home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 4

Колония Пандора, окрестности Вилсонс-Хоуп,

7 сентября 2135 года, раннее утро

Холод оказался не единственной проблемой, с которой пришлось бороться. К середине ночи у меня вдруг проснулся зверский аппетит, угомонить который не помогали даже кошмарные видения на тему вчерашнего вечера. Ощущение было такое, будто желудок уже сам себя переваривает. Видимо, от низких температур возросло энергопотребление, и организм сигнализировал об этом единственным доступным ему способом.

Очередной новый опыт – за все годы учебы голодать мне как-то не доводилось. Наверное, я был неправильным студентом, но денег на нормальное питание хватало всегда, хоть папенька с присущим ему цинизмом и установил жесткий лимит трат. На какие-либо развлечения средства удавалось наскрести с трудом, поэтому я уже на первом курсе взялся за учебу в полную силу и вскоре заработал именную стипендию. Вот тогда и развернулся, но опять же в меру – особенно если сравнивать кое с кем из одногруппников.

Что самое смешное, пить почти не хотелось, но с этим и проблемы особой не было – к утру на всех доступных поверхностях выступила роса, которую Мак собрал, воспользовавшись в качестве адсорбента носовым платком. Слава богу, чистым. Хотя о чем я – какая чистота, после того как тряпицей поелозили по крыше глайдера? Да и руки, изгвазданные накануне, стерильности никак не способствовали. Так что пришлось об этом забыть – ибо иного способа, кроме как выжать мокрую тряпку прямо в рот, мы не придумали. Не знаю, сколько грязи я слопал, но под давлением напарника все же воспользовался оказией и напился впрок. Бадди поступил еще проще – запрыгнул на глайдер и принялся тщательно вылизывать металл обшивки. Понятно, когда мы уже освободили делянку.

Но все это было после того как Мак наконец отстранился от меня, позволив утренней свежести ущипнуть мой более-менее согретый бок, от души зевнул и объявил:

– Р-рота, подъем! Поднимайся, Дэн, а то, чую, еще чуть-чуть, и превратимся в бревна.

– Оп… оп… апчхи!.. мистично… – буркнул я, силясь удержать рвущегося на свободу пса. – Бадди, не ведись, давай еще немного подремлем. Ну пожа-а-алуйста!..

– Не выйдет, Дэнни-бой. Все, хорош уже мерзнуть, вставай, надо кровь немного разогнать. Не знаю, как ты, а у меня все одеревенело. А «наследства» и вовсе не чувствую.

– Ты уши отморозил, – в отместку ухмыльнулся я и, не удержавшись, снова оглушительно чихнул.

– Может быть, – не стал спорить Мак, – их я тоже не чувствую. Хотя…

Уж не знаю, где он такой методике борьбы с обморожениями научился, но действовать начал, в общем, правильно – принялся тереть побелевшие лопухи и болезненно морщиться. И вскоре средство помогло – мочки порозовели, и, судя по скривившейся физиономии напарника, чувствительность к ним вернулась.

– Все, нечего здесь высиживать! Рассвет скоро, нужно идти.

– Уверен? А как же вчерашние правила выживальщика?

– Все строго по инструкции, – не дал сбить себя с толку Гленн. – А она, если ты не в курсе, все еще в силе – нас так и не нашли. Итого пункт четыре: добраться до обитаемых мест. Ввиду плачевного состояния фермы он все еще актуален.

– Связи так и нет? Вроде успокоилось небо…

И это неоспоримый факт. И вообще как-то подозрительно тихо, ни ветерка. Оно и к лучшему, а то еще сильнее замерзли бы. Странно. Ночью дуло чувствительно, а потом как-то незаметно перестало.

– Не-а. Так что вставай, разминайся, а я пока водички добуду.

– Пожрать бы, – вздохнул я, и в желудке сразу же предательски заурчало.

– Сам бы не отказался, – хмыкнул Мак. – Но с этим все плохо. Придется терпеть. Разве что Бадди умудрится какую-нибудь зверушку поймать.

Я смерил питомца неуверенным взглядом – где Бадди и где охота? Только не с его комплекцией и ловкостью.

– Но у нас все равно спичек нет, – окончательно развеял мои мечты Макдугал. – А сырое мясо я есть не буду, лучше потерплю. Кстати, поговаривают, что вы на Новом Оймяконе сырятинкой балуетесь?..

– Врут.

Ну его на фиг, нет настроения на кулинарные темы беседовать. Хотя от строганинки с солью и черным перцем я бы сейчас не отказался. Но морозильника в пределах досягаемости нет, равно как и ледника, так что лучше просто промолчать.

Поняв, что большего от меня добиться все равно не получится, Гленн выбрался из салона и отправился претворять в жизнь план по добыванию воды. Предатель Бадди рванул следом, и мне волей-неволей тоже пришлось выпростаться из «мегаспальника», ибо в отсутствие обеих грелок я незамедлительно продрог еще сильнее (хотя, казалось бы, куда больше?!). Пришлось последовать совету более опытного товарища, и некоторое время я энергично размахивал руками, изображая ветряную мельницу. Потом, плюнув на конспирацию – так и так вчера запалился, – приступил к малому разминочному комплексу, который во времена оны проделывал каждое утро. С тренером дядей Колей спорить – себе дороже. Сейчас, правда, расслабился, но тело помнило все, до последнего движения. Одеревеневшие связки и мышцы вскоре разогрелись, и я даже начал получать удовольствие от процесса. И плевать, что вместо груши-восьмидесятки пришлось колотить обшивку глайдера. Ему уже ничем не навредишь, все равно догнивать под открытым небом. Так что я себя не сдерживал, и вскоре обе левых двери, стойки и даже участок крыши непосредственно над ними украсились множественными вмятинами. Разве что протектор от подошв не отпечатался, но тут уж я не виноват.

«Работал», как этот процесс называл дядя Коля, я на автомате, соответственно мысли текли сами по себе, и у меня нашлось немного времени для анализа вчерашних событий. Ночь на оные оказалась бедной – Бадди трижды, с интервалом примерно час, проявлял признаки беспокойства – взрыкивал и прислушивался к чему-то, но до паники дело не дошло, так что мы даже не пытались покинуть относительно уютное по сравнению с голой землей укрытие. То есть ночевка прошла спокойно. Удивлял тот факт, что никто до сих пор нас не начал искать – тот же Энди должен был тревогу поднять, не обнаружив коллег в Вилсонс-Хоуп. И я молчу о кэпе – сколько мы уже «вне зоны действия сети»? Часов десять? Или больше? А у капитана еще и чуйка чрезвычайно развита. Готов поспорить, что сейчас вся команда на ушах стоит, разве что Грег спокоен – на вид, естественно. Но все спасательные службы уже должен был на ноги поднять. Тем не менее за всю ночь мы ни разу не слышали шума атмосферных движков. Да и вообще какого-либо шума техногенного характера. Ветер завывал в стабилизаторах глайдера, местные насекомые стрекотали с вечера – вот и весь фон. Да, еще периодически храп Гленна и Бадди. Они иногда даже в унисон попадали. Правда, недолго – от своего же храпа и просыпались.

Что мы еще имеем в пассиве? Связь отсутствует, но я об этом уже упоминал. И это тоже ненормально. Светопреставление сошло на нет – редко-редко почти у самого горизонта мелькали тусклые всполохи, и только. «Молния», по всем расчетам, уже не меньше десятка витков должна была совершить и как минимум несколько раз появиться в зоне досягаемости, однако по-прежнему глухо. Вывод? А вывод очевиден – причина не в корабельном ретрансляторе. Что-то здесь, на поверхности планеты, нас глушит.

Плюс неестественная активность аномалий – уж для этого вывода исходных данных хватало. Я хорошо запомнил удивление Джоша, мелькнувшее во взгляде на долю секунды, чтобы сразу же смениться нешуточной озабоченностью. Но факт имел место. А сколько следов – то бишь наполненных пылью канав – мы по пути встретили? Если честно, то лишь один, вдоль которого и брели некоторое время. Зато потом, на ферме… блин, вспоминать не хочется. Да и нужды нет – вон они, свидетельства, прямо перед глазами…

Уф-ф, хорошо! Размялся так размялся! И согрелся, что не менее важно. Жить можно; еще бы в топку хоть чего-нибудь закинуть, и вообще красота!..

– Хм-хм…

– Мак? Ты чего?

– Знаешь, Дэнни-бой, нехорошо обманывать дядюшку Мака! – сокрушенно покачал головой напарник, опасливо застывший в районе двигательного отсека глайдера. – Виртбоксинг! Рассказывай, ага. Давненько я такого не видел.

– Да ну тебя, я правду сказал.

– Верю-верю, – ухмыльнулся Гленн. – Как вернемся на «Молнию», напомни мне, я тебе кое-какие приемчики покажу. Более приближенные к реальности. Пить будешь?

Я кивнул, едва удержавшись от ехидного комментария – повелся, тренер? Спектакль сработал. Как там папенька говорил… «Не можешь скрыть всю правду, так хотя бы направь по ложному следу». Мак, похоже, теперь думает, что я ему насчет уровня подготовки наврал. Из скромности. А на самом деле как минимум чемпион Колонии среди юниоров. Не буду его разочаровывать.

– Лови.

Я машинально вскинул руку, перехватив в полете мокрую тряпицу, и недоуменно глянул на напарника. Тот незамедлительно изобразил жестами, что мне с ней делать. Вот так я и научился добывать воду со всех доступных поверхностей при помощи примитивной оснастки. И заодно сожрал годовую норму грязи.

Гленн тем временем вместе с Бадди производил разведку местности. Проще говоря, обошел весь доступный пятачок с глайдером и куском забора, но ничего интересного не обнаружил. Затем переключил внимание на сам поврежденный аппарат, и вскоре из салона донесся его победный вопль – перед своими он не считал нужным сдерживаться и временами был непосредственен, словно ребенок.

– Эй, Дэнни-бой, живем!!!

– Чего там? Ик!..

– Спасибо Джошу, чтоб ему в раю серафимы массаж прописали! – Напарник выбрался из салона с моей стороны, без раздумий выбив покореженную дверцу из рамки мощным пинком, и продемонстрировал вскрытую пластиковую упаковку. – Галеты. Будешь?

– Спрашиваешь!

