home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


32

В первые дни сентября дождь, посланник осени, уверенно заявлял о наступлении нового сезона, но спустя неделю солнце опомнилось и вернулось, к радости любителей долгих прогулок под золотистыми кронами.

Эмили сидела в гостиной с тетушкой Розалин. Леди Боффарт разложила на столике свои записи и с удовольствием пересказывала племяннице сюжет будущего романа. Несмотря на то что до завершения истории о Феллоузах и убийстве мистера Ходжкинса было еще далеко, леди Боффарт уже начала делать заметки для следующего шедевра мистера Мартинса. Отравление старого мистера Рассела и два убийства молодых девушек казались ей теперь более привлекательными, нежели замена умершей наследницы на другую девушку и убийство ее вымогателя, узнавшего семейную тайну.

Супруга покойного мистера Рассела была давней подругой леди Боффарт, и тетушка Розалин хотела пощадить несчастную женщину, чей сын оказался чудовищем, убившим собственного отца. Чтобы избежать пересудов после того, как роман будет напечатан, в сюжет нужно было внести изменения, и леди Боффарт как раз делилась с Эмили своими замыслами, когда Хетти доложила о миссис Рэйвенси. Писательница тут же сложила бумаги и сделала вид, что читает письмо – тайну мистера Мартинса леди Боффарт собиралась хранить как можно дольше.

За последние десять дней леди Гренвилл виделась с подругой всего один раз и была очень рада видеть Агнесс. Тут же последовали вопросы о том, какое впечатление произвели на директрису новые ученицы, как справляется с временными обязанностями учительницы Джемайма Кастлтон, не тоскует ли Диана слишком сильно по Бет и, наконец, как повезло мисс Гунтер, которой суперинтендент Миллз позволил вернуться домой после того, как она сделала свои мрачные признания.

Всех этих тем хватило на полчаса, а после того, как они были исчерпаны, миссис Рэйвенси осведомилась о лорде Гренвилле.

– Он пошел прогуляться после завтрака и, должно быть, все еще бродит в аллее, не так давно я видела его в окно, – ответила Эмили.

– Думаю, он очень переживает из-за болезни леди Пламсбери, – с сочувствием заметила Агнесс.

– После того как старую леди хватил удар, мы думали, она не выживет, и Уильям выглядел по-настоящему потрясенным, – заметила леди Боффарт. – Он, наверное, считал ее бессмертной.

– Это неудивительно, она казалась такой энергичной, и это в ее-то годы! – подхватила миссис Рэйвенси. – Я часто говорила своим девушкам, когда они не хотели работать, ссылаясь на усталость, что им бы поучиться у леди Пламсбери, чья деятельная жизнь в таком возрасте способна вызвать у меня лишь зависть!

– К радости лорда Гренвилла, его бабушка сумела побороть недуг, хоть и не оправилась полностью. – Леди Боффарт терпеть не могла старуху, но говорила без злорадства. – У нее онемела левая рука, одно плечо теперь выше другого, а ноги стали очень слабыми, и она навряд ли будет покидать дом так часто, как прежде.

– Как печально! И все же она осталась жива!

Эмили молча кивнула. Разговоров о болезни леди Пламсбери невозможно было избежать, и молодая женщина научилась сохранять безмятежный вид с оттенком легкой грусти. По ее виду никто бы не догадался, что леди Гренвилл винит себя в том, что произошло со старой дамой. Удар случился в тот же вечер, вскоре после отъезда внука и его жены, и у Эмили не было никаких сомнений относительно его причины.

Леди Пламсбери не вынесла нервного потрясения, но упрямство не позволило ей умереть. И, похоже, она считала себя достаточно наказанной за свой проступок, чтобы искать смерти во сне, как ожидала леди Гренвилл.

Она до сих пор не знала, рассказал ли кто-нибудь старухе о том, что Динклейк на самом деле не упоминал о ней Миллзу, и поняла ли леди Пламсбери, что угрозы леди Гренвилл были основаны на лжи. Через тетушку Эмили удалось передать старой миссис Рассел записку для ее сына до того, как задержавшийся из-за разбирательств с помощником аптекаря Миллз арестовал его, и негодяй ни слова не сказал о совете, полученном от леди Пламсбери. Обе миссис Рассел вместе с малышкой покинули поместье и собирались остановиться в Лондоне, пока суд решит участь отцеубийцы и его пособника. Горе сплотило их.

Лорд Гренвилл и его сын были спасены от позора и всеобщего осуждения, и Эмили не собиралась требовать у леди Пламсбери исполнения ее обещания – дни старой леди и без того уже сочтены, а на совести у самой леди Гренвилл и лежит тяжкий груз.

