home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Опять в гостиной

После ужина все снова перешли в гостиную, оставив Чудище Хоклайнов ложкообразно болтаться в подливке. На стене гостиной висел большой портрет обнаженной женщины.

Грир с Камероном посмотрели на картину.

Чудище Хоклайнов за ними в гостиную не последовало. Оно спустилось в лабораторию, чтобы немного отдохнуть в «Химикалиях». Оно устало. Тень его – тоже. Ужин для них оказался слишком долгим.

– Нашему отцу нравились обнаженные женщины, – сказала мисс Хоклайн.

В гостиную сестры Хоклайн – такие красивые, что глаз невозможно оторвать вообще, – подали кофе и стопки коньяку.

Грир с Камероном все поглядывали на голый портрет женщины, а затем – на сестер Хоклайн, которые знали, что делают, но делали вид, что не знают. Они могли бы выбрать и другую гостиную. Их возбуждала ситуация.

Но возбуждение пробивалось лишь в том, что сестры неровно дышали.

– Красивая у вас тут картина, – сказал Камерон.

Сестры ему не ответили.

Вместо ответа они улыбнулись.

Не оставляя своим вниманием голый портрет и красоту женщин Хоклайн, Грир с Камероном тщательно осматривали комнату на предмет чудища, и его нигде не было.

Они выпили по паре чашек кофе и паре стопок коньяка, дожидаясь, не вернется ли чудище, но оно не вернулось, и их восторги красотой Хоклайнов разгорелись еще немного.

– Кто нарисовал эту картину? – спросил Камерон.

– Ее написали во Франции много лет назад, – ответила мисс Хоклайн.

– Кто бы ее ни нарисовал, рисовать он умел, – сказал Камерон, не сводя глаз с той сестры Хоклайн, которая только что ему ответила.

Ей нравилось, как Камерон не сводит с нее глаз.

– Да, этот художник был очень знаменит.

– Вы с ним знакомы?

– Нет, он умер за много лет до того, как я родилась.

– Какая жалость, – сказал Камерон.

– Это уж точно, – ответила мисс Хоклайн.


Чудище Хоклайнов в подливке | Чудище Хоклайнов | Монолог тени