home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


24

Кира была так поглощена просмотром видеозаписи, что упустила из виду следствия самого ее существования.

Эта запись – из подвала Сэма Патнэма. Из явочной квартиры, в которой они были. Но брат Киры, Алан, этой записи не видел. В последние минуты своей жизни он хотел узнать, как им удалось выбраться из бетонного подземелья Патнэма.

Значит, последний не был полностью откровенен с Аланом. Он играл в собственную игру.

А почему нет? Он был умным, высокопоставленным сотрудником АНБ[6], обладающим исключительной властью. И настоящим психопатом. Да, Алан был еще большим психопатом и стоял за стремительным взлетом Патнэма в АНБ, но нет ничего удивительного в том, что тот был вовсе не такой верной марионеткой, какой казался.

Однако и Патнэм, и ее брат мертвы. Тогда как Джейк получил эту запись? Самое вероятное объяснение – она была найдена человеком, который работал в тесном контакте с ними обоими. Если все так, тогда игра идет по новым правилам.

– Прежде чем вы показали мне видеозапись, – сказала Кира, – я спрашивала, откуда вы получили информацию обо мне. Само существование записи говорит о некоторых тревожных перспективах. И потому ответ на мой вопрос становится еще важнее.

– Каких перспективах?

– Я расскажу вам, но будет лучше, если начнете вы. Правда.

Джейк задумался.

– Почему у меня такое чувство, будто это вы меня допрашиваете?

Кира молчала.

– Я получил письмо по электронной почте. От человека, которого считаю своим наставником, – сказал Джейк. – Он настоящий патриот и настоящий герой. По происхождению он из исламских стран, но провел много лет под глубоким прикрытием, чтобы проникнуть в высшие эшелоны «Хезболлы».

– Он родился в Америке?

– Да, но говорит по-арабски без акцента. В любом случае к письму был приложен большой файл, содержащий подробную информацию о вас. Ваша история. Охота на вас из-за ваших связей с биотеррористическим заговором. Ваш ай-кью-коктейль. Дэвид Дэш, которого отправили остановить вас. Сведения о вашей терапии долголетия, а заодно доказательства, что она – обманка. В общем, всё.

– Были какие-то упоминания о моем брате, Алане?

– Только что вы сожгли его заживо. Опять же, потом вы были очищены от всех обвинений, но мой наставник думал иначе.

Джейк сделал паузу.

– Вдобавок там были непрошибаемые доказательства ваших встреч с лидерами террористов – так он и узнал о вас – и ваших работ над ядерным и биологическим ОМУ. А еще – вашего участия в крупнейших терактах по всему миру.

– А откуда, по его словам, ваш наставник получил эти доказательства? Он утверждал, что вся эта деятельность как-то связана с «Хезболлой»?

– Я не знаю. Он слишком глубоко. Я не могу с ним связаться. До этого он рискнул связаться со мной только один раз. С информацией, которая помогла предотвратить план по саботажу на реакторе Сан-Онофре, в округе Орандж. Южная Калифорния могла превратиться в новый Чернобыль. Сам факт, что он рискнул отправить второе сообщение, свидетельствует, насколько серьезной угрозой он вас считает.

– Но если вы никогда не поддерживали с ним двухстороннюю связь, откуда вы знаете, что это письмо от него?

– Это был он. Тот же IP-адрес и адрес электронной почты. Ссылки на факты, которые знал только он.

Кира задумалась. У нее не было оснований сомневаться в словах Джейка, что улики против нее безупречны и многократно проверены. Тогда что же это значит? Либо она и в самом деле злобный террорист, который намерен уничтожить весь мир, либо… все это создано человеком, имеющим доступ к ее препарату. Единственный вариант, который допускает настолько совершенные манипуляции информацией. Но ни одна из сделанных Кирой капсул не пропала. В этом она была уверена.

Значит, где-то в мире есть человек, способный создавать действующие капсулы. Патнэм шантажировал некоего молекулярного биолога. Позже они узнали, что этого человека зовут Эрик Фрей. Брат Киры украл у нее несколько капсул и подкармливал ими биолога, требуя от него воспроизвести ее работу. Когда Патнэм и ее брат были убиты, Фрей был близок к успеху. Но без доступа к еще нескольким дозам препарата его ждала неудача.

А может, и нет. Может, он тоже вел двойную игру. Может, он достиг больших успехов, чем признавался. Возможно, он заключил союз с Патнэмом, чтобы воспрепятствовать Алану. И если так, Эрик Фрей вполне мог иметь доступ к видеозаписи, которую Кира сейчас видела.

