home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


8

Суббота, 2-е число, 08:18–23 часа

Ноги сами несут Адама на крыльцо. Бессильно опустив руки, он таращится на солнце. Берет прислоненную к стене лопату и шагает к единственному оставшемуся дереву – дикому дубу.

Щурясь, Адам смотрит на два надгробия, ютящихся под деревом. Перед глазами у него пролетает белое перышко, опускается на отцовский могильный камень, но ветер подхватывает его и, снова закружив, поднимает на голые ветки дуба.

Что-то захватывает внимание Адама.

Все время, пока обстреливали дом, не было слышно одного звука. Того самого, который с точностью часового механизма отмечает каждый рассвет. Пения петухов. Адам не идет проверять курятник, он и без того догадывается, что сделали с птицами. Ему сообщает об этом мертвая тишина.

Безмолвие взрывается у него в ушах обвинительным ревом.

Адам оглядывается на холмик убежища. Дверь закрыта. И вокруг такое спокойствие, словно там несколько месяцев не было ни единой живой души.

Он смотрит на колодец и видит, что его мотоцикл по-прежнему стоит у стенки. В том, что касается мотоциклов, у байкеров действует свой кодекс чести. Соглашение. Байки трогать нельзя ни при каких условиях. Никогда. Так что его «лонгторн» по-прежнему здесь, а вот рядом с ним больше ничего нет. «Дрифтер» исчез.

Почему? Что случилось? Куда уехал Кейн? И когда?

Вопросы вертятся у Адама в голове.

Но одно он знает наверняка: Кейн проснулся и смылся… а Фрэнк мертв.

Мертв. Мертв. Мертв.

Слово бьется внутри его черепа, тяжело, точно удары молота.


* * * | Дорога ярости | * * *