Ну вот, на какое-то время и проблема голода решена. Причем на довольно длительное – галеты оказались старыми и реально закаменевшими. Однако ж ушли за милую душу – начатую пачку мы с Гленном растянули почти на весь день. А как вы хотели? Пока откусишь малюсенький кусочек, пока он во рту отмокнет, чтобы его хоть как-то прожевать можно было… зато не заплесневелые, хоть и пресноватые. Бадди, кстати, от угощения гордо отказался – принюхался издали и презрительно фыркнул, отвернувшись от протянутой Маком порции.

Разделив провизию по справедливости, то бишь пополам, и кое-как расправившись с… э-э-э, завтраком, мы с Гленном устроили импровизированный военный совет – расселись в передних креслах глайдера и некоторое время сосредоточенно молчали в тряпочку. В конце концов Бадди это надоело, и он разразился глуховатым лаем, что и вывело нас из задумчивости.

– Что делать-то будем, а, Дэнни-бой?

– Как раз это я и хотел спросить.

– Я уже свой план огласил. Пытаться выбраться в обжитые места. Карта местности у меня в КПК есть, по сторонам света сориентироваться можем, так что попремся по азимуту. Прямиком к Вилсонс-Хоуп.

– Сколько там до него миль? Около пятидесяти? Вроде Джерри так говорил…

– Угу.

– Плохой план.

– Другого нет, уж извини.

– А если нас ищут?

– И этот человек обзывал меня оп… чхи!.. мистом?!

А вот с этим уже не поспоришь. Пришлось согласиться. Правда, я тут же в отместку буркнул:

– Давай, определяйся на местности, «оп-чхи-мист»!

Однако Мак к такому развитию событий оказался готов и возражать не стал, просто молча извлек из кармана капэкашник и принялся мучить приборчик, зависнув на несколько минут. Даже выбрался из салона и пару раз переместился с места на место – ловил сигнал спутников местной системы джи-пи-эс? Наивный. Нету же связи! Наконец угомонился и вернулся на законное место.

– Ч-черт! Знаешь, куда нам идти? Во-о-он туда!..

Палец Мака указал в точку пересечения нескольких следов, украшенную обширным завалом, некогда являвшимся фермерским домом.

– Я туда не полезу.

– Согласен. Ноги переломаем. Поэтому придется обходить. Вон там или там.

– Не хочу.

– Почему?

– Потому что!

– «Потому что» – аргумент женщин, – отрезал Мак.

– Сам придумал?

– Нет, древняя шотландская мудрость.

– Поня-а-атно…

– Чего тебе понятно?! – немедленно вызверился Гленн. – Дэн, хочешь ты этого или нет, но идти придется. А посему шевели мозгами.

– Ну, вон там можно какой-нибудь мостик соорудить… выломать из забора кусок пластика, например, и перекинуть…

– Ну вот, можешь же, нужно только правильно замотивировать!

– Вот только мне первое следствие из закона Мерфи покоя не дает…

– Ну-ка, ну-ка…

– Все не так легко, как кажется.

– Обоснуй.

– Ну перебрались мы через ближайшую канаву. А дальше? Их же на пути еще много может встретиться. Да о чем я вообще? Тут же целая паутина, через пару километров вот эту, под углом, форсировать придется. Будем каждый раз искать подручные материалы? А если не найдем?

– Можно кусок пластика с собой взять.

– Второе следствие.

– ???

– Всякая работа требует больше времени, чем вы думаете. Сколько мы гружеными тащиться будем до того же Вилсонс-Хоуп?

– Н-да… умеешь ты обнадежить!.. И что делать?

– Да без понятия! – пожал я плечами. – Одно скажу – сейчас мы на собственном опыте убедились в справедливости седьмого следствия: всякое решение плодит новые проблемы.

– Да тьфу на тебя!!! Задрал со своим законами… – Тут наконец до Мака дошло. – Ты издеваешься?!

– Все-все, умолкаю! Извини.

– Толку-то от твоих извинений… думай, что делать.

А что тут думать? Иногда просто нужно поступать вопреки всем правилам. Да хотя бы вот так…

Не обращая внимания на заинтересованные взгляды соратников, я вылез из кресла, обошел глайдер и приблизился к забору. Про пластик просто так ляпнул, без особой надежды, но сейчас за этот факт уцепился – насколько я помнил, такие загородки призваны лишь чисто символически обозначать границы владений да спасать от праздношатающейся живности, а посему монументальностью не отличались. Так и есть – каркас из таких же пластиковых трубок, типа водопроводных, и собран при помощи фитингов – то есть столь же хлипких муфт и тройников, небрежно приплавленных к поперечинам. Тут даже нагрев не требовался – намазал торец специальным клеем, пластик разжижающим, да вставил одну детальку в другую. Пара секунд, и готово. Ветер держит, а большего и не надо. Никто же не ожидает, что эта преграда сможет, например, разъяренного бизона остановить. Против таких махин обычно колючую проволоку пользуют – дешево и сердито. Я, конечно, помельче бизона буду, но и для меня забор не проблема. Что я и продемонстрировал, в несколько пинков отшибив ту пару пластиковых плит, что составляли одну из секций на краю уцелевшего куска. Выломать же поперечины вообще труда не составило, и вскоре я стал обладателем двух импровизированных щупов чуть больше моего роста. Одарив одним из трофеев Мака, я так же молча направился к ближайшему следу.

– Эй-эй, Дэн, ты чего? – забеспокоился Макдугал и, не получив ответа, предпочел пройти за мной.

Впрочем, в процесс он не вмешивался, соответственно и я задираться не стал: машинально отметив порядочно снизившийся уровень… хм, «водоема», без комментариев погрузил шест в коллоидное месиво, подняв изрядное облако пыли.

– Ну и где твои зыбучие пески? – окончательно припечатал я Мака, кивнув на щуп.

Тот уткнулся в твердое дно на глубине от силы сантиметров двадцать.

– Я же говорил, что у меня годный план, – нашелся Гленн. – Думаешь, можно вброд перейти?

– Почему нет?

– А нас не разъест?

– Пластмассу не разъедает.

– Вот именно. Но я-то не пластмассовый.

– Мак, ты, между прочим, куда прочнее. Тебя даже изнутри эта гадость не разъедает, снаружи тем более ничего не грозит.

Макдугал потемнел лицом, потом задумчиво покосился на след и перевел взгляд на крышу глайдера.

– Вот именно, Мак, вот именно.

Про то, что пыли мы сожрали порядочно, я уже упоминал? Во-от. А теперь еще и выяснилась ее природа.

– Короче, берем щупы и идем напрямик. Следы форсируем вброд, Бадди перетаскиваем на закорках.

– Годится, – вздохнул Гленн.

Видимо, оценил предстоящий объем работ.

Впрочем, незамедлительно отправиться в путь все же не получилось. Остановило осознание того простого факта, что сегодня придется ночевать в чистом поле. И если мы в укрытии чуть не околели, то что с нами станется, случись спать на голой земле? Так что пришлось отложить в сторону щупы и заново обшарить ближайшие окрестности, включая глайдер. Искали хоть что-то способное облегчить нашу участь. И, надо признать, в четыре глаза кое-что высмотрели.

Вышли только в десятом часу утра (хоть и вскочили на рассвете), к тому же порядочно нагруженные – пришлось из чехлов с передних сидений соорудить жалкие подобия заплечных сидоров, а «мегаспальник» навьючить в виде скатки на двужильного Мака. На моем загривке помимо вещмешка с кое-какими полезными мелочами разместилась еще и связка поломанных на метровые куски поперечин от забора, заостренных с одной стороны. Пришлось помучиться, конечно: мультитул – не самый удобный для резьбы по пластику инструмент, но затраченные усилия того стоили.

Еще одна непредвиденная задержка вышла конкретно из-за меня: я дал маху, что и выяснилось буквально сразу же, стоило только сделать первый шаг по пылевой «речке». Оная пыль оказалась настолько летучей, что незамедлительно образовалось настоящее облако, дышать в котором было просто невозможно. Пришлось выбираться на твердую почву и сооружать всем, включая пса, подобие респираторов, на которые Мак пожертвовал подкладку собственной куртки – она у него чуть теплее оказалась. Ну да ладно, с кем не бывает. Всего предусмотреть не способен даже Зевс… Что, я вам про него еще не рассказывал?


Колония Порт-Бриггс, борт исследовательского рейдера «Молния», двенадцать дней назад

На вторые сутки стажировки, уже несколько освоившись на половине Оружейников, я отправился исследовать остальные доступные зоны. Начать решил с технической палубы, которая располагалась под жилым блоком и превосходила его площадью почти вдвое. Правда, практически все полезное пространство съедали мастерская и склады, которые все члены объединения, за исключением техников, предпочитали называть кто барахолкой, кто свалкой, а кто и вовсе помойкой. То есть место априори для инженера-аналитика интересное. И, едва выбравшись из кабинки лифта, нос к носу столкнулся с незнакомым типом – на торжественном обеде его точно не было. Сначала я решил, что это кто-то из команды, но в глаза бросилась неестественная неподвижность физиономии – мимика у типа отсутствовала как класс. Да и цвет кожи какой-то нездоровый…

– Приветствую, господин Новиков.

– П-привет…

Н-да. И с голосом что-то не то. Искусственный какой-то, как будто синтезированный, причем без особого старания… Да это же андроид! Ни фига себе, капитан шикует! Ушлые сыны Страны восходящего солнца, ныне населявшие Колонию Киото, умудрились пустить эту технологию местных Предтеч на поток, разумеется, с использованием унаследованных производственных мощностей. Товар получился не из дешевых, но даже с учетом цены быстро стал дефицитным. А кэп умудрился себе где-то одного отжать. Я же их только на картинках видел да еще в голофильмах.

Андроид к моему изучающему взгляду отнесся с пониманием и терпеливо ждал, когда я наконец утолю любопытство. Много времени это не заняло – подумаешь, оживший манекен! Явно одна из самых низкоуровневых моделей, навороченного киборга от человека отличить куда сложнее. А здесь все признаки, прямо классика – и неподвижность лицевых мышц, и тусклые глаза, и неестественно прямая осанка. Про голос уже говорил. Поскупился Иванов на полную имитацию, скорее всего, прикупил где-то по случаю, ради выращенного вместе с телом искина.