И если там был кто-то еще, не известный ей, но способный усилить свой разум, они вполне могли с легкостью сфабриковать неопровержимые доказательства против Киры. Могли взломать нужный компьютер, получить правильный IP-адрес и прочую информацию и убедить Джейка, что доказательства пришли от надежного друга, причем глубоко законспирированного, и потому их контакт не подлежит дальнейшей проверке. Все отлично сочеталось друг с другом.

И тут на место скользнул еще один кусочек головоломки.

– Полковник, кое о чем вы мне не рассказали, – произнесла Кира. – Когда вы прочитали письмо вашего друга, то решили, что он свихнулся. Вы бы никогда не поверили в усиление ай-кью. Слишком фантастично. Я знаю, насколько это невероятно, хотя сама разработала препарат. Даже при моих способностях к генной инженерии и работе с учеными-аутистами мне самой удивительно, как такое позволила природа.

– Мой друг не один раз спасал мне жизнь. Я безоговорочно ему доверяю. Если он убежден в действенности вашей терапии, мне этого достаточно.

Кира покачала головой.

– Я думаю, вы лжете. Даже если вы поверили в усиление, вы все равно не в состоянии представить безграничные возможности усиленного разума. Никогда. Но судя по вашим поступкам, вы их представляете. Я видела вашу паранойю в действии, когда вы имели дело со мною. Вы были абсурдно осторожны. Чересчур.

– Что вы хотите сказать?

– Ваш друг отправил вам не только письмо. Кроме него он прислал небольшую посылку, верно?

Джейк посмотрел на нее и вздохнул.

– Очень проницательно. Мне следует помнить, что вы – одна из немногих по-настоящему гениальных людей, даже без всякой искусственной помощи.

– То есть вы это признаете?

Он кивнул.

– Да. Вы правы, конечно. Он отправил мне посылку. С одной капсулой. Он написал, что единственный способ действительно осознать угрозу, на самом деле понять, с чем мне придется сражаться, – это попробовать самому. Если бы это был кто-то другой, я бы и пальцем не шевельнул. Но это написал он. Плюс убедительные доказательства.

– Только одну?

– Только одну.

– И так вы из первых рук узнали, насколько разгоняется ваш интеллект и насколько впечатляющие возможности он приносит…

Она умолкла, размышляя.

– И вас накрыли социопатические наклонности. Сильно. Очень сильно. Именно поэтому вы так усердствуете, когда боретесь с той угрозой, которую мы, по-вашему, представляем.

На лице Джейка появилось отсутствующее выражение.

– Верно. Информация, которую я получил, описывала побочные эффекты – изменения личности. Я думал, что справлюсь, но все оказалось намного хуже. Я стал безжалостным. Диким. У меня был доступ к компьютеру и Интернету, и за этот час я отредактировал досье, перевел средства и разрушил карьеру и финансы двух своих соперников. Друзей-соперников. Я не специалист по компьютерным технологиям и по сей день не представляю, как я это сделал.

Джейк даже не пытался скрыть отвращение к самому себе.

– Потом я пытался исправить ситуацию, но ничего не вышло. Я анонимно помог им снова встать на ноги, но они уже никогда не будут там, где были.

– Кто-то знал, что вы это сделали?

– Нет. Я бы признался, но не мог вспомнить, как я это сделал. И не смог найти ни единой улики против себя. Признание вызвало бы слишком много вопросов, на которые у меня не было ответов. Я пытался возместить ущерб, но не смог.

– Вот теперь все приобретает смысл. Откуда у вас такое уважение к действию моей терапии. Почему вы считаете меня опаснее дьявола. Вы испытали на себе удивительную мощь усиленного разума и поняли, что в этом состоянии даже святой может стать тираном. И вы получили доказательства, что я была психопаткой задолго до появления терапии. Поэтому убить, остановить меня стало вашим крестовым походом, вашей одержимостью.

Он кивнул.

– Я единственный человек вне «Икара», который действительно знает, насколько вы опасны. Насколько творческой и гениальной вы становитесь. В сотни раз умнее Эйнштейна и Эдисона.

– Полковник, вами сыграли, – спокойно произнесла Кира. – Я не утверждаю, будто моя терапия безопасна в дурных руках. Или даже в хороших, если не принять должные меры предосторожности. Но это письмо отправлено не вашим другом.

– И на чем вы основываетесь?

– Ваш друг написал, откуда он взял эту капсулу?

Джейк отрицательно помотал головой.

