home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


В. Кузнецов. Пересмотреть отношение человека к обществу и к самому себе

Философские концепции редко обретают массовую популярность или становятся политическим событием. Но если это происходит, их влияние становится грандиозным и может длиться столетиями. Ярчайшими, пожалуй, примерами выступают учения Маркса и Фрейда: зародившись еще в XIX веке, они — развиваясь и трансформируясь — определяют важные черты века XX, оставаясь актуальными и в начале XXI. Неудивительно, что крупнейший идеолог широких антитоталитарных движений шестидесятых годов прошлого столетия Герберт Маркузе осуществил органичный синтез идей марксизма и фрейдизма. По большому счету может быть не важно, какими именно личными мотивами и теоретическими резонами руководствовался эмигрировавший в США из-за прихода фашистов к власти немецкий мыслитель. Важно, что пересечение двух авторитетных течений оказалось не только продуктивным, но и провоцирующим, будоражащим умы и чувства.

В те годы в философии начали происходить многообразные сдвиги, намечающие постепенный переход к постнеклассическому образу мысли. Значительная часть их, однако, так и осталась за пределами общественного внимания. Тем не менее людей не могли не волновать глобальные социальные процессы, которые все больше и стремительнее захватывали и обычную жизнь. Устройство общества даже за границами фашистских или коммунистических государств отнюдь не воспринималось как идеальное, а ведь роль его во всех сферах человеческой деятельности не уменьшалась. Все эти обстоятельства требовали специального осмысления, которое могло быть осуществлено только новыми средствами.

Если марксизм идет от рассмотрения общества к пониманию отдельного человека, а фрейдизм, наоборот, переходит от анализа влечений индивида к трактовке общественных тенденций, то Маркузе стремится совместить обе линии рассуждений. Репрессивное общество порождает одномерного человека, а подавляемый человек воспроизводит отношения принуждения. В отличие от Хоркхаймера и Адорно, своих коллег по Франкфуртскому институту социологических исследований, Маркузе не усматривал прямой связи между западным рационализмом и капиталистическим обществом. Критическая теория общественного развития и организации общества может и должна быть построена на основе новой рациональности, которая реабилитирует и освободит чувственность от подавляющих ее культурных нормативов. А «великий отказ» от господствующих ценностей западной цивилизации во всех ее разновидностях способен открыть возможности «третьего пути» трансформации общества. Именно свободная многомерная личность может взорвать социальный порядок, созданный господством человека над природой и человека над человеком, может осуществить «тотальную революцию», радикально пересматривающую самовосприятие и мироотношение. Преодоление «катастрофы человеческой сущности» должно происходить не путем модернизации внешних политических и экономических условий, но путем изменения внутреннего сознания человека.


Пересказывать взгляды Маркузе бессмысленно: знакомство с его произведениями может дать заинтересованному читателю много больше, чем любые схемы неизбежно упрощающих трактовок.

В состав предлагаемого тома вошли наиболее сильные и известные книги Маркузе, отображающие важнейшие грани его творчества, — «Эрос и цивилизация» и «Одномерный человек».

Как и другие концептуальные философские тексты, произведения Маркузе никоим образом не сводятся к своим названиям. Конечно, про эрос, цивилизацию и одномерного человека речь в них идет. Равно как также и о вечном возвращении и бытии, о фантазии и утопии, о труде и игре, об эстетике и субъекте, о дискурсе и администрировании — и о многом, многом ином…

Василий Кузнецов


Исследование идеологии развитого индустриального общества | Эрос и цивилизация. Одномерный человек | Предисловие к первому изданию