– Разрешите представиться, – все так же невыразительно лязгнул андроид. – Меня зовут Зевс. Чем могу быть полезен?

– Да, собственно, ничем, – пожал я плечами. – Хотя… слушай, а почему у тебя такое имя?

– Вероятно, потому, что я повелитель «Молнии».

Офигеть! Могу поклясться, что у него уголки губ дернулись, как будто он усмехнулся! И в голосе промелькнуло что-то… ирония? Что же за искин в него залит? Заставить выразить эмоции совершенно для этого не приспособленное тело дорогого стоит. Это я вам как дипломированный специалист говорю.

– Повелитель? – ухватился я за ключевое слово. – Я думал, это определение больше кэпу подходит.

– На лавры капитана Иванова не претендую.

Опять ирония? Или сарказм? Да без разницы! Сам факт поражал!

– Э-э-э… Зевс?.. Ты не возражаешь против небольшой беседы?

– Ничуть. Готов ответить на все ваши вопросы – разумеется, не выходя за рамки дозволенного.

– Тогда для начала объясни мне, почему ты повелитель «Молнии». Надеюсь, эта информация не закрыта?

– Нет, сэр. Но я думаю, нам следует пройти в более удобное место, – предложил киборг, – у меня, помимо беседы с вами, есть и другие обязанности. Но общению они не помешают.

– Пошли. И можешь называть меня просто Денис.

– Хорошо, Денис.

Ух ты! Все-таки продвинутая модель! Только на внешности сэкономили. Хотя… мог и намеренно капитан такого заказать, чтобы не пугать лишний раз команду. Все-таки Зевс проходил по ведомости как оборудование. Иначе бы на вечере знакомства присутствовал.

Удобным местом оказалась технологическая ниша, оснащенная стандартным терминалом и откидной табуреткой. На сидячее место Зевс не претендовал, так что я без зазрения совести взгромоздился на узкое сиденье, пропустив андроида поближе к рабочей станции. Киборг выщелкнул из запястья игольчатый коммуникационный разъем и подключился к терминалу напрямую. По дисплею шустро забегали строчки, потом текст сменился ветвистым интерфейсом с множеством иконок, помеченных символами алфавита Диарру, и Зевс принялся быстро тыкать в них пальцем, умудряясь за сотые доли секунды усвоить информацию. При этом он еще и про меня не забыл. Компьютер, что с него взять! Причем хороший компьютер – весь последующий разговор шел на русском, и я не заметил ни одной корявости, даже идиомы он использовал к месту. Впрочем, загадка решилась просто – по признанию самого Зевса, пополнить словарь ему помогли кэп и наша суровая медичка.

– Итак, Денис, вы спрашивали…

– Можешь обращаться ко мне на «ты».

– Спасибо, – не отрываясь от работы, поблагодарил андроид. Причем я снова уловил в его голосе нечто отдаленно напоминающее иронию. – Итак, Денис, ты спрашивал, почему я Зевс. Отвечаю – так меня нарек капитан Иванов. Юмор до меня дошел не сразу, но потом я понял и принял имя. Оно мне очень подходит.

– А на самом деле ты кто?

– Согласно технической документации – андроид класса А-19.

Я мысленно подобрал с пола упавшую челюсть и твердо решил больше ничему не удивляться. Хоть повод и железный. Тело Зевса, как я и предполагал, оказалось самым дешевым, не приспособленным к сложным работам – принеси-подай, не более. Этакий человекоподобный погрузчик. Зато мозг… по текущей классификации искусственных интеллектов самым навороченным считался искин по имени Синоби, принадлежащий Корпорации «Киото Биотекнолоджиз» с той самой Колонии Киото. Ему был присвоен двадцать третий класс. Стоил он, по слухам, как половина всех активов Корпорации. Столько нулей в числе, даже представить трудно. Моя родная Корпорация «Спейс Текнолоджиз Груп» владела искином двадцать первого класса. Частным лицам были доступны искины до семнадцатого включительно. Как кэп Иванов умудрился раздобыть искина девятнадцатого класса, лично для меня загадка. Его вычислительных мощностей хватило бы для управления крупной орбитальной станцией вроде той же STG-17… И андроид с такими мозгами разгуливал тут по кораблю!

– А на самом деле? – уточнил я, справившись с эмоциями.

– На самом деле я мобильный модуль основного искусственного интеллекта, управляющего этим кораблем.

Уже интереснее. Если я ничего не путаю, то исходный «мозг» должен был примерно соответствовать классу тела – где-то второй-третий. Основа по большому счету не так важна, как программное обеспечение. Оно-то и составляло львиную долю стоимости искина. Понятно, что чем мощнее виртуальная составляющая «мозга», то тем качественнее должен быть и его физический носитель, но тут у изделий «Киото Биотекнолоджиз» все было в порядке. Получается, кэп купил самого дешевого андроида, а местный искин подсадил в него свое второе «я». Изящно, черт побери! Интересно, как долго Иванову пришлось с настройками возиться?.. Тут, кстати, еще одна неувязочка.

– Текущий класс мне был присвоен по результатам тестирования сторонней организацией, – пояснил Зевс, когда я озвучил вопрос. – Разумеется, после модификации ядра. Отладка длилась шесть стандартных месяцев.

– А какая у тебя основная задача?

– Коммуникационная.

Я недоуменно заломил бровь, но андроид и эту проверку прошел – расшифровал вербальный сигнал без заминки.

– Моя приоритетная функция – осуществлять контакт между экипажем и сторонними модулями с одной стороны, и с базовым кораблем – с другой. Напрямую с моим материнским ядром может общаться только капитан.

Помню, Мак рассказывал. Мысленное управление и прочие навороты.

– Плюс я же корректирую программное обеспечение. Из-за низкой совместимости технологий накапливаются сбои, и приходится их устранять практически вручную. Помимо прочего я еще распределяю энергопотоки, идущие на вспомогательное оборудование. Ты, Денис, знаешь, почему мы болтаемся в пространстве уже вторые сутки?

– Без понятия. Думал, кэп кого-то ждет.

– Можно и так сказать, – все с тем же непроницаемым видом кивнул андроид. – Ждет, пока заполнятся накопители.

– Совсем ты меня запутал. Мы что, на какой-то нелегальной заправке? Почему на станции не заправились? Или сильно дешевле?

– Значительно дешевле. Я бы сказал, рентабельность данного предприятия составляет девяносто восемь процентов. Посмотри, пожалуйста, сюда.

Я послушно уткнулся в дисплей. Опять древовидный интерфейс – на сей раз стандартный «энергораспределитель». Два десятка накопителей разной емкости, из них две трети уже зеленые, а оставшиеся залиты зеленью где-то наполовину. И границы закрашенных зон еле заметно смещаются.

– Тормозная заправка. Зря капитан с базы улетел.

– Это не заправочная станция, Денис. Корабль наполняет энергоячейки самостоятельно. Три дня назад произошел мощный энергетический выброс в фотосфере местной звезды, и мы сейчас в центре потока жесткого излучения.

– Э-э-э… но ведь излучение сажает защитные экраны?

– В нашем случае – нет. Внешняя поверхность корпуса улавливает заряженные частицы и преобразует их энергию в электрическую. Она же выполняет и функцию силового щита. То есть мы пополняем запас энергии. Бесплатно.

– Только долго.

– Но оно того стоит, – парировал Зевс. – И капитан совершенно справедливо считает, что гораздо выгоднее повисеть сутки-другие в пространстве, затратив какое-то количество ресурсов на поддержание жизнедеятельности экипажа, чем отваливать необоснованно завышенную сумму заправщикам.

– Это он сам так говорит?

– Ответ положительный.

– Тогда получается, что мы перед каждым прыжком эту процедуру проходим?

– Полной емкости накопителей хватает на десять прыжков малой дальности, например, между соседними системами, четыре-пять – средней и как минимум два сверхдальних.

– Ага. Еще лучше. Запрыгнул к черту на кулички и кукуй. А если пираты?

– За все время моего функционирования ни одного подобного случая не зафиксировано. Капитан предпочитает не рисковать и всегда имеет энергорезерв. А если время поджимает, то пользуется услугами заправщиков. Но сейчас не тот случай! – предупредил мой возможный вопрос Зевс. – Надеюсь, я удовлетворил твое любопытство, Денис?

– Более чем полностью.

Мы тогда проболтали еще не меньше часа – вопросов касательно устройства редкого корабля у меня накопилось множество. Правда, членов экипажа я старался не затрагивать, но хватало и мелких, на первый взгляд несущественных деталей, временами проскальзывающих в ответах андроида, чтобы подтвердить первое впечатление, сложившееся после памятного обеда. К тому же Зевс оказался самодостаточной и очень интересной личностью с парадоксальными взглядами на многие банальные вещи. Так что неудивительно, что мне вскоре захотелось продолжить общение.


Колония Пандора, окрестности Вилсонс-Хоуп,

7 сентября 2135 года, поздний вечер

– Все, Дэнни-бой, устраиваемся на ночевку! – Мак с огромным облегчением скинул сидор и пристроил его у подножия крупного валуна, венчавшего вершину невысокого холмика. Шмякнул рядом скатку «мегаспальника» и с наслаждением уселся на нее, вытянув натруженные ноги. – Думаю, удобнее местечка все равно не найти.

Тут я с ним вынужден был согласиться – хоть с одной стороны защита от ветра. В обычных условиях я бы какую-нибудь ложбинку поискал, но… были нюансы. За день наблюдений (вернее, за первую его половину, потом уже на посторонние дела сил не осталось) накопилась значительная статистика, позволявшая более-менее точно прогнозировать поведение аномалий. Следов мы форсировали столько, что я со счета сбился. Зато выявил закономерность – перемещаться они предпочитали по низинам, если была для этого возможность. Такое ощущение, что они, аналогично всем водным потокам от ручьев до гигантских рек, текли по пути наименьшего сопротивления. Так что на вершине холма риск попасть в мясорубку минимален. Шанс, конечно, есть, но с этим пришлось смириться.

– Ну и фигли ты расселся? – укоризненно глянул я на напарника. – Ставь палатку, я пока дрова поищу.

– Может, наоборот?

– Не-а, – покачал я головой. Хрена с два поведусь. Кое-как переставлять ноги я еще способен, а вот вдумчивая работа – не для меня. Пусть спасибо скажет, что в пути не свалился. – Мое дело было проект разработать и в жизнь его претворить. А вот практикой тебе придется заняться. Не мое это. Или ты забыл, в какой я должности?