– Ну, он получил ее не от меня. Мне известна судьба каждой из них. Значит, кто бы ни послал вам письмо, он получил капсулу из собственного источника. А это означает, что у них есть и другие капсулы. Насколько, по-вашему, трудно усиленному разуму получить IP-адрес вашего приятеля и сведения, которые заставят вас поверить в подлинность письма? И не важно, как глубоко они спрятаны. Насколько усиленному интеллекту сложно сфабриковать доказательства моей вины? Доказательства, которые пройдут любую проверку…

– Соглашусь, не сложно. Я даже готов согласиться, что при этом уровне интеллекта можно настолько качественно сфальсифицировать видеозаписи, что наши секретные методы проверки аутентичности с ними не справятся, хоть и считаются надежными. Но не половину непрерывной съемки. Причем без единого следа. А я показал вам именно непрерывную запись. Вы сами поручились за ее достоверность.

Кира нахмурилась. Это правда, и определенно не в ее пользу.

– Возможно, это единственное подлинное свидетельство, добавленное для пущего правдоподобия. – Она подалась вперед и напряженно посмотрела на полковника. – Но я говорю, что письмо пришло не от вашего друга.

– Если нет, – возразил Джейк, – скажите, зачем кому-то влезать в такие проблемы? Зачем вообще вводить меня в игру?

– Чтобы они могли спокойно сидеть и ждать, пока вы не сделаете всю работу и не выкопаете меня. Меня и «Икар». А потом они сделают, что захотят. Они могут выжидать, наращивать власть и ресурсы, пока вы не уберете конкурента. Пока вы не уничтожите единственных людей, которые могут заступить им дорогу. Как только нас не станет, вы вернетесь к блаженному неведению, считая усиленный интеллект делом прошлого.

Так вот почему, осознала Кира, их противник старается дискредитировать ее терапию долголетия… После того как ее брату ни хитростью, ни силой не удалось вырвать у нее этот секрет, они решили не делать собственных попыток. Но знали – фонтан молодости манит с такой силой, что способен развратить кого угодно, и потому решили не давать Джейку и его группе поводов оставить Киру в живых.

– Полковник, вас использовали, – сказала она. – Они взяли страничку из пьесы моего брата. Он тоже подставил меня и привлек военных. Разница только в одном: он выпустил их, чтобы заставить меня бежать и создать для нас с Дэвидом ситуацию максимального стресса. А эти люди хотят меня уничтожить.

– О чем вы говорите? – растерянно спросил Джейк. – Вы убили своего брата. Еще до того, как на ваши поиски отправили Дэша.

Кира нахмурилась.

– Если бы, – сказала она. – Мой брат не погиб при пожаре. Именно он дергал за все ниточки. Меня не удивляет, что авторы письма не упомянули об этой незначительной подробности.

Она рассказала Джейку о Патнэме, Алане и обо всем, что тогда случилось.

– Очень изобретательно, – отозвался Джейк, когда она закончила. – Даже вы должны понимать, насколько надуманно все это звучит.

– Разумеется. Тем не менее это правда. Кроме того, как я могла придумать такую сложную историю и ни разу не сбиться? Правду отследить намного легче, чем ложь.

– Если бы на вашем месте был кто-то другой, это могло бы меня убедить. Но вы достаточно изобретательны, чтобы экспромтом сплести целую паутину и ни разу не запутаться.

– Полковник, мы с вами на одной стороне. Я прошу только об одном – хотя бы задумайтесь, не может ли ваша информация оказаться ложной. Пересмотрите ее еще раз, но с большим скепсисом. И поступайте так же с любой другой информацией, которую получите. Если вы правы, никакой пересмотр не изменит факта, что я – враг цивилизации. Но если права я, вы обнаружите, что движетесь не в ту сторону. А ваш настоящий враг терпеливо ждет, пока вы не сделаете за него грязную работу. Что вы теряете?

Джейк задумался.

– Несмотря на ваши легендарные способности к убеждению, я по-прежнему считаю вас тем же, кем и раньше. Но не стану открещиваться от других вариантов.

– Спасибо, – выразительно ответила Кира. – Мы действительно на одной стороне. И мне бы очень хотелось это вам доказать. Я знаю, что у вас есть и другая работа – вы стараетесь уберечь мир от ОМУ. И если вы когда-нибудь окажетесь в сложном положении, упретесь в стену во время важной операции и решите, что усиленный разум сможет ее проломить, я готова помочь. Вы знаете, как меня найти.

Джейк наклонил голову.

– Я знаю, что мы с вами мило поболтали, – сказал он. – И вы сделали несколько интересных замечаний. Но я по-прежнему планирую запереть вас до конца ваших дней. Ничего не изменилось. Так что – да, я знаю, как вас найти.

