home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


11

Суббота, 2-е число, 18:15–13 часов

Сумерки. Адам едет по Внутреннему кольцу Блэкуотера. Его серый гоночный костюм оборудован защитой жизненно важных органов и спинным корсетом. Он выбрал его вместо экзоскелета с максимальной защитой. Перегруженное снаряжение ограничивает свободу движений, в особенности если костюм старый, и добавляет вес. Фрэнк учил его ездить налегке. Стараться не брать лишнего.

Легкость обеспечивает скорость и маневренность.

Даже его хромированный шлем легкий. Он идеально подходит Адаму по размеру и плотно обхватывает голову. Его золотистый визор, жужжа, уезжает вверх, стоит только нажать на кнопку. Адам едет с опущенным визором: не хочет, чтобы его узнали. Обычный гонщик мчится по улице.

Выбор места для ночлега у него большой. Огромные, многоэтажные бетонные коробки: когда-то в них кипела жизнь, люди занимались повседневными делами. Но сейчас здесь ни души. Все это было давным-давно, до того, как все, у кого были деньги или связи, собрали чемоданы и перебрались на Небесную базу.

Он находит старое заброшенное здание, заметно потрепанное ветром и временем.

Адам распахивает дверь и входит в безлюдный убогий подъезд. Гулкое эхо отражается от стен. Где-то шуршат крысы. Он оставляет «лонгторн» у дверей, прекрасно зная, что никто его не возьмет, однако все же в тени, подальше от любопытных глаз. Не хочет привлекать внимания к своему убежищу.

Он пробирается через камни и мусор: пластиковая кукла с одним глазом, осыпавшаяся со стен штукатурка, куски цемента размером с булыжник. Зажимает нос, чтобы не слышать запаха гнили и плесени.

Первый этаж пуст. Все окна заколочены досками. Адам поднимается по скрипящей лестнице и находит комнату с мало-мальски целыми половицами. Разжимает нос и делает вдох. Здесь тоже пахнет сыростью и табачным дымом, но не так сильно, как на первом этаже. Пойдет. Он выбился из сил, ему надо отдохнуть.

Адам оглядывает свой новый приют. Воры вынесли из комнаты все, что можно, но хотя бы окна – по крайней мере то, что от них осталось, – не забиты. Единственный предмет мебели – трехногий стул с торчащей из продавленного драного сиденья набивкой. У разбитого окна виднеется камин с прогоревшими дровами, запорошенными серым пеплом. Адам подходит поближе и рассматривает золу. Кто-то разводил в этой комнате огонь. В горле першит от едкого запаха дыма. Адам наклоняется и щупает поленья.

Не так давно. Может, даже вчера.

Он быстро выпрямляется, отступает к стене – в тень – и вжимается спиной в крошащийся бетон. Замирает и прислушивается. Темно и холодно. Пугающая пустота. Ни звука, только ветер воет снаружи.

Адам ждет. Пять минут. Десять. Вслушивается, не раздастся ли шорох шагов. Ему не привыкать ждать и сидеть тихо. Он входит в состояние, похожее на транс – как тогда, когда едет на мотоцикле. Смотрит прямо перед собой, а боковым зрением отслеживает все, что происходит в комнате. Сердце колотится у него в груди. Слух настороженно ловит каждый скрип.

Наконец он кивает себе. Удовлетворенно вздыхает и отходит от стены.


* * * | Дорога ярости | * * *