– Технично отмазался.

– Как смог. Все, я пошел.

Пусть отдувается за утро. Зря я, что ли, сидел и морщил ум, прикидывая, как из ничего смастрячить приспособления для переноски грузов (задача номер один), и плюс к тому портативное укрытие (задача номер два)? И я еще молчу про обогреватель!

Кстати, последним я особенно гордился – бывалый Мак о подобной конструкции даже не слышал. И был изрядно удивлен, когда я вскрыл багажное отделение глайдера и принялся потрошить облицовку. Даже поинтересовался, не тайник ли с местным самогоном ищу? Было бы неплохо. Я вместо ответа продемонстрировал ему вывороченный из гнезда матовый брусок размером с мобильник, украшенный с одного торца еле заметными контактами.

– Ну и на фига тебе батарейка? – озадаченно хмыкнул он, теребя в руках обнаруженную здесь же канистру-пятилитровку.

Я сначала даже не понял, что это емкость для хранения жидкостей – она больше всего походила на кусок полиэтиленовой пленки. И лишь после объяснения Гленна до меня дошло. Хитры все же были наши предки. Это надо же, такое выдумать – глухой пластиковый мешок с заливной горловиной и крышкой на резьбе. Удобно, практично, дешево. Судя по запаху, в ней покойный Джош тот самый разрекламированный эль собственной выделки возил. Но нам было не до брезгливости, так что даже этой… хм, посудой пренебрегать не стали. Еще Мак пояснил, что такая штукенция известна с глубокой древности, бурдюк называется.

– Батарейка нужна, без нее никак, – заверил я напарника. – Ты как ночью греться собрался? По уже испытанному методу?

– Ага.

– У меня есть вариант лучше. Мы сделаем «козла».

– Чего-чего?

– «Козла», говорю. Примитивнейшая вещь, да и довольно опасная, но для нас будет кстати. Надо два провода и какую-нибудь хрень металлическую на нагревательный элемент. В идеале, конечно, спираль, но сойдет и что-нибудь плоское… да вот, обшивка с дверцы. Только ножик свой дай.

– Затупишь!

– Зато не замерзнем!

Последний довод подействовал, и примерно через час возни мы стали счастливыми обладателями переносного электронагревателя – грубоватого на вид, но прекрасно функционирующего и достаточно легкого. Правда, это его свойство оценили уже ближе к вечеру. Я даже извратился и изобразил из тонкого листового металла нечто вроде радиатора с поперечными пластинами для увеличения поверхности теплообмена. Больше всего промучились с контактами, но в конце концов получили довольно надежное соединение через грубый переходник из все той же дверной обшивки. Ускоренные испытания показали жизнеспособность конструкции – от одной батарейки с остаточным зарядом «козел» проработал почти час. Мог бы и больше, но нам уже некогда было. В любом случае решили подстраховаться и загрузили в каждый сидор – опять же моей конструкции – по два десятка элементов, благо в глайдере их нашлось больше сотни. Хотя за глаза бы и одного хватило – где «козел» и где глайдер?

Заодно и проблему добычи огня решили – короткое замыкание еще никто не отменял. На растопку пустили прекрасный синтетический уплотнитель из салона, занимавшийся буквально от одной искры. Ничем не хуже древнего трута получилось.

В пути разжились водой – как оказалось, ручьи, до речушек сильно недотягивавшие, здесь попадались частенько. После утреннего «угощения» я уже ничего не боялся, так что пил сырую водицу за милую душу – один хрен, терять нечего. Да и проблем с санузлом никаких – присаживайся в любом приглянувшемся месте. Однако же животом мучиться не пришлось. Уж не знаю, организм у меня таким крепким оказался или подействовал просроченный «Мезим-нео», найденный в аптечке глайдера. Скорее второе, ибо и Гленн незавидной участи избежал.

А ближе к вечеру Бадди спугнул местного зверя, весьма смахивавшего на обычного поросенка, и Макдугал поразил меня до глубины души, сняв беглеца из Милашки первым же выстрелом. И это, прошу учесть, когда я уже с трудом передвигал ноги, а руки, удерживающие лямки сидора, дрожали от напряжения. Мак выглядел чуть свежее, но все же, все же… Кабанчик оказался мелковат, поэтому забрали его с собой целиком, предварительно выпотрошив. Эту почетную обязанность я уступил напарнику, ибо сам в таких делах дуб дубом. Но смотрел на процесс с гастрономическим интересом, хотя буквально вчера бы меня от такого зрелища минимум замутило.

Пса покормили сразу же, выделив часть тушки, свой же перекус отложили до ночлега – втянулись уже в ритм, да и чувство голода притупилось, напрочь заглушенное зудом во всех мышцах сразу. Даже в тех, о существовании которых я ранее и не подозревал.

Зато сейчас самое время готовкой заняться. Дровишек вот наберу, костерок запалим, и здравствуй, жаркое! Без соли и специй, но пофиг! Даже полусырое сгрызу, на это силы остались. Хищник я, в конце концов, или погулять вышел? Вот-вот.

Кустов в округе было довольно много, так что хвороста запасти удалось достаточно. Для готовки, я имею в виду. А вот на полноценный костер, да еще на всю ночь… ну не знаю. Пару грузовиков если только собрать. Потому «козел» по-прежнему оставался актуальным. Огонь разведем и будем поддерживать, но чисто символически. Вдруг кто мимо полетит?

В лагере работа тоже кипела – Гленн, пусть и с матюгами, конструкцию освоил и уже почти собрал каркас. А к третьему моему возвращению с очередной охапкой хвороста и вовсе со сборкой покончил, так что у меня даже получилось полюбоваться результатом собственной фантазии в неверном свете такой же, как и вчера, небесной свистопляски. Ничего так получилось, особенно для первого раза. Нечто вроде юрты – силовой набор из пластиковых труб, а сверху полог из распотрошенного чехла с заднего сиденья глайдера. Как раз хватило. Тем более что с полезным объемом мы поскромничали – получилась одноместная палатка, в которой придется лежать в обнимку. Плюс зазор в полметра между нашими бренными телами и валуном, куда предполагалось установить обогреватель. В качестве подстилки использовали свеженарубленные ветки, на которые сверху бросили опустевшие сидоры. В общем и целом получилось весьма уютно.

Включив «козла», чтобы хоть немного внутри палатки воздух прогреть, занялись ужином. Теперь пришла очередь Макдугала показать класс, с чем он и справился ожидаемо блестяще. Впрочем, с такой голодухи любая бурда могла показаться верхом изысканности, так что неравномерно прожаренный поросячий окорок и кипяток (напарник умудрился вскипятить воду прямо в пластиковой канистре!) я расценил как одну из самых лучших трапез в жизни. У нас еще и на завтра осталось – Мак предпочел «пожарить» все мясо, чтобы утром не заморачиваться.

После ужина мы, смертельно уставшие, но умиротворенные, забрались в палатку, устроились со всем возможным удобством и задремали. Правда, далеко не сразу – было жестко и прохладно, но потом, что называется, надышали, плюс «козел»… и я незаметно для себя погрузился в хорошо знакомую полудрему. Подбив предварительно итоги дня.

Итак, если вкратце, в активе у нас миль тридцать. Спасибо рельефу, ноги особо ломать не пришлось, иначе вряд ли бы мы ушли так далеко.

В пассиве – связь по-прежнему отсутствовала, и за весь день мы не видели ни одного летательного аппарата, хотя бы жалкого глайдера. Такое ощущение, что небо вымерло. Или на всей планете запретили полеты.

И отдельное спасибо Бадди – он трижды предупреждал нас о приближении неприятностей, соответственно мы благополучно их избежали, во всех случаях элементарно убравшись с пути аномалий. При этом удалось рассмотреть процесс с разных ракурсов и сделать кое-какие выводы, делиться которыми с Маком я покуда не стал. Следов же нам встретилось и вовсе без счета, и изучение наполненных пылью канав тоже дало результат. Впрочем, об этом после. А пока – спать.


Колония Пандора, окрестности Вилсонс-Хоуп,

8 сентября 2135 года, день

– Ну и что вы можете по этому поводу сказать, коллега? – вопросил Мак, окинув взглядом открывшуюся с вершины холма панораму. – Технично нас поимели, не правда ли?

Тьфу. У него еще силы хохмить остались… Я же просто сел, где стоял, и вытянул ноги. А потом и вовсе лег на спину и уставился в небо. Единственное определение, приходившее на ум при виде превращенного аномалиями в руины города, заключалось в одном коротком слове – ндец. По классификации тренера дяди Коли. И не просто ндец, а полный и безоговорочный. Я даже мельком пожалел о брошенном часа полтора назад сидоре – уже тогда я настолько вымотался, что поставил Маку условие: либо дальше я иду один, либо мы с вещмешком остаемся прямо здесь. Оба. Гленн выбрал первый вариант, а еще через полчасика и сам последовал моему примеру, сначала избавившись от канистры, а затем и от остальной поклажи. Разве что пару батарей в карманы засунул, чисто на рефлексе.

Смутные сомнения начали закрадываться мне в душу, когда до Вилсонс-Хоуп оставалось миль шесть, не больше. Самый главный и, по сути, единственный признак надвигающейся беды – полное отсутствие воздушного движения – буквально бросался в глаза. Но мы еще на что-то надеялись и продолжали терпеливо плестись по буеракам, хотя больше всего на свете мне хотелось рухнуть на землю и поваляться хотя бы часа два. Или больше. Ноги горели, а мышцы, вчера нывшие, сегодня вообще утратили чувствительность. Вечером я, оказывается, масштаб проблемы здорово преувеличил – настоящие мучения начались утром, когда я попытался собрать себя в кучу и подняться с лежанки. Как бы не так! Уж на что я закаленный – у дяди Коли не забалуешь! – но такого мне еще испытывать не доводилось. Вот что значит непривычная нагрузка.

Мак выглядел не намного лучше меня, но все же сумел выбраться из импровизированной палатки и разогреть остатки ужина. На запах я волей-неволей все же выполз, кровь потихоньку разбежалась по венам, а когда приспичило, э-э-э, по большому, и вовсе бодрячком передвигался. Правда, на разминочный комплекс меня уже не хватило.