Кира не могла поверить в собственную глупость. Что заставило ее делать такие заявления? Настолько явно выразить, что она не собирается надолго здесь задерживаться. Ей повезло, что он не насторожился. При его паранойе она вполне могла оказаться в окружении двадцати охранников, да еще и упакованной в бетонную коробку. И в самое неподходящее время.

Кира быстро сменила тему и начала расспрашивать Джейка о базе, обязанностях его группы и обо всем, что только могла придумать, лишь бы потянуть время. По ее расчетам, ей требовалось задержать полковника разговором еще на десять минут, но она ошиблась. Хватило и семи.

Нейроны Киры принялись преобразовывать свои связи в мощнейшей цепной реакции.

Ее разум вскипел.

Эффект уже был привычным, но от него все равно захватывало дух.

Кира немедленно принялась анализировать различные планы побега. Она не утруждала себя этими мыслями заранее, поскольку не знала, в какой ситуации – количество охраны, обстановка, ее собственное физическое состояние – окажется. Но она не беспокоилась. Она знала, что, как только ее разум перескочит на несколько уровней вверх, она разберется на лету.

Простой анализ однозначно показывал, что первым делом ей следует убить полковника. Так будет проще сбежать. К тому же он талантлив, насколько это возможно для обычного человека, и будет неустанно преследовать ее и ее группу. Но ей следует учитывать пожелания своего жалкого альтер эго, которое контролирует ее тело все, кроме исчезающе малой доли времени.

А эта слабоумная Кира считала, что Джейк – хороший человек, которого просто дезинформировали… Хотя кого это волнует? Ее анализ должен учитывать только уровень его опасности. Какая разница, хороший он или плохой, честный или бесчестный, или просто человек, которому не повезло оказаться в неподходящем месте в неудачное время?

Слабоумная Кира была жалкой и нерешительной, и ее высшая часть была не склонна потакать этим слабостям. Брат Киры был прав. Она тошнотворно правильная и ухитряется всегда идти самым трудным путем, не желая в полной мере воспользоваться потенциалом своего изобретения. Всегда так беспокоится, не повредит ли кому и заслужит ли свой значок доброго самаритянина…

Тем не менее сейчас она станет соблюдать пожелания Киры и никого не убьет при побеге. Если сможет. Первым делом нужно вывести из строя Джейка, а потом воспользоваться его компьютером для планирования побега. Потом она позаботится об охранниках у кабинета.

Она усилила выработку адреналина, идущего в кровеносную систему, чтобы добавить к своей ускоренной реакции форсировать силу.

И только теперь ее глаза засияли полной мощью усиленного интеллекта, приковывая полковника к месту высокомерным пронизывающим взглядом. Она расправила плечи, горделиво подняла голову. Вся ее поза кричала о нечеловеческой уверенности. И нечеловеческом высокомерии. Перемены в ее поведении были заметны невооруженным глазом и устрашали на интуитивном уровне.

При виде огня, пылающего в глазах Киры, у полковника перехватило дыхание. На мгновение он стал мышью, загипнотизированной коброй.

Джейк, оправившись от первого потрясения, оттолкнул стул и вскочил, выхватывая пистолет. Но его секундное замешательство позволило Кире двумя руками схватить со стола тяжелый степлер и неуловимым движением обрушить его на голову полковника.

Джейк, наполовину оглушенный, растянулся на полу.

Кира в секунду обогнула стол и, оказавшись рядом, вырвала у Джейка пистолет и приставила к его лбу.

Она выделила малую долю своего разума, создав недалекого аватара, который даст ей возможность достаточно медленно и понятно общаться с обычными людьми. «Стуком по столу меня не проймешь!» – крикнула она на случай, если охранники стоят рядом с дверью и слышат шум. Теперь они решат, что все в порядке. «И не трогайте меня!» – добавила она для пущего эффекта. Так им будет о чем задуматься.

Джейк, с трудом фокусируя взгляд, пытался удержаться в сознании.

– Но как? – прошептал он. – Мы же все проверили, у вас не было капсул…

– Ты жалкий идиот, – с кривой усмешкой прошептала она. – Так беспокоиться о новых технологиях – и забыть о той, которой уже много лет… Я приняла капсулу с отсроченным растворением, придурок. С задержкой на восемь часов. Я проглотила ее перед въездом в лощину. – Презрительно покачала головой. – Тупица, я спрятала капсулу у себя в животе.

Кира опустила пистолет и сменила позу. Теперь, несмотря на связанные руки, она могла завести одну руку ему под подбородок и принялась медленно давить ему на шею, пока полковник не перешел тонкую грань, отделяющую его от беспамятства.


предыдущая глава | Убийца Бога | cледующая глава