home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава восьмая

– Сестра Шерин все еще на юге, – доложил брат Селлин Ваэлину у ворот Пятого ордена. Он бросил взгляд на Френтиса, который висел на плечах у Баркуса с Нортой, окровавленный и бесчувственный. – Ее обязанности взял на себя мастер Гарин. Идемте, братья, – он широко распахнул калитку и поманил их внутрь. – Я отведу вас к нему.

Мастер Гарин провел не меньше часа, зашивая и перевязывая резаные раны на теле Френтиса. Когда братья утомили его своими непрошеными советами и непрерывными расспросами, он выставил их из смотровой. Ваэлин обнаружил, что в коридоре ждет аспект Элера.

– Я вижу, у вас выдался нелегкий день, братья, – сказала она. – В трапезной вас ждет ужин.

Они ужинали молча – присутствие множества членов Пятого ордена не давало им говорить свободно. Целители глазели на угрюмых пришельцев в синих одеяниях. Несколько знакомых обратились к Ваэлину с приветствием, он лишь коротко кивнул в ответ. Стол ломился от еды, но Ваэлин обнаружил, что есть совсем не хочется. Руки все еще слегка дрожали после того, что сделал с ним Одноглазый, а перед глазами по-прежнему стоял подвешенный, истекающий кровью Френтис.

Аспект Элера присоединилась к ним примерно час спустя.

– Мастер Гарин говорит, что ваш брат оправится. Но ему придется провести несколько дней у нас, пока он не исцелится.

– Он в сознании, аспект? – спросил у нее Ваэлин.

– Мастер Гарин дал ему сонное зелье. Он проснется утром. Тогда и сможете с ним повидаться.

– Благодарю вас, аспект. Могу ли я просить отправить весточку в наш орден? Аспект Арлин ждет моего доклада.

Она отправила в Дом Шестого ордена брата Селлина, а им дала комнату в восточном крыле. Ваэлин настоял на том, что он будет сидеть с Френтисом, и Каэнис остался бодрствовать с ним, пока остальные легли спать. Чтобы скоротать время, Каэнис принялся чистить оружие: он разложил на полу свой меч и ножи. Металл блестел в свете свечей, а Каэнис деловито и старательно протирал каждый клинок тряпочкой. Меченого отправили в пустующую конуру при конюшне. Пес не притронулся к миске и не переставая выл, его жалобные вопли доносились до них даже сквозь стены.

Ваэлин разглядывал длинный кинжал, который забрал у Френтиса – тот самый, которым одноглазый изрезал ему все тело. Кинжал по праву принадлежал Каэнису, но тот отказался от него с брезгливой гримасой. И Ваэлин вдруг решил оставить его себе. Это было оружие хорошей работы, непривычной формы. Клинок был хорошо закален, рукоять увенчана серебряным навершием. Гарда была исписана незнакомыми буквами. Очевидно, оружие было заморское. Видимо, у Одноглазого и впрямь были длинные руки.

– Огонь был иллюзией… – сказал Ваэлин. Собственный голос казался ему тусклым и безжизненным, напоминая брата Макрила с его тоскливым повествованием о пламени и резне.

Каэнис оторвал взгляд от своего оружия и кивнул. Его руки продолжали полировать клинок.

– Это Тьма, – сказал Ваэлин. – Кровь, она давала ему силу. Для того и эти трупы.

Каэнис снова кивнул, на этот раз не поднимая глаз и не переставая чистить клинки.

Ваэлин почувствовал, как снова затряслись руки – он вспомнил, каким беспомощным он чувствовал себя перед одноглазым, и его охватил гнев. Вот Каэнис беспомощным не был. Он смог проскочить сквозь пламя, порожденное Тьмой, и зарубить человека, который его вызвал. «Ты знаешь куда больше, чем говоришь мне, брат, – осознал Ваэлин. – И так было всегда».

– Между нами нет тайн, – произнес он.

Рука Каэниса с тряпкой замерла на мече. Они с Ваэлином встретились взглядами, и на кратчайший миг в глазах Каэниса промелькнуло нечто совсем иное, чем преданность или уважение, которое Ваэлин привык видеть в глазах товарища, – нечто, похожее скорее на затаенную обиду.

Отворилась дверь, вошли мастер Соллис и аспект Элера.

– Вам двоим пора отдыхать, – коротко бросил мастер, подойдя к кровати, чтобы посмотреть на Френтиса. Он обвел взглядом окровавленные бинты на груди и руках.

– Шрамы останутся, аспект?

– Порезы довольно глубокие. Мастер Гарин искусный целитель, но…

Она развела руками.

– Наши возможности ограниченны. Хорошо еще, что мышцы не пострадали. Скоро он встанет на ноги.

– Человек, который это сделал, убит? – спросил Соллис у Ваэлина.

– Да, мастер.

Ваэлин указал на Каэниса.

– Рукой моего брата.

Соллис взглянул на Каэниса.

– Этот человек был искусен?

– Его искусство не имело отношения к оружию, мастер.

Каэнис в нерешительности взглянул на аспекта Элеру.

– Говори свободно, – велел ему Соллис.

И Каэнис рассказал мастеру Соллису обо всем, что произошло с тех пор, как они покинули Дом ордена, от драки в «Черном вепре» до встречи с Одноглазым в городских подземельях.

– Этот человек был сведущ в делах Тьмы, мастер. Он мог создать иллюзию пламени и сковал брата Ваэлина с помощью одной лишь своей воли.

– А тебя не сумел? – спросил Соллис, приподняв бровь.

– Нет. Видимо, я застал его врасплох тем, что распознал его иллюзию.

– Вы удостоверились в том, что он убит?

– Он мертв, мастер, – заверил его Ваэлин.

Мастер Соллис и аспект Элера коротко переглянулись.

– Я слышал, аспект была столь любезна, что предоставила вам комнату, – сказал Соллис, снова обернувшись к Френтису. – Она может оскорбиться, если вы пренебрежете этой любезностью.

Братья поняли, что их отсылают, встали и направились к двери.

– Никому об этом не рассказывайте! – предупредил на прощание мастер Соллис. – И заставьте, наконец, этого проклятого пса заткнуться!


* * * | Песнь крови | * * *