А потом мы двинулись в путь, по молчаливому согласию бросив палатку. Забрали лишь «козла» с запасом батарей, распределив их по вещмешкам, да канистру с остатками воды. Но через какое-то время избавились и от этой ноши – слишком уж она стала неприподъемной.

Да что говорить – даже двужильный Бадди притомился и брел рядом с Маком, вывалив язык. Его тяжелое дыхание даже наши с Гленном хрипы перекрывало. Однако бедный пес старался не отставать, прекрасно осознавая, что одному ему через следы не перебраться. И если раньше он легко вскакивал на закорки мне либо Маку – смотря кому очередь выпадала, – то теперь ему приходилось помогать. А то и просто на руках тащить, как дите малое, что тоже отнимало порядочно сил.

Но все-таки мы справились. От нашего холма, на покорение которого ушли последние резервы, до окраин городка было не больше полумили. Вот только оптимизма нам этот факт не добавлял, ибо выглядел Вилсонс-Хоуп как после бомбежки – всюду горы камня и битого кирпича, улицы во множестве мест перекрыты завалами, а взлетное поле превратилось в шахматную доску – аномалии перечеркнули его почти под прямыми углами, этаким квадратно-гнездовым методом. Но все же кое-что уцелело, например, одно крыло мэрии. Да и здание аэровокзала выглядело более-менее прилично. Вот только людей нигде не было. И транспорта тоже, даже брошенного. Что наводило на определенные мысли.

– Ч-черт, опоздали! – в сердцах сплюнул Мак.

– Думаешь, их эвакуировали?

– Однозначно. А кто-то и сам смотался. Уж я бы точно здесь не сидел, если бы у меня был глайдер.

– Логично. Кх-ха!

– Эй, Дэнни-бой, ты чего-то взбледнул… ну-ка не расклеивайся! Придумаем чего-нибудь.

– Блажен, кто верует…

– Ты мне это брось! – рыкнул Гленн, разве что не дернулся, чтобы влепить пощечину. Видимо, силы решил не тратить. – Мы еще живы, так что надежда есть.

– На что? Что прилетит вдруг волшебник в голубом вертолете?

– Ты бредишь, что ли?

– Да нет, это цитата… шучу я. Ха-ха.

– Ну вот, другое дело! Вставай, пошли.

– Куда?

– Туда, куда же еще, – ткнул напарник пальцем в развалины. – Поищем средство передвижения. Или хотя бы мобильник.

– Думаешь, связь есть?

– Не знаю… но чем черт не шутит? Кстати…

Чудо свершилось. Ну почти. Если по лицу Мака судить, когда он бросил взгляд на инфор. Давненько я не видел такой надежды – совсем как у моего одногруппника Витьки Моисеева на экзамене по основам кибернетики. Впрочем, она тут же сменилась беспросветным отчаянием – Гленн злобно выругался и принялся трясти рукой, то бишь инфором на запястье. Метод не сработал, но напарник проявил упорство и принялся нарезать круги, то и дело косясь на циферблат.

– Ну и чего высмотрел?

– Есть сигнал, – не слишком уверенно сообщил Макдугал, завершив пляски с бубном. – Только очень неустойчивый. На доли секунды ловится, а потом пропадает. Но в направлении города вроде усиливается. Еле заметно, так что могу и ошибаться.

– Это ты ретранслятор ловишь, – хмыкнул я, глянув на собственный гаджет и убедившись в правоте соратника. – Напрямую до «Молнии» не докричаться. Но можно ближе к источнику подойти. Нам в принципе даже эсэмэски хватит, лишь бы ушла по адресу.

– И чего разлеживаешься?! Погнали!

– Боюсь, там хуже будет. Слишком много препятствий, ноги переломаем…

– Прорвемся. Глупо упускать шанс. До следующего поселения, если карте верить, миль полтораста. Ты готов рискнуть?

– Нет уж, лучше по руинам поплутать, все меньше времени уйдет.

– Кстати, а где тут может быть ретранслятор?

– Я бы на мэрию поставил.

– Не самое очевидное решение, – покачал головой Мак. – Обоснуй.

– А ты здесь еще какие-нибудь объекты инфраструктуры видел? Одни жилые дома да магазины с барами. Если только вон на аэровокзале торчит. Но там мы в первую очередь проверим – все равно по пути.

– Убедил. Все, подъем!

Я оказался прав – тащиться пришлось практически до центра города, порядочно сбив ноги на завалах. Если в аэровокзале и имелся свой пункт связи, то он был либо обесточен, либо уничтожен – на качестве сигнала близость этого сооружения не сказалась. Он даже ухудшился, когда с холма спустились. Но вот по мере продвижения по той самой улочке, с которой и начался наш вояж позавчера утром, надежда периодически крепла – одна «палочка» в традиционной линейке индикатора задерживалась уже на секунду, а то и на полторы. Правда, потом на добрую минуту исчезала.

Зато от осознания этого радостного факта у нас с Гленном открылось второе дыхание, и мы уверенно перли вперед, к ратуше. Или мэрии, кто их разберет. Благо улица оказалась довольно широкой, и кучи щебня, бывшие не так давно уютными домами, редко перекрывали ее больше чем наполовину. Завалы почти всегда удавалось обойти, а пылевые следы все равно приходилось преодолевать вброд. Но мы не расстраивались – ровно до тех пор, пока не уперлись в особо крупную мусорную кучу, некстати совпавшую со следом. В общем, мешанина вышла знатная, не обогнешь.

– Черт.

– Вот именно, черт. – Мак задумчиво обозрел препятствие, потом перевел взгляд на инфор. – Тэк-с, вроде нормально… по крайней мере, попытаться можно. Что писать-то будем?

– SOS.

– Очень смешно, умник. А то капитан и не догадывается, что мы в дерьме.

– Тогда пиши, чтобы подобрали нас в Вилсонс-Хоуп.

– Вилсонс-Хоуп – понятие растяжимое.

– Не все сразу, Мак, не все сразу. Давай для начала связь установим, а потом уже к подробностям перейдем. Кстати, кому писать будем? Грегу или капитану?

– Кэпу, Грег все еще на шарике может париться. Ладно, пишу: «Мы в Вилсонс-Хоуп»… хотя нет, просто: «Вилсонс-Хоуп». Поймут, что это мы. Номер-то определится…

– Краткость – сестра таланта, – одобрительно кивнул я. – Думаешь, более длинное сообщение не уйдет?

– По-любому так надежнее, – совершенно серьезно подтвердил Гленн мой вывод, и я проглотил вертевшийся на языке издевательский комментарий.

Пусть его.

– Отправка.

– Ну и?

– Думает.

– Что-то долго думает.

– Скажи спасибо, что не посылает… я имею в виду, нас не посылает.

– Подбрось инфор.

Мак скривился скептически, но все же снял браслет с запястья и от души запулил в небо. Поймал вернувшийся гаджет, бросил взгляд на дисплей и ухмыльнулся ехидно:

– Доволен?

– Продолжайте, коллега, продолжайте.

Нам снова невероятно повезло – на пятом или шестом броске инфор разразился мелодичным дилиньканьем, а мы с Макдугалом – восторженным ревом. Бадди тоже в стороне не остался.

– «Сообщение успешно отправлено», – с чувством зачитал Мак короткую строчку. – Ч-черт, никогда мне еще так хорошо не было! Даже на Престоне, когда мы… ладно, не важно. Что теперь?

– Дальше кидай, ответа ждать будем.

Дождались – еще бросков через десять. Сообщение оказалось предельно лаконичным: «Ориентир?»

– А вот теперь давайте думать, коллега, – сказал я, мужественно сдержав рвущееся из груди ликование. – Самый очевидный вариант – мэрия. Но я предлагаю аэровокзал.

– Тащиться далеко.

– Зато маршрут разведанный.

– Там связи не будет.

– А нам и не надо. Будем сидеть на попе ровно и ждать. Сам же предлагал такой вариант позавчера. Энди сюда не меньше часа добираться, так что успеем.

– Ладно, уговорил. Так и пишу: «Аэровокзал».

Проверенная методика не подвела, и через некоторое время мы прочли еще более лаконичный ответ: «ОК».

– Р-рота, подъем!!! Бадди, чувачок, проснись и пой! Нас ждут великие дела!

– Мак, Мак, успокойся!..

– Да ну тебя, Дэнни-бой, уже и порадоваться нельзя…

– Радоваться будешь, когда на орбите окажемся.

– А ты суеверный, как я погляжу.

– Нет. Просто убежденный последователь Мерфи.

К аэровокзалу вернулись достаточно быстро – сказались опыт и предварительно освоенный маршрут. К тому же ноги, казалось, шагали сами, без участия сознания, и темп мы задали нешуточный – с поправкой на наше физическое состояние. И уже минут через двадцать задумчиво рассматривали почти не поврежденный домик – так, угол обвалился, и все. Но внутрь зайти не решились – а ну как рухнет? В строительстве ни я, ни Мак ничего не понимали – не наш профиль, но здоровая паранойя, по выражению все того же Мака, еще никому не вредила. Да и смысл прятаться? Нам, по логике, вообще посреди летного поля торчать надо, отсвечивая на все четыре стороны. А посему мы, не сговариваясь, побрели вдоль корпуса, наметив один и тот же относительно целый пятачок бетонного покрытия – аккурат глайдеру приткнуться. Правда, не дошли – Бадди вдруг врубил ускорение (и это при общем упадке сил!), рванул к обрушенному углу кирпичной коробки и залился хриплым лаем, то бишь воспроизвел знаменитое «Вуф!» аж трижды. Застыл в охотничьей стойке, задрав морду, и принялся глухо рычать.

– Чего это с ним? – удивился Мак. – На опасность он немного иначе реагирует.

– Сдается мне, есть причина, – хмыкнул я и подошел поближе к покореженному зданию. Окинул взглядом завал на месте разметанного по кирпичику угла. – Все ясно. Эй, приятель, ты как тут?

– Дэнни-бой, у тебя глюки? Кого ты там высмотрел?

– Похоже, у нас еще один попутчик, – пробормотал я себе под нос, проигнорировав Макдугала. – Кис-кис-кис!..

Крошечный комок неопределенного цвета, восседавший посреди завала на чудом сохранившемся кирпиче, зыркнул глазищами-фарами:

– Мя-а-а-а-к!

