то задействовав внушение. ОЧЕНЬ важного журнала — догадываетесь, КТО его курирует?

Девица послушно вскочила вновь.

На сей раз голоса в кабинете звучали раздраженно. Но Оле удалось добиться результата — Арнольд Борисович, строгий пожилой мужчина в деловом костюме и при галстуке, все же появился на пороге кабинета.

— Вы ко мне? — спросил он, недоверчиво глядя на посетителей.

— К вам, — сухо кивнула Ольга. — Именно к вам.

По поводу объявления некоей Стефани Фабиан, — на сей раз внушение пришлось усилить. Арнольд Борисович был натурой весьма недоверчивой, к тому же, у всех работников рекламы есть некая особенная гордость.

Как правило, два отдела газеты или журнала — рекламный и редакционный — смотрят друг на друга слегка свысока, примерно как Светлые и Темные в О.С.Б. Журналисты считают рекламщиков занудами, отнимающими место, где можно было разместить массу интересных материалов. А рекламщики посмеиваются над редакцией, в глубине души считая журналистов дармоедами — они не приносят доходов, а лишь отнимают место.

При этом друг без друга существовать они не могут, и прекрасно это понимают.

— Так что вам угодно?.. Мы не… — начал Арнольд Борисович.

Но тут же неожиданно понял, что беседа с этой строгой дамой имеет некое государственное значение. Он несколько побледнел, вероятно, вообразив, что деньги на рекламу Стефани Фабиан шли из фонда какого-нибудь Бен-Ладена, а он, начальник рекламного отдела, умудрился просмотреть этот факт.

— Можете быть спокойны, конкретно к вам у нас претензий нет, — быстро проговорила Ольга. — Нам нужно знать очень четко только одно — юридический адрес подателя объявления. И фактический адрес — безусловно, тоже.

— А вы уверены, что претензий не будет? — подавленно спросил Арнольд Борисович — даже под сильным внушением он старался заботиться о своем детище — отделе рекламы.

— Уверены. Но вы очень нас обяжете, — кивнула Оля.

— Хорошо. Одну минуту.

Арнольд Борисович был уже готов зайти в свой кабинет, но этого ему позволять как раз и не следовало: внушение лучше всего действует именно в присутствии объекта.

— Идемте вместе, — почти что по слогам сказала Ольга. — За посетителя не беспокойтесь, он ничего не заметит…

— Не заметит, — повторил рекламщик, после чего деревянной походкой двинулся в кабинет. Девушка последовала за ним.

Вот теперь ее задача усложнилась: нужно было взять на себя еще и посетителя — худощавого молодого человека в щегольском костюме, который, не замечая вошедших, стал рассматривать что-то в папке с бумагами. Для верности Ольга решила заставить его сосредоточенно рисовать что-нибудь в блокноте, и посетитель — судя по всему, дорогой заказчик, — потянулся за карандашом.

— Теперь найдите адрес, — проговорила Ольга.

Арнольд Борисович поспешно полез в шкаф.

К счастью, рылся он там недолго — соответствующая папка лежала не на самом дне. И это было просто замечательно — нервы у Ольги были уже на пределе.

— Вот оно, можете записать. Только это адрес представителей Стефани Фабиан в Петербурге. — Арнольд Борисович положил на стол договор.

«Международная академия геоинформационных и экологических наук», — прочла Ольга. Она быстро переписала адрес, потом внимательно посмотрела на рекламщика:

— Вы забудете о нашем визите сразу после нашего ухода, — внятно проговорила она. — Договор можете положить на место. Всего доброго.

Последнее было совершенно излишне — вот на такой вежливости можно было завалить всё внушение. Но на этот раз обошлось.

Девице за компьютером тоже было приказано всё забыть, после чего Ольга и Редрик едва ли не бегом спустились по лестнице.

— Ну, я же говорил — побольше уверенности, — бодро произнес Редрик, когда они оказались в салоне неприметных «Жигулей», и больше не надо было думать ни о внушении, ни об иллюзорке. — И все у тебя отлично прошло, зря переживала. Я бы тоже поверил, что ты из ФСБ. Или — из налоговой.

Но его последние слова Оля уже не слышала. Она заснула моментально, стоило оказаться на сиденье автомобиля. Последние минуты поддержки иллюзорки отняли все ее силы.


Чуть позднее, в курилке, которая располагалась в подвальном этаже офиса О.С.Б., состоялся такой разговор.

— Ну, и как, много пришлось подправлять?

— Знаешь, Эйно, не слишком, хотя пришлось. Надеюсь, ты ей не скажешь?

— Ну, что ты! Она должна быть уверена — все делала сама и только сама. Я уж думал, ты возьмешь на себя всю иллюзорку.

— Знаешь, я тоже сперва так решил. Так ведь нет — она управилась на девяносто девять процентов, я сам не ожидал!

— Зато теперь будет спать сутки. Ну да ничего, лиха беда начало. Давай лучше подумаем вот о чем, — Эйно сделал глубокую затяжку. — Как бы нам разобраться с этой «академией». Догадываешься, откуда ноги растут?

— Да уж не без того. Значит, все-таки наши друзья из С.В.А.!

— А кто ж еще! «Академия» — вывеска излюбленная, если не сказать — банальная.

— Учти, Ольгу я в этот гадюшник не потащу, — решительно сказал Редрик.

— А и не надо. Если вообще туда нужно тащиться. Можно сделать проще — сообщить в Москву господину руководителю С.В.А. Лукманову. Заявить, что тут без его соизволения организована фабрика зомби — пускай сами разбираются. Им сейчас лишний скандал ни к чему.

— А ты уверен, что без соизволения? — задумчиво спросил Редрик. — И потом — если сейчас у нас с ними перемирие…

— Ну, мира не было и не предвидится, — Эйно невесело усмехнулся. — Дело-то не в том. Трясти этих «академиков» можно хоть сейчас — С.В.А. от них, если что, открестится. Вот чего я и в самом деле не понимаю — как это они так себя подставили? Может, безо всякой задней мысли решили за денежки поработать посредниками? Тогда нам ничего не обломится. Да, и еще, Ред — как-то беспокоит меня эта история с самоубийцей. Может, мы вообще на ложном пути, а Стефани Фабиан — отвлекающий маневр. Как полагаешь?

— Но анкеты были у всех.

— Именно. Чтобы сбить нас со следа, пока не выяснилось, что ларчик просто открывается. Ладно, черт с ним, проверим все версии.


* * * | Охота на Голема | Глава 11 Кое-что задаром Санкт-Петербург, начало сентября 2010 г