Желая переменить тему, Эмили предложила послать Хетти за лордом Гренвиллом – он всегда рад встретиться с миссис Рэйвенси и будет недоволен, если ему не сообщат о ее визите.

– О, я могу сама сходить за ним, – тут же вызвалась Агнесс. – Ваша аллея сейчас так красива, что я с удовольствием пройдусь и найду лорда Гренвилла. Я буду только рада, если он отошел достаточно далеко, чтобы можно было забраться подальше в глубь аллеи!

Леди Гренвилл с улыбкой кивнула. Вчера она сама с удовольствием провела не меньше часа на скамье в аллее, наблюдая, как падают листья, из которых Лори пытался соорудить шалаш.

– Что ж, позовите его, а я попрошу Хетти накрыть на стол. Надеюсь, Уильям не откажется посидеть с нами за чаем.

– Пусть только попробует, уж я-то сумею его уговорить, – усмехнулась леди Боффарт. Лорд Гренвилл уже перестал сердиться на тетку своей жены за ее бестактные слова о разводе, и в Гренвилл-парке воцарился долгожданный мир.

Миссис Рэйвенси вышла, и тетушка с племянницей несколько минут обсуждали пришедшее вчера письмо от Кэролайн, в котором молодая миссис Рис-Джонс описывала первые дни своего супружества.

– Кажется, она по-настоящему счастлива. – Эмили не могла выразить словами, какую радость испытывает при мысли, что у Кэролайн и Филиппа все сложилось благополучно.

– Постоянство ее чувств было вознаграждено, – улыбнулась леди Боффарт. – Однако же миссис Рэйвенси пора бы уже вернуться, чай остывает.

Леди Гренвилл осторожно встала и подошла к окну – из окон ее гостиной была видна лужайка, за которой начиналась аллея. В тени самых крайних деревьев Эмили увидела мужчину, который стоял, обеими руками обнимая прижавшуюся к нему женщину. Уильям. И Агнесс.

– Как ты думаешь, не пригласить ли нам погостить мисс Оуэнс со своей матушкой? Ходят слухи, что Реджи увлечен этой девушкой, и мы могли бы… – Леди Боффарт не успела договорить – в комнату непривычно стремительно ворвалась Джейн Соммерсвиль.

– Эмили! Я приехала поделиться с тобой прекрасными новостями! Сьюзен сказала мне, что Дафна ждет ребенка! Доктор Вуд, наконец, сообщил Сьюзен об этом и позволил открыть эту тайну нам! Вот почему Даффи была такой бледной и капризной в последние недели! – с порога выпалила Джейн. – А я помолвлена! Джентльмен, о котором я тебе говорила, вчера приехал к отцу и попросил моей руки!

Ошеломленная увиденным, Эмили все никак не могла отвести взгляда от тех двоих. Из оцепенения ее вывела тетушка Розалин, которая принялась с воодушевлением поздравлять мисс Соммерсвиль и радоваться будущему счастью Пейтонов. Джейн в ответ извинилась за то, что не сразу заметила леди Боффарт, и с благодарностью ответила на поздравления.

Лорд Гренвилл и Агнесс разомкнули объятья и медленно направились к дому. Эмили, наконец, смогла оторваться от окна и подошла поцеловать Джейн.

– Это чудесно, дорогая! – Ей не надо было стараться, чтобы слова звучали искренне, она была рада за подругу, но часть ее сознания все еще пыталась осмыслить увиденное в аллее. – А ты беспокоилась из-за того, что от него нет известий!

– Он писал отцу, но в письмах речь шла только о делах, и я подумала, что он не хочет продолжения нашего знакомства. – Щеки мисс Соммерсвиль порозовели. – Поверить не могу, что я выйду замуж за человека, который одновременно и привлекателен, и богат!

Эмили понимающе улыбнулась. Джейн так долго искала подходящую партию, что уже почти отчаялась когда-нибудь вступить в брак. И вот наконец-то ее мечта осуществится!

– И как же зовут вашего избранника, мисс Соммерсвиль? – спросила леди Боффарт, когда обе молодые леди присели к столу. – Вы знакомы с его семьей?

– Мистер Эдмунд Стоунвилль! Его семья… – мисс Соммерсвиль повернулась к тетушке Розалин и осеклась, увидев выражение ее лица.

– Но ведь это невозможно, дорогая! – Леди Боффарт смотрела на Джейн так, словно увидела привидение.

– Почему? – одновременно спросили Эмили и Джейн, озадаченные поведением леди Боффарт.

– Потому, что Эдмунд Стоунвилль уже восемь лет покоится в могиле!


предыдущая глава | Пансион благородных убийц |