– А ты, братец, пискля! Бадди, фу! Фу, я сказал!

Не обращая внимания на «грозный» оскал и шипение (неубедительное, ага), я аккуратно взобрался на кучу мусора и подхватил сделавшего слабую попытку отмахнуться когтями (если это можно так назвать) кошака под пузо. Тот заскреб в воздухе лапами, но быстро успокоился, поняв, что псу скармливать его не собираются. Держа трофей на вытянутой руке, я принялся разглядывать «нежданчик». Ну что сказать? Кот как кот, совсем еще мелкий. Колер не разберешь, слишком пыльный. Но в том, что это именно кот, сомнений никаких.

– Ну и как мне тебя назвать? – принялся я рассуждать вслух, игнорируя уронившего от удивления челюсть Мака. – Хаос? Глупость? Нетерпение? Нет, еще в плагиате обвинят. И уж точно не Дакс – не тянешь, уж извини. Котенок по имени Гав?

– Вуф?!

– Шучу, шучу, расслабься, Бадди. – И нравоучительно продолжил: – Котенка с таким именем во дворе ждут одни неприятности. Так что будешь Василевсом, как император Священной Римской империи…

– Дэн, ты спятил?!

– Нет, Василевс слишком пафосно. Василий! Точно, будешь Васька.

– Дэ-эн! Ты чего там бормочешь?

– Кличку придумываю.

– И как, надумал?

– Ага. Будет Васька.

– Как-как?!

– Бэйзил.

– А ничего так, нормально, – одобрил Мак. – Ты что, серьезно его с собой решил взять?

– Почему нет?

– Капитан будет против.

– Ну и пусть его. Но здесь я Василия не оставлю. Слишком жестоко это.

– А ты сентиментален, Дэнни-бой.

С этим утверждением я спорить не стал. Элементарно сил не осталось. Кое-как добрел до облюбованного заранее пятачка, и приткнулся на самом краю, блаженно вытянув ноги. «Нежданчика» пристроил на пузе, оттолкнув любопытную морду Бадди, и принялся аккуратно поглаживать нового питомца по холке, за что и был незамедлительно награжден благодарным урчанием. Васька завибрировал всем своим невеликим тельцем, как это кошки умеют, и я впервые за эти суетные дни ощутил умиротворение.

Однако долго блаженствовать не получилось – примерно через полчаса, пролетевшие как один миг, Гленн задрал голову к небу.

– Пляши, Дэнни-бой! Кавалерия прибыла!

И чего он там высмотрел? В упор не вижу… хотя… точно! Вон точка какая-то подозрительная. Что характерно, растущая с каждым мгновением…

– Мак, что он делает?!

– А я знаю?!

– Твою маму!!! Бежим!

– Сидеть! Энди свое дело знает.

Не факт, что это именно Энди. Но Макдугал соратника всяко лучше меня изучил, может, по манере пилотирования определил, что это именно он.

А манера, надо сказать, весьма своеобразная – это с какого перепоя надо быть, чтобы бросить катер в штопор с нескольких тысяч метров?! Вот зачем так рисковать? А если не сумеет падение замедлить? От нас тогда и коллоидного месива не останется. Будет вместо забетонированного пятачка симпатичная воронка нехилого диаметра… Блин!!!

Обошлось. Катер замедлился почти до нуля метрах в ста от земли, и на поверхность опустился предельно аккуратно, гостеприимно распахнув люк пассажирского отсека.

– Быстрее, парни! Сюда аномалия идет! – громыхнули внешние динамики искаженным, но все же узнаваемым голосом Энди Чана, и мы оперативно загрузились в транспорт.

Мак первым делом усадил в кресло Бадди и только потом о себе позаботился. На мою долю остался «нежданчик», но его я отдельно посадить постеснялся – слишком уж негабаритный пассажир – и разместил у себя на коленях, придавив ладонью, чтобы не дергался.

Створки скользнули на свои законные места, и катер, судя по ощущениям, плавно оторвался от земли. Некоторое время он поднимался на антиграве, а потом Энди заставил машину задрать нос в зенит и врубил маршевые движки. Удар ускорения получился куда сильнее, чем при старте с «Молнии», и я против воли коротко ругнулся.

– Извините, парни, но сейчас в нижних слоях атмосферы опасно, – пояснил маневр Энди.

Что-то он многословен сегодня. Не к добру.

– А что стряслось-то?

Это уже Мак. Любопытству упадок сил не помеха, даже резко увеличившееся давление на грудь преградой не стало.

– Аномалии.

– Ни фига себе!..

– Некоторые километров до пяти бьют. Строго вверх, в стороны не распространяются. Полеты из-за них запретили.

– А как же ты?

– Ну, воздушной полиции тоже летать нельзя… а нам очень нужно.

– Поня-а-атно.

На том беседа и заглохла. А чуть погодя и ускорение перестало вдавливать тело в кресло – катер вышел в открытый космос.


Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

8 сентября 2135 года, день

Маневры на орбите заняли еще около часа, я даже подремать чуток умудрился, краем сознания уловив «беседу» Мака с пилотом («Что-то ты быстро явился». – «Сидел в готовности один, и траектория удачно совпала». – «Повезло нам». – «Ага»), и проснулся от мягкого удара – катер пристыковался к «Молнии». Зафиксировался в захватах, о чем возвестил зеленой табличкой в передней стенке отсека, и система фиксации без напоминания освободила пассажиров. Однако вылезать из кресел никто не спешил – уж не знаю почему, но выбираться из уютного кокона мне отчаянно не хотелось. Расслабился, что ли? Или отходняк навалился? Вроде нет, иначе я бы вообще двинуться не смог, уж я-то себя знаю. Просто… не хотелось разрушать волшебство момента – давненько я себя таким умиротворенным не чувствовал. Опасное приключение благополучно завершилось, к тому же дело доброе сделал – спас жизнь. Пусть и всего лишь котенка. Так что отвалите все, дайте поблаженствовать…

– Дэн, пошли, что ли? – не очень уверенно предложил Мак минут через пять. – Некогда вылеживаться вообще-то…

– А оно тебе надо? – лениво отозвался я. – Не беспокоят, и ладно…

– Экипаж, на выход!

Чертов Энди! Взял и подгадил. Ладно-ладно, вылезаю…

Блин, ноги подгибаются. На шарике еще держался, а тут вообще расслабился. Не падать! Еще капитану доложиться надо, а потом можно будет вкусить заслуженный отдых – Мака первым в ванну запустить, мыться он не любит (я имею в виду, долго мыться), а потом поблаженствовать от души под горячими струями. Под местные новости, ага. Благо инфор – водонепроницаемый. А затем и о пище телесной можно будет подумать, если от духовной тошнить не начнет. Есть у меня такое предчувствие…

– Ну вот, Василий, мы и дома. – Я аккуратно подхватил «нежданчика» под пузо, выпростался из кресла и сунул мякнувшего питомца в боковой карман куртки. – Будем надеяться, что приживешься.

За время полета Васька умудрился частично вылизаться, так что стало возможным определить масть – кот оказался черно-белым. Очередное совпадение, ага. Все-таки надо было Даксом назвать.

Судя по короткой кишке перехода, катер пристыковался не к нижней части корабля, в положенной ему технологической нише, а где-то в районе жилого сектора – видимо, чтобы мы быстрее добрались до благ, даруемых цивилизацией. Или чтобы тащить пострадавших было сподручнее. Другое дело, что мы передвигались самостоятельно, однако в предусмотрительности капитану не откажешь – я, если честно, чувствовал себя все хуже и хуже. Одеревенелые ноги почти отказывались подчиняться, но я все же брел, стараясь не терять из вида спину Мака. Хорошо хоть идти пришлось недолго.

Преодолев «полиэтиленовую» пленку мембраны, мы оказались в старом добром хранилище корабельного хлама, с момента моего первого посещения не изменившемся ни на йоту. И здесь нас ждала целая делегация в лице кэпа Иванова, непроницаемо-спокойного Грега и явственно нервничающей доктора Сьюзи.

– Как вы? – поинтересовался капитан.

Гленн в ответ изобразил рукой нечто абстрактное – типа более-менее, пока мяукаем, в немедленной госпитализации не нуждаемся. Я кивнул (если честно, это меня от усталости шатнуло), а Бадди пробрался поближе к настоящему хозяину, то бишь все тому же капитану, и притулился у его ног. Доктор Старкова недоверчиво прищурилась, но настаивать на немедленных реанимационных процедурах не стала. Что тоже показатель.

– Рассказывайте.

– Может, сначала вы, кэп? – не повелся Мак. – Мы три дня от мира оторваны были.

– Тебе с подробностями, или выжимку?

– Если можно, вкратце.

– Хорошо. – Капитан помолчал, собираясь с мыслями, а потом решил возникшую проблему с изяществом слона в посудной лавке: – Грегори, давай.

– Ну что вам сказать, господа? – хмыкнул тот. – Все плохо. Заказ сорван, так что мучились вы зря.

Ну да, для Грега это главный итог. Все-таки финансовый директор.

– Э-э-э…

– Не мычите, Гленн. Это я так, для затравки. Если совсем уж кратко – на планете объявлено чрезвычайное положение. Конкретно в том районе, где вы были, и вовсе национальное бедствие с тотальной эвакуацией населения. Впервые за историю Колонии зафиксирована небывалая активность аномалий. Они перепахали почти треть материка, и опасная зона продолжает расширяться. И ладно бы они только наземные объекты рушили… Но это, как выяснилось… хм, побочный эффект. Основное воздействие аномалий распространяется на атмосферу. Местные потеряли больше половины воздушного парка, прежде чем сообразили запретить полеты. Спасатели ходили на бреющем, но все равно потери просто чудовищны. По оценкам СМИ – более сорока процентов населения пораженных областей. Правительство в панике, в экономике хаос, да и во всех остальных сферах деятельности – тоже. Президент, если верить последним новостям, собирается обратиться за помощью к Корпорациям. Со всеми вытекающими.

Это точно. Если кто-то из монстров впишется, да еще и реально поможет, то с независимостью (или с ее видимостью) придется распрощаться навсегда. Корпорация своего не упустит. А это не есть гуд. Мир-то перспективный в плане новых технологий. Родной STG однозначно бы пригодился. Эх, патриотизм, что ли, проявить? Фигли думать, надо спасать заказ. Набирать, так сказать, очки.

– Какие-нибудь предположения о природе аномалий высказывались? – поинтересовался я, удивив самого себя – думал, от усталости заикаться скоро начну. – Есть же здесь специалисты соответствующего профиля?

– Сказки, – отмахнулся мистер Слоун. – Чего только не наговорили эксперты кабинетные… Блуждающие силовые поля – это еще самое безобидное.

– Не так уж они и не правы…

– Денис, вы точно себя нормально чувствуете?

– Да, мистер Слоун. Еще что-нибудь говорят? О первопричине, например?

– Все сходятся во мнении, что какой-то идиот запустил неведомый процесс в Руинах. Это старый город Предтеч неподалеку от Вилсонс-Хоуп…

– Да, мы в курсе.

Ага, значит, мы почти в эпицентре побывали и выжили. Можно сказать, в рубашке родились. Все трое, включая Бадди.

– Так вот, грешат на местных «расхитителей гробниц» – в прошлом из-за них уже случались крупные неприятности, правда, по масштабам не сравнимые… Денис, что с вами?

Что со мной? Блин, мне бы кто объяснил… хреново мне, очень хреново… и, что самое странное, как-то внезапно поплохело. Не сказать, что и до того я себя как огурчик чувствовал, но тут прямо ноги подкосились. И голова неестественно тяжелая. Гудит, перед глазами – круги красные. Или не круги? Или?.. Точно, тот самый «калейдоскоп»! Игры подсознания? Глюки? Ч-черт…

Ноги в буквальном смысле слова перестали держать, и я медленно завалился на пол. Хорошо хоть не с размаху, да и куча мус… то есть вторичных ресурсов, подвернулась – распластался на какой-то хреновине. Вроде бы кожух неведомого механизма…

– Мак, что происходит?

Капитан как всегда строг и беспристрастен. Уверен, он точно с таким же выражением лица озвучил бы аналогичный вопрос, застав Гленна за несанкционированным распитием спиртных напитков, блудом с незаконно проникшей на борт гулящей девой или мордобитием. Да о чем я – даже если все сразу и много, реакция будет идентичная. Это наш дорогой кэп таким образом дает провинившемуся осознать всю глубину его падения. Две, максимум три секунды. А потом приговор – тот, что «окончательный и обжалованию не подлежит». Но сейчас, похоже, не тот случай – сквозь туман в глазах я все же в состоянии различить, что мой напарник распластался рядом. И упал не так удачно. Разве что Бадди слегка удар смягчил, за что и поплатился, судя по обиженному скулежу. Пытается, бедняга, из-под тяжелого тела выбраться, но безрезультатно – лапы бессильно скребут по напольному покрытию, а глаза затягиваются поволокой…

– Сьюзан, реанимацию!

Ну вот, что я говорил о приговоре? Капитан, он такой…

– Всех контактировавших – на полную дезинфекцию и в карантин! Грег, не стой столбом, помогай доктору! Свен, стой где стоишь! Носилки брось!

Ага, насчет карантина капитан всерьез…

– И маски давай!

Надо же, какие предусмотрительные… впрочем, чему я удивляюсь? Это же Оружейники, у них это в крови – работать в нестандартных условиях. Проще говоря, какой только гадости на корабль некоторые не приносят… Соответственно и меры противодействия наверняка предусмотрены.

– Свен, готов? Взяли!

Сознание начало меркнуть, но я все же почувствовал, как две пары крепких рук бесцеремонно подхватили меня за ноги и плечи и рывком переместили на что-то тонкое и пружинящее. А потом это невидимое нечто стало расти, поднимая меня от пола и одновременно охватывая со всех сторон, как перина у бабушки на печке… какие занятные тут носилки, однако…

– Мя-а-а-ау!!!

– Эт-то что еще за?!

Васька! Выпустите Ваську, изверги, его же в кармане зажало!..

Кто-то – уж не знаю, кэп или Свен – дернул меня, высвободив левый бок, и полузадушенный кошак вырвался из плена. Взвился едва ли не выше голов моих спасителей, извернулся в воздухе, рухнул на э-э-э… пусть будет матрас и в одно касание сиганул в ближайшую кучу мусора, успешно зашхерившись в удачно подвернувшейся щели.

– Блокировать отсек! Неизвестная форма жизни!

Ч-черт, ну почему капитан такой реактивный? Добьет котейку, однозначно добьет… изверг.

Дальше мне стало не до размышлений: на ноги бухнулось что-то довольно тяжелое – судя по взвизгу, Бадди, – и каталка понеслась по извилистому проходу меж скоплений запчастей. Из глубин организма накатила волна нестерпимой боли, и я благополучно отрубился, в последний миг краем глаза зафиксировав склонившуюся над убежищем Васьки знакомую фигуру. Зевс?..


Колония Пандора, борт рейдера «Молния»,

8 сентября 2135 года, ближе к вечеру

Очнулся я от ощущения на лице мокрой шершавой гадости, с завидным постоянством появляющейся снова и снова. Даже попытался отмахнуться, не открывая глаз, но рука моя была тотчас же перехвачена крепкой конечностью. Волей-неволей пришлось размежить веки и проанализировать обстановку, задействовав еще и органы зрения – ибо осязанию, как немедленно выяснилось, я доверился зря. Бадди рядом не наблюдалось. А то, что я принял за его слюнявый язык, оказалось смоченным вафельным полотенцем, которым наш славный доктор Старкова протирала мне лицо. Защитником же ее выступил Грег Слоун.

– Ну, наконец-то! Вы, Денис, заставили нас порядочно поволноваться! – немедленно обвинил меня финдиректор. Но руку все же отпустил. – Гленн давно в себя пришел, Бадди как новенький, а вы все в бреду. Как вы там сказали, Сьюзан? Гиперреакция?

– Именно. Все, Грегори, он в норме. Если что-то понадобится, зовите.

Холодная красотка (кличка Мисс Лёд характеризовала ее на удивление точно) величаво удалилась, оставив нас с мистером Слоуном наедине.

– Что… со мной… было? – выдохнул я.

С каждым словом речь давалась все проще, и в конце этой немудреной фразы я вынужден был согласиться с выводом докторши. И осознал наконец, что нежусь в мягкой койке под легким одеялом, а вместо пропыленной и пропитанной потом одежды на мне типичнейшая больничная пижама.

– Вирус на шарике подхватил, – буркнул Грег, старательно отводя взгляд.

– Ой ли?

– Ладно, не вирус. Но притащили вы это с Пандоры. Хорошо хоть проявилась гадость достаточно быстро, а то пришлось бы всю «Молнию» дезинфицировать. А так успели локализовать и извести.

– Что это было?

– Вы где-то умудрились подцепить колонии полудохлых нанов.

Щелк! Вот теперь все окончательно встало на места.

– Какое-то время они восстанавливались за счет ресурсов ваших организмов – только непонятно, почему так медленно, – а потом атаковали.

Зато мне все понятно. Во-первых, Грег сам сказал – полудохлые. Во-вторых, пока мы шли, практически вся энергия уходила на физическую работу, им просто ничего не доставалось. Кое-что могло перепасть в состоянии покоя носителей, то есть когда мы спали. Вот почему с утра было так хреново. А когда эвакуировались, то совсем расслабились. Зато микроскопические тварюшки активизировались, и процесс пошел ускоренными темпами. Повезло нам еще, получается. Узелок на память: узнать, не зафиксированы ли аналогичные случаи на Пандоре. Там наверняка еще больше народу должно было заразиться. Или нет? Вряд ли кто-то по следам аномалии шарился да пыль глотал вместе с росой…

– Как вы сказали, мистер Слоун? Атаковали?

– Ну да… Мне Сьюзан пыталась объяснить, но я запомнил только, что они начали усиленно извлекать железо из гемоглобина.

Угу. Оклемались и принялись размножаться. Организм тут же адекватно ответил, приписав их к вирусам. Отсюда резкое повышение температуры, упадок сил и обморок. А занятные все-таки зверушки. О носителе совершенно не беспокоятся.

– Как нас вылечили?

– Подключили к аппаратам искусственного жизнеобеспечения и профильтровали кровь. Этого оказалось достаточно.

– Вы хотите сказать, мистер Слоун, что наны были только в крови? – Я подозрительно покосился на медкапсулу, возвышавшуюся по соседству с моей кроватью – вон сколько прибамбасов, один только встроенный томограф чего стоит. – И больше ни в одной ткани их не обнаружили?

– Я, честно говоря, не в курсе. Поинтересуйтесь у доктора Старковой.

– Хорошо, сэр. Можно еще вопрос? Какие у нас ближайшие планы? Мы вообще где сейчас?

– Все там же, – вздохнул Грег, – на орбите Пандоры. Хотя делать нам тут больше нечего. Заказ сорван, как я уже говорил. Жаль; выглядел проект перспективно.

– Мистер Слоун, а можем мы продолжить выполнение задачи на свой страх и риск?

– Почему нет? – пожал тот плечами. – Просто я не вижу физической возможности. Чрезвычайное положение – это не шутки. Без санкции местных властей лучше вниз не соваться, неприятностей не оберешься.

– А если приз будет достаточно велик?

– Что в твоем понимании «велик»?

– Новая технология, которую можно выставить на аукцион.

– Продолжайте, Денис. Я вас внимательно слушаю.

– Кажется, я понял природу аномалий и примерно представляю, как с ними можно бороться.

– Пояснишь?

– Позже. Сначала кое-что нужно уточнить. Доктор! Доктор Старкова!

– Да?

Холодная, зато дисциплинированная. Что не может не радовать.

– Доктор, а можно меня еще разок в капсулу засунуть?

– Зачем это вам, молодой человек?

Строгий взгляд из-под очков, строгий голос, строго поджатые губы – я что, должен сейчас раскаяться и стыдливо шаркнуть ножкой? Ага. Два раза.

– Нужно, доктор.

– Сьюзан, пожалуйста.

А вот за это спасибо, мистер Слоун!

– Укладывайтесь, – сдалась Старкова, – только не ворочайтесь и ничего не задевайте.

– Хорошо, мэм.

На новое ложе перебрался без особого труда, разве что тапок так и не нащупал, пришлось босиком прошлепать до капсулы, благо недалеко. Да и одежка акробатическим упражнениям не способствовала, норовя задраться. Грегу пофиг, но в присутствии Сьюзан позориться не хотелось.

– Доктор, проведите, пожалуйста, повторные тесты. Мне нужно кое-что выяснить. Не волнуйтесь, это не имеет отношения к моему здоровью, но может очень помочь всем нам.

– Сьюзан, делайте, что говорит Денис, – вмешался мистер Слоун.

Старкова кивнула с недовольным видом, но возражать не стала.

– Мэм, начинайте, прошу вас. И поясняйте, какой именно процесс сейчас идет. По фазам.

– Хорошо. Кровь повторно чистить будем?

– Думаю, в этом нет необходимости, – всполошился я.

Не хватало еще на несколько часов тут зависнуть. И так неизвестно, сколько времени дублирование займет…

Как в воду глядел – застрял я в капсуле почти на час. Всю процедуру откровенно скучал, едва сдерживая зевоту. Зато в конце был практически у цели – все воздействия, за исключением двух, носили химический и физиологический характер. И лишь при УЗИ и ЭМРТ на организм воздействовали волны – в первом случае ультразвуковые, во втором – магнитные.

– Доктор, еще секундочку. Мистер Слоун сказал, что наны обнаружены только в крови…

– Активные наны, – по-прежнему холодно уточнила Старкова. – В мышечных и иных тканях обнаружено незначительное количество мертвых объектов. Но концентрация их была почти в семнадцать раз меньше, чем в кровеносной системе.

– Спасибо, мэм, вопросов больше нет.

– Я пойду? – перевела Сьюзан вопросительный взгляд на Грега.

Тот сдержанно кивнул, и Мисс Лёд величаво удалилась.

– Теперь расскажешь, что выяснил?

– Да, мистер Слоун.

Но продолжать не стал, пока не сменил место дислокации – очень уж в капсуле неудобно. Так что я неторопливо перебрался в кровать, уселся с максимально возможным комфортом, и принялся вещать:

– С самого начала мне эта история показалась странной. Еще на Бирже, помните? А когда мы с Маком оказались непосредственно на месте происшествия, выяснилось множество любопытных деталей. То есть из опросов мы ничего толкового не узнали, но, когда наведались в гости к Джошу, царствие ему небесное, – что называется, попали. Я видел аномалии, причем неоднократно, и множество их следов. Наблюдал результат их воздействия на материальные объекты – как живые, так и неживые. И сейчас готов сделать заключение. А оно таково – это именно что блуждающие силовые поля.

– Денис, я тебя умоляю!

– Мистер Слоун, вы знаете третий закон Финэйгла?

– К сожалению, нет.

– «В любом наборе исходных данных самая надежная величина, не требующая никакой проверки, является ошибочной», – процитировал я по памяти. – То есть я хочу сказать: ни у кого не возникает сомнений, что блуждающие силовые поля не существуют и более того – невозможны в принципе. Что в корне неверно. И я могу это доказать.

– Я внимательно слушаю.

– На чем основано утверждение о невозможности блуждающих силовых полей?

– Чтобы получить силовое поле, необходимы эмиттер и источник энергии.

– Именно. Если уж совсем держаться буквы, а не духа, то в определенных условиях даже мы такие поля получаем – элементарный силовой пресс. Есть направляющие, по которым скользит эмиттер-рама, и реактор. Но можно ли такое поле назвать блуждающим? Ведь траектория задана раз и навсегда, так же, как и пределы перемещения. Вот почему ни один свидетель не связал явление с силовым полем. Как только ни называли – лучи смерти, аннигилятор, один даже плел что-то насчет «большой гребаной пушки»… а на самом деле все просто. Чтобы поле стало в полной мере блуждающим, эмиттер должен перемещаться хаотично. Без системы. Нелинейно. Непредсказуемо. А способностью таковой обладают в первую очередь живые существа. Которые, однако, генерировать силовые поля не могут по определению. Только звуковые в разной частотности – примеров не счесть, начиная с дельфинов и летучих мышей. Но в нашем конкретном случае есть одна маленькая деталь, которая объясняет все, – наны. Они попали в наши организмы вместе с пылью из следов аномалий. Это биомеханоиды, то бишь существа гибридные, в которых псевдоживые ткани сочетаются с металлом и пластиком: этих существ много, они способны перемещаться в пространстве и выстраивать упорядоченные структуры. Что мешает им образовать эмиттер?

– Хм… Биологическая составляющая? Она может не выдержать потока энергии.

– Согласен. Но и тут можно найти компромисс между живучестью отдельных компонентов системы и скоростью их воспроизведения.

– То есть система – самоорганизующаяся?

– Без сомнения. Наука синергетика знает много таких примеров.

– Для неживой природы, – возразил Грег, – а мы имеем дело с искусственной системой, если взять за основу вашу, Денис, гипотезу.

– И, тем не менее, постановка проблемы корректна. Система не является живой в полном смысле слова. Скорее наоборот.

– Хорошо, убедили. Готов признать, что колония нанороботов под внешним управлением способна организовать упорядоченную структуру, выступающую эмиттером силового поля.

– Но не все так просто… – Я сглотнул, с трудом отогнав видение растворяющегося Джоша. – Судя по тому, что я видел, процесс более сложен. Мы имеем дело не просто с блуждающим полем, а с настоящим импульсным генератором. Эмиттер-наны генерируют поле с большой частотой – сотни, если не тысячи, герц. Теперь представьте следующую картину: упорядоченная колония нанов занимает в пространстве строго определенное положение, подключается к источнику энергии и генерирует силовой импульс. Если верить дошедшей до меня информации – ограниченный с трех направлений: снизу и с боков. Что легко объяснить – эмиттер снизу, то есть полю хода нет, а за габариты того же эмиттера оно по определению выйти не может. Получается кинжальный удар строго вверх. Что делает поле при распространении в единственном доступном ему направлении? Правильно, перерезает все оказавшиеся на пути объекты, нарушая атомарные связи. У нас в Корпорации на верфях такие резаки используются, когда нужно что-то большое и правильной формы выкроить. Компоненты внешней брони, например. Представили? Замечательно. А теперь представьте, что после этого наны смещаются на тысячную долю миллиметра и снова генерируют импульс. И так до бесконечности. Или до полной выработки энергозапаса.

– Все вроде бы логично, но… тебе не кажется, что постоянно поддерживаемое поле было бы эффективнее импульсного?

– Смотря для каких целей, – хмыкнул я.

– Да даже в отношении энергозатрат.

– Не знаю, мистер Слоун. Может, таковы технические требования. Или ресурс у отдельных нанов слишком мал для поддержания сколь-нибудь длительной работы поля… – пожал я плечами. – Вот и получается некий круговорот – текущее поколение выдало импульс и отмерло. И в дело вступило следующее. И так далее. Этим, кстати, можно объяснить наличие в пылевом следе частично функционирующих особей.

– Похоже, природу аномалий ты вычислил правильно, – признал Грег после довольно длительного раздумья. – Все логично, все соотносится с теми картинами, что я видел. Поздравляю, Денис, с первым успешным делом.

– Спасибо, сэр.

– Не за что, – отмахнулся тот. – Нам за него не заплатят. Кстати, есть нюансы.

– Согласен. Самый очевидный – где источник энергии? Но тут могу только предполагать. Возможно, энергия поступает из коммуникаций Предтеч. Этакий беспроводной протокол, как у нас в зарядниках для мобилок.

– Но какой тогда должен быть КПД у местных энерголиний?! Не думаю, что Предтечи смирились бы с потерей трех четвертей ресурса…

– Согласен, сэр. Но этот вопрос требует отдельного изучения.

– Технология номер два, – кивнул мистер Слоун. – Едва ли не более ценная, чем наны и блуждающие поля. Еще чем-то меня удивишь, а, Денис?

– Я знаю, как бороться с аномалиями, – отозвался я. И кивнул на медкапсулу. – По крайней мере, представляю, в каком направлении двигаться.

– Магнитные волны?

– Да. Похоже, они глушат нанов. Или вообще приводят в негодность. Нужно установить диапазон, частоту, амплитуду и прочие частности. И тогда можно будет собрать защитный генератор. Это как минимум. Поэтому я думаю, что улетать еще рано. Нам есть что предложить планетарному правительству. Но это уже ваша работа, мистер Слоун.

– Что тебе нужно для завершения исследований?

– Доступ к образцам. Придется или высаживаться, или доставлять их на борт. Плюс лаборатория и весь свободный персонал. И неограниченный канал в Ноосферу.

– Договорились. Еще вопросы?

– Есть один, – подтвердил я, заставив Грега чуть заметно поморщиться – он, видать, уже мысленно прогонял переговоры с потенциальными клиентами. – Что с Васькой?

– С кем, простите?..

– С моим котом. Он у меня из кармана выпрыгнул, когда… ну, вы поняли.

– Честно говоря, я не в курсе, – замялся мой начальник. – Но Майк ничего на этот счет не говорил, значит, проблем нет…

Угу. В их понимании. А это могло означать все что угодно, вплоть до экстерминатуса моего питомца. Ч-черт… Одна надежда – на Зевса. Надо будет его отыскать, как из лазарета выберусь.

– Еще что-нибудь?

– Э-э-э… мистер Слоун?..

– Я внимательно слушаю.

– А как вы относитесь к потенциальной опасности нашего открытия?

– Тебя беспокоит возможность его использования в военных целях? – удивленно заломил бровь Грег. – Я правильно понял?

– Да.

– Хм… я хотел бы поговорить об этом позже. А пока могу лишь заверить вас, Денис, что мы всеми способами попытаемся этого избежать. Как – другой вопрос, но тут у нас есть некие стандартные ходы. Пока же подумайте вот над чем: войны войнами, но ведь и в мирной жизни этим блуждающим полям цены не будет. Вам подсказать пару примеров или сами справитесь?

– Это лишнее, мистер Слоун, – буркнул я несколько разочарованно. Ну и пусть его, раз сбежать решил. – Я прямо сейчас могу вам назвать десяток способов применения этих нанов. А для беспроводной передачи энергии с таким КПД – тем более.

– Вот и замечательно! – заключил босс. – Набирайтесь сил, Денис, думаю, скоро они вам понадобятся. А я постараюсь не затягивать переговоры. До встречи.


Глава 3 | Оружейники